Дон уже не мог последовать за ней. Она была одна и могла выжить только благодаря своей решимости и уму.

Вот. Водитель переднему пассажиру сказал пару слов. На каком языке? На корейском? Нет. Учитывая, кого Дон убил у себя дома на побережье, скорее всего, на японском.

Что случилось с Доном? Неужели его задели все эти выстрелы? Как он мог не попасть? Он спас ей жизнь, запихнув её между машинами.

Возможно, нет. Они явно хотели её живой. Поэтому Дон отошёл от неё на расстояние, чтобы её не зацепила шальная пуля.

Несмотря на цель, он спас ей жизнь. Она никогда не сможет забыть об этом. Она лишь надеялась, что с ним всё в порядке. Но ей нужно выбросить Дона из головы. Всё зависело от неё. Никто не придёт ей на помощь. Она должна была в этом убедиться. Должна была решить это для себя. Американское ФБР отправило её, уверенная, что она больше не представляет угрозы и не находится в опасности.

Сколько они ехали? Полчаса? Час? Она не могла вспомнить. Но теперь они, казалось, сбавляли скорость. Возможно, они проезжали через жилой район. Они поступили разумно, подумала она, раз ехали с максимальной скоростью. У полиции не было причин их останавливать.

Через несколько мгновений фургон остановился, и Сара замерла в предвкушении. Станет ли она такой же, как доктор Мид на этих фотографиях?

Ей нужно было их остановить. Нужно было использовать свой разум, чтобы выбраться из этой ситуации. Несмотря на рациональные мысли, она вздрогнула, когда в голове промелькнули фотографии доктора.

Мужчины вышли из машины, и она услышала их приглушённые голоса, говорящие по-японски. Боковая дверь открылась, и они вытащили её из фургона, по одному мужчине с каждой стороны, и потащили куда-то, почти не отрывая ног от земли. Как она могла с ними бороться? Они были слишком сильны для неё. Но если бы она нашла какое-нибудь оружие, у неё был бы шанс.

На неё падал дождь. Но она не чувствовала ничего, кроме запаха шерсти от маски.

Сквозь темноту она слышала тихие шёпоты. Снова на японском, как ей показалось. Но она не была уверена, что смогла бы понять их по-английски. Голоса были слишком приглушёнными.

Они повели ее наверх, через дверь, а затем вниз по нескольким лестницам.

Наконец, сквозь маску проник затхлый запах. Подвал? Она слышала, что в районе Портленда их не так уж много из-за вулканических пород.

Но какой толк был от этой информации, если она не могла ее никому передать.

Где её сумочка и мобильный телефон? Они наверняка у них.

Её отбросило, и она приземлилась на матрас. Должно быть, он лежал на полу. Она вспомнила о хорошем матрасе в отеле и о том, как она чувствовала пружины этого матраса, двигаясь. «Эй, по крайней мере, можно чувствовать», – напомнила она себе. А как же Дон? Он ещё жив? Должен быть жив.

Она не могла думать иначе. Должна была верить, что он не только жив, но и ищет её именно сейчас. Нет. Всё зависело только от неё – выбраться отсюда.

В этой ситуации. Она ни на кого не могла положиться. Никто не мог её найти. Подумай головой, Сара.

Хлопнула дверь, и она услышала, как задвинулся засов.

Они не могли оставить её вот так, связанной и связанной. Им следовало хотя бы спросить её, что она знает. Не было смысла скрывать это от них сейчас. Но если она расскажет, они её просто убьют? Зачем она им тогда? Если бы они только знали, что информация была прямо там, на DVD. Они могли бы получить её, ей бы всё равно. Информация не стоила того. Не стоила того, чтобы Дон пострадал. К тому же, он уже сделал копию. Они могли бы забрать этот чёртов DVD.

Она опустилась на колени, желая видеть окружающее.

Встав, она прошлась по комнате, выставив правую ногу перед собой, чтобы ни за что не задеть. Нога наткнулась на что-то металлическое. Она обернулась и потрогала это руками. Металлический столб. Опорный столб. И тут она чуть не порезала руку обо что-то острое.

Повернув острое место, она потерла то, что связывало ее руки.

Через пятнадцать минут повязка порвалась, и она быстро стянула маску.

Она всё ещё ничего не видела в темноте, но, по крайней мере, могла пользоваться руками. Одним быстрым движением она сорвала скотч со рта.

Было больно, но она не кричала.

Теперь, освободив руки, она обошла комнату, оценивая размеры своей тюрьмы. Должно быть, это была лишь часть подвала. Кроме опорной стойки и матраса, комната была пуста. И никакой сумочки. Не то чтобы она ожидала, что они будут настолько глупы, чтобы оставить ей телефон. Даже если бы они это сделали, где бы она сказала, что находится?

Она села на кровать, закрыла лицо руками и разрыдалась.

