Ожидая прямо за дверью, стараясь быть как можно незаметнее, он навострил уши, услышав собственное имя, и теперь внимательно прислушивался.

«Нет, чёрт возьми», — сказал Джонни. «Я не думаю, что он что-то подозревает. Да. Да.

Я тебе уже говорил. И ещё скажу. Но он мой друг. Не обязательно мне рассказывать, насколько это, блядь, важно. Ага... ладно. Я тебе позже позвоню.

Когда Джонни Ламар бросил телефон, Трент отступил на несколько футов и подождал пару секунд. Затем он двинулся вперёд и остановился под дверным косяком.

Джонни Ламар поднял взгляд от стола и так же быстро опустил взгляд на какие-то бумаги. «Ну что? Нам нужно разобраться с делами», — резко сказал он.

Небольшой кабинет был обставлен деревянным столом и стульями 40-х годов, от которых исходил такой запах, будто они только что с распродажи имущества покойника. Глядя на заваленный бумагами стол, Трент просматривал перевёрнутые отчёты и фотографии — навык, который он освоил ещё в молодости, работая журналистом.

«Почему бы мне не перевернуть их, чтобы вам было лучше видно», — съязвил Джонни.

Трент улыбнулся. «Если вы не против?»

Шериф взял отчёт и перетасовал все страницы, словно колоду карт. «Лезвие ножа было длиной около шести дюймов, загнутое вверх на конце», — сказал Джонни Ламар. «Оно было острым как бритва».

Трент на мгновение задумался. «Нож для разделки мяса?»

"Может быть!"

«Сколько ран?»

«Пятнадцать ран разной глубины и под разными углами. Не пишите это! Коронер считает, что самая глубокая рана дошла до рукоятки и, вероятно, стала смертельной. Она пробила лёгкое и повредила верхнюю часть сердца и аорту». Джонни бросил отчёт на стол.

«Кто-то знал их анатомию». Трент взял отчёт и пролистал две страницы. Там была стандартная схема женского торса — вид спереди и сзади. Всего один удар ножом спереди и описание этой раны. На её спине было ещё четырнадцать таких ран. Он понял, что впервые просматривает отчёт о вскрытии знакомого человека. Это было жуткое чувство. Словно смотрит на собственное вскрытие, ищет убийцу. В крови Джули были следы алкоголя. Два небольших ушиба — по одному с каждой стороны челюсти.

«Что вы думаете о двух синяках на ее челюсти?» — спросил Трент.

«Не знаю. Убийца сначала пытался её задушить?»

Трент обошел стол позади Джонни. Шериф настороженно посмотрел на него. Трент обхватил левой рукой шею Джонни сзади, оттянул его голову назад и ударил правым кулаком в грудь шерифа. Когда он отпустил Джонни, Трент улыбнулся. «Ну и что?»

«Так могло быть», — признал Джонни, потирая подбородок.

«Это объясняет, почему лезвие ножа направлено вверх. Если убийца нападает сзади, то лезвие обычно направлено вверх. В противном случае нож сложно держать».

«Вот именно как. Но всё равно вопрос остаётся: почему?» — сказал Трент. «То есть... ты не думаешь, что это было какое-то случайное убийство?»

«Нет. Я думаю, Джули знала своего убийцу».

Трент посмотрел на своего старого друга, вспомнил разговор, который только что подслушал, и задумался, действительно ли Джонни ему доверяет. Он понимал, что должен помочь Джонни найти убийцу, прежде чем подозрения станут непреодолимыми. Но ему пришлось признать, что смерть Джули не имела никакого смысла.

Джонни Ламар пристально смотрел на Трента.

«Что случилось, Джонни?»

Шериф полез в ящик стола, вытащил пластинку жвачки и засунул её в рот. «Я разговаривал с Элси Браун сегодня утром». Он сделал паузу, чтобы жвачка во рту стала мягкой.

«Сказал, что ушёл из офиса вчера утром, около половины двенадцатого», — Трент пожал плечами. «Вот так».

«Так... она сказала, что ты вернулся только в шесть», — цинично сказал он.

«Чем вы занимались почти семь часов?»

"Рыбалка."

Шериф жевал жвачку. «Кажется, ты слишком много времени провёл в Чикаго. Семь часов на рыбалке? За это время можно было доехать до Канады и вернуться обратно». Он покачал головой и щёлкнул жвачкой. «Значит, у тебя нет алиби!»

«Мне не нужно алиби», — ухмыльнулся Трент. «Алиби нужно только если ты убийца. У меня нет алиби девяносто процентов времени. Но будь я убийцей, оно бы у меня точно было». Трент начинал злиться, хотя и знал, что Джонни когда-нибудь придётся задать эти вопросы.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга.

«А как же муж?» — прогремел Трент.

Джонни быстро встал. «Дайте мне делать свою работу, чёрт возьми!» Он направил палец, словно оружие, на Трента. «Мне не нужен какой-то чёртов журналист, который будет указывать мне, что делать. К тому же, у мужа есть алиби, а вы знали её лучше, чем кто-либо другой в городе».

