На койке было превосходно. Она дрожала шестнадцатиузловой дрожью — машины в ходу, пара сколько угодно и воды столько же. Она мягко покачивалась на волне, и от этого было еще уютнее.

После всего сделанного — а сделано было немало — можно спокойно спать до утра. Утром же — постановка на якорь на рейде, где стоит вся дивизия. Опять хорошо.

Конец вышел совсем занятный. Раздеваясь, Иван Кузьмич в кармане нашел шахматного коня. Он снова надел китель и вышел в кают-компанию. Там нашел Клеста и предложил доиграть.

Сразу всю партию увидел по-новому, сделал конем совсем не тот ход, который раньше задумал, и в лучшем виде Клеста «размазал».

А Клест был большим молодцом.

И все остальные. Как они смотрели ему в глаза, как ждали приказаний и как их выполняли!

Что делать старым механикам? Какая чепуха. Разве мало было дела? И разве может быть что-нибудь лучше корабля и людей, связанных кораблем в одно целое?

И Нейман остался.

А теперь следовало уснуть.