«Мир тесен», — сказал Дон, отпивая глоток кофе и держа чашку обеими руками. «Добавьте это к математическому уравнению».

OceanofPDF.com

5

После кофе Дон уговорил Сару вернуться к нему в квартиру. Она могла бы переночевать там в гостевой спальне, пока он возится и кое-что делает. Он пообещал, что не оставит её одну.

Это было шесть часов назад. Сейчас, в три часа дня, Дон расхаживал по небольшой гостиной своей квартиры, изо всех сил пытаясь сосредоточиться на своих делах, но безуспешно. Несмотря на браваду Сары, он знал, что она чувствует себя уязвимой и одинокой. Её чуть не обвинили в убийстве пациента или, по крайней мере, в содействии его смерти. Полная чушь. Дон знал по своей подготовке, что лекарства от отравления рицином не существует. Если жертва приняла достаточное количество вещества, единственным фактором, влияющим на исход, было время смерти. При достаточной дозе смерть была предопределена. Ключевыми были степень отравления и способ воздействия. Если немец проглотил рицин, что ФБР изначально считало так до дальнейшего расследования, то сначала у него начались бы приступы рвоты и диареи. Затем последовало бы сильное обезвоживание, усугублённое десятичасовым перелётом из Токио в Портленд. Затем его кровяное давление упало бы до минимума. В самолёте у него могли быть галлюцинации, а в моче и стуле могла быть кровь. Но всё зависело от количества принятого вещества. К моменту припадка в самолёте, поездки на скорой в больницу Святого Франциска и попадания в отделение интенсивной терапии немцу ещё повезло бы, если бы он вообще остался жив.

Его почки, печень и селезёнка могли перестать работать. Да, этот парень, вероятно, был мёртв ещё до того, как Сара стала его медсестрой, и ФБР должно это знать. Дон понимал, что в больнице не знают, как диагностировать и лечить отравление рицином. Скорее всего, большинство работающих там сотрудников никогда не слышали о рицине.

Дон держал телефон в правой руке. Ему следовало позвонить в ФБР. Позвонить в больницу от имени Сары. Но что он скажет? Он всё знал о рицине.

Как? Верно. Он застрял. Но он всё ещё мог поговорить со спецагентами Шварцем и Уайтом. Посмотреть, как продвигается дело.

Он набрал номер и подождал. Шварц ответил: «Да».

«Это правильный телефонный этикет ФБР?»

"Что ты хочешь?"

«Некоторые ответы».

«Не все ли мы такие?»

Тишина. Что, чёрт возьми, было у этого парня?

«Поэтому я поискал информацию о рицине в интернете, — сказал Дон. — Никакого способа обнаружить отравление или вылечить его не было. Похоже, Сара никак не могла помочь мужчине умереть. К тому времени, как его доставили в больницу, он уже был мёртв».

Агент Шварц рассмеялся. «Интернет. Смешно, Дон. У тебя нет ни кабельного, ни обычной телефонной линии. Как ты это провернул?»

Ублюдок. Его проверили. Но насколько глубоко они могли зайти?

«Это хороший трюк, Боб. Конечно, в наши дни это может понять и четырнадцатилетний мальчишка. А если бы вы проверили беспроводное соединение в нашем жилом комплексе, где половина людей работает в сфере высоких технологий, вы бы увидели, что я могу подключиться как минимум к полудюжине открытых сетей».

«Спасибо за эту небольшую лекцию, Дон. Но у меня такое чувство, что ваши знания о рицине связаны с вашим военным прошлым».

Дон на мгновение замер. Так он узнал, что служил в ВВС. Он всё ещё не знал, чем он там занимался, когда был в командировке или после увольнения из ВВС.

Когда Дон промолчал, специальный агент Шварц продолжил: «И мы скоро узнаем, что вы сделали для правительства».

Теперь Дону пришлось рассмеяться. «Ты мог бы просто спросить меня, вместо того, чтобы читать весь запрос Министерства обороны». К тому же, он знал, что его личное дело останется закрытым даже для ФБР.

«Какие у вас отношения с Сарой Данн?» — сменил тему сотрудник ФБР.

«Мы соседи».

«Ночуешь у приятелей?»

Дон встал и подошёл к окну, выходившему на зелёную зону в центре жилого комплекса. Слева находился открытый бассейн, закрытый до мая. Какие-то мерзавцы не спускали глаз с этого места. Его взгляд скользнул по другим квартирам, и он поднёс бинокль к глазам, чтобы рассмотреть это место поближе.

Нет смысла отрицать очевидное. «Как вы помните, я говорил вам, что её дом разграбили. Я ни за что не позволил бы ей там остаться».

«Вам следует позвонить в местную полицию. Напишите заявление».

«Мы сейчас этим займёмся. Почему бы тебе не сказать в больнице, что Сара не могла иметь никакого отношения к смерти немца. Ты же знаешь, что она не имела».

«Я вижу, когда кто-то утаивает информацию, мистер Мори. Как и вы. У вас есть прошлое, которое нужно скрывать. Ваша девушка тоже что-то скрывает».

