Резкий толчок разбудил Кьеля. Звякнув кандалами, он сел и настороженно прислушался в надежде уловить хоть какой-то звук снаружи. Тщетно. Плетение тишины работало в обе стороны.

Эльф только решил, что ему показалось, как дом вновь содрогнулся, словно началось землетрясение.

Молчаливый страж, от одного вида которого Кьеля пробирала дрожь, жестом приказал ему сидеть смирно. Эльф кивнул. Он не сомневался, что этот жуткий тип, носящий имя одного из эльфийских героев древности, с радостью выполнит приказ одноглазого капитана и переломает ему руки и ноги.

Арес, держа ладонь на рукояти кинжала, осторожно подошёл к двери и приоткрыл её. В комнату тут же ворвались звуки схватки, бушующей снаружи. Орали люди, звенела сталь, ржали лошади.

Кьель похолодел, догадываясь, кто явился по его душу.

— Нападение! — раздался крик из коридора. — Арес, запри пленного и бегом на помощь!

Страж молча выскользнул в коридор и Кьель не услышал, а почувствовал по лёгкой вибрации двери, как задвигается засов. На всякий случай он всё же подошёл и толкнул дверь.

Заперто.

Кьель сглотнул и огляделся, соображая, что можно использовать в качестве оружия. Проклятые кандалы из хладного железа не позволяли использовать магию, но сдаваться на милость судьбы Кьель не собирался. Не из таких был сын Старшего, предпочевший опасности изгнания позорному загниванию и деградации в качестве одного из правителей Поднебесного.

Он будет биться до последнего, как его великие предки, которым теперь поклоняются низшие, как черви пирующие на останках некогда великой цивилизации.

Эльф резко выдохнул, прогоняя позорную дрожь в руках, и поудобней перехватил цепь, соединяющую браслеты кандалов. Вряд ли это поможет, если по душу Кьеля пришёл тот, о ком он думал, но сдаваться без боя гордый потомок Древних не собирался.

Граф Гарм не прощает предательства.

Несмотря на храбрые мысли, в горле пересохло, а колени подрагивали. Потянулись минуты, растянувшиеся в бесконечность.

Когда пол вновь вздрогнул, а из-за двери потянуло палёным, Кьель испытал что-то вроде облегчения. Наконец-то всё закончится, так или иначе.

Но едва дверь распахнулась и на пороге возникла фигура в чёрных, заляпанных кровью доспехах, решимость эльфа пошатнулась. Из-под открытого забрала на него мрачно смотрел Гарм.

— Тебе есть что сказать? — рыкнул граф, поднимая окровавленный меч.

Сказать Кьелю было нечего. Он молча отступил на шаг, пытаясь выиграть хоть мгновение для того, чтобы найти выход из ловушки. Ловушки, куда он сам себя загнал.

Мелькнула шальная мысль ринуться на графа и попытаться захлестнуть его шею цепью. Интересно, такой замкнутый контур хладного железа лишит Гарма возможности использовать магию? Вероятно. Вот только судя по мечу, граф уже исчерпал колдовские силы и вернулся к старой доброй стали. Которая и пронзит Кьеля раньше, чем тот сумеет нанести какой-то вред противнику.

Не худшая альтернатива пыткам, если вдуматься. А в том, что Гарм не будет милостив, сомнений не было.

Но за миг до того, как Кьель бросился на графа, за спиной того мелькнула быстрая тень. Гарм вскрикнул и обернулся, наотмашь ударив шпагой, но его врага там уже не было. Зато в щели между кирасой и наплечником графа торчала рукоять стилета, вбитого по самую крестовину. Такой удар могла нанести только опытная рука — поймав момент, когда пластины брони чуть разошлись. Молниеносно, сверху вниз, в район ключицы, чтобы длинное лезвие, похожее на четырёхгранное шило, пробило сердце.

Колени Гарма подогнулись и он тяжело опустился на пол. Уперев шпагу острием в пол, умирающий попытался встать, но силы покидали его вместе с жизнью. Он попытался что-то крикнуть, но изо рта вытекла струйка крови и граф с лязгом рухнул на пол и больше не двигался.

Звуки близкого боя и оглушительный стук собственного сердца словно утихли. Кьель, ещё не веря до конца в произошедшее, смотрел на труп старого змея, из-под которого медленно растекалась кровавая лужа. Гарм, могучий маг, прошедший десятки сражений, выживший после нападения убийцы-чистокровки, погиб как простой латник, от удара стилетом.

