Затем он перебросил ружье через забор в кабаний помет и слез с мужчины.

Он отступил.

«Не пытайся больше за мной следить, — предупредил Джейк. — В следующий раз я могу быть не таким любезным».

Мужчина сел в траве, пытаясь вернуть жизнь в свое горло.

Джейк вернулся к главным воротам, снимая патроны с экспансивными наконечниками, а затем перебросил обойму мужчины через высокий забор к оленям. Когда он обогнул ворота, то едва успел разглядеть мужчину, забиравшегося в дом вместе с дикими кабанами.

OceanofPDF.com

ГЛАВА 25

Высоко над Тульфесом, небольшой деревней на окраине Инсбрука, располагался небольшой гастхоф на шесть номеров. Поскольку лыжный сезон на этой высоте уже почти закончился, заняты были только два номера. В одном из них жила пожилая пара, которая каждый год приезжала сюда в одну и ту же комнату на первом этаже, а Тони Контардо и учёный Джованни Скала только что заняли место на втором этаже с прекрасным видом на деревню внизу. Тони выбрала это место наугад. У него было несколько преимуществ. Подниматься по извилистой дороге было трудно, и если бы ей нужно было быстро уйти, она могла бы перебраться через хребет, ведущий к пяти или шести другим дорогам. Учитывая изолированное расположение, она не думала, что это будет необходимо.

Тони и Скала зарегистрировались как брат и сестра, но ухмылка на лице пожилой женщины за стойкой говорила о том, что она в это не верит. Нет.

Она была уверена, что они были любовниками. В любом случае, это сработало как прикрытие. Единственной заботой Тони была «Альфа-Ромео» на пустой парковке с итальянскими номерами.

В маленькой комнате с одной кроватью, маленьким столиком и двумя стульями у окна, ведущего на балкон, и ванной комнатой, где дверь закрывалась с таким пространством, что приходилось изрядно поёрзать, чтобы закрыть её. Тони лежала на кровати, размышляя о том, что ей предстоит сделать этой ночью. Скала сидел за столом, впервые открыв портфель, и перебирал бумаги.

Скала почти ничего не говорил с тех пор, как судьба свела их почти двадцать четыре часа назад, и Тони не был уверен, хороший это знак или нет.

Ей рассказывали, что он иногда бывает шумным, но она ничего подобного не замечала. Возможно, они просто недостаточно хорошо знали друг друга.

Она приподнялась на локтях и стала смотреть на него. Что-то щёлкнуло в его великом мозгу. «О чём ты думаешь?» — спросила она.

Он был несколько вздрогнул, когда нарушилась тишина. «Мне сейчас нужно быть с Леонардом, показать жителям Тироля, что мы обнаружили».

Генетика». Он помедлил, глядя на бумагу с пометками на полях. «Это слова Леонарда. Он хотел, чтобы мы не забыли подчеркнуть здесь один важный момент». Он повернулся и посмотрел на Тони. «Вы понимаете важность нашего открытия?»

Она села на краю кровати. «У меня есть время. Я хочу понять».

Учёный с нетерпением смотрел на неё, словно она была его ученицей, и он хотел запечатлеть в её памяти нечто такое, что она никогда не забудет. Он придвинул к ней стул и убрал бумаги обратно в портфель. «Мы уже давно знаем, что один регион в Южном Тироле, а точнее, в Северном итальянском Тироле, — это особое место. А точнее, деревня Пассо-ди-Вилла. О её жителях ходили легенды».

Монахи пытались понять это место сотни лет назад. Почему люди жили там так долго? Конечно, в те времена люди и так жили недолго, ведь оспа, чума и другие болезни поражали весь континент. И всё же жители деревень там жили дольше, чем в других частях региона. Почему?

Она пожала плечами.

«Я несколько лет пытался изучить этот район, каждое лето приезжая туда на каникулы, и тут мне позвонил Леонард Альдо. Я слышал о Леонарде, а он знал о моём интересе к этому региону. Разница в том, что я биохимик с опытом работы с рекомбинантной ДНК, а Леонард был генетиком». Он заметил растерянное выражение на её лице.

«В чем разница?» — спросила она.

«Как биохимик, я проводил большинство экспериментов на органическом уровне. Другими словами, я брал образцы, выделял ДНК и пытался экстраполировать и изолировать различия в этом образце от образцов контрольной группы, взятых у студентов моего университета».

«Разве это не всё?» — подумала она. «В смысле. Что там ещё было?»

Он поднялся со стула и взмахнул руками, словно искал доску, чтобы что-то написать и выразить свою точку зрения. «Всё в порядке, если мы просто…

Хотели найти различия. Но мы хотели раскрыть истинную тайну этого места. Поэтому мне нужно было, чтобы Леонард проследил семейную историю каждого человека, с которым мы общались и у которого брали образцы. Это было невероятно утомительно.

