Зик продолжил: «Пока Ют звонил по поводу взлома квартиры, я спустился вниз по улице, чтобы осмотреть эту машину».

Полицейский был явно растерян. «Зачем вам это?»

Зик объяснил, что они заметили парня, сидевшего в машине ранее, курящего и оставляющего окурки. Но когда они вернулись из ресторана, BMW всё ещё стоял на месте, а вот мужчины не было видно.

«Я подумал, что он просто прячется внутри», — объяснил Зик. «Или, возможно, мужчина всё ещё находится в квартире Юта. Я собирался записать номер его машины на случай, если он вдруг выбежит и убежит до вашего приезда».

Офицер выглядел довольным. Он был доволен, пока не назвал имя Зика. Лейтенант Герхард Бек каким-то образом узнал, что Зик может быть причастен к недавнему убийству. Бек приказал молодому офицеру задержать Зика и Юта для допроса.

Теперь Зик чувствовал себя как рыба в воде. Сначала он теряет отца. Вполне естественное событие, учитывая его возраст и здоровье. Затем он непреднамеренно убивает кошку жены. Он теряет свою неплохую работу. Он идёт к врачу и узнаёт, что у него, возможно, рак и определённо венерическое заболевание, возвращается домой, чтобы поговорить с женой, а она вывезла все его вещи в ящике для хранения на подъездную дорожку. Ему вручают документы о разводе, и он узнаёт, что жена планировала это месяцами.

Затем с ним происходит нечто, как он думает, хорошее: он находит письма из Пруссии, которые его дед написал во время Первой мировой войны.

Итак, Зик отправляется в путешествие в Германию, чтобы открыть для себя что-то новое. Но по прибытии друг сообщает полиции, что Зик убил человека более двадцати лет назад, незадолго до падения Берлинской стены. Американское посольство изымает у него паспорт и запрещает ему покидать страну, пока не будет решен этот вопрос.

Ладно, он справится, ведь он знает, что невиновен. Он возвращается в Магдебург и узнаёт, что его предки были членами тайного общества, и он...

Возможно, у него есть один из медальонов Ордена Медальона. Его чуть не сбила машина. А теперь мужчина, который, казалось, наблюдал за ним, найден убитым в своей машине возле квартиры Юты. Обычная череда событий в жизни Германа «Зика» Вальтера. Сейчас ему хотелось бы просто взять снаряжение и отправиться в горы на охоту. Жизнь в лесу была куда проще. Конечно, выживал сильнейший. Но, по крайней мере, Зик знал, как выжить в этом мире.

Казалось, именно города приводили его в замешательство.

Лейтенант Герхард Бек и его молодой коллега, детектив Шварц, прибыли на место преступления менее чем через полчаса, оба слишком уж спешили допросить Зика. Когда начал идти лёгкий снегопад, Бек поручил Шварцу проводить Зика и Юте в её квартиру, пока сам осматривал тело мужчины в BMW. Но, должно быть, он лишь взглянул на труп, потому что оказался в квартире прежде, чем Шварц успел задать хоть один вопрос.

Их доступ в квартиру Юта был ограничен пребыванием в гостиной.

Бек включил небольшой цифровой диктофон и начал задавать вопросы.

Удивительно, но сначала он сосредоточился на Юте и разгроме ее квартиры.

Ют, конечно, понятия не имел, кто мог это сделать.

«Что-нибудь пропало?» — спросил детектив Шварц.

Юта оглядела комнату, но понятия не имела. Деревянный пол был почти не виден из-за книг, грязи с растений и разбросанной мебели. «Трудно сказать», — сказала она. «У меня мало что есть. Я плохой преподаватель в колледже».

«А как насчёт недовольных учеников?» — предложил Зик. «Может быть, кто-то, кому ты поставил плохую оценку».

Лейтенант Бек бросил на Зика суровый взгляд. «Позволь мне задать вопросы». Полицейский перешёл на свой родной немецкий и не оглядывался.

Зик чувствовал себя брошенным, поэтому просто пытался чем-то занять себя. Но его мысли всё время возвращались к виду мёртвого мужчины в BMW. Кто это был?

Парень? Неужели он не имел никакого отношения к разрушению квартиры Юта? Может быть, он просто наблюдал за кем-то другим на этой улице?

Маловероятно.

Кролик получает травму и громко визжит, хотя и понимает, что его визг привлечёт внимание другого хищника. Но он ничего не может с собой поделать. Боль вызывает пронзительный крик у каждого кролика в мире. Это в их природе. Действие А ведёт к реакции Б. То же самое произошло и с событиями этого вечера. Мужчина обыскивает квартиру, жильцы уходят ужинать, мужчина вламывается в квартиру, разгромляет её и возвращается к своей машине. Его убивают.

До бесконечности.

