«Когда они вытащили оружие, я отреагировала», — сказала Ольга.

«Кто-то хочет, чтобы вы оба умерли», — сказал Горан.

Она покачала головой. «Не думаю. Должно быть, они последовали за тобой сюда».

«Это невозможно», — сказал Горан. «Я соблюдал все протоколы безопасности».

«Хорошо», — сказал Карл. «Почему бы нам просто не спросить того, кто их прислал?»

Горан закончил связывать ноги мужчины и встал. «Он прав».

«Давай, — сказала она. — Я проверю, как там мёртвый парень».

Прежде чем пойти в ванную, Ольга достала с тумбочки мобильный телефон. «Извини, Нико. Я бы тебя предупредила».

«Ты все равно нашел выход», — сказал Карл.

Она пошла в ванную и обыскала мужчину в ванной, чтобы установить личность. Ничего. Затем она сфотографировала лицо мужчины и отпечатки обоих больших пальцев и отправила фотографии бывшему коллеге из ГРУ. Она не ожидала найти что-либо, но это было возможно.

•

Карл был обеспокоен. Возможно, двое, посланные убить их, охотились за Гораном, а не за ними. Но почему-то он не был в этом уверен. Хотя мужчины могли быть русскими, они, скорее всего, были из Прибалтики или даже Скандинавии. Их волосы были коротко подстрижены, как в милитари, но это ничего не значило.

Он зашел в ванную и чуть не столкнулся с Ольгой, когда она выходила.

«Что-нибудь?» — спросил он ее.

Она покачала головой. «Удостоверения личности нет. Я сфотографировала его лицо и большие пальцы».

«Хорошо. Мы можем отправить их в штаб».

Ольга бросила на него смущенный взгляд и потащила его обратно в ванную.

«Я поступил неофициально, отправив их старому другу в ГРУ».

«У нас одна и та же база данных, Ольга».

«Знаю. Но это была привычка. К тому же, мы можем отправить фотографии другого человека в СВР. Проведите независимый поиск».

Он знал, что на самом деле имелось в виду. Она всё ещё не доверяла СВР.

И если бы информация каким-то образом попала в цепочку ГРУ, она в конечном итоге достигла бы ее отца, который мог бы ее скрыть.

«Хороший план», — сказал Карл. «Давай посмотрим, как твой кузен справится с этим живым человеком».

«Зная Горана, этому человеку лучше заговорить, иначе он долго не проживет».

Карл предполагал, что так оно и есть. Хотя Горан, казалось, был несколько обеспокоен тем, что ему недавно пришлось избавиться от двух офицеров ГРУ, Карл предположил, что тот не будет испытывать никаких волнений, убивая этого парня.

Но сначала им нужны были ответы.

Горан притащил мужчину к дальней стене, и Карл сразу понял, почему его коллега так поступил. Когда Горан отрывал электрические провода от двух ламп, он не трогал вилки. Теперь он мог задавать вопросы, и если ответы казались разумными, всё было в порядке. Если же нет, Горан просто втыкал шнур в розетку и бил мужчину током.

Единственным недостатком было бы то, что человек мог бы умереть после первого удара током. Но тогда потенциальный киллер тоже знал бы об этом с самого начала. Это был бы его выбор.

11

Таллинн, Эстония

Халина предположила, что единственный плюс ожидания заключался в том, что оно давало ей время для тщательного изучения интересующей её темы. С тех пор, как она узнала полное имя связного Смолинского в Эстонии, она исчерпала все усилия, пытаясь узнать всё, что можно, об Антоне Романове. Первое, что стало совершенно ясно, – это то, что этот человек был сказочно богат. Настолько богат, что ему удалось скрыть большую часть своего состояния от эстонских налоговых органов. По словам её новой подруги Кадри Каск, это было большим достижением. За последние пять лет её правительство проделало блестящую работу по выявлению налоговых мошенничеств.

Найти Porsche Романова в аэропорту не составило большого труда.

Хотя немецкие спортивные автомобили становились всё более популярными среди эстонских богачей, организация Кадри смогла отследить машину с точностью до нескольких футов благодаря GPS-трекеру, встроенному в электронную систему. Но едва они добрались до аэропорта, как Антон Романов вышел из здания таможни, примыкающего к терминалу аэропорта, и уехал.

Затем Романов побывал ещё в нескольких местах по городу, и Кадри удалось удержать их на достаточном расстоянии, чтобы их не обнаружили. Следуя за ним, они также собирали информацию о его бизнесе.

В конце концов Романов нашел дорогу обратно домой, припарковав свой Porsche во дворе вместе с другими серебристыми Mercedes и Audi — дань уважения немецкой инженерной мысли, спрятанная внутри закрытого комплекса.

Теперь, когда темнота проникла в столицу Эстонии, Халина сидела на пассажирском сиденье автомобиля марки KAPO VW Passat, принадлежавшего Кадри, в квартале от ворот, ведущих во двор Романова.

