– Эй, подъём!

Ира проснулась от чувствительных похлопываний по щекам. Голос показался знакомым и вызвал чёткую отрицательную эмоцию, нет, агрессию.

«Вирус!»

– Ублюдок… – пересохшим горлом девушке не получилось передать всю полноту ненависти. Попытка применить дар не дала результата. Словно щёлкала незаправленная зажигалка.

– Хм… Не тужься, не получится, – Вирус словно читал мысли. Ехидство в голосе.

Ира открыла глаза и попыталась вложить во взгляд все, что она о нём думает.

– Ага… – парень растянул губы в подобие улыбки. – Вставай. Сама снимай с себя подгузник, – сарказм в голосе и взгляде, которым он указал на нижнюю часть тела девушки.

Ира часто задышала. Паника. Она схватила плед и потянула на себя, хотелось сжаться в комок. Перед глазами проносились картины насилия, девушку затрясло.

– Успокойся. Меня не заводят бесчувственные тёлки. Я просто одел подгузник, чтоб ты не обделала машину.

К лицу Иры прилила кровь, даже уши пылали огнём.

– Вода, салфетки и сменная одежда в пакете, – Вирус кивнул куда-то вниз и вышел из машины.

Сбоку на обшивке машины, висела пустая капельница. Ира приподняла руку и увидела катетер у себя на руке. Чувствительно морозило, хоть она и была накрыта пледом, под которым, судя по ощущениям, была только футболка и злосчастный подгузник.

Девушка аккуратно приподняла голову, которая кружилась и в лежачем положении. Возможно, виной всему голод, от которого сводила желудок. Что-то ощущалось на шее. Вначале застучало сильней сердце, потом пришло осознание. Самые страшные опасения сбылись.

– Ублюдок! – Ира крикнула как можно громче и села.

В открытую дверь послышался тихий гогот.

– Снять не получится, замок на меня завязан.

В двери показалась рука с браслетом.

– Только через мой труп, гы-гы! – веселился Вирус. – Но проблема в том, что я за всю свою долгую жизнь встречал только пару человек, кто смог бы меня убить. И один как раз у меня под контролем, гы-ы-ы.

В машину заглянула довольная морда.

– Так, поболтали и харэ. Десять минут даю, потом при мне будешь переодеваться.

Девушка несколько раз глубоко вздохнула, чтоб успокоится, но рука сама потянулась к ненавистному блокирующему дары ошейнику. Захотелось расплакаться. Ира слышала от отца, что существует подобная вещь, но она считается под запретом среди нормальных рейдеров.

– Кто меня заказал? – Ира сразу поняла, что он не для своих нужд её выкрал. Слишком дорого, судя по цене ошейника и по приложенным силам. И слишком опасно.

– Не беспокойся, красавица, доставлю к заказчику в целости и сохранности.

– Ты не ответил на вопрос, какой смысл скрывать? Так кто? И зачем я им?

– У-у-у какая нетерпеливая. Зачем? Мне, честно, насрать! Ну то, что цена на тебя возросла на порядок, после твоих выкрутасов – эт точно. Ты, сука, моих лучших ребят завалила!

В дверях появилась взбешённое лицо Вируса.

– Я б тебя собственными руками придушил! А вначале веки срезал, чтоб моя довольная морда, было последнее, что ты увидела перед смертью!

У Иры всё внутри похолодело.

– Не ссы… Репутация мне дороже мести. Так что скоро встретишься со своим хозяином.

Девушка не стала его злить. Быстро обтёрлась, надела чистую одежду и вышла из машины. Нестерпимо хотелось глотнуть чистого воздуха, а ещё есть.

– Пожрать хоть дашь?

Вирус протянул ей пластиковый контейнер.

– Как ты любишь… – парень прокомментировал елейным голосом.

– Остывший фастфуд, как мило… Ещё и салфеточка с цветочком… ммм… – Ира закатила глаза в притворном восхищении.

– Харэ скалиться, сучка! Жри быстрей и трогаем.

***

– Может, спустимся? Их всего трое осталось… – сидя на крыше сарая, куда они поспешно забрались, Лёха изнывал от безучастного наблюдения бойни, которую устроили местные заражённые за главный приз – вкусного большого человека и ещё более вкусную собаку.

Услышав призывное хоровое урканье, они с Чучундрой ломанулись искать убежище. Хорошо хоть собака, в силу своей сообразительности, быстро поняла, как переставлять свою тушку по перекладинам лестницы, которую парень быстро перенёс от сеновала.