Однако Зик понимал, что может быть и другое объяснение. В конце концов, если у будущего покойника был сообщник при ограблении квартиры Ют, что побудило его убить своего партнёра? Возможно, если бы они нашли что-то очень дорогое, и один грабитель напал на другого, чтобы присвоить всю наживу себе, это имело бы смысл. Такое случалось постоянно. Но сама Ют говорила, что у неё нет ничего по-настоящему ценного.

Закончив с Юте, лейтенант полиции перешёл к допросу Зика. В это же время Бек поручил своему помощнику сопровождать Юте по её квартире, чтобы проверить, не пропало ли что-нибудь. Зик догадался, что лейтенант делает это, чтобы они с Юте не могли скоординировать свои ответы. Учитывая, что Бек спрашивал Юте по-немецки, это было невозможно.

Бек попросил Зика рассказать о том, как прошёл его день, вплоть до обнаружения трупа. Зик рассказал, включая их встречу с сумасшедшим водителем в Магдебурге. Он умолчал о некоторых подробностях того, что им показали в католической церкви тем днём. Зик не считал, что это как-то связано с трупом.

«Итак, вас обвиняют в убийстве, которое произошло более двадцати лет назад, и вот прямо возле квартиры, где вы остановились, убивают мужчину»,

Бек сказал: «Либо ты самый невезучий человек на свете, либо ты как-то причастен ко всему этому».

«Не думаю, что удача тут при чём», — сказал Зик. «Жертва — Ют». Он широко развёл руками. «Посмотрите на это место. Думаете, мы как-то к этому причастны? И, как, я уверен, Ют вам объяснил, мы были в ресторане с другим профессором в момент смерти этого человека».

Лейтенант Бек покачал головой: «Мы не установили время смерти».

Зик сказал: «Кровь всё ещё была насыщена кислородом. Он, должно быть, был мёртв меньше часа».

«Откуда вы это знаете?»

«Люди ничем не отличаются от других животных, — пояснил он. — Я зарабатываю на жизнь охотой. Я узнаю свежую кровь, когда вижу её».

«Посмотрим», — сказал лейтенант, выключая диктофон. Затем он позвал своего молодого соратника, и они вдвоем вышли из квартиры.

Ют и Зик стояли в разгромленной гостиной. Ют скрестила руки на груди, и на её лице отражалось выражение страха или неуверенности. Похоже, она плакала где-то в дальней комнате.

Зик коснулся её руки. «Ты в порядке?»

Она покачала головой. «Как же так?»

Теперь Зик чувствовал себя полным идиотом, навлёкшим на друга эту пелену страданий. Его логический ум рассудил, что всё это не имеет к нему никакого отношения. Как такое возможно? И как же иначе? Он сам навлёк на неё всё это. Его жизнь не была идеальной до этого месяца, но она и не была чередой катастроф, как в последние несколько недель. Казалось, каждый поворот часов приносил в его жизнь очередную катастрофу. Сколько ещё может выдержать человек? Он чувствовал, как кровь бежит по сосудам, как сердце неудержимо колотится, как давление пульсирует в висках.

«Мы не можем остаться здесь сегодня на ночь, — сказал он. — Мы можем пойти в гастхаус по дороге».

Она покачала головой. «Мы могли бы пожить у моей матери в её квартире.

Мне нужно увидеть моего сына».

Зик обнял ее и крепко прижал к себе, она уткнулась головой ему в плечо, и слезы наконец-то хлынули рекой.

Когда она успокоилась и её дыхание успокоилось после нескольких глубоких вдохов и выдохов, Уте посмотрела ему в глаза и сказала: «Ты пойдёшь со мной? Ты сможешь познакомиться с моей матерью и сыном».

Как отнесётся её мать к встрече с Зиком? Он не был уверен, что это хорошая идея. Прежде чем он успел ей ответить, в комнату без стука вошёл мужчина в хорошем костюме и подошёл к ним.

Мужчина представился атташе американского посольства и показал им свои документы. «Мистер Уолтер, мы хотели бы пригласить вас на собеседование».

Это был эвфемизм для слова «допрос»? «Почему?» — спросил Зик.

«Это просто формальность, когда один из наших граждан замешан в преступлении на чужбине», — сказал он, словно читая это по сценарию.

«Я не причастен ни к какому преступлению, — насмешливо сказал Зик. — За исключением того, что я случайно остановился в доме гражданина Германии, чья квартира только что была разрушена. И, конечно же, прямо у дома в его BMW убивают мужчину. На улице, где живёт весь город».

«Я не имел в виду, что вы виноваты», — сказал сотрудник посольства. «Нам просто нужно прояснить некоторые моменты, прежде чем мы выдадим вам паспорт».

Какой выбор был у Зика? Без паспорта он застрял в Германии.

«Ладно. Давайте покончим с этим», — сказал Зик.

Когда ни сотрудник посольства, ни Зик не двинулись к двери, Зик сказал: «Не могли бы вы подождать меня снаружи?»

Мужчина неохотно попытался улыбнуться, что чуть не убило его, а затем оставил Зика и Юта одних.

«Мне это не нравится», — сказал Ют.