Она была так сильна, но внезапно отчаяние вырвалось наружу. Она застряла и знала это. Дон, вероятно, погиб или, по крайней мере, был тяжело ранен. И никто не будет её искать. И уж точно не ФБР. Они бросили её. У неё не было настоящих друзей, только сестринское дело.

приятели. И никто из них даже не пытался ей позвонить после того, как её отправили в административный отпуск. Как будто она была изгоем. Прокажённой. Очевидно, никто не хотел встать на её защиту. Никто, кроме Дона, а его уже не было. Она закрыла рот рукой и плакала, не желая, чтобы эти ублюдки наверху её услышали.

Возьми себя в руки, Сара. Именно этого они от тебя и хотели.

Она знала, что они скоро придут за ней и попытаются запугать её ещё сильнее, возможно, сексуально. Но она расскажет им всё, что знает. У неё не было причин не сделать этого сейчас. Главное, чтобы она не видела их лиц.

Когда она услышала, что они идут за ней, ей пришлось бы снова надеть шерстяную маску на голову. Обшарив пол, она нашла маску и надела её на голову, чтобы быть готовой к их возвращению. Всё, что ей оставалось сделать, это натянуть её на лицо. Кроме этого плана у неё ничего не было. Но вместо того, чтобы снова заплакать, она сжала челюсти и её мысли перенеслись к тому, что она сделает, если они попытаются заняться с ней сексом. В глубине души она знала, что физически не сможет им противостоять. Ей придётся победить морально. Другого пути не было. Ей нужно было загнать их ухаживания в глубокую часть своего мозга, откуда они никогда не смогут подняться на поверхность. Она должна была выжить. И это могло потребовать больше сил, чем она думала, что у неё есть в этот момент.

OceanofPDF.com

21

Дон не мог понять, куда похитители могли увезти Сару.

Он лишь надеялся, что она расскажет им всё, что знает, а известно было совсем немного. В конце концов, у него всё ещё был DVD с данными, которые немец украл из его компании. Осталось только связаться с людьми, которые похитили Сару, и сказать им, что они могут забрать DVD. Конечно, они не догадаются, что он сделал копию.

В течение часа после похищения Сары Дон сидел в своём грузовике примерно в миле от международного аэропорта Портленда, ожидая звонка от высокопоставленных друзей. Когда наконец позвонили, он был удивлён услышанным. Мужчины вывезли Сару из страны единственным прямым рейсом из PDX в Токио. Они, должно быть, забрали её паспорт из квартиры, как и предполагалось, и каким-то образом заставили её сесть в самолёт.

Это было двенадцать часов назад. Дону пришлось лететь в Ванкувер, Британская Колумбия, а оттуда пересесть на рейс Air Canada в Токио. Он предполагал, что прибыл в японскую столицу примерно через три часа после вылета из PDX вместе с Сарой и мужчинами. За такое время они могли оказаться где угодно в Токио или на другом конце страны, если бы пересели на другой рейс или сели на скоростной поезд Синкансэн. Но, по словам его источников в Америке, Сара не села на другой самолет. Она также не использовала свои кредитные карты для покупки билета на поезд. Конечно, кто-то мог купить билет на поезд для нее своей кредитной картой или наличными, но Дон предположил, что их кто-то подобрал. Вероятно, кто-то из компании. Но зачем? Это все еще беспокоило его. Зачем они везли ее в Японию? Особенно если у нее не было нужной им информации. Они могли просто выстрелить ей в голову и высадить в лесу за пределами Портленда. Тело в этих дебрях леса могли и не найти. Всё это проносилось в голове Дона последние двенадцать часов в самолёте. Какими бы ни были мотивы, его друзья были уверены, что её паспорт отсканировали в аэропорту PDX, а затем в токийском аэропорту Нарита. Она здесь, и он её найдёт.

Во время перелёта из Портленда через Ванкувер в Токио Дон не хотел сдавать багаж. Но он также не хотел столкнуться с якудза без какого-либо оружия, кроме кулаков и ног.

Поэтому он проверил сумку с вакидзаси среднего размера с лезвием длиной 20 дюймов и танто с лезвием длиной 14 дюймов, оба из которых он сделал сам.

Это было совершенно законно, и он делал это постоянно. Его беспокоила только кража со стороны любопытных сотрудников TSA или грузчиков багажа. Он подумывал взять с собой катану, но её лезвие оказалось слишком длинным и не помещалось в его дорожной сумке.

Он сел на поезд Narita Express из аэропорта в центр Токио, где за час пересел в метро. Он был досконально знаком с поездками по Токио на метро. Он часто пользовался этим во время службы в Японии, а затем во время многочисленных поездок по стране по делам и на отдых. Его последняя поездка была в сентябре прошлого года, когда он ездил туда, чтобы заключить сделку на новую складную сталь и кожу манты для серии мечей, над которой он сейчас работал для покупателя из Дании. Тогда воздух был влажным и едким, но теперь прохладным и слегка дымчатым.

