«Если хочешь, можешь идти», — сказал Густав.

Чад очнулся от оцепенения, вышел из машины и наклонился к ней.

«Спасибо за поездку».

«С удовольствием», — сказал Густав. «Я ценю всю вашу техническую информацию. Где вы остановились? На случай, если вы мне снова понадобитесь».

«То же, что я тебе вчера говорил. „Краун Плаза“».

«Вот», — Густав протянул ему свою визитку. «На случай, если эти сумасшедшие чехи вернутся». Он улыбнулся и глубоко затянулся сигаретой.

Чад поменялся местами с молодым следователем в арендованном BMW. Он смотрел, как Густав отъезжает от обочины, а из водительского окна валил столб дыма.

OceanofPDF.com

30

Остаток дня и начало вечера Чад провёл в поездках по местам, которые не видел с момента прибытия в Мюнхен. Он прогулялся по Фрауэнкирхе и церкви Святого Петра, по Резиденции, по Немецкому музею. Посетил Олимпийский парк. Наблюдал за бегунами, неуклюже бредущими по беговой дорожке Олимпийского стадиона. И всё это время он начинал чувствовать себя скорее мюнхенцем, чем случайным туристом, которым он был.

Он вернулся в отель, обнаружил Фрэнка спящим и храпящим в своей постели и сам поспал несколько часов.

Сейчас, в половине одиннадцатого, он стоял у комнаты Сирены. Он дважды тихонько постучал в толстую деревянную дверь. В глазок он увидел чей-то глаз, и дверь распахнулась.

На Сирене были только мешковатые шорты и футболка, доходившая почти до низа. В правой руке она держала свой «Глок». Она закрыла за ним дверь.

Комнату освещала лишь маленькая настольная лампа. Чад сел на диван. Было тепло. Его тело покалывало от осознания того, что она только что была здесь, словно часть её осталась там и теперь проникала в него.

Она спросила: «Я думала, ты придёшь гораздо раньше?» Она положила пистолет на стол, села на другой конец дивана и подтянула голые ноги к груди, свернувшись калачиком. На ноге, там, где стекло её порезало, была новая повязка. Он почти забыл об этом.

"Вы пропустили меня?"

«Ага. Как и моя девственность».

«Мы ведь не о древней истории говорим».

«Откуда ты знаешь? Может, сменим тему?»

«Вы подняли этот вопрос».

Она опустила брови. «Вот. Посмотри-ка». Она села, придвинула к себе ноутбук на журнальном столике и вошла в файлы, которые сохранила ранее.

«Откуда ты это взял?»

«Я никуда без него не хожу». К этому времени компьютер уже нагрелся, и она открыла первый файл Энтони Бускона. Она повернула ноутбук к Чаду.

Он быстро просмотрел информацию. Интересный листок, подумал он. Но откуда она его взяла? Он напомнил ему правительственный формат, который он видел в армии. Фамилия, имя в середине, отчество, первая буква фамилии. Выпуск, по одному на каждого. Весь документ был таким. Он узнал человека на фотографии. «Разве это не один из американцев?»

«Ага. Вот». Она назвала следующее имя: Джон «Креститель» Роти.

Чад прочитал. Информация была очень похожа на ту, что была у первого человека, подумал он.

Мелкие правонарушения, или их просто не застали за чем-то серьёзным. «Хорошее прозвище».

«Я рассмеялась». Она назвала последнее имя — Джозеф Марчелли. «Думаю, этот парень главный. Он был в обоих списках известных сообщников. Они все из Нью-Йорка. Вопрос в том, почему они здесь?»

Чад сразу заметил возможные связи с организованной преступностью. «С мафией?»

«Мы точно не знаем, чем занимается Марчелли. Возможно, он фрилансер, желающий немного подзаработать».

«Полагаю, они тоже хотят «Гипершот»?» — спросил Чад.

«Скорее всего, это прицел Болдуина и VH-40».

Чад подумал о том, что пропало, когда двое мужчин обыскивали номер отеля. Единственной пропавшей вещью был информационный лист по «Гипершоту». В тот момент они с Фрэнком не обратили внимания на пропажу, поскольку она не казалась им слишком уж серьёзной. В конце концов, это был скорее рекламный ролик, чем что-либо ещё. Чад сказал: «Они могли узнать об оружии из пропавшего паспорта. В нём было не так много конкретной технической информации. Как вы знаете, там были указаны начальная скорость пули, фут-фунты на разных дистанциях и лёгкие пластиковые пули».

«Похоже, это идеальный пистолет для киллера», — сказала она. «Мафа использует в основном 22-й калибр. Они дешёвые, бесшумные даже без глушителей, а пуля попадает в мозг и отскакивает внутри, перемешивая их, как яйца».

Чад кивнул в знак согласия. «А прицел Фрэнка позволял им сидеть на крыше здания в чёртовом складном кресле и снимать жертв, днём или ночью, прогуливающихся по улице. Покупающих газету. Да что угодно».

Теория о наёмном убийце напомнила Чаду о его разговоре с Густавом Фоглером. Он подробно рассказал Сирене о том, о чём спрашивал инспектор, и о чём тот открыто рассказал. Она внимательно слушала, не задавая ни единого вопроса. Её ответы выражались скорее мимикой.

Распахнутые глаза, улыбки, поднимающиеся и опускающиеся брови. Чад всё лучше понимал её мысли. Чем больше времени они проводили вместе, тем больше ему нравилось её общество. Казалось, это чувство было взаимным.

