«Сколько там погибло?»

Он прокрутил этот случай в памяти. «Точно как здесь. Три до моего приезда. Третий был в Канаде».

«А после того, как вы туда приехали?»

«Их было еще двое, пока мы не поймали парня».

«Разве ты не...»

«Да, я его застрелил». Он помедлил. «Но я не хотел этого делать. Опять же, нам нужно было убедиться, что он никого не убил». Он постарался изобразить на лице как можно более серьёзное выражение, зная, что она этого ожидает.

«Но я понимаю, что он не оставил вам особого выбора».

По мере продолжения ремонта на кухне всё громче раздавался грохот. Это дало Рагнару больше времени, чтобы правильно подобрать слова.

«Этот парень всё ещё мёртв», — сказал он. «Мы проверили его имущество, дом и склад, и он собрал несколько трофеев после своих убийств. Похоже, они указывают на то, что мы нашли все тела. Но мы всё ещё не уверены на сто процентов».

«Это хорошо. Я имею в виду, что вы верите, что нашли все тела». Она склонила голову набок. «Серийные убийцы всегда что-то забирают у своих жертв?»

«Большую часть времени. Они используют их, чтобы вновь пережить острые ощущения от убийства. С появлением цифровых камер большинство из них просто делают несколько цифровых снимков и загружают их на защищённые серверы за пределами своей компании. Это значительно затрудняет нам установление связи между фотографиями и убийцей. Самые умные даже не хранят ничего на своих компьютерах. Они загружают фотографии и сразу же сбрасывают их с камеры. Но некоторые убийцы всё ещё придерживаются старой закалки. Им нравится видеть, трогать и чувствовать запах предметов, которые они забирают».

«А как насчет нашего текущего дела здесь, в Портленде?»

«Что скажете?»

«Мы не заметили пропажи чего-либо».

«Я думал об этом», — сказал он. «Хотя это может быть что угодно.

Помните, этот убийца — мститель. Он может быть нетрадиционным серийным убийцей, убивающим этих людей только ради мести за изнасилование других. Было восемь мужчин и две женщины. Нетипичная группа серийных жертв.

И я все еще думаю, что в этом есть религиозная составляющая».

«Кроме того, — сказала она, сначала переведя взгляд на кухню, а затем снова на него. — Здесь может быть не один убийца».

Рагнар надеялся, что это правда. Только так он мог поймать своего беглеца Кхавея и предать его суду на Инке, сохранив при этом спокойствие и мир на этой планете. Людям нужно было чувствовать себя в безопасности и комфорте в своих домах, на своих улицах. Даже ночью. Не иметь возможности спать ночью в безопасности собственного дома было тревожной перспективой. Но люди никогда не должны позволять себе слишком уж чувствовать себя комфортно.

Самоуспокоенность всегда приводила к почти покорному преследованию.

Остаток утра они провели в гостиной Джули, следя за работой на ее кухне и разбирая дела на своих компьютерах.

Около полудня к Джули подошел швейцар и объявил, что они закончили, и показал им свою работу.

«Танк здесь не прорвётся», — сказал старый привратник, распахивая и закрывая дверь. «Я проложил металлическую пластину внутри дерева сверху донизу, прикрутив её трёхдюймовыми шурупами. И закрыл всё это вот этой отделочной доской.

Вам просто нужно будет покрасить отделку. Или я могу вернуться и сделать это за вас.

Ваш выбор».

«Отлично», — сказала Джули. «Выглядит отлично. Я сама займусь покраской».

Пожилой швейцар поблагодарил её и вручил Джули два ключа — от засова и ручки. Затем она выпустила мужчин через парадную дверь.

Рагнар закрыл компьютер и встал. «Похоже, они хорошо поработали. Тебе лучше?»

Она положила руку на пистолет. «Я всегда чувствую себя в безопасности, если вы это имеете в виду. Но мне было бы гораздо спокойнее, если бы этот парень не забрал мой кусок бумаги из Бюро».

«Ты готова пообедать?» — спросил он её. «Угощаю я. Выбирай сам».

Они схватили оба компьютера и направились к входной двери. Открыв дверь, Джули вздрогнула, увидев, кто там стоит…

Кассандра.

«Кэсси», — неуверенно произнесла Джули.

Рагнар подошел и встал прямо за Джули.

Взгляд Кассандры сосредоточился на Леоне Джексоне и, казалось, прошел сквозь него по направлению к кухне.

«Что ты здесь делаешь?» — спросила Джули.

В красивом платье и на высоких каблуках Кассандра слегка поерзала на деревянном крыльце. Она держала сумочку под мышкой. «Я пыталась позвонить, но ты не взял трубку. Я забеспокоилась и позвонила тебе в офис.

Они сказали, что ты работаешь из дома. Что-то про ремонт двери. Ты в порядке? — Она снова насмешливо посмотрела на Леона Джексона.