Меньше чем через час он уже был в здании штаб-квартиры «Никири Энтерпрайзис» в районе Синбаси, прямо над шикарной железнодорожной станцией Сиодомэ. Дон не раз останавливался в этом районе, будучи в Токио. Рядом находился рыбный рынок с отличными суши, и он легко мог пересесть на поезд «Синкансэн» до Киото, где проводил большую часть своего времени в Японии. Именно в Киото он освоил большинство техник изготовления мечей.

Перед посадкой в Ванкувере Дон скачал на свой мобильный телефон полную информацию о японской компании. Во время полёта он узнал о ней всё, что мог, и особенно о главных действующих лицах — тех, кто мог быть склонен нанимать головорезов якудза.

А увидев татуировки во всю спину у двух мужчин, которых он убил в Орегоне, не осталось никаких сомнений в том, что кто-то нанял этих людей в качестве наемных убийц.

У него не было ни малейшего желания бороться со всей японской организацией якудза и он изо всех сил надеялся, что те, кого отправили в Орегон, делали это по собственному желанию в качестве свободных агентов.

Дон выяснил, что Nikiri Enterprises была дочерней компанией Brandenburg Systems, берлинской компании, где работал Шмидт. Именно поэтому немец так часто ездил в Японию.

Было уже около шести вечера, когда Дон вошел во внутренний вестибюль с дорожной сумкой на плече. Там, за высокотехнологичным столом из металла и стекла, сидела одинокая секретарша. На столе не было ни единого листка бумаги. Ни телефона. Ни компьютера. Ничего. Женщина за столом, суровая красавица в чёрном костюме, почти без юбки, на трёх-четырёхдюймовых чёрных каблуках, которые, вероятно, увеличили бы её рост до пяти футов четырёх дюймов, в лучшем случае, смотрела на свой стол, игнорируя Дона, стоявшего перед ней.

И тут Дон увидел, что она видит. Её стол на самом деле был светодиодным.

Сенсорный монитор. Она пару раз коснулась экрана и наконец подняла на него взгляд.

«Чем я могу вам помочь, мистер Мори?» — спросила она его на чистом английском.

Откуда, чёрт возьми, она знала его имя? У неё не было бейджика, так что он оказался в невыгодном положении. «Откуда...»

Лёгкая улыбка тронула уголки её кроваво-красных губ. «Когда вы проходили через наш главный вестибюль внизу, наш RFID-сканер зафиксировал ваш паспорт и передал данные в нашу службу безопасности, которая, в свою очередь, передала их мне».

«Ну да, — подумал он. — После того, как они, вероятно, провели полную проверку его биографических данных, пока он поднимался на лифте на сорок второй этаж. Он мог только гадать, что случилось бы, если бы он не прошёл их проверку. Возможно, ему пришлось бы быстро спуститься на лифте обратно в ожидании проверки безопасности».

«Впечатляет», — сказал Дон.

«Вы здесь по поводу герра Шмидта?» — спросила она.

«Вообще-то я искал туалеты». Он попытался улыбнуться ей, но она не обратила на это внимания. Не отведя взгляда, он добавил: «Но раз уж я здесь, я хотел бы задать пару вопросов о Шмидте. Могу я поговорить с Такедой Ёсимото?»

Она слегка склонила голову набок, а затем кивнула.

Она набрала на столе серию цифр с невероятной скоростью, и металлическая перегородка внезапно распахнулась. Дон гадал, где находится дверь в кабинет. Теперь он знал.

По преувеличенно высокому наклону головы Дон догадался, что его пускают во внутренний кабинет.

«Спасибо», — сказал Дон. «Мне очень нравится ваш стол». Но девушка на ресепшене уже разговаривала с кем-то на своём родном языке.

Как только Дон вошел в кабинет, стена за ним закрылась, и он ощутил спертый воздух, словно он находился в герметичном контейнере Tupperware.

Оглядев комнату, он заметил, что она разительно отличалась от кабинета администратора. Высокотехнологичный стол был почти таким же, как у администратора, только примерно вдвое больше. Прямо за столом, во всю стену, тянулся ряд тонированных окон с видом на раскинувшийся центр Токио. Три другие стены были украшены традиционными японскими акварелями. Единственным деревянным предметом в комнате был буфет из вишнёвого дерева.

Сверху находился один меч-катана, помещенный в старую деревянную подставку.

Растений не было. Но в углу стояла копия самурайских доспехов, выцветшая докрасна, чтобы казаться старше. За столом сидел пожилой мужчина худощавого телосложения с седыми волосами в традиционном чёрном деловом костюме в западном стиле.

Дон шагнул вперёд и заметил, что в офисе больше нет стульев. Он предположил, что это помещение для личного пользования. Либо он ожидал, что каждая встреча будет проходить быстро. Гости не будут там достаточно долго, чтобы им понадобился стул.