Всё было компьютеризировано, что очень помогло, но задача всё равно оставалась сложной. Но Леонард привнёс в нашу команду гораздо больше. Он, без сомнения, прекрасно разбирался в математике, но в нём было нечто большее. Он обладал особым пониманием человеческого поведения.

Глаза ученого заблестели, и он вытер слезу с правого глаза.

Тони не знала, что делать. Ей нужно было помочь ему не сбиться с пути. «И как же вы нашли решение проблемы?»

Он глубоко вздохнул и медленно выдохнул. «Около шести месяцев назад я выделил ген на нити ДНК, который отличался от всех, что я когда-либо видел. В тот же вечер я пошёл к Леонарду, и мы напились в местном заведении. Я рисовал на подставке для пива, где нашёл ген, и Леонард внимательно слушал. Когда я закончил расписывать, какой я замечательный, он просто спросил: „И какое это имеет значение?“» За всю свою жизнь я никогда не испытывал желания кого-то задушить, но сейчас задумался об этом. Я просто сидел и смотрел на этого человека, которого теперь считал своим лучшим другом, и меня вдруг осенило. Он был прав. Ну и что, что я уловил разницу? Что это значило? Я немного поразмыслил, а потом он улыбнулся и поздравил меня. Он был искренне рад и купил мне ещё пива. Но мне не потребовалось много времени, чтобы убедить его в своей правоте. У меня была лишь половина ответа. Может быть, даже треть. Это было как будто впервые посмотреть под микроскоп и увидеть бактерии, не имея ни малейшего представления о существовании пенициллина. Он снова опустился в кресло и уставился на неё.

«Это было полгода назад», — подсказала она. «Как вы нашли решение?»

«Леонхард нашёл это. Когда он это сделал, всё оказалось настолько просто, что мы чуть не отказались от идеи.

Однажды вечером мы прогуливались по грунтовой дороге к таинственной долине. Чуть больше километра вверх по тропе два небольших ручья сливаются в один. Одна река цвета морской волны, словно светится зелёными оттенками, а другая – почти серая или серебристая. Леонард предложил нам повнимательнее рассмотреть воду. Сразу скажу, что вода всегда привлекала внимание этих мест. Двести лет назад она была…

считалось, что эта вода волшебная и может вылечить все недуги.

Но, конечно, это были чистейшие домыслы и домыслы».

«Вы хотите сказать, что в воде есть что-то такое, что позволяет этим людям жить так долго без малейшего намека на сердечные заболевания?»

«Если бы всё было так просто», — сказал он, грозя ей пальцем. «Тогда мы могли бы просто разлить воду по бутылкам и заработать целое состояние. Нет. Нам предстояло ещё много работы. Мы были уверены, что ответ был, но всё было не так просто. Мы брали пробы воды и днями пытались выяснить, что же особенного в каждой реке. Наконец, в каждой речной пробе мы обнаружили определённый минерал в больших количествах».

«Значит, это минерал?» — спросила она.

«Вроде того. Но минералы не объясняли, почему у этих людей не было сердечно-сосудистых заболеваний. Мы проверили технические данные по двум минералам и не обнаружили никакой корреляции между ними и заболеванием. Ответ должен быть глубже, в химическом составе. Возможно, они по-другому формировали связи ДНК.

Мы не были уверены. Мы провели месяц, работая до поздней ночи, рвя на себе волосы. Наконец, мы поняли. Леонард предложил нам взглянуть на работы покойного Лайнуса Полинга, дважды лауреата Нобелевской премии. Полинг работал с витаминами и был одним из первых, кто открыл спиральную структуру некоторых молекул. Более того, некоторые предполагают, что если бы он не открыл А-спираль, то Крик и Уотсон никогда бы не открыли двойную спираль ДНК. Он заметил, что она выглядит растерянной. «Извини, Тони. Эти люди ничего для тебя не значат. Позволь мне объяснить. В науке, когда кто-то делает значимое открытие, это может изменить направление сотен исследовательских проектов, проводимых по всему миру. Для одних это опровергает теорию, которую они, возможно, пытаются развивать, для других – пробуждает интерес к исследованию и позволяет переключить его на более актуальную область. Полинг первым предположил, что витамин С может укреплять кровеносные сосуды и предотвращать образование бляшек в коронарных артериях. При более крепких стенках артерий и отсутствии отложений не было бы никаких болезней сердца».

«Он был прав?»

Не совсем. Первой проблемой, когда он проводил своё исследование, было отсутствие простого способа проверить правильность своих гипотез, не сделав опасную ангиограмму или не вскрывая тело. Ему пришлось полагаться на результаты вскрытия. А к тому времени было уже слишком поздно. Результаты оказались неоднозначными. Но это неважно. Это подтолкнуло нас в правильном направлении.

Минералы оказывают схожее воздействие на ткани, они укрепляют наши клетки на органическом уровне». Казалось, он начал терять её. «Извините, если я вас утомляю».

