АРХИТЕКТОРЫ Л. КОМИССАР, А. ФРЕЙТАГ, И. ПАК

ПЛОЩАДЬ ЧОРСУ, 3А.  ЧОРСУ

ГУМ стал третьим и крупнейшим модернистским универмагом Ташкента, спроектированным ташкентскими архитекторами в 1960-е годы, а также единственным, построенным в ядре «Старого города»

ПРОЕКТ

До землетрясения 1966 года модернистская архитектура распространялась по Ташкенту гнездами. Если в «новом городе» первым ее очагом стала Саперная площадь^{6}, то в «старом» — площадь имени Юлдаша Ахунбабаева, для которой были запроектированы несколько модернистских объектов: проектный институт Гипроводхлопок[258], гостиница «Чорсу»^{40} и Главный универсальный магазин (ГУМ). Первоначальный проект, над которым работала бригада, двумя годами ранее успешно сдавшая в строй Центральный универмаг^{5}, предусматривал объединение в одном объеме ГУМа и двенадцати- или четырнадцатиэтажной гостиницы. На двухэтажную платформу планировали поставить горизонтальный торговый корпус и вертикальный отель, а между ними — вместить еще один блок с вогнутым железобетонным перекрытием. Впоследствии от промежуточного блока с чужеродной пластикой отказались, а гостиницу ждали серьезные метаморфозы, не в последнюю очередь потому, что ориентация ее фасадов на восток и запад была крайне неблагоприятной из-за прямых солнечных лучей, прогревающих здание в течение дня. Замысел ГУМа в дальнейшем не претерпел серьезных изменений. Проектируя его, авторы использовали уже апробированную в ЦУМе технологическую схему, обеспечивавшую открытый доступ покупателей к товарам и различные виды самообслуживания. Как и в ЦУМе, в новом универмаге предусмотрели службы, обеспечивающие комфорт покупателю: эскалаторы между этажами, камеру хранения, услугу по упаковке и доставке товаров, демонстрационный зал на 200 мест для показа новых моделей одежды. Причем в ГУМе этот зал имел общую эстраду с рестораном на 300 мест, так как предполагалось, что демонстрация мод будет «возможна одновременно и для сидящих в зале, и для посетителей ресторана»[259]. Как и в ЦУМе, на крыше ГУМа планировали организовать кафе, и его монументальный козырек обещал более эффективную защиту от солнца. Поскольку качественно Главный универсальный магазин не отличался от своего предшественника, их сравнивали количественно — и всегда в пользу ГУМа, чья длина (141 метр) и ширина (85 метров) почти в полтора раза превышали размеры ЦУМа. ГУМ построили пятиэтажным, тогда как ЦУМ — трехэтажным. Рабочая площадь ГУМа была рассчитана на 400 торговых мест, а ЦУМа (согласно «Правде Востока») — на 250 торговых мест[260].

Эскиз застройки площади имени Ахунбабаева. 1966

Эскиз ГУМа, вид цокольного этажа. 1966

Но архитектурная критика почти не заметила другой особенности нового универмага. В отличие от ЦУМа, ГУМ располагался в сердце «старого» Ташкента, напротив медресе Кукельдаш, которое — несмотря на избыточную реконструкцию второй половины 1950-х — сохраняло свойства памятника средневековой архитектуры. Представляя проект профессиональному сообществу, журнал «Строительство и архитектура Узбекистана» отмечал, что «в декоративной отделке фасадов и интерьеров широко использованы национальные традиции узбекской архитектуры», а «для оформления интерьеров применены прогрессивные материалы, новейшее технологическое оборудование»[261]. Однако опубликованные в журнале эскизы свидетельствовали только о «прогрессивных материалах» и «новейшем оборудовании» — никаких примет «национальной традиции» они не содержали. «Интернациональный стиль» характеризовал и эскиз четырнадцатиэтажного отеля, напоминавшего своими очертаниями гостиницу «Иверия» в Тбилиси (архитектор Отар Каландаришвили, 1967). Впоследствии на торцевых фасадах универмага появился лаконичный узор, но сходный абстрактный мотив украшал также боковые фасады ЦУМа и не был специфичен для «Старого города». Для тех, кого обескураживала враждебность модернизма к историческому контексту, ГУМ мог бы служить выразительной иллюстрацией их правоты.