«Извините», — сказала Джули. «Дело становится всё более напряжённым. Извините, вы не знакомы». Она представила Кассандру как свою подругу, объяснив, что она работает заместителем окружного прокурора.

«Приятно познакомиться», — сказал Рагнар. Он протянул руку, но Кассандра её не пожала, поэтому он быстро отдёрнул её.

Лицо Кассандры, казалось, исказилось от боли, в уголках глаз появились влажные слёзы. «Мне пора возвращаться в офис», — сказала она. «Мне нужно подготовиться к слушанию после обеда».

«Ты можешь присоединиться к нам», — сказал Рагнар. «Мы как раз собирались перекусить».

Опустив голову на грудь, Кассандра слегка покачала головой из стороны в сторону и сказала: «Нет, спасибо. Мне пора возвращаться». Она повернулась и быстро зашагала прочь.

Джули стиснула челюсти и прикусила нижнюю губу.

«Всё в порядке?» — спросил Рагнар.

Она вышла на крыльцо, держа ключ в правой руке. Рагнар последовал за ней и наблюдал, как она запирает дверь.

Наконец Джули сказала: «Да. Я просто… последние несколько дней я была не очень хорошей подругой. Ненавижу это в себе».

Рагнар склонил голову набок. Как раз когда он думал, что понимает этих людей, они делали что-то, что его совершенно сбивало с толку. «Но вы были так заняты этим делом. Как заместитель окружного прокурора, она должна это понимать». Он изо всех сил старался следить за выражением её лица, но ему это давалось с трудом. Что же не так в этой ситуации? Два друга, которым нужно чаще видеться. «О», — сказал он. «Вы двое — любовники!»

Не ответив ему, она пошла к машине ФБР.

Она отвезла их на корейское барбекю, первое место, куда она их повела, когда Рагнар приехал в Портленд. Когда они закончили, он отвёз их обратно в центр города, в штаб-квартиру ФБР. Как только они добрались туда, специальный агент Джеймс Брукс вызвал их обоих к себе в кабинет.

Джули и Рагнар сели на стулья напротив стола Брукса, ожидая его выступления.

«Теперь у тебя есть дверь?» — спросил Брукс.

«Да, сэр», — сказала она.

«Как продвигается расследование?» Брукс перевел взгляд с Джули на Рагнара.

«Наши единственные возможные кандидаты — Стив Джонсон и Эйбл Пурик», — сказал Рагнар.

«Отлично!» — сказал Брукс. «Судебный пристав и помощник шерифа. Как такое возможно?»

Джули взяла этот снимок. «Сэр, Бюро потребовались десятилетия, чтобы выследить убийцу из Грин-Ривер. Мы ищем всего пару недель, а Леон здесь всего неделю. Это не часовой сериал. Такие вещи требуют времени».

Брукс хлопнул рукой по столу. «Знаю! Но этот парень уже перешёл на личности. Он почти хочет, чтобы его поймали. Ты должен это сделать».

Она кивнула. «Да, сэр. Мы сделаем всё возможное. Это всё?»

«Я сказал, что это все?»

«Нет, сэр».

Казалось, голова Брукса вот-вот взорвётся. Никто не произнес ни слова больше минуты. Наконец, босс махнул им рукой, показывая, чтобы они убирались с глаз долой.

Рагнар провёл их в конференц-зал и запер внутри. Джули расхаживала взад-вперёд, уперев руки в бёдра.

«Что случилось?» — спросил ее Рагнар.

Она покачала головой. «Никогда не видела Брукса таким. Обычно он такой спокойный, что хочется пощупать его пульс». Она подумала и продолжила: «Ну, это не совсем так. Я видела, как он отчитывал агентов без всякой видимой причины. Просто огрызался! Но обычно причина объясняется позже. В этот раз его волосы выглядели так, будто горели».

«Что его взбесило?»

"Я не знаю."

Рагнар знал этого человека недостаточно долго, чтобы составить мнение о его нормальном поведении. Но это был первый раз с тех пор, как он приехал в Портленд, когда он вышел из себя. Однако он понимал, что ему нужно как можно скорее найти Кхавай. Если он решит прекратить убийства, как и предполагал Рагнар, то не найдёт негодяя за следующие три недели, и им придётся отправить на его поиски другого Маская. С Рагнаром такого никогда не случалось, и он не мог смириться с таким возможным исходом. Он уже пару раз был близок к этому. Он занял твердую позицию здесь, в Портленде.

«Что теперь?» — спросила она его.

Он вспомнил дела в Атланте и Детройте и вынужден был признать, что Леон Джексон уже сталкивался с подобными делами. Если этот простой человек смог раскрыть оба дела, то Рагнар, величайший из масхаев Инки, наверняка найдёт своего разбойника Кхавая в городе такого размера. В конце концов, Рагнар уже находил других разбойников в городах с населением, равным населению всей этой страны.

Возможно, он усложнял ситуацию больше, чем следовало.

