●

Высокий, крепкий мужчина поднял взгляд на квартиру на втором этаже, куда только что вошла медсестра. Достав пачку «Мальборо» из внутреннего кармана кожаной куртки, он сунул сигарету в рот, чиркнул зажигалкой и прикурил, глубоко затянувшись дымом, задержав его, а затем выпустив ровным потоком. Единственное, что ему, чёрт возьми, нравилось в Америке, — дешёвые сигареты. И дешёвый бензин, но это не имело значения, ведь ехать всё равно приходилось очень медленно. И даже всё это стало гораздо дороже в этой поездке.

Он недоверчиво покачал головой. Что это за совпадение?

Тот же чёртов комплекс. Как такое возможно? Что ж, он узнает. Может, она как-то связана с маленьким планом Шмидта. Если так, то он и это узнает, и она так или иначе ему это даст. Она даст ему всё, что он попросит, и даже больше. Он улыбнулся, представив эту перспективу. Медсестра выглядела неплохо, с распущенными чёрными кудрями теперь, когда она выписалась из больницы. Её обтягивающие джинсы. Даже издалека, в поезде, он видел её зелёные глаза и предположил, что они, должно быть, настоящие, а не подкрашенные линзы.

Он обвел пристальным взглядом зеленое пространство, переходя в другую квартиру, также на втором этаже, и его изумление вот-вот должно было удовлетвориться.

Доставая из другого кармана мобильный телефон, он замешкался, вспоминая новые цифры, которые выучил всего час назад. Он хотел просто запомнить их, но это был плохой приём, и он это понимал. Тогда любой придурок мог бы найти его телефон и связать его с остальными.

Вспомнив цифры, он ввел их и стал ждать.

Английский, напомнил он себе, когда его коллега ответил на другом конце провода. «Ага. Встретимся в квартире. И приведи Кинджо». Он замолчал, увидев, как мимо прошла грузная женщина в спортивном костюме с гантелями в каждой руке, с любопытством наблюдая за ним, пока он не улыбнулся ей. Господи, хоть иди, хоть беги, ничего другого». Когда она оказалась вне зоны слышимости, он продолжил: «Нет.

Нас всего трое. Кинджоу может присматривать, пока мы работаем.

Он захлопнул телефон и сунул его в карман. Затем он на секунду бросил взгляд на дверь в комнату медсестры, вдыхая очередное клубы дыма. Он

Выпустили три колечка дыма, и они направились к квартире женщины. Если она и была в этом замешана, у него было чувство, что она не на своём месте. Скорее всего, она просто ввязалась в это из-за работы. Но её жизнь через зелёную зону от Шмидта казалась слишком уж случайной. Он ненавидел всё, что пускалось на самотёк или безрассудство. Жизнь — это череда расчётов и предсказуемых реакций на действия. Ни больше, ни меньше. Да начнётся игра.

Повернувшись и улыбнувшись, он легкими шагами направился по тротуару к другому многоквартирному дому, чтобы встретиться со своими партнерами, и бросил еще тлеющую сигарету в мокрую траву.

OceanofPDF.com

2

Дон Мори слышал, как женщина по соседству безудержно рыдала, грациозно выполняя утреннюю асану тайцзи. Его обтягивающая, пропитанная потом футболка липла к мышцам, сильные босые ноги переступали с одной позиции на другую, руки были целеустремленными и точными – каждое движение оттачивалось веками. Когда он грациозно двигался по комнате, его длинные тёмные волосы плавно ниспадали на воротник. Он откидывал длинные пряди с тёмно-карих глаз, словно это тоже было частью практики тайцзи. Именно во время этой асаны он чувствовал себя японцем полностью, а не наполовину. На самом деле, его редко считали азиатом, но за эти годы его принимали за представителей многих других национальностей – от коренных американцев до перуанцев и монголов.

Он хотел подойти и проверить, всё ли с ней в порядке. С тех пор, как Дон начал присматривать за квартирами несколько месяцев назад, он несколько раз здоровался с женщиной, забирая почту из централизованных почтовых ящиков. Они также несколько раз пересекались в тренажёрном зале: он работал с гантелями, а она – на беговой дорожке или эллиптическом тренажёре. И он не мог не задаться вопросом, какая она под консервативными мешковатыми спортивными костюмами. Или под больничной униформой. Когда она занималась спортом или просто шла по зелёной лужайке, её иссиня-чёрные волосы струились по плечам, а локоны, казалось, парили в воздухе при каждом шаге. У неё были свои изящные движения, не имеющие ничего общего с азиатскими боевыми искусствами.

Если бы он не был занят этой работой, он, возможно, попытался бы пригласить ее на свидание.

Но у него не было времени на отношения — не со всем тем, что у него происходило.

— и всё же она всегда его интриговала. А теперь? Он не особо верил в совпадения, но если бы верил, это могло бы войти в историю. Пути пересеклись не просто так, подумал он. И, в какой-то степени, он верил в судьбу. Возможно, это был его шанс. В конце концов, рано или поздно ему придётся с ней поговорить.