Подруга. Этот парень знал меньше, чем думал. Наверное, на рыбалке. Дон навёл оптику на конкретную квартиру, но знал, что сейчас там ничего не увидит.

Агент продолжил: «Кто-то ещё наверняка так думает. Иначе зачем же тогда портить её дом?»

Был ли этот парень честен? Может, он не имел никакого отношения к квартире Сары. Если не они, то кто? Чёрт.

«Мне пора, Дон», — сказал агент Шварц.

«Граждане, которых можно преследовать?»

«Что-то в этом роде. Дай нам знать, когда она захочет поговорить. Расскажи нам всю правду».

Дон захлопнул телефон, сунул его в карман спортивных штанов и откинулся на кожаное кресло в скромно обставленной гостиной. Он открыл ящик журнального столика и достал небольшой японский танто – нож с острым, как бритва, лезвием длиной в двадцать сантиметров. Он ловко повертел его в пальцах, любуясь изящной резьбой, или хоримоно, на лезвии.

«Кто звонил?» Сара вошла, протирая глаза. На ней был спортивный костюм, который они купили после возвращения из кофейни. Босиком.

Дон заметил, что у неё крошечные ступни. Он также отметил, что она была одинаково красива как после пробуждения, так и перед сном. «Наши хорошие друзья из ФБР».

Она села напротив него за журнальный столик и скрестила руки на груди. «Я очень ценю, что ты остаёшься здесь со мной. Обычно я бы не смогла заснуть в таком стрессе».

Дон просто пожал плечами и слегка улыбнулся.

Сара продолжила: «В шкафу полно женской одежды, Дон.

Хочешь мне что-нибудь сказать? Ты же не из тех, кто переодевается в другую одежду.

Он рассмеялся. «Они примерно твоего размера. Это одежда моей сестры. Это её дом. Я просто присматриваю за ней».

«Вот почему в ванной комнате стоит такая ароматная смесь».

«О. Это моё. Мне нравится запах».

Она улыбнулась ему. «Старше или моложе?»

"Сестра?"

Она кивнула.

«Она моя младшая сестра. Работает в компьютерной компании. Её отправили в Токио на год. Ей здесь нравится, и она не хотела его бросать. Я думала, вы знакомы».

«Когда она ушла?»

«Шесть месяцев назад».

«Я здесь всего полгода, но из-за работы по ночам мне приходится долго с людьми общаться. Что с ножом?»

Дон вложил клинок обратно в ножны. «Ничего. Одна из немногих вещей в этом месте, которая принадлежит мне».

Они смотрели друг на друга почти минуту, не произнося ни слова.

Дон не был уверен, насколько ему стоит ей открываться. Он нелегко заводил друзей, но сохранил тех, кому доверял. Нескольких со школьных времён.

Больше от военных. И почти никого от его последнего работодателя. Это всегда были братья по оружию, с которыми он общался только во время боевых действий. Он любил такие моменты, но в одиночных миссиях он мог быть самим собой без притворства или кем-то другим без оправданий.

«Ты говорил, что у тебя есть место на побережье, — сказала она. — Там очень красиво. Я люблю океан».

«Будучи родом из Ирландии, думаю, вам придется либо полюбить эту страну, либо возненавидеть ее».

«Точно так. Насчёт ФБР...»

«Верно. Они, как обычно, скромничают. Они знают, что ты не имел никакого отношения к смерти этого человека».

«Сообщат ли они об этом в больницу и совет по сестринскому делу?»

Дон вертел в руках нож в чехле, медля, пытаясь придумать, как это сказать. «Ещё нет».

«Почему бы и нет?» Ее челюсть напряглась.

«Эй, я на твоей стороне», — напомнил он ей. «Но, похоже, они думают, что ты не всё им рассказала. Может быть, ты что-то забыла. Какую-то маленькую деталь».

Она раскинула руки и опустила голову на руки, лежащие на коленях. Дон заметил, что она не плачет. Но что? Неужели он действительно что-то наткнулся? Он встал и подошёл к ней, сел рядом на диван. Он хотел утешить её. Обнять. Но, возможно, она неправильно это воспримет. Для тех отношений, которые их сейчас занимали, это было слишком рано.

«Что случилось?» — прошептал ей Дон. Он взглянул поверх её шёлковых чёрных волос и увидел их в свете абажура.

Она начала говорить, когда Дон зажал ей рот правой рукой и приложил указательный палец к губам. Она внезапно испугалась. Он увидел это в её глазах, когда встал с дивана.

«Я знаю, ты всё ещё устала», — сказал Дон, обходя Сару и подходя к столику с лампой. «Это понятно. Трудно вернуться от ночи к дню». Он склонил голову под абажуром, а затем покачал головой. «У меня тут только растворимый кофе. Давай сбегаем в Coffee Crazy и выпьем настоящего».

Сара встала и посмотрела туда, куда указывал Дон. «Кажется, ты прочитал мои мысли. Я же кофейная шлюха, знаешь ли».