«Ну, я тоже. Но мне нужен паспорт». Он снова оглядел комнату. «Просто собери вещи и поезжай к матери. Я позвоню тебе, когда закончу в посольстве».

Она просто кивнула, выражение ее лица все еще было немного испуганным, а глаза показывали, что ее слезы еще не закончились.

Он нежно поцеловал ее в губы, они обнялись на мгновение, а затем он оставил ее там.

Снаружи полицейские установили освещение и накрыли машину большим тентом, чтобы защитить её от снега. Полицейские выглядели как муравьи, атакующие кусок пирога на пикнике.

Сотрудник посольства посадил Зика на заднее сиденье темного седана Mercedes.

«Подождите здесь немного», — сказал он. «Мне нужно поговорить с дежурным офицером».

«Ничего страшного», – подумал Зик. Он потрогал мягкие кожаные сиденья и задумался, зачем американскому правительству автомобили премиум-класса. Его налоговые деньги в деле. Он закрыл глаза и попытался осмыслить всё, что с ним произошло в последнее время. Как можно совместить то, что непостижимо? Имело ли всё это хоть какое-то отношение к Зику?

Двуногие, дышащие ртом, были приспособлены лишь для того, чтобы воспринимать определенный объем информации.

Их маленькие мозги были похожи на старый компьютер с полным жёстким диском. Как только данные заполнялись, их коммуникация замедлялась до тех пор, пока что-то другое не удалялось, чтобы освободить место для новой информации. Диким животным никогда не приходилось усваивать бесконечное количество негативных данных. Но

Их реакция на раздражитель обычно была вопросом жизни и смерти. Когда лиса окружена стаей койотов, она не задумывается, откуда прибудет её следующая еда или скоро ли она снова увидит своих детёнышей. Нет, она понимает лишь одно: либо бежать, либо перехитрить нападавших. Столкнувшись с экзистенциальной дилеммой, лиса знает лишь одно: нужно действовать. Бежать или умереть. Спасаться.

Ad anum.

Ошеломлённый Зик услышал, как открылся и захлопнулся багажник, слегка встряхнув машину. Затем за руль сел сотрудник посольства, а другой мужчина с военной стрижкой, очевидно, морской пехотинец в штатском, сел на переднее пассажирское сиденье.

Они тронулись, не сказав ни слова. Как только водитель «Мерседеса» выехал на более скоростную дорогу, он взглянул в зеркало заднего вида на Зика.

«С тобой все в порядке?»

«Просто здорово», — сказал Зик. «А посольство разве не в другой стороне?»

Водитель искоса посмотрел на морского пехотинца, сидевшего рядом с ним.

«Куда мы идем?» — смягчился Зик.

Морской пехотинец повернулся к Зику и, не сказав ни слова, вернул ему паспорт.

«Мы едем в аэропорт», — сказал водитель. «Ваш рейс обратно в Портленд вылетает через три часа».

Зик сидел ошарашенный. «Почему?»

«Ваше пребывание в Германии стало... трудным для нашего правительства».

Откинувшись на мягкое кожаное сиденье, Зик думал только о Юте.

Что она о нем думала?

●

Вернувшись к своему дому, Юта собрала сумку с одеждой, разбросанной по полу спальни. Её мысли метались в разные стороны – от беспокойства за безопасность Зика до собственных семейных проблем. Ей совсем не хотелось объяснять ситуацию матери. Она благодарила Бога за возраст сына и его нелюбопытство. Ему не придётся ничего знать о том, что его дом осквернён. Она это исправит. Вернёт ему первоначальный вид, и он ничего не заметит. Как жизнь стала такой сложной?

OceanofPDF.com

22

Последние пятнадцать часов тянулись для Зика целую вечность. Его без всяких церемоний запихнули в самолёт из Берлина во Франкфурт, и до вылета в Портленд оставалось меньше часа, и он не знал, что сказать Юте. Он знал, что она выключает телефон на ночь, чтобы он мог позвонить ей и оставить сообщение о том, что его выдворили из Германии. Хотя она, возможно, и так уже знала об этом, поскольку сотрудники посольства стащили его одежду в сумку и вытащили из её квартиры. Она должна была знать, что что-то не так. Либо это, либо посольский офицер готовился сдать Зика немецкой полиции за одно из двух убийств, а может, и за оба.

В последний час полёта Зика в Портленд он понял, что ему негде остановиться. Его будущая бывшая жена выгнала его из дома и сменила замки. Обе его дочери жили за городом. Братья и сёстры тоже жили за пределами штата. А его единственные настоящие друзья, те, с кем он столько лет охотился, разбросаны по всей стране. Он будет один в своём городе — месте, которое всё больше походило на склад его неохотничьей одежды.

Поэтому, когда он наконец приземлился в аэропорту PDX, единственным выходом для него было добраться до отеля. Он воспользовался трансфером до ближайшего сетевого отеля, зарегистрировался и сразу же отправился спать.