Трент покачал головой. «У меня не было мотива убивать её.

Боже, какое у тебя богатое воображение. Почему бы тебе не разместить меня на травянистом холме в Далласе?

«Я просто пытаюсь сделать свое...»

«Иов! Ладно. Тогда поговори с мужем Джули. У него, возможно, даже есть мотив».

«Я так и планирую», — Джонни откинулся на спинку стула.

«Думаю, мы на одной стороне, Джонни». Трент попытался успокоиться. В прошлом он сталкивался со многими представителями правоохранительных органов, но ни с одним из них он не был так хорошо знаком и не считал его убийцей. И ему пришлось признать, что предположение было не в его пользу.

Услышав звук шагов по выложенному плиткой коридору, Трент и Джонни обернулись к двери.

В дверях остановился мужчина в дорогом костюме, с идеально чёрными волосами с проседью и каштановыми кончиками бровей. У него была одна сплошная густая бровь. Челюсть была массивной и широкой, словно её ломали не раз, но лицо было тёмно-загорелым, почти сухим от долгих раундов игры в гольф или теннис в жарком сухом климате. Впрочем, ничего слишком уж утомительного. Ведь под дорогим костюмом, похоже, скрывалось запасное колесо.

Шериф поднялся со стула. «Время вышло, Трент», — сказал Джонни. «Поговорим позже. Мистер Сантьяго, пожалуйста, заходите».

Мужчина перевёл взгляд с шерифа на Трента, а затем снова на шерифа. «У вас есть информация об убийстве Джули?» — спросил он. Его голос был медленным, словно звук автомобильных шин, катящихся по гравию.

«Да... Мне жаль, что ваша жена так поступила, мистер Сантьяго», — сказал Джонни. «Я знал её ещё со школы».

Сантьяго выглядел растерянным, пожимая руки шерифу. «Пожалуйста, Эстебан», — сказал он.

Трент пристально посмотрел на Эстебана Сантьяго, внимательно наблюдая за его реакцией. Первое впечатление было для Трента важным показателем характера. Для него это всегда было игрой — попытаться проверить, насколько верным окажется его первое впечатление о человеке со временем. Но он с самого начала знал, что предвзято относится к Эстебану Сантьяго.

«Сэр, это Трент Стронг, — сказал Джонни. — Он владелец городской газеты.

Сантьяго поднял кустистую бровь, услышав имя Трента, и медленно протянул руку для рукопожатия. «Джули упомянула ваше имя, мистер Стронг. Насколько я понимаю, вы были хорошими друзьями?»

Он крепко сжал руку Трента. «Можно и так сказать», — сказал Трент, сжимая её ещё крепче.

Сантьяго отступил, но продолжал пристально смотреть на Трента своими пушистыми глазами.

«Мне нужно задать вам несколько вопросов», — сказал шериф Сантьяго. «У вас есть время?»

«Мне нужно многое подготовить к похоронам», — сказал Сантьяго.

«И на лесопилке возникла проблема, которой мне нужно заняться, пока я в городе. Но я сделаю всё возможное, чтобы найти убийцу моей жены. Так что да, теперь я могу говорить». «У тебя проблема на лесопилке?» — спросил Трент.

«На самом деле это ничего», — сказал Сантьяго.

«Этот завод является частью BC Enterprises?» — спросил Трент.

Сантьяго сел на один из старых деревянных стульев. «Да. Это была идея Джули назвать его в честь Бивер-Крик. Кажется, ей нравилось ходить туда в школе».

Какая ирония, подумал Трент. Весной, перед её отъездом, они с Джули занимались любовью на берегу Бивер-Крик. Кстати, он задремал на этом самом месте ещё вчера.

В комнате на мгновение воцарилась тишина. Затем Джонни Ламар встал и пошёл к двери. «Трент, мне нужно задать мистеру Сантьяго несколько вопросов».

"Конечно."

Стоя на ступеньках снаружи здания, Трент записывал то, что только что произошло в офисе шерифа. Он размышлял, связана ли проблема на лесопилке с тем, что рассказал ему Алекс Линдберг.

Он вернулся в свой кабинет и съел бутерброд с ветчиной и яблоко, принесённое из дома. Он жалел, что не оказался в кабинете Джонни, когда тот допрашивал Эстебана Сантьяго. Телефонный звонок, который он подслушал, тоже был очень интересным. Похоже, начальник Джонни спрашивал о Тренте. Это могло вызвать у него вопросы о его алиби.

Но кто был его начальником? В данной ситуации это мог быть окружной прокурор Марв Палмер. Он сделал пометку, чтобы проверить отношения между шерифом и окружным прокурором. Обычно окружной прокурор и шериф работают в окружном совете комиссаров. Ну, они в любом случае подчиняются совету. Поскольку они оба выборные должностные лица, они действительно работают на благо народа. Но власть обычно приобретается со временем. А Марв Палмер был окружным прокурором почти двенадцать лет. У него было достаточно времени, чтобы создать себе опору. Однако должностная власть — это одно, а личная — совсем другое. Потребуется время, чтобы выяснить, у кого что есть, подумал он.