«Правда? Профессионал. Я тебя скорее за кофейную шлюху принял».

Она громко рассмеялась. «Нет. Это горячие молоденькие девушки, которых нанимают для работы в кофейнях. Ну, вы знаете. В платьях с глубокими вырезами, высовывают массивную грудь из окон, чтобы разносить им шикарный кофе».

«Ну», сказал Дон, «я видел тебя только в спортивном костюме».

Они направились к входной двери, но Дон остановил их.

«Почему бы тебе не переодеться, и мы выпьем кофе?»

Пока она переодевалась, Дон пошёл в спальню, набил кучу вещей в дорожную сумку и перекинул её через плечо. Вернувшись в гостиную, Дон схватил нож с журнального столика, и Сара увидела, как он сунул его во внутренний карман куртки, когда они встретились.

Вместе, не говоря больше ни слова, они покинули его дом.

Она несколько раз пыталась заговорить, пока они шли к кофейне, но Дон всё качал головой, когда она пыталась что-то сказать. Он осматривал окрестности в поисках каких-либо признаков опасности. Ничего. Но это не значило, что её нет.

Вместо того чтобы дойти до кофейни на углу, они дошли до парковки и сели в белый пикап Ford F250 Дона. Он положил сумку за передними сиденьями, и они выехали с парковки.

Наконец Сара не выдержала: «Что, чёрт возьми, происходит?»

Дон выбрался с гостевой парковки, которой всегда пользовался. Машина его сестры, владелицы квартиры, была припаркована на отведённом месте. Затем он добрался до улицы Дженкинс, и они медленно проехали мимо штаб-квартиры Nike World.

«Я собирался задать тебе тот же вопрос», — наконец сказал Дон, его взгляд метнулся назад, чтобы проверить, нет ли где-нибудь хвоста.

«Я? У тебя дома прослушивается. Эти ублюдки из ФБР не знают усталости».

Если бы всё было так просто. Дон понимал, что это могло быть прошлое, которое настигло его. Возможно, это не имело к ней никакого отношения. Но как он мог ей это сказать? С другой стороны, это могло быть связано с ней напрямую. Или, по крайней мере, с погибшим человеком. Стоит ли позволить ей думать, что это ФБР? В противном случае альтернатива могла быть ещё страшнее. Она должна была знать.

«Это было не ФБР», — сказал Дон.

Краем глаза он увидел ее растерянное выражение.

«Если не они, то кто?» Ее слова были не громче шепота.

«Не знаю. Наверное, те же люди, которые разгромили твой дом».

Она недоверчиво покачала головой. «Но это же бессмыслица. Когда у них на это есть время?»

Он об этом не подумал. Он был на побережье, когда её дом разгромили. Откуда им было знать, что он вмешается? Может, это был кто-то из его прошлого. Погоди. «Они могли просто уйти от тебя до того, как ты появился, зная, когда ты возвращаешься с работы. Они следят за домом. Видят, как я появляюсь. Потом мы идём пить кофе. Это даёт им около сорока пяти минут. Им потребуется меньше пяти, чтобы избавиться от насекомых. Уверен, это был не единственный случай в моём доме».

Дон повернул на север, на Мюррей, и набрал скорость, осматривая машины позади себя. Что насчёт той чёрной машины?

«Может быть», — сказала Сара. «Но почему?»

«Ты собирался мне что-то рассказать там, в квартире», — сказал Дон.

«Как раз перед тем, как я нашёл жука». Он взглянул на неё, а затем снова посмотрел на дорогу.

«Откуда вы знаете, что это не было прослушивающим устройством ФБР?» — спросила она.

Чёрт. Он надеялся, что она забудет об этом. «Две причины». Две, Дон? Ты любишь всё усложнять. «Во-первых, у ФБР не было бы времени получить ордер на установку жучков в моём доме. К тому же, у них не было бы веских оснований их устанавливать». Он снова посмотрел на чёрную машину. Она отставала. «Лексус».

«Ты назвал две причины», — сказала Сара, повернувшись к нему всем телом и оглядываясь через плечо.

Видишь ли, Дон. Нужно было остановиться на одной причине. Сколько он должен был ей рассказать? «Точно. Вторая причина. Это был старый баг. Не очень-то высокотехнологичный.

Что-то, что можно купить в Интернете или в шпионском магазине в центре Портленда».

«О», — она снова повернулась к зрителям. «И ты знаешь, почему?»

Прочистив горло, Дон сказал: «Я большой любитель этих штук».

«За нами гонится эта черная машина?»

«Возможно. Узнаем через секунду». Дон сбавил газ, направляясь к следующему светофору. Прямо перед тем, как он въехал на перекрёсток, загорелся жёлтый.

Оглянувшись, он увидел, как чёрный «Лексус» врезался в него, проехав на красный. «Может быть».

«Это ФБР?»

«Лучше бы этого не было. Если они ездят на Lexus, я прошу большего снижения налога в следующем году».

«Что нам делать?»