После дневной жары тень в саду показалась роскошью, несмотря на тяжелый и влажный воздух. Угасающий свет отбрасывал отблики на розово-фиолетовое небо. Гости собрались вокруг стола, и, когда все расселись, разговор слился со стрекотом сверчков и звуками наступающей ночи. Где-то вдалеке ухала сова, в высоких стеклянных подсвечниках мерцали свечи, а фонари и гирлянды отбрасывали на загорелую кожу танцующие тени.

– Какая красота, – проворковали Жанетт и Перл и отодвинули стулья, чтобы сесть рядом с Бриджит и Ахмедом. Они были в одинаковых облегающих платьях и с красивыми гребнями в волосах.

– Интересно, что мы будем есть? – спросил Ахмед.

– Ваш айоли с закусками был восхитителен, – закивали сестры.

– Мне и самому он весьма понравился, – Ахмед снял очки, чтобы их протереть, и его глаза заблестели от гордости.

– Божественно подходит к блинчикам с креветками, – согласилась Бриджит. – Они разожгли мой аппетит.

Она разгладила юбку с рисунком в виде маков и расстелила на коленях салфетку.

– Черт возьми, какая жара! – Фрэн села рядом с Салли. – Я чуть не осталась в купальнике для прохлады, – сказала она, обмахивая лицо веером. – Моя кожа слишком потеет для макияжа, ни один тональник не справится. Максимум, на что я способна, – это помада.

Каролайн, сидевшая по другую сторону от Салли, пристально посмотрела на Фрэн. Как и следовало ожидать, зубы Фрэн покрывал розовый блеск. По крайней мере, гостей не обрекли на животный принт и глубокое декольте – наряд Фрэн был относительно скромным. Простое платье до колена, дополненное несколькими слоями массивных украшений.

А вот Салли заметно преобразилась после мятых шорт и футболки. Каролайн откинулась назад, чтобы прочитать этикетку на спине великолепного комбинезона с вырезом. Ремешки аквамаринового оттенка поддерживали два треугольника ткани, привязанных к брюкам, – спина и живот оставались обнажены. Салли гладко уложила бледно-розовые волосы и зачесала на бок челку.

– Восхищаюсь твоей дерзкой стрижкой, – сказала Каролайн, изучая частично выбритую голову Салли. – И наряд тоже смелый.

Уже заговорив, Каролайн поняла, что ее слова могут истолковать неверно. Салли достала корзинку со свежим хлебом и подняла взгляд, рассматривая светлые волосы Каролайн.

– Мой стилист не советует делать стрижку «боб». Она очень старит, – ответила Салли на завуалированное оскорбление Каролайн и отломила кусок хлеба. – А комбинезон я купила на распродаже дизайнерских вещей в «Харродс», – Салли замерла и взглянула на платье Каролайн. – Великолепная Донна Каран. Видела что-то похожее на «Ибэй». Ты нашла его там?

Каролайн покраснела. Она неосознанно коснулась волос и провела пальцами по платью, понимая, что Салли ее изучает.

– Я… я… никогда ничего не покупала на «Ибэй», – заикаясь, проговорила Каролайн, когда Салли снова взяла корзину для хлеба и повернулась к Ахмеду.

– Попробуй хлеб, – сказала Салли, – очень вкусный.

Каролайн поняла, что ее осадили, и захотела себя ударить. Она не желала оскорблять Салли. Почему так сложно завязать простой разговор? Может, Лео прав? Ей следовало покинуть Стэнли раньше, когда она еще могла встроиться в общество и обрести уверенность в себе? И, возможно, ее бизнес пошел бы лучше, будь она менее отчужденной с клиентами?

– Пенни за твои мысли? – спросил Уолто и пододвинул стул.

Каролайн почувствовала облегчение. Разумеется, она не могла расстроить этого заботливого человека, щедро открывшего для гостей свой дом.

– О, я думала о сегодняшнем дне, – пробормотала Каролайн.