Что он на самом деле знал о женщине по соседству? Не так уж много. У неё был акцент, он был в этом уверен, и это несколько…

Это подтвердилось две недели назад, когда он принял посылку UPS из Ирландии. Так он узнал, что её зовут Сара Данн. Возможно, она просто тосковала по дому. Он также знал, что она медсестра, поскольку не раз видел её в медицинской форме и случайно слышал, как женщина с мальчиком через два дома говорила, что Сара осматривала рану мальчика после падения. Он также знал, что никогда не видел её с мужчиной. По крайней мере, не в её квартире.

Выполняя позы тайцзи-цюань, Дон шагнул вправо в обратный вращательный хват предплечья, а затем прямо в левый захват хвоста воробья.

Плач продолжался, он чуть не споткнулся и теперь стоял, уперев руки в бока — международный жест разочарования.

«Чёрт возьми», — прошептал он про себя. «Что с ней такое?» Он понимал, что это риторический вопрос. Хотя смерть была неотъемлемой частью её профессии, он не подозревал, что терять пациентов было так легко.

Он больше не мог этого выносить. Выйдя из своей квартиры, Дон направился к соседям и на мгновение остановился у её двери, не зная, стоит ли ему постучать или позвонить в дверной звонок. Он решил тихонько постучать. Ничего. Он посмотрел на лужайку и увидел, как несколько гусей клюют траву. Он постучал громче и услышал приближающиеся к двери шаги, а затем и взгляд в глазок, устремлённый на него. Он улыбнулся.

Дверь приоткрылась, пока ее не остановила цепь.

«Чем я могу вам помочь?» — спросила Сара. Её голос был мелодичным, словно она читала сонет.

Он видел, что она только что вытерла слезы.

«Я Дон, из соседнего дома», — пробормотал он. «Всё в порядке?»

Она шмыгнула носом, сняла цепочку, открыла дверь пошире и скрестила руки на груди. «Да, спасибо, что спросили. Это просто работа. Потеряла пациента».

«Понятно», — сказал Дон. Она была прекрасна даже после слёз. Не всегда. «Извините за вторжение. Я просто… не… Хотел убедиться, что вы…

Ладно. Вот и всё.

«Это очень мило с твоей стороны... Дон, — тихо сказала она. — Мне станет лучше, когда я немного посплю».

Дон улыбнулся и кивнул. «Вы варите кофе?»

Она помедлила. «Я работаю по ночам. Мне нужно спать».

«Нет. Я не имел в виду сейчас. Я имел в виду когда-нибудь в будущем».

«О. Да. Я работаю по ночам. Работники ночных смен вводят эту штуку через капельницу».

Прежде чем Дон успел назначить время, он услышал шаги, поднимающиеся по лестнице из коридора. Он оглянулся и увидел двух мужчин в костюмах, направляющихся к нему. Ожидая, что они пройдут мимо, Дон удивился, когда они остановились на приличном расстоянии от него. У них были армейские стрижки, чисто выбритые лица и почти одинаковые чёрные костюмы с поношенными оксфордами.

Оба были ростом около шести футов, на пару дюймов выше Дона, но не такие широкие в плечах, как он. Один чёрный, другой белый…

Черное дерево и слоновая кость. ФБР, предположил он.

Айвори взглянул на дверь и сказал: «Мы ищем мисс Сару Данн».

«Что ФБР хочет от нее?» — спросил Дон.

Эбони повернул голову и увидел Сару позади себя. «Вы мисс Данн?»

«Давайте посмотрим удостоверение личности?» — потребовал Дон.

Они оба вытащили чёрные кожаные чехлы и раскрыли их, словно часами репетировали перед зеркалом. Дон внимательно осмотрел их, точно зная, на что обращать внимание, чтобы убедиться в их подлинности.

Оба прошли его проверку. Интересно, однако. Специальный агент Уайт на самом деле был чернокожим, а специальный агент Шварц, что по-немецки означает «чёрный», был белым.

Дон искоса взглянул на Сару, которая выглядела довольно испуганной. «Что тебе нужно от Сары?»

Они убрали значки. Айвори ответил на вопрос: «Прежде всего, кто вы?»

Дон проигнорировал его. «Хочешь спросить её о чём угодно… Я представляю её интересы». Он посмотрел на неё, и она кивнула ему. «Я прослежу, чтобы она всё поняла».

Эбони выдохнула: «Она ирландка, а не иранка. Она говорит по-английски».

«Английский — её второй язык, — убедительно сказал Дон. — Родной язык — гэльский».

«Как скажешь», — сказал Айвори. «А можно мы это сделаем внутри?»

Наконец Сара сказала: «Пожалуйста, входите».

Все четверо прошли в гостиную, и Сара велела агентам ФБР сесть на диван, а сама села на стул напротив. Дон стоял в стороне.

Оба сотрудника ФБР открыли блокноты и синхронно щёлкнули ручками. Айвори, стоявший ближе всех к Саре, начал задавать вопросы.

«Я знаю, что вчера вечером у вас был пациент по имени Иоганн Шмидт из Берлина, Германия», — сказал Айвори, не отрывая глаз от Сары.