«Теперь мы сделаем неожиданное», — сказал Рагнар. Он позволил ей попытаться понять, что это значит, пока сам сделает то же самое.

OceanofPDF.com

29

Когда тьма окутала Розовый город, Кхавай понял, что у него нет иного выбора, кроме как действовать. Он знал, что Маскай приближается к нему, и ему нужно было убедиться, что все его труды будут оценены по достоинству. Синчи должны были это понять.

«Но он не поймёт, что ты сделал», – раздался голос в его голове. Его вторая половинка стала гораздо громче выражать своё недовольство его действиями. Кхавай был теперь не просто раздражён. До отвращения. Когда он представлял себе, как отправится в её стазисную камеру и сделает с ней то же, что сделал с теми, кто жил в Портленде, – вонзит нож в её внутренние органы и вытащит душу из её тела, – она слышала его мысли и закричала глубоким плачем своего народа на юге инков. Пронзительный звук был бы неприятен даже этим людям с их слабым слухом. Конечно, убив свою вторую половинку, он обрёк бы себя на этой планете, покончив с собой в течение месяца. Месяца, в течение которого ему, несомненно, придётся усилить свои атаки на тех, кто должен был умереть. Без своей второй половинки он также освободится и сможет охотиться в Сиэтле, Сан-Франциско или Фресно. Где угодно, куда захочет.

Из-за этого отвращения со стороны своей второй половинки он изо всех сил старался удержать свои мысли глубоко внутри. И в какой-то степени ему это удалось. Он просто заменил то, что планировал, тактильной информацией о том, что сейчас разворачивалось перед ним.

Как сейчас.

Он шёл по пустынной дороге, и густой лес не давал ни малейшего представления о том, что крупная автомагистраль, ведущая от границы с Канадой до границы с Мексикой, находится менее чем в миле отсюда. Видел деревья. Видел дома. Слышал пение птиц. Слышал лай собак.

Спустя несколько мгновений Кхавей уже стоял у дома цели, задержавшись среди густого леса, а легкий, непрекращающийся дождь струился по его лицу.

Запах и вкус дождя. Подумайте только об этом.

В доме горел только один свет. Квавей мог подождать, пока мужчина уснёт, или перебраться прямо сейчас. Изменить форму.

Пока он двигался к боковой двери, его мысли были сосредоточены только на мокром асфальте, запахе влажной почвы и звуках ночи — даже шум машин на расстоянии в милю отвлекал его.

Переодевшись, он подошёл к входной двери и позвонил. Его обострённые чувства услышали, как внутри дома появился человек, не решавшийся подойти к двери, но в конце концов смело двинулся к нему.

Дверь распахнулась, и перед ним предстал помощник шерифа. Он всё ещё был в форменных брюках, но поверх них была накинута белая футболка. Правая рука была прижата к боку, слегка за спиной. В руке он держал пистолет.

«Не делай этого», — раздался голос, несмотря на попытки Кхавея загнать его мысли поглубже в душу.

Квавей проигнорировал свою вторую половину.

«Что вы здесь делаете в такой час?» — спросил заместитель, явно недовольный.

«Помнишь этот голос, — подумал Квавей. — У меня есть несколько вопросов, которые не могут подождать до утра».

Полицейский помедлил, но наконец кивнул в сторону «Кхавей», чтобы войти. Он закрыл за ними дверь.

«Что не может подождать до утра?» — спросил помощник шерифа. Он не сидел, а засунул пистолет за пояс на пояснице.

Не раздумывая, Квавей набросился на этого человека, оказал небольшую борьбу, а затем прижал его к ковру в гостиной, выхватил у него из-за пояса пистолет и приставил его к затылку помощника шерифа.

«Теперь», сказал Кхавай, «вы ответите на мои вопросы правдиво».

Депутат пытался сопротивляться, но бесполезно. Квавей был гораздо сильнее.

«Кто ты, черт возьми, такой?» — процедил заместитель сквозь зубы.

«Он знает», — сказала вторая половина Квавея. «Откуда он знает?»

«Заткнись!» — Квавей толкнул левого локтя в рёбра помощника шерифа, так что они чуть не треснули. Он мог просто пойти на кухню и разрезать этого человека, как сделал с другими, или просто зарезать, как сделал совсем недавно. Но сначала этому человеку нужно было ответить на несколько вопросов Квавея.

«Чего вам надо?» — спросил помощник шерифа. Мужчина каким-то образом успокоился.

«Я хочу, чтобы вы рассказали мне, почему вы убили судью и министров», — сказал Кхавай.

Тишина.

Это не совсем отрицание.

Наконец заместитель сказал: «Я этого не делал!»

Квавей оттянул курок пистолета назад.

«Можешь меня убить, — сказал помощник, — но я этого не делал. Моя смерть этого не изменит».

Он был слишком спокоен. Возможно, если бы он изменил облик, этот человек почувствовал бы большее желание сказать правду. Но этот человек никак не мог осознать перемену, произошедшую прямо у него на глазах.