– Тебе понравилось? – спросил он.

– Да, спасибо.

– Надеюсь, удалось подремать после занятий?

– Ну, я тихо сидела в комнате, – ответила Каролайн.

– Нужно отдыхать, когда есть возможность. Жара утомляет.

– Прохлады пока не обещают?

– Синоптики говорят, разразится шторм, но пока нет прогнозов, когда именно.

– Глобальное потепление.

– Несомненно. Мы просто не привыкли к подобной жаре летом.

– С моего балкона чудесный вид. Подсолнухи на окрестных полях и акры лаванды просто захватывают дух.

– Одна из причин, почему я сюда переехал, – улыбнулся Уолто. – Никогда не устаю от пейзажей.

– Понимаю. Я заметила, лаванда посажена по всему саду, – сказала Каролайн, – и расставлена по всему дому. Есть какая-то особая причина? Польза для пчел или что-то еще?

Уолто опустил взгляд, и Каролайн заметила, что он сильнее сжал бокал. Когда он поднял глаза, казалось, его отвлекли Тома и Дэниел, появившиеся с первым блюдом.

– Ага, ужин начался, – сказал он, когда Анжелика поставила перед ними закуски. – Приятного аппетита.

Каролайн отвернулась от Уолто и предположила, что снова допустила промах. Ее вопрос остался без ответа, и она уставилась на прекрасно сервированную тарелку. Паштет из форели в легком слоеном тесте с соусом голландез.

На другом конце стола Дэниел объявил:

– Тома приготовил вам на закуску паштет из тушеного мяса, но сперва позвольте объяснить: готовка не должна становиться обузой.

Все подняли глаза. Голодные гости держали наготове ножи и вилки.

– Когда принимаете гостей, старайтесь приготовить хотя бы одно блюдо заранее, – Дэниел указал на паштет. – Тома приготовил его вчера, и сегодня он идеален: за ночь вкус стал насыщеннее.

Склонив головы, все рассматривали розовые и зеленые слои, обрамленные в золотую рамку. В голодных животах заурчало, а рты наполнились слюной.

– Если планируете званый ужин, старайтесь получить удовольствие. Если одно блюдо сложное, пусть следующее будет простым, и не забудьте сбалансировать меню.

– Можно узнать рецепт блюда? – поинтересовалась Бриджит.

– Да, конечно, – ответил Дэниел. – Разделать лосось на филе, слегка измельчить, замариновать в мозельском вине с чесноком, свежими травами, сморчками и луком-шалотом, а потом процедить. – Дэниел остановился и повернулся к Фрэн. – Используя нежный кремовый соус велюте, – продолжил он, – который некоторым из вас еще предстоит освоить, вынуть лосось из маринада и смешать с яйцами, сморчками и приправами.

– О черт, шеф так на меня посмотрел. Придется поработать над велюте, – прошептала Фрэн Салли. – Он должен стать таким же вкусным, как твой бешамель.

– Чушь собачья этот бешамель, – хихикнула Салли.

– Выстелите противень слоеным тестом, выложите слоями ингредиенты и снова накройте тестом, – Дэниел нашел взглядом Каролайн. – Запекайте в горячей духовке и подавайте с густым, нежным, идеально смешанным голландезом. Сегодня нам следует поблагодарить Каролайн за замечательный результат.

Все положили приборы и вежливо поаплодировали Каролайн за восхитительный соус.

– А теперь, пожалуйста, приступайте.

Дэниел сел, приветственно поднял бокал вина, и все набросились на закуску.

– Прозвучало несложно, – сказала Бриджит Ахмеду. – Но, думаю, в рецепте есть что-то еще.

– Шеф-повара, удостоенные звезд Мишлен, никогда полностью не раскрывают своих секретов, – Ахмед отправил в рот вилку паштета. – Но еда изумительная!

– Надеюсь, нам откроют достаточно секретов, чтобы оправдать стоимость курса, – пробормотала Бриджит, облизывая губы и одобрительно кивая: террин был превосходен.