Парень за эти полдня успел собственноручно упокоить парочку таких. И ещё он понял, что заражение передаётся каким-то другим способом, а не через слизистую монстров. Покусали их знатно, но изменения в состоянии не наблюдалось. Единственное, что напрягало Алексея: штуковины, добытые из монстров, стали помогать не так сильно, как хотелось, и закралась мысль, что они их как-то неправильно употребляют. Надо искать людей!

Конечно, была ещё одно обстоятельство, о котором парень не хотел думать. Ничего из окружения не походило на зомби-апокалипсис в принятом понимании.

Во-первых, хватало беглого взгляда на монстров, чтоб понять, заражение произошло не пару дней назад: потрёпанная одежда, а на более развитых особях она совсем отсутствовала. Да и развиться физически они так быстро не могли, какая бы взрывная мутация ни происходила.

А во-вторых, непонятная система расположения населённых пунктов, верней её отсутствие. Создавалось впечатление, что мир собрали из лоскутков. И от этой мысли Лёху в очередной раз передёрнуло.

Выходило так, что дачный посёлок просто выдернули их его мира? От этой мысли стало немного спокойней – родители и благоверная не пострадали. А с другой стороны, он понимал, что попал в какой-то чуждый или в параллельный мир со своими законами и механикой жизни. Которая похожа на какую-то дебильную игруху.

«А может, я зря парюсь, пытаясь выжить? Возможно, здесь можно сдыхать сколько влезет? И там, где возрожусь, точно будут люди!»

Мысль парню показалась заманчивой, но суицид никогда не входил в его жизненное кредо, какой бы гавеной, порой, ни была жизнь.

Пара оставшихся урчащих созданий перестали суетиться и переключилась на своих павших собратьев. Хрюканье, чавканье и хруст костей разнёсся по округе, и даже отвёрнутая голова не спасала Лёху от неприглядных картинок перед глазами.

Нажравшись до отвала, заражённые остановились в своей любимой позе зомби-маятника. Создавалась иллюзия покоя, но Алексей прекрасно понимал, что жажда убийства сильней жажды голода. И как только они спустятся, монстры сразу нападут. Не так рьяно, конечно, но с полной отдачей.

– Пошли?

Туча вздохнула и скривила морду. Нет, её не страшили монстры. Она представила, как будет задом спускаться с лестницы, и тихо заскулила.

Заражённые встрепенулись на звук и, подойдя поближе задрали морды, призывно заурчав.

– Вот ненасытные ублюдки!

Лёха понимал, что ему придётся спуститься первым. Прыгать с трёхметровой высоты – не вариант. Нестабильное состояние при приземлении, да и угроза повредить ноги.

– Так, я спускаюсь и попробую не сдохнуть пару минут. А ты, красавица, будь добра, поторопи свой мохнатый зад.

Собака красноречиво посмотрела исподлобья.

– Давай-давай, готовься!

«А для начала…»

Парень замер, постарался полностью очистить голову от мыслей.

Звуки стали далёкими, трубными…

Шептала листва, трава, дыхание собаки…

Краски расплылись, чтоб собраться в фокусе. Мир замедлился.

Покой.

Миновав лестницу, Лёха прыгнул на плечи заражённого, ухватившись за основание черепа, крутанул, и пока зомби заваливался на землю, откатился, уходя от возможной атаки.

«Готов!» – пронеслось в голове.

Второй зомби быстро сориентировался и кинулся на парня. Окровавленные челюсти клацнули, не достигнув цели, когти только и успели слегка зацепить расстёгнутую куртку.

Короткое «ррр..ха», и второй монстр утонул под чёрной тушей.

Собака подошла к монстру со свёрнутой шеей и грызанула затылок, чтоб исключить сюрпризы.

– Ты как хочешь, а мне надо отдохнуть, и желательно в горизонтальном положении на мягком диванчике, – сказал Лёха, оглядывая пространство.

Туча хмыкнула и растянула пасть в клыкастой улыбке, полностью соглашаясь.

Ближайший дом полностью подошёл для их хотелок. И главное, не было живности и следов бойни.

Заперев двери и проверив наличие других выходов, Лёха занялся поиском еды. С утра им не удалось нормально поесть. Туча, первая, почувствовав приближающуюся перезагрузку, утянула парня подальше от опасности.