«Мы уверены, что это единственный вход в здание?» — спросила Халина.

«Насколько нам известно, — сказал Кадри. — И нет, у нас нет причин идти и спрашивать этого человека о чём-либо».

«Вы рассказали своему боссу о том, что мы расследуем дело Романова?»

"Нет."

"Почему нет?"

После некоторого колебания он добавил: «Потому что я знаю, что он бы сказал».

«И что это?»

Кадри повернулся и сердито посмотрел на Халину. «Посмотрим. Польская разведчица приезжает в Эстонию с историей о каком-то человеке по имени Антон, основанной на клочке бумаги, найденном в квартире мёртвого предателя в Гданьске. Звучит немного…»

"Что?"

"Подозревать."

Халина указала пальцем на своего эстонского коллегу и сказала: «Он подозреваемый. У меня есть мёртвый контакт и мёртвый партнёр».

«Но ни то, ни другое, похоже, не имеет никакого отношения к этому Антону Романову»,

сказал Кадри.

«Мы этого точно не знаем. Вы почитайте его биографию. У него дела по всей Прибалтике».

«Верно. Но был ли он где-то недалеко от Копенгагена, когда убили вашего партнёра?»

Халина покачала головой. «Мы знаем, что это не так. В тот день была его фотография, сделанная на открытии нового магазина в центре Таллина. Но богатые люди не убивают людей своими руками. Они заказывают и платят».

«Я думал, вы опознали русских, убивших вашего партнера»,

сказал Кадри.

Слегка покачав головой, Халина сказала: «Не совсем. Они говорили по-русски. Но и я говорю по-русски. Это могла быть операция под ложным флагом».

Кадри завела двигатель и включила первую передачу. «К чёрту. Пойдём поговорим с этим мужчиной».

Она подъехала к машине и припарковала ее прямо перед воротами двора, заблокировав тем самым возможный выезд Романова.

Они вышли, и Кадри повернулась, чтобы остановить Халину, положив руку ей на грудь.

«Позвольте мне говорить. Мы не можем позволить этому человеку узнать, что в отношении него ведёт расследование сотрудник иностранной разведки».

«Я не говорю на вашем языке», — сказала Халина.

Кадри задумался. «Хорошо. Мы скажем ему, что ты американец, работающий в Интерполе. Ты не говоришь по-эстонски, поэтому нам придётся говорить по-английски».

«Меня это устраивает», — сказала Халина.

«У тебя почти нет акцента. Только отдельные слова».

«Как ты и сказал. Ты говори, а я буду просто слушать».

Две женщины подошли к боковым воротам, встроенным в металлические ворота для транспортных средств.

Там были камеры и переговорное устройство. Кадри нажала кнопку и улыбнулась в камеру.

Мужской голос произнес что-то по-эстонски, и Кадри покачала головой.

Она прошептала Галине: «Он сказал, что не заказывал проститутку. Или двух».

«Пожалуйста, говорите по-английски», — попросила Кадри. «Мой друг не говорит по-эстонски».

Халина помахала в камеру и улыбнулась.

«Ладно. Думаю, я бы согласился на тройной вариант».

Замок на металлических воротах зажужжал, и Кадри толкнула их. Когда они шли к двери во дворе, Халина подошла ближе к Кадри и спросила: «Как нам это разыграть?»

«Позволь мне с ним разобраться», — сказал Кадри. «Я уже давно имею дело с такими придурками. Они считают, что деньги — это всё».

«Не так ли?»

Кадри не дал прямого ответа на этот вопрос.

Им придётся обойти этот вопрос, если они хотят что-то вытянуть из Романова, подумала Галина. Честно говоря, она даже не знала, о чём спросить этого человека, не упомянув о его возможных отношениях со Смолинским. Или о какой-либо связи с Россией. К тому же, они уже знали, что у него были деловые связи с россиянами. Любому мало-мальски развитому бизнесмену в этом регионе пришлось бы в той или иной степени иметь дело с Россией.

Антон Романов сам открыл дверь во двор. Он переоделся из джинсов и свитера, в которых в тот день разъезжал по городу на своём «Порше», в строгий чёрный костюм с бабочкой.

«Серьёзно, — сказал Романов. — Я не заказывал двух проституток». Его английский был безупречен. Мужчина выглядел гораздо моложе своих тридцати восьми. Отчасти это

была его попытка отрастить усы и козлиную бородку, которые пытались расти, как трава на песчаной почве.

Кадри достала удостоверение личности и значок, которые не принадлежали КАПО, но свидетельствовали о том, что она является местным детективом полиции — очевидное прикрытие.

Глаза Романова расширились. «Извините. Я просто пошутил. А ваш друг тоже из полиции?»

«Она работает в Интерполе», — сказал Кадри.

У Халины был готов ответ, если мужчина попросит у неё удостоверение личности, но он этого не сделал. Очевидно, эта парочка не показалась ему слишком уж пугающей.

Романов проводил их в главную гостиную, расположенную этажом выше. Здесь излишества роскоши были выставлены напоказ: от дорогих произведений искусства до минималистичной мебели в скандинавском стиле. Гостиная простиралась на два этажа и была примыкающей к открытой кухне с техникой ресторанного уровня.

«Могу ли я предложить вам выпить?» — спросил Романов.

«Мы на дежурстве», — сказал Кадри.

«Хорошо. Сегодня вечером я иду на ужин в президентский дворец. Президент меня ждёт».

«Она может подождать», — сказала Кадри. «У нас к вам всего пара вопросов».

Романов бросил на неё обеспокоенный взгляд, словно она должна была быть впечатлена упоминанием имени президента Эстонии. «Пожалуйста, спрашивайте».

наконец сказал он.

«Где вы были в пятницу, шестнадцатого августа?» — спросила Кадри.

«В прошлую пятницу?» — спросил Романов. «Я открыл новый магазин в паре кварталов от Ратушной площади. Я потратил большую часть дня на подготовку к этому.

В тот вечер мы выпивали в магазине со многими важными людьми из Таллина. Почему, спрашиваете?

«Какой тип магазина?» — спросила Кадри.

«Балтийский янтарь».

«Отлично, — сказала Кадри. — Нам всегда пригодится ещё один магазин янтаря».

Халина старалась не улыбаться. Гданьск также был полон магазинов янтаря, некоторые из которых были настоящими.

Кадри перевела взгляд на Халину.

Не было другого способа спросить Романова о его отношениях с погибшим поляком, кроме как поговорить с ним напрямую, поэтому Халина спросила: «Расскажите мне о ваших отношениях с поляком по имени Лукаш Смолински?»

Глаза Романова снова расширились. «Этому человеку ни в коем случае нельзя играть в покер», — подумала Халина.

«Кто?» — спросил Романов.

Тут Галина не смогла сдержать улыбку. «Значит, Смолинский — наш деловой партнёр», — сказала она.

Покачав головой, Романов сказал: «Я не знаю ни одного Смолинского».

Она хотела вытащить пистолет, но Халина успокоилась и сказала:

«Правда? Ну, он тебя знает».

Служба внешней разведки Польши до сих пор не разглашала информацию о смерти Лукаша Смолинского, поэтому вполне возможно, что Антон Романов не знал о его смерти. Теперь Галине нужно было взвесить все варианты. Возможно, это был её единственный шанс допросить этого человека, особенно без присутствия адвоката.

«Я не понимаю», — наконец сказал Романов.

Кадри сказал: «Ты же знаешь Лукаша Смолинского».

Мужчина ничего не сказал.

Пора действовать решительно, подумала Халина. «Смолинский не просто тебя знает. Твоё имя и адрес были у него в квартире в Гданьске».

Это открытие, похоже, не удивило мужчину. «В чём дело? У меня есть деловые партнёры по всему региону, в каждой стране. Возможно, я знаю этого человека. Если он говорит, что я его знаю, значит, мы когда-то встречались. Я не силён в именах».

Халина достала телефон, открыла изображение. Затем повернула экран к Романову и спросила: «Это пробуждает твою память?»

Романов взглянул на изображение Смолинского с пулевым отверстием во лбу и чуть не лишился своего обеда.

«Скажите мне, что это не правда».

Она посмотрела на фотографию и убрала телефон обратно в карман. «Уверяю вас, это вполне реально. Я видела, как мужчину застрелили прямо у меня на глазах».

Внезапно самодовольство Романова сменилось серьёзностью, которую Галина не могла себе представить в этом человеке. Он плакал, как ребёнок.

Кадри обменялась с Халиной странным взглядом и пожала плечами.

Затем Романов опустился в кресло в форме руки, которое напоминало великана, утешающего его. Наконец он вытер слёзы и взглянул на Галину. «Лукаш был моим двоюродным братом. Кто его убил?»

«Вот это я и пытаюсь выяснить», — сказала Халина.

12

Санкт-Петербург, Россия

Вся жизнь Карла была ложью. Он знал это, но ничего не мог с этим поделать. Что ж, не всё было ложью, подумал он, взглянув на Ольгу, сидевшую рядом с ним на пассажирском сиденье арендованной машины.

Он был уверен, что любит Ольгу. Его беспокоило, что он ничего не сможет поделать с этими чувствами к ней.

«Почему так тихо?» — спросила Ольга.

«Твой кузен», — солгал он.

«Горан просто остается Гораном», — заключила она.

Её двоюродный брат и начальник Карла совершили с этим мужчиной в гостиничном номере нечто тревожное. ЦРУ предупреждало Карла, что старый КГБ использовал методы пыток, уходящие корнями в глубь веков. Хотя Карл не сталкивался с этими методами с момента поступления на службу в СВР, теперь он знал, что истории ЦРУ правдивы.