Фрэн провела пальцем по остаткам соуса на опустевшей тарелке.

– Каро, соус ослепителен! – воскликнула она. И, не дожидаясь ответа, повернулась к Бриджит. – А теперь расскажи нам, зачем талантливому садоводу подобный курс?

Бриджит доела закуску и отодвинула тарелку.

– На самом деле все очень просто, – вздохнула она. – Скука.

Бриджит выпила перед ужином несколько коктейлей, и это развязало ей язык.

– Скука?

– Да, с тех пор как Хьюго не стало, я заскучала и утратила интерес к жизни.

– Но твои сады открыты для публики. Наверняка это требует усилий? – спросила Фрэн.

– Сейчас не так уж и много. У меня есть команда, и они знают, что делать, – Бриджит обмякла в кресле. – Они прекрасно справляются без меня.

Ахмед сказал:

– Я слышал, ты была спикером на круизном лайнере?

– Да, один или два раза в год, – сказала Бриджит. – Читала лекции на борту. Было весело. – Она постучала пальцами по столу и нахмурилась. – Хьюго часто ездил со мной, но потом он умер и все испортил, – она отодвинула тарелку и пригладила волосы, заправляя их за уши. – После его смерти я снова поехала в круиз, но, когда мы были на Карибах, умерла моя близкая подруга, и после стольких смертей я просто не могу заставить себя делать хоть что-нибудь.

– Но у тебя же насыщенная жизнь, столько достижений в области садоводства?

Фрэн вспомнила слова Бриджит, что она – обладательница множества золотых наград на выставке в Челси.

– Я с этим закончила, слишком тяжело, – у Бриджит задрожал голос. – У меня не осталось друзей. Люди умирают или слетают с катушек и оказываются в домах престарелых, – она посмотрела на морщинки на своих руках и потрогала пигментное пятнышко. И вздохнула. – Когда достигаешь определенного возраста, как я, становишься невидимым. Все тебя игнорируют. Знаю, что у каждого поколения свое время, но наше, похоже, уже миновало и мрачный жнец стремительно приближается.

– Ты очень молода душой, – Фрэн протянула Бриджит салфетку. Ее голос стал нежным, и она коснулась руки Бриджит. – Ты так уверена в себе.

– О, дорогая, – Бриджит похлопала Фрэн по руке и промокнула глаза салфеткой, – это все показуха. Вы не представляете, с каким трудом я заставила себя собраться в эту поездку. Моя уверенность внезапно исчезла, ее похоронили вместе с Хьюго и моими друзьями.

Бриджит вздрогнула, и ее взгляд снова затуманился.

Фрэн присмотрелась к Бриджит и пришла к выводу, что та еще не оправилась от горя после смерти мужа. Фрэн уже видела такое у своих знакомых. У всех это происходит в разное время. Бриджит чувствовала апатию и считала, что у нее нет друзей. Она отрицала свои таланты и даже злилась на Хьюго, что тот ее бросил.

– Ну, я хочу быть твоей подругой, – заявила Фрэн, – и считаю, что ты прелесть.

– И я, – поддержал Ахмед, – тоже хотел бы иметь честь быть твоим другом.

– Можно добавить меня в список друзей? – спросила Салли.

– Бриджит, дорогая, мы будем твоими подругами. Приезжай к нам в Бат, – присоединились близнецы.

– Тебе всегда будут рады в наших домах, – подняли бокалы экспаты.

– Дорогие, чудесные люди, кажется, я сейчас заплачу.

Бриджит протянула руки и обняла Ахмеда и Фрэн.

Фрэн обняла ее в ответ и подмигнула Ахмеду.

– Ну, значит, решено. А теперь, прежде чем ты оросишь слезами наше второе блюдо, – она промокнула салфеткой глаза Бриджит, – давай узнаем, что приготовил шеф-повар.

Подоспело следующее блюдо.