«Вовсе нет», — сказала Тони. «Просто это заставило меня задуматься. Я объясню позже. Пожалуйста, продолжайте».

Учёный устроился поудобнее в кресле. «Короче говоря, если это вообще возможно, обнаруженные нами минералы действительно способствовали укреплению стенок артерий, но у них был и другой важный эффект. Похоже, они способствовали устранению уже существующих закупорок».

«Это потрясающе».

«Но я ещё не закончил», — сказал он. «Были побочные эффекты. Чтобы всё работало так, как мы планировали, требовались огромные дозы минералов. Эти высокие дозы приводили к проблемам с печенью. Поэтому, чтобы спасти один жизненно важный орган, нам пришлось пожертвовать другим. Это, очевидно, неприемлемо».

Тони начинало дурно себя чувствовать. Теперь она вспомнила, почему закончила бакалавриат по международным отношениям в Нью-Йоркском университете, и считала себя достаточно образованной. Профессора, какими бы благими ни были намерения, могли раздражать. «И как же вы нашли решение?»

Он улыбнулся. «Всё было не так просто, как можно подумать. Минералы в этом районе были важны, но Леонард вспомнил о жителях деревни, которые женились на местных и переехали туда. Были случаи, когда некоторые из них умирали от сердечных приступов, даже прожив там двадцать лет и употребляя эту воду. Однако их дети, унаследовавшие генетический код от местных родителей, не страдали сердечно-сосудистыми заболеваниями. Разве вы не понимаете? Всё дело было в минералах. Они внесли изменения в базовую ДНК, и благодаря естественному отбору ДНК с этим генетическим кодом выжила».

Тони начинала понимать, но что-то было не так с рассуждениями. «Вы хотите сказать, что вам придётся принимать небольшие дозы этих минералов с рождения, чтобы защитить себя?»

«Мы в этом не уверены. На это ушли бы десятилетия. У нас не было на это времени. Мне удалось найти ответ с помощью методов рекомбинантной ДНК».

«Вы снова говорите о сплайсинге генов?»

Он рассмеялся. «Боюсь, что да. Помнишь, как мы ехали, я рассказывал тебе об использовании генной терапии против вируса?»

"Да."

«Ну, я использовал эти методы, чтобы найти решение. Извините, если я вас запутал. Учёные известны тем, что сбивают с толку неспециалистов. Именно поэтому компании нанимают технических писателей для написания инструкций и рекламных текстов.

Достаточно сказать, что вам не нужно знать, как работают часы, чтобы узнать, который час».

«Верно». Ей не терпелось задать ему вопрос, но она не была уверена, как он на него отреагирует.

«Ты что-то задумала, Тони. Я вижу».

«Если это сработает».

«Это так».

«Хорошо. Что делает наша планета со всеми этими людьми, которые живут дольше?»

Он выглядел озадаченным. «Не знаю. Я не социолог. Может быть, нам стоит перестать рожать так много детей. К тому же, всегда найдутся новые беды».

И человечество всегда находит способ убить друг друга на войне».

«Простите. Я не хотела сказать, что ваше открытие неважно. Мне просто интересно, что мы будем делать без этой болезни». Потом она подумала:

О другой проблеме. О причине, по которой правительство вообще послало её вслед за Скалой и Альдо. «Вы с Альдо рассматривали противоборствующие фракции?»

Он поднял брови и сказал: «Кто будет против лечения болезней сердца?»

«Хирурги, которые зарабатывают на жизнь тем, что вскрывают людей, — это одна группа».

«У тебя изворотливый ум, Тони Контардо. Ты говоришь о врачах».

«Всё верно. Врачи с огромными домами, которые хотят отправить маленьких Джонни и Сьюзен в подготовительную школу и Лигу плюща. Врачи — лишь один пример.

Подумайте обо всех фармацевтических компаниях, кроме той, с которой Tirol Genetics будет сотрудничать эксклюзивно, которые потеряют миллионы долларов, не продавая лекарства для сердца. Не говоря уже обо всех этих страховых компаниях, которым придётся пересчитывать таблицы ожидаемой продолжительности жизни. Они потеряют много денег из-за увеличения сроков выплаты аннуитетов. То же самое относится и к пенсионным фондам, которым теперь придётся выплачивать взносы в течение более длительного периода. Наш американский фонд социального обеспечения и так на мели, можете ли вы представить, что все наши бэби-бумеры будут жить ещё дольше?

Скала вскочил. «Что вы хотите, чтобы мы сделали?» — закричал он. «Ничего? Неужели мы должны позволить людям умереть?»

Поднявшись ему навстречу и положив руку ему на плечо, Тони сказала: «Вовсе нет. Я на твоей стороне. Я просто хотела, чтобы ты знал, что есть люди, которые хотели бы, чтобы ты потерпел неудачу».