Тогда Алексей наблюдал обновление кластера первый раз, со стороны. И в тот момент полностью утвердился в мысли, что если это не другая планета, то точно другая реальность. Когда с неба на пустые дома буквально упал вонючий туман, поглощая всё, а через короткое время, послышались голоса, рёв моторов и все звуки, сопутствующие обычной человеческой жизни… Лёха только и смог сказать:

«– Не-е! Это ппц!»

– Ты собачий корм будешь?

Порывшись в шкафу, Лёха выудил пачку корма. Но посмотрев на кислую мину собаки, продолжил поиски.

– Сейчас, нормальную, человечью еду найду… Чё за веганы здесь жили? Одни консервированные овощи и макароны. Сдается, нам вместе собачий корм жевать придётся. О! Смотри, что нашёл!

Парень вытащил на свет бутылку с янтарной жидкостью.

– Хоть как-то скрасит овощной беспредел…

Тучка задержала взгляд на бутылке и задорно залаяла.

– Ты чё тоже будешь?! – удивился Лёха.

Собака же от радости даже заплясала.

Туча вспомнила, как люди готовили вонючее пойло из похожей бутылки.

«Помню! Надо!»

Она сорвалась с места и, подбежав к двери, начала рыть, прося её выпустить.

Парень расценил по-своему. Решив, что собака хочет отлить, просто молча выпустил, оставив приоткрытой дверь, и продолжил поиски нормальной еды.

Собака отсутствовала несколько минут. За это время на стол перекочевала бутылка сладкой газировки, банка шпрот и овощные консервы. А ещё пара стаканов, ведь собака тоже изъявила желание выпить.

Скрипнула дверь. Лёха напрягся, зрение сразу сфокусировалось на цели. Парень был готов принять опасность и внутренне обрадовался быстрому вхождению в звериное состояние.

Туча с серьёзной миной прошествовала к столу и выплюнула несколько белёсых комочков.

– Опять… – скривился Алексей.

Взяв один, парень обтёр его и уже готовился отправить в рот, но собака потянула зубами за рукав и тихо зарычала.

– Чё?

Туча ещё раз зарычала, привлекая внимание. Ткнула носом в бутылку.

Собака много раз наблюдала, как люди готовят «живчик» – так они его называют. И теперь набиралась терпения, чтоб объяснить человеку доступным способом, как это сделать.

– Тебе налить? Хм…

Лёха пододвинул стакан к собаке и плеснул немного коньяка.

Туча тихо гавкнула.

Парень плеснул ещё.

Собака опять зарычала.

– Я не жадный… Куда тебе столько? – Алексей налил больше полстакана и остановился.

Туча нюхнула, фыркнула, гавкнула…

– Ага, крепко…

Лёха уже приготовился наблюдать за пьющей собакой, но она не спешила лакать, а взяла со стола катышек и выплюнула в стакан.

– О как! – парня немного удивил поступок собаки, но он понимал, что она не тупая и что-то сообразила или знает!

С лёгким шипением споран растворялся в коньяке.

– И зачем? Что дальше? Пить?

Туча помотала головой и шумно гавкнула.

– Понял, понял, не ругайся. Ну рули, раз знаешь… что-то.

Туча вздохнула с облегчением, человек тоже не тупой.

Ткнула опять в бутылку.

– Ещё налить? – взял бутылку.

Радостное «Гав».

Под чутким руководством собаки Лёха налил почти полный стакан. Туча ткнула в пустой.

– Ещё? – непонимание в голосе.

Опять яростное мотание головой. Собака задумалась, покрутив головой, увидела кухонное полотенце. Взяв его, ткнула в руку.

– Процедить… – понял Лёха. – В один слой или…

Сложив полотенце в несколько слоёв, он процедил мутную жидкость.

– Ох и воняет… Дальше что?

Туча ткнула в бутылку с газировкой.

– Туда? Так, она же полная!

Злобное рычание и взгляд исподлобья.

– Всё-всё, туплю! Воронку надо найти.

Отлив в пустой стакан газировки он аккуратно наполнил бутылку. Закрыл и медленно перемешал.

– Это пить?

Молчаливый взгляд, полный презрения.

– Не надо так смотреть. Я не тупой, просто непривычно так общаться. Надо тебя говорить научить.

– Мна, – сказала Туча. А сама подумала: «Если бы могла, уже заговорила и без учителей».

– Фу-у-у! Как носки, настоянные на пропавшей браге, – другой ассоциации не было, – Давай ты первая.