Эскиз ГУМа, вид с крыши цокольного этажа. 1966

Эстетика 1960-х не подстраивалась под историческую среду, но в их соотношениях существовали градации. Лаконичное здание Гипроводхлопка создавало уместный фон для медресе Кукельдаш, не подавляя его и не привлекая к себе излишнего внимания. Удаляющиеся по улице Навои здания «Книжного пассажа» и института Ташгипрогор были совершенно безразличны к городскому контексту: такие здания можно было встретить и на Чиланзаре^{4}, и в Вузгородке^{30}. Что касается ГУМа, здесь невозможно говорить ни о фоновом подходе, ни о полной безучастности — архитекторам определенно хотелось противопоставить средневековому памятнику современный монумент. И медресе Кукельдаш, и ГУМ возвышались над окружающими строениями. К медресе Кукельдаш вела эффектная лестница, благоустроенная усилиями реставраторов в 1950-е годы. В ответ архитекторы ГУМа отдалили его от красных линий улиц и на образовавшейся площади создали импозантный подъем, с каскадным бассейном, транзитным мостиком и шестиярусной лестницей. Однако диалога не получилось: противопоставление ГУМа «Старому городу», где в течение многих веков располагался торговый комплекс «Чорсу», скорее дало сосуществование «двух одиночеств». Отмечу также, что ГУМ, запроектированный на шесть лет позже ЦУМа, отличался гораздо большей тяжеловесностью пропорций и помпезностью градостроительной постановки. Его бруталистские детали и монументальный облик были лишены изящества и простоты первых ташкентских универмагов. Впрочем, говоря о традиционном среднеазиатском зодчестве, ташкентские архитекторы часто упоминали его монументальную материальность. Возможно, именно эта особенность и должна была сделать здание ГУМа более органичным в «старогородском» контексте.

Строительство ГУМа. Нач. 1970-х

Вид на главный фасад с северо-востока. Нач. 1970-х

Штукатуры из СУ-24 на строительстве ГУМа. 1972

Вид на главный фасад с северо-запада. Нач. 1970-х

ЭКСПЛУАТАЦИЯ

Главный универсальный магазин открылся в октябре 1972 года. За первые три месяца в нем побывало более четырех с половиной миллионов покупателей (в среднем его посетил три раза каждый житель города), то есть в день магазин принимал по пятьдесят тысяч человек[262]. В конце 1970-х годов либо чувство новизны притупилось, либо — что более вероятно — ассортимент товаров стал скуднее. Как бы то ни было, поток покупателей сократился до сорока тысяч в день[263]. Многие приезжали из других городов республики с длинными списками необходимых товаров. В первые годы работы магазина газеты сообщали о таких рационализаторских подходах, как торговые комплексы «Все для женщин» и «Все для мужчин» (когда-то такое было в новинку!), как бесплатный раскрой, переделка и подгонка одежды. На протяжении 1970-х годов ГУМ неоднократно посылал своих сотрудников в различные города СССР — Ригу, Ленинград, Москву — для освоения новых форм работы; кроме того, в универмаге не только отдельно нанимали оформителей витрин, но также старались повышать эстетические навыки продавцов, для чего проводили специальные лекции и просмотры дидактических фильмов[264]. Однако долговременный застой в экономике постепенно сказывался и на облике магазина: в конце советского периода прилавки опустели, а само строение заметно обветшало. В годы независимости здание было поделено на многочисленные отсеки; в начале 2020-х годов его реконструировали, уничтожив при этом оригинальные детали и отделку. Сегодня о первоначальном замысле напоминают лишь некоторые детали фасада и общие контуры силуэта. Бассейн на площади засыпали и переоборудовали под автостоянку.

Потолок торгового зала. 1972

Южный фасад ГУМа. 1972