— Хочешь жить — иди за мной! — сквозь пелену потрясения услышал Кьель женский голос.

Оторвав взгляд от трупа своего бывшего союзника, он увидел телохранительницу принца Брэнда. Вытащив стилет из покойника, она привычным движением вытерла лезвие и сунула клинок в ножны.

— Другого шанса сбежать не будет! — оглянувшись, поторопила его эльфийка.

Ещё осмысляя слово «сбежать», Кьель выскочил в коридор и едва не поскользнулся в луже крови. Стены, пол и потолок были заляпаны ошмётками плоти и кусочками костей. Гарм никогда не мелочился на боевые заклинания, безжалостно расправляясь с любым, дерзнувшим встать у него на пути.

Вот только смерть подкралась сзади.

Дверь в одну из комнат была распахнута, а на полу в крови распластался труп с ярко-рыжими волосами. Замерев, Кьель рассматривал знакомую одежду покойника. Именно в ней принц Брэнд недавно беседовал с ним.

Неужели?..

Он уже шагнул, чтобы перевернуть тело, как эльфийка дёрнула его за руку.

— Быстро! У нас мало времени!

Звуки боя подсказывали, что она права и промедление не приведёт ни к чему хорошему, так что пришлось молча проследовать за ней, оставив вопросы до более подходящего времени.

Добежав до входной двери, эльфийка жестом приказала Кьелю присесть и осторожно выглянула наружу. Убедившись в отсутствии опасности, она махнула рукой и первой выскочила на крыльцо. Кьель — следом.

Двор превратился в поле боя, освещённое полыхающим штабелем досок. В кровавом отсвете огня сверкали клинки и латы сцепившихся в смертной схватке людей. Мимо головы Кьеля пролетел огненный шар, размолотив в щепки один из столбов, поддерживающих навес над крыльцом. В лицо эльфа воткнулась щепка, заставив его вскрикнуть от боли.

— Ты в порядке? — обернулась к нему девушка.

— Да, — Кьель выдернул деревяшку из щеки.

— Тогда за мной, — приказала эльфийка.

Пробравшись вдоль дома, они завернули за угол к пролому в заборе, вокруг которого лежали трупы в цветах Кречетов и в доспехах без гербов. После появления Гарма уже не требовалось гадать, к какому клану принадлежали нападавшие.

Кое-кто из них ещё шевелился, но эльф равнодушно прошёл мимо, не интересуясь судьбой низших, к какому бы клану они не принадлежали.

Добраться до прорехи в заборе удалось незамеченными. Едва выбравшись, эльфы со всех ног помчались к лесу.

Укрывшись за деревьями, Кьель перевёл дух и наконец задал мучивший его вопрос.

— Что происходит?!

Эльфийка бросила на него быстрый взгляд, а затем вновь зашарила взглядом по лесу, выискивая опасность.

— Ты говорил правду? — глухо спросила она вместо ответа. — Что мы — потомки Древних и что ты хочешь лучшей участи для нашего народа?

— Да, — без колебаний отозвался Кьель.

На этот раз взгляд эльфийки был пристальным, словно она пыталась определить искренность его слов.

— Тигры никогда не позволят тебе сделать это, — опустила плечи девушка. — Они просто будут пытать тебя до тех пор, пока ты не выдашь все секреты. И Тигры станут ещё сильнее, чем были.

Кьель сглотнул подступивший к горлу ком. Подобного он и опасался, идя на сделку с человеческим кланом. Но без такой сделки успеха не добиться.

— Я могу провести тебя к артефакту Кречетов, — ошарашила его спутница. — Если мы поторопимся и прибудем в замок раньше, чем его высочество.

— Ты? — не поверил Кьель.

Девушка вытащила из-под одежды прочную цепочку с пластиной-пропуском, сверкнувшим в свете луны.

— Доверенные слуги его высочества свободно перемещаются по замку. Я даже изображаю полуухую телохранительницу её сиятельства графини Лауры, когда это требуется. Никто не заподозрит, если я по приказу принца проведу туда одного из наших.

Теперь Кьель понял, почему лицо эльфийки казалось ему знакомым. Он мельком видел её и ещё одного полуухого рядом с Лаурой. Гарм тогда ещё пытался выяснить откуда у беглой девчонки неожиданно взялись наёмники. И ведь он подозревал, что охрану ей выделил кто-то, пожелавший остаться неизвестным.