OceanofPDF.com

10

Шериф молча сидел за своим столом. Он взглянул на серую металлическую мусорную корзину сбоку стола, выплюнул огромный комок жвачки, и она с глухим стуком упала на верхний внутренний край.

«Отличный удар», — сказал Марвин Палмер, заглядывая в кабинет шерифа от двери. Его жёлтая рубашка, брюки цвета хаки, носки с ромбами и ярко-белые кроссовки выдавали его скорее в девятнадцатой лунке, чем в кабинете шерифа. Он пристально посмотрел серыми глазами на Джонни Ламара и сел.

«У каждого должно быть хобби», — сказал шериф.

Палмер холодно улыбнулся и спросил: «Ну? Как всё прошло?»

«Примерно так же хорошо, как и можно было ожидать от человека, только что потерявшего жену», — сказал Джонни. «Он был твёрдо уверен, что мы должны сделать всё возможное, чтобы посадить мерзавца, убившего его жену, за решётку».

«Как трогательно», — сказал Палмер.

«Он выглядел искренне сожалеющим».

«Хорошо! Трент Стронг был здесь?»

«Нет! Это было бы неуместно», — сказал шериф. «Обычно я не провожу расследования в присутствии журналиста».

«Обычно мы не проводим расследования убийств», — сказал Палмер.

«Мы оба знаем, что последнее настоящее убийство в этом округе так и не было раскрыто».

Джонни Ламар презрительно посмотрел на окружного прокурора. Он знал, что язвительные замечания Палмера были вызваны скорее заботой о его собственном политическом благополучии, чем заботой о жертве убийства. «Верно. Но она была скорее бродягой, если мне не изменяет память».

«Умереть значит умереть», — презрительно усмехнулся Палмер. «Бродяга, дебютантка... Какая разница?»

Шериф улыбнулся: «Ты ведь имел к этому отношение, не так ли?»

Окружной прокурор колебался. «Я работал стажёром у старого окружного прокурора, — сказал он. — Между вторым и третьим курсом юридического факультета. Я нашёл её, когда ехал на велосипеде. Это был ужасный кошмар».

«То же самое было и с убийством Джули Сантьяго», — заверил его Джонни Ламар.

Палмер покачал головой. «Да, но сейчас подобные вещи случаются чаще. Разве вы не помните, как последний случай повлиял на всё сообщество? Люди были в шоке от того, что такое могло произойти в тихом маленьком Медвежьем озере. Но, судя по тому, что я видел сегодня утром за завтраком в «Лесорубе», люди далеко не так потрясены, как пятнадцать лет назад. Что нужно сделать, чтобы ужаснуть людей в наши дни?»

Наступила тишина.

Шериф потёр свой щетинистый подбородок. «Я не знаю, что делать со Стронгом».

«Думаю, он ваш главный подозреваемый», — сказал Палмер. «Его не было семь часов, пока, по словам Бутча, женщину из Сантьяго изуродовали.

Он знал Джули Сантьяго лучше, чем кто-либо в городе».

«А как насчет мотива?»

«Чёрт возьми, если я знаю!» — сказал Палмер. «Любовная ссора? Джули трахали?»

«В ней не было ни следа спермы, нигде. Секс не был проблемой. Учитывая любовную ссору между ним и Джули, мне пришлось бы установить предшествующую связь.

Или, по крайней мере, недавняя ассоциация».

«Сделайте это! Эстебан должен вам помочь. Уверен, Стронг хотя бы раз звонил им домой». Окружной прокурор презрительно улыбнулся. «Я знаю, что Стронг замешан. Я немного поговорил с его работодателем. Его редактор сказал, что все эти смерти раньше его очень беспокоили, но в последний год или около того он, казалось, стал к ним равнодушен. Он много времени проводил в зонах боевых действий. Редактор сказал, что он сам просил о заданиях. Он с удовольствием их принимал». «Это не похоже на Трента».

«Он чёртов журналист. Они наживаются на чужом горе».

«А юристы?»

«Иди на хуй!»

Джонни уставился на окружного прокурора. «А как же Эстебан? Я знаю, у него безупречный алиби, но он мог бы кого-то нанять. Деньги у него точно есть».

«В этом-то и суть. У него есть деньги, так зачем убивать его жену? Он уважаемый бизнесмен в этом городе. Более пятисот человек и их семьи со мной согласятся».

«Вы имеете в виду избирателей?»

Окружной прокурор покачал головой. «Ты не понимаешь, Джонни. Если ты хочешь снова разъезжать на патрульной машине и отбирать пиво у подростков, я не против. Думаю, мы можем это устроить. Просто делай, как тебе говорят, и проверь Трента Стронга. Уверен, ты найдёшь на него что-нибудь».

Шериф сидел удручённый. В конце концов, Марвин Палмер так упорно боролся за то, чтобы он получил значок шерифа. «Но что мне делать с…

Трент, пока я не получу на него что-нибудь?

«Он не будет путаться у тебя под ногами».

«Не думаю», — сказал Джонни. «Ты его не знаешь так, как я. Он может быть безжалостным мерзавцем».