Конфи из утки с тушеной фасолью. Дэниел подробно рассказал, что это фирменное блюдо Гаскони и рецепту уже несколько столетий. Он терпеливо и вежливо отвечал на вопросы гостей, желавших узнать секреты приготовления утки.

* * *

Каролайн отщипнула кусочек мяса и положила в рот небольшую порцию с двумя фасолинами и ломтиком помидора. Медленно пережевывая еду, она наблюдала, как Фрэн беседует с Бриджит и Ахмедом. Она недоумевала, как Фрэн удается так легко общаться. Каролайн не переваривала грубости Фрэн, но, похоже, это не мешало остальным наслаждаться ее обществом.

Неохотно приступая к еде, Каролайн слушала пояснения Дэниела, что утиный жир идеально подходит для запекания картофеля, а если смешать его с измельченными остатками утки, получится восхитительный рийет, который отлично сочетается с приготовленным Ахмедом желе из айвы.

Желая наладить отношения с Салли, Каролайн повернулась и завела беседу.

– Тебе нравится еда? – спросила она.

– Да, очень вкусно, – ответила Салли.

– Я заметила, ты общаешься со всеми. Планируешь включать гостей в статьи?

– Ну, мне понадобится разрешение от каждого, если я буду использовать изображения или упоминать имена, – сказала Салли, держа вилку наготове и глядя на Каролайн. – Ты бы согласилась?

– Я, э-э, я не уверена.

Смущенная Каролайн знала, что откажет, не желая огласки, которая может усугубить ее проблемы. Она почувствовала, что Салли пристально разглядывает ее тарелку, и, понимая, что едва притронулась к пище, скомкала салфетку, чтобы прикрыть и отодвинуть еду в сторону. У журналистки может быть нюх на истории, связанные с избыточным весом, и она вычислит обжору, ведущую вечную борьбу с едой.

Каролайн надеялась сохранить подробности своей жизни в строгой тайне.

За основным блюдом последовал летний тарт с заварным кремом, украшенный свежими ягодами из сада. Дэниел поведал, что тесто приготовлено из лучшего масла из Пуату-Шаранта – этот кремообразный несоленый продукт идеально подходит для кулинарии из-за высокого процента жира.

– Я думала, избыток жира вреден, – сказала Бриджит.

– Да? – Дэниел пожал плечами. – Именно жир придает такой замечательный вкус.

– Все должно быть в меру, – признала Бриджит.

Все согласились, что ужин был восхитителен, и вино полилось рекой. К кофе предложили коньяк, и Уолто объявил, что гостям следует завести будильники пораньше. Он сообщил, что Дэниел и Тома сопроводят группу на рынок в Шовиньи. Каждому дадут по десять евро на продукты, из которых они потом будут готовить на занятии.

Каролайн увидела, как захлопали в ладоши Жанетт и Перл.

– О, как здорово! – сказали близнецы. – Нам нельзя поздно ложиться. Мы не хотим ничего пропустить.

Взявшись за руки, близнецы отправились спать.

Экспаты посмотрели на часы и сказали, что уже поздно и им тоже пора идти. Уолто встал их проводить, а Анжелика – налить еще выпивки. Каролайн отказалась от предложения и тоже решила пойти отдыхать.

– Спокойной ночи всем, – сказала она. – Надеюсь, вы хорошо выспитесь.

– Как младенец, – невнятно пробормотала Бриджит, – мне пора в кроватку.

Она неуверенно поднялась. Избыток вина в сочетании с прекрасным коньяком Уолто вызвал у нее слабость. Фрэн и Ахмед бросились на помощь, встав по обе стороны от Бриджит и подхватив ее за руки. Обеспокоенная состоянием гостьи, Анжелика поспешила на помощь.

– Мы проследим, чтобы она хорошенько укрылась, – сказала Фрэн, – правда, Ахмед?

– Безусловно, – ответил стоматолог на пенсии, – и я возбужу ее с утра, если проспит.