Знал бы старый змей, кому перешёл дорогу…

— Мало добраться до артефакта — нужен тот, кто может им управлять, — с сожалением покачал головой Кьель. — Потому я и пришёл к Кречетам. Спящие артефакты требуется напитать силой.

Помедлив, эльфийка сказала:

— Я была одной из тех, кто спас Лауру от Змей. Не раз я передавала приказы его высочества. Думаю, что сумею убедить её использовать артефакт для того, о чём ты говоришь. Главное — сделать всё до возвращения капитана Дарана в замок. Мы не успели добраться до него, когда Змеи напали.

— Мы?.. — прищурился Кьель.

— Я и мой друг Алекс, которого ты видел сегодня, — пояснила девушка.

— Ты так и не назвала своего имени, — напомнил эльф.

— Миа, — отозвалась та.

Кьель кивнул и задал мучивший его вопрос:

— А принц?..

— Его прикончил Алекс, — с вызовом ответила Миа. — Всегда ненавидела этого высокомерного рыжего мерзавца… Надеюсь, у тебя найдётся что-то достаточно могущественное, чтобы встретить тех, кто придёт спросить за смерть его высочества.

Улыбка Кьеля стала хищной.

— О да… — прошептал он, осмысляя открывшиеся перспективы.

Если он сумеет добраться до портального зеркала, то откроет путь к сохранившемуся арсеналу. И к Граалю. Он точно найдёт там оружие, а может и крылатую эгиду. Как только девчонка наполнит их силой — её можно убить. Если повезёт — там будет и калека-капитан. По слухам, Лаура успела инициировать совсем немного своих людей. Скорее всего все они в замке. Вероятно, его новая спутница знает каждого и способна убить их. Особенно, если вооружить и её.

Как только артефакт лишится всех хозяев, он, Кьель, сможет стать его новым хозяином с помощью Грааля. И все охранные големы перейдут под его командование. Даже Тиграм потребуется изрядно времени и сил, чтобы взять замок штурмом. За это время он сумеет разбудить так много даров предков, что люди умоются кровью и вынуждены будут отступить. В худшем случае, они сравняют замок с землёй, а он отступит в арсенал и переждёт. Клановые артефакты практически неразрушимы. Главное — придумать что-то, чтобы надёжно запечать подземелье и спасти его от обвала…

Бойцы. Ему нужны бойцы, способные держать оборону вместе с ним.

— Пошли, — голос Мии прервал его размышления.

Тихо звякнув цепью, Кьёль встал и пошёл вслед за девушкой. Мелькнула мысль, что ему повезло — могли ведь надеть кандалы и на ноги. Или приковать к чугунному шару, как каторжника. Кое-как идти с таким можно, а вот бежать — уже нет.

— Много таких, как ты? — спросил он у идущей впереди Мии.

— Я знаю пару дюжин, — подумав, отозвалась та. — Но у Кречетов нас четверо.

— А сколько из вас готовы мне помочь? — прищурился Кьель.

— Трое, — уверенно ответила эльфийка. — Арес… Ему понадобится время, чтобы убедиться, что ты не такой, как другие поднебесники. Сейчас он нам не поможет.

— Где оставшиеся двое? — в голове Кьеля уже сформировался план действий.

— Алекс добывает лошадей и будет ждать нас в условленном месте. Мак остался при людях принца, чтобы сбить их со следа, выиграть нам время и, если потребуется, оповестить об опасности.

Трое… Если записи не врут, четверо облачённых в эгиды бойцов способны на многое. Но сколько времени понадобится на то, чтобы освоиться с дарами предков? Да сколько угодно, если делать это в защищённом от вторжении низших арсенале.

Нужно лишь успеть наполнить энергией грааль и эгиды…

— Стоять! — властно прозвучал из-за деревьев мужской голос.

Миа на миг замерла, приглядываясь, а потом толчком сбила Кьеля наземь.

Вовремя. Тренькнула тетива и арбалетный болт, вместо того чтобы пробить грудь эльфа, лишь задел его плечо.

Кьель откатился за дерево и, стиснув зубы, зажал рану ладонью. На миг выглянул, оценивая обстановку и успел заметить, как Миа тигриным прыжком исчезает в кустах.

Проклятые кандалы! Не будь их, он бы сейчас просто испепелил противников!

Из зарослей послышался крик ярости и зазвенела сталь. Кьель не видел сколько противников у девушки, но надеялся, что выучка убийцы достаточно хороша, чтобы справиться с людьми Змеев. Или Тигров? Могло ли случиться, что о смерти принца узнали и пустили кого-то в погоню?

Нет, это не погоня, а кто-то из людей Гарма.

Внезапно стало тихо. Кьель напряжённо замер, ожидая кто покажется из зарослей.

— Свои, — услышал он тихий голос Мии.

Девушка вышла, зажимая рукой рану на боку.

— Шустрые твари, — криво улыбнулась она.

Увидев струйку крови, текущую из-под пальцев эльфа, Миа нахмурилась и скомандовала:

— Дай осмотрю.

Кьель послушно убрал ладонь, давая возможность осмотреть задетое болтом плечо. Эльфийка, не обращая внимания на собственную рану, распорола его рукав и резюмировала:

— Ничего серьёзного. Немного шкуру попортило. Сиди смирно, промою.

Срезав остатки рукава, она умело промыла и перевязала плечо эльфа и, к его изумлению, вытащила из поясной сумки амброзию.

Без всякого почтения девушка разрезала священный плод на пополам и, слизнув сок с лезвия, протянула одну половинку Кьелю.

— Ешь, раны быстрее затянутся.

— Откуда?.. — изумлённо прохрипел эльф, благоговейно приняв дар.

— Пауки выращивают, — коротко ответила Миа. — Нам их дают для быстрого лечения ран.

Амброзию она ела походя, словно крестьянин обыкновенное яблоко.

— А что-то ещё вы едите? — спросил Кьель, почтительно откусывая кусочек священного плода.

— Конечно, — кивнула девушка. — Всем, что удаётся раздобыть в пути. Бывает, что неделями нельзя выходить к жилью, так что приходится жить охотой.

Кьель кивнул, осознав, что несмотря на явно обильные запасы амброзии убийцы Тигров не владеют магией. Мёртвая плоть нарушала что-то важное в телах потомков древних. Что-то, что позволяло творить магию. Для исцеления требовалось немало времени и строгая диета, чтобы очиститься от циркулирующего по телу яда мертвечины. И, конечно, амброзия.

— Много у вас ещё? — стараясь не выдать жадного возбуждения спросил Кьель.

Его собственные запасы недавно подошли к концу и сейчас с каждым съеденным кусочком амброзии он чувствовал, как его наполняет сила.

— По паре на каждого, — разочаровала его Миа. — На случай ранения. Но, возможно, в покоях принца есть ещё.

Кьель облизнулся и кивнул, блаженно прикрыв глаза. Следовало немного выждать, чтобы рана хоть немного затянулась и кровь остановилась.

Вскоре они продолжили путь, пробираясь к известной лишь Мие цели. В какой-то момент девушка остановилась и несколько раз проухала совой.

Почти сразу донеслось ответное уханье.

— За мной, — скомандовала эльфийка.

Кьель последовал за ней. На небольшой полянке их ждал Алекс и три оседланные лошади.

Увидев кровь на боку напарницы, он недобро посмотрел на Кьеля и процедил, обращаясь к Мие:

— Надеюсь, этот поднебесник не наврал нам с три короба и стоит пролитой крови.

— Как будто нам впервой её проливать, — отозвалась эльфийка, легко запрыгивая в седло.

— За одного из тех, кто нас же и продал — да, — Алекс презрительно сплюнул.

— Я никого не продавал! — глядя ему в глаза отрезал Кьель. — И я здесь именно для того, чтобы больше ни одного нашего сородича не отдали людям, как вещь!

Какое-то время Алекс сверлил его взглядом, а затем нехотя кивнул.

— Но если ты лжёшь — я убью тебя своими руками, — пообещал он. — Поверь, терять мне уже нечего.

— Мне тоже, — усмехнулся Кьель. — Но я слышал, что именно те, кому нечего терять, способны идти до конца.

Эти слова заставили Алекса едва заметно улыбнуться. Он потрепал своего коня по холке и спросил:

— Ну что ты встал, поднебесник? Или лошадь впервые видишь?

— С кандалами неудобно, — Кьель продемонстрировал скованные руки. — Ключей не найдётся?

— Нет, — покачал головой Алекс. — Потерпишь. Ключ у принца остался. Так больше похоже, что тебя успели Змеи умыкнуть. Как все поутихнет — Мак тихонько ключ с тела снимет и нам привезёт.

Миа вздохнула.

— У нас нет времени дожидаться его. Выезжаем в замок Кречетов прямо сейчас.

Вздохнув, Кьель уцепился скованными руками за луку и залез в седло.