Сара посмотрела на Дона, который пожал плечами. «Вам придётся поговорить с больницей о моих пациентах», — сказала она. «Если я буду говорить о каком-либо пациенте, это будет нарушением закона HIPAA».

«Он мертв», — напомнила ей Эбони.

Она пожала плечами и с вызовом покачала головой. «У меня могут быть большие проблемы. Я даже не знаю, уведомили ли его семью».

«Мисс Данн, — сказал Айвори, — это вопрос национальной безопасности».

«Ого», — сказал Дон, протягивая руки к агентам ФБР. «Сара — медсестра. Она не имеет никакого отношения к национальной безопасности».

«Её мёртвый пациент — да», — сказал Айвори. «Мы считаем, что мужчина был убит».

«Ещё раз», — сказал Дон. «Одну минутку. Какое это имеет отношение к моей… Саре?»

Теперь она выглядела по-настоящему обеспокоенной и была готова снова расплакаться.

Эбони сказал: «Она была с мужчиной с того момента, как он поступил в медицинский центр Святого Франциска, до его смерти в…» Он сверился со своими записями. «Три двадцать пять утра. Мы хотим знать, что он говорил ей в течение этих восьми часов».

Её взгляд бешено метнулся к Дону, ища помощи. Дон изо всех сил старался не выдать того, чего не собирался. Может быть, ответы помогут и ему понять.

«Ну что, мисс Данн?» — спросила Айвори.

«Он весь вечер не реагировал», — сказала она. «Мы делали для него всё, что могли». Она опустила подбородок на грудь и разрыдалась.

Дон подошёл к ней, опустился на колени рядом с ней на ковёр и положил руку ей на плечо. «Ладно, вы получили то, что хотели», — сказал Дон агентам ФБР.

«Пациентка ни слова ей не сказала. Господи. Она только что потеряла пациента.

«Не могли бы вы оставить ее в покое?»

«Ты уверен, что он ничего не сказал?» — в голосе Айвори слышалось недоверие.

«Мы даже не знали, что с ним не так», — заверила Сара сотрудника ФБР. «У него всё рушилось».

«Нам не нужно знать его физическое состояние», — сказал Айвори, и его голос стал чуть менее угрожающим. «Мы просто пытаемся определить его предназначение в этой стране и обстоятельства его смерти».

Глаза Сары взлетели вверх, когда она вдохнула воздух через раздутые ноздри. «Ты думаешь, я как-то к этому причастна?» Она помедлила, а затем, стиснув зубы, сказала: « Иди на хер с кошкой, вот так ».

Дон погладил ее по плечу и положил руку на основание ее шеи.

«Ну, думаю, это всё. Есть ещё вопросы?» Дон встал и посмотрел на дверь.

Двое сотрудников ФБР медленно поднялись, каждый достал визитную карточку и протянул их Дону, который встретил их у двери, чтобы выпустить.

«Если она что-нибудь вспомнит, — сказал Айвори, — пусть позвонит кому-нибудь из нас.

Это чрезвычайно важно для нашего расследования».

Дон кивнул и закрыл за агентами дверь. Затем он обернулся и увидел Сару, закрывшую лицо руками. Что теперь? Он вмешался, куда его не приглашали, вмешавшись в дела женщины, которую не знал. Прекрасная женщина, напомнил он себе. Женщина, возможно, уязвимая для чужой обстановки. Он сел на диван, с которого только что ушли двое агентов ФБР, и стал ждать, теребя в руках их визитки. По прошлому он знал, что слушать в таких ситуациях гораздо лучше, чем разглагольствовать о какой-то ерунде. Но он также должен был признать, что у агентов ФБР есть интересная информация. Могли ли у Сары быть какие-то отношения до того, как этот мужчина стал её пациентом? Действительно интересно.

Через несколько мгновений, вытерев слёзы, она подняла голову и посмотрела на Дона. «Ты, должно быть, считаешь меня жалкой дурочкой», — сказала она.

«Вовсе нет», — заверил он её. «Вы потеряли пациента. Уверен, я бы чувствовал то же самое».

«Ты не понимаешь. Я постоянно теряю пациентов». Лёгкая улыбка тронула её влажные губы. «Я не хочу сказать, что я с косой. Но я работаю в отделении интенсивной терапии. Люди поступают очень больными, и иногда они не выживают. Вот и всё, что я имела в виду».

"Я знаю."

«Но это не объясняет моего поведения». Она обдумала свои слова несколько секунд и продолжила: «Этот пациент выглядел почти как мой брат Патрик. Вылитый двойник. Ну, цвет волос был другой. Но в остальном…»

«Это понятно».

Некоторое время они смотрели друг на друга, не говоря ни слова.

«Спасибо, — сказала она. — За то, что вы здесь, с этими мужчинами, которые задают мне вопросы».

Дон присел на край стула и положил визитки ФБР на журнальный столик. «Они пытались вас запугать. Двое крупных мужчин ростом выше шести футов и весом в двести фунтов, нависшие над хрупкой женщиной ростом, наверное, пять футов три дюйма в удачный день, и не более…» Будь осторожен, Дон. «Что?