* * *

Гости разошлись, и Салли хихикнула над оговоркой Ахмеда, наблюдая, как Бриджит помогают уйти. Она осталась за столом одна, и к ней подошел Дэниел с графином в руке.

– Еще немного коньяка? – спросил он, наливая щедрую порцию.

– Наверное, не стоит, уже поздно.

– Посиди немного, выпей со мной. Лунный свет прекрасен.

Салли почувствовала, как его взгляд скользнул по ее лицу, гладкой коже плеч и остановился на груди, едва прикрытой комбинезоном.

– Я часто купаюсь голышом, когда все спят, – добавил он, отодвинул стул и сел.

– Довольно глупо, учитывая, что ты пил весь вечер.

– Ты в отпуске. Расслабься, – успокоил ее Дэниел.

– Нет. Это работа.

– Здорово, когда удается получить такую работу.

– Но у тебя ведь тоже рабочая неделя.

Шеф-повар откинулся на спинку и выпятил грудь.

– Я здесь, потому что мне нравится делиться знаниями, – Дэниел поднес стакан к свету и взболтал насыщенную янтарную жидкость. – Моя миссия – помогать людям.

– Особенно обеспеченным людям среднего возраста и поколения бумеров, которых, похоже, на курсе большинство.

– Циничное мнение. Каждый имеет право восполнить пробелы в кулинарии и наверстать упущенное в молодости.

– Даже Фрэн? – спросила Салли.

– Фрэн предстоит многому научиться. У нее амбициозная мечта – открыть ресторан.

– У тебя, наверное, была похожая мечта?

– Да, только мне никто не помогал. Мне выпал трудный путь.

– Расскажи, – у Салли разгорелось любопытство – она почуяла увлекательную историю.

– Может, в другой раз, – неопределенно бросил Дэниел. Подавшись вперед, он повернулся к Салли.

– Кто-нибудь говорил тебе, что твои глаза сияют, как изумруды?

Салли сделала глоток напитка и рассмеялась.

– Ты еще прекраснее, когда улыбаешься. Твои зеленые глаза сияют.

Дэниел приблизился, и Салли почувствовала на шее теплое дыхание. Она вдруг вновь оказалась в винном баре в Ле-Мане, и Росс дарил ей дешевое изумрудное кольцо, тоже сравнивая ее глаза с драгоценным камнем. Салли напряглась всем телом, пытаясь побороть гнев.

Неужели все мужчины одинаковы? Отодвинув стул, Салли встала.

– Я что-то не так сказал? – у Дэниела отвисла челюсть.

– Нет, только то, что ты, вероятно, повторяешь каждой женщине.

– Но…

– Спокойной ночи, Дэниел, – крикнула Салли, неторопливо уходя. – Не забудь поставить будильник. Ты же не хочешь опоздать утром на восполнение кулинарных пробелов?

* * *

Когда Салли ушла, Дэниел попытался понять, что он сделал не так. Опустошив стакан, он потянулся за ее недопитым бренди. Напиток подействовал успокаивающе, и вскоре Дэниел принялся планировать наступление. Некоторые женщины любят, когда их добиваются. Учитывая, что осталось меньше недели, задача не из легких, но Дэниел не сомневался: ему удастся покорить Салли как в спальне, так и за ее пределами. Ее блокнот заполнят восторженные описания безграничного таланта Дэниела, и он уже представляет себе воскресный выпуск журнала.

Пришли Тома и Анжелика, и Тома со вздохом начал убирать со стола.

– Столько уборки, – пробормотал он, пока Анжелика собирала бокалы и расставляла их на поднос.

– Нам рано вставать, – Анжелика посмотрела на Дэниела, призывая его помочь. – Давайте закончим побыстрее.

Но мысли Дэниела витали где-то далеко – он поставил пустой стакан на поднос Анжелики, встал, сунул руки в карманы и побрел прочь фантазировать о Салли.