Когда он закончил, она откинулась назад и спросила: «Ты ему доверяешь?»

«Не знаю. Но не думаю, что он верит, что Альдо фон Герц уехал по делам».

«Он не глупый», — сказала она. «Я однажды столкнулась с ним в Бонне». Она резко остановилась, не зная, стоит ли продолжать.

«Что это было?»

«Это неважно. Я просто хочу сказать: не стоит его недооценивать. Он воспользуется любой информацией, которую вы ему только что дали, и превратит её в свою версию правды. Когда он закончит, вы будете болтаться на ветру, как бельё у какой-нибудь путцфрау».

Она поведала ему ещё одну часть своего прошлого, словно некое загадочное существо, искушающее его узнать больше, а затем импульсивно отвергла эту любопытную информацию, как несущественную. Он чувствовал, что она могла лишь привести его к истине, а не быть подтолкнута какой-либо другой силой.

Тем не менее, его по-прежнему интриговали ее потрясающие черты лица и не слишком покладистый нрав.

Чад посмотрел на часы и медленно поднялся. Было почти одиннадцать.

«Нам пора идти. Лютер хотел, чтобы мы были там до полуночи».

«Наверное, мне стоит одеться». Она подошла к чемодану и достала оттуда угольно-серые джинсы и тёмно-зелёную толстовку. «Полагаю, ты хочешь бесплатное шоу?» Чад улыбнулся и снова сел к ней спиной.

«Нет. Я бы заплатил символическую плату».

"Забавный."

Через мгновение она пришла в себя, полностью одетая. Ремень «Глока» был закреплён на левой руке. «Пошли». Она схватила чёрную кожаную куртку и направилась к двери.

Чад уже собирался вернуться в комнату, но она схватила его за руку и остановила. Он спросил: «А как же Фрэнк?»

«Он же спит, да? Пусть спит. За вами двумя будет сложно уследить. Вы и так будете достаточно плохи».

Он прошептал: «Иди к чёрту. Я могу о себе позаботиться». Она пошла. «Ага, конечно».

•

Они решили поехать на BMW. За рулём был Чад. Он заверил её, что знает Мюнхен и знает, как найти место встречи. Он направился на юг от Швабинга по Леопольдштрассе. Движение было довольно свободным.

В основном это были любители пива, переходящие из одного пивного сада в другой. В конце концов он вышел на Эрхартштрассе вдоль реки Изар, и движение транспорта прекратилось.

«Итак, какой план?» — спросила она.

Лютер Дедрик рассчитывает, что мы с Фрэнком просто его прикроем. Мы появимся на острове гидротехнических сооружений в нескольких километрах отсюда. Лютер передаст винтовку, и они сдадут фон Герца. Мы будем наблюдать с единственной дороги, ведущей с острова. Им придётся проехать мимо нас, чтобы смыться.

«Замечательно. Один вход, один выход. Значит, и выход у нас только один».

Он об этом не подумал. Он был знаком с островом. Река Изар имела рукотворное русло, где трудолюбивый немецкий ум решил выработать немного гидроэнергии. На восточной стороне острова большая часть воды уходила под землю, где турбины, как сообщалось, вырабатывали достаточно энергии для работы завода BMW и множества других производственных объектов. Он много раз пересекал остров по мосту Брудермюль, где добрый старик объяснял ему принцип работы гидроэлектростанции, но сейчас ему предстояло впервые проехать по нему.

Добравшись до подъездной дороги к острову, Чад съехал на обочину и выключил свет. В нескольких кварталах от него с южного вокзала прибывал поезд. На другом берегу реки на ясном ночном небе ярко сияли огни района Харлахинг. Прямо по реке огни футбольного поля погасли, словно по команде его моргающих глаз.

Чад открыл окно и указал на зеркало. «Вот оно».

Она напрягла глаза, чтобы привыкнуть к темноте. «Здесь очень открыто.

Там мы были бы легкой добычей».

Он осмотрел местность и вынужден был согласиться. Подъездная дорога шла под уклон, петляла по короткому узкому откосу, по которому струилась вода, а затем в настоящий парк с невысокими елями, прудом с гусями и утками и большими участками открытой травы. Дорога продолжалась до насосной станции на дальнем южном конце острова, где была небольшая парковка для сотрудников с одной машиной. Было слишком далеко и темно, чтобы определить марку. На всем острове было всего три фонаря. Один на насосной станции, один возле пруда с утками и один на дальнем конце острова, где вода засасывалась в подземные турбины. В воздухе стоял особый гул, похожий на гул под силовым трансформатором. Парк использовался сотрудниками для обеденных перерывов и пикников по выходным, как будто они проводили там недостаточно времени в будни, подумал Чад.

Было половина двенадцатого. Они наметили план действий, и Чад поехал к острову.

OceanofPDF.com

31

BMW стоял среди группы елей, в ста метрах от того места, где дорога проходила над небольшой плотиной. Он не был полностью скрыт, но находился в одном из немногих теней на острове. Лютер велел Чаду припарковаться как можно ближе к утиному пруду, оставаясь незамеченным. Однако там было слишком светло и открыто, поэтому им пришлось держаться как минимум в ста метрах от уток и гусей, которые аккуратно прятались среди невысоких водорослей. Обмен должен был состояться под светом у пруда.

Время близилось