Опять излюбленное «Мна…» и фирменный взгляд.

Но парень и не думал сдаваться. Налил в стакан пойло и стал ждать.

Собака нюхнула, фыркнула, чихнула. Туча ничего не могла с собой поделать, на эту жидкость всегда одна и та же реакция. Но выбора не было, и она начала лакать.

Порыкивая от недовольства, периодически чихая, собака выпила свои полстакана и кивнула парню.

Лёха видел реакцию собаки и понял, что это та ещё гадость. Достав чистую тару, он плеснул себе и выпил залпом. Но это не сильно помогло. Закашлявшись, пару минут боролся со рвотными позывами.

– Садистка! Я лучше их рассасывать буду.

Яростное мотание лохматой головой.

– Ну это же невозможно! Каждый день? – страшная догадка и кивание собаки в подтверждение.

Из мести Алексей забрал шпроты себе и, теперь лёжа на диване ,слушал недовольное порыкивание собаки и хруст корма.

***

– Если хочешь ещё пожить, то крути головой и смотри по сторонам, говори мне о приближающихся объектах. Сенса у нас нет, – досада в голосе.

Ира очень удивилась такой просьбе от пленителя.

– Ты же крут! Зачем тебе моя помощь? И какая мне разница… Может от зубов монстра лучше сдохнуть, чем от рук какого-нибудь извращенца.

Девушку сильно пугало будущее. Судя по слухам, многие женщины пропадали без вести. И скорей всего участь их была не завидна – рабство. И в какой форме оно, особой разницы не имело. Извращенцы, сектанты… всё одно. А нет – ещё были внешники, но там совсем другая история, которая вряд ли касается её ситуации. Слишком сложная операция для добычи объекта для разборки на органы. Да и для опытов тоже слишком мудрено.

Значит, остаётся или тайный воздыхатель, или скорей всего сектанты.

– Не извращенец… – сквозь зубы процедил Вирус. Но Ира, несмотря на блокировку дара, услышала фальшивые нотки.

– Бегунок, метров пятьдесят, а нет, уже сорок восемь, сорок шесть. Медленно едем…

Даже большие колёса тигра не могли обеспечить быструю езду по бездорожью.

– О, ещё один… Красиво бежит. Крупненький, видно кушает хорошо…

Ира видела, как ходят желваки на лице Вируса. Плюс ошейника в том, что, блокируя дары носителя, он блокировал и воздействие чужих даров. Так что в данной ситуации они равны.

– Я должен довести тебя живой… просто живой…

Спокойный голос при бурной эмоции прозвучал как угроза. Ириска сразу заткнула свою натуру, ведь этот тип не Филин… Общение с мужиками под охраной бати не сделали её покладистой, а скорей наоборот. Девушке так и хотелось его поддеть.

– Слушай…

Уничтожающий взгляд в ответ.

– Всё, успокойся. Поняла. Я вот о чём хотела поговорить. Что тогда произошло… ну, когда бойня была? Это же ты на меня повлиял?

Ира понимала, что сейчас она ничего сделать не может, но кое-что должна была прояснить.

Вирус молчал и почему-то хмурил брови.

– Что я опять не то сказала?

– Помолчи!... – с нажимом. – Ты совсем ничего не помнишь?

– Тогда, нет. Но… там на пляже, когда чай пили, я видела нити, идущие от людей. Раньше такого не было.

Ире надо было точно знать, что происходит с её даром, поэтому она спрятала своё призрение поглубже и просто наблюдала.

Сомнение, досада, недовольство. Эмоции перемешались на лице парня. Ира поняла, что и без применения дара может легко считывать эмоции и прикинуть примерную картину мыслей.

Девушке захотелось рассмеяться. Он говорил, что цена сильно возросла после её выкрутасов, но то, что он был их катализатором, не подумал. И что из этого выходит?

У Иры сразу упало настроение и уже она сидела и морщила лоб от досады.

«Её цена упала – это не есть хорошо, значит, появилась угроза её жизни. Но теперь появился ценник на Вирусе! А вот на этом можно сыграть».

Настроение поползло вверх. Ведь если заказчик узнает об их убийственном тандеме, а он узнает, и не факт, что девушка сама расскажет, есть способы разговорить и против воли. Тогда откроется охота уже на Вируса.

Ириска очень надеялась, что жадность, или желание сохранить репутацию, всё же пересилит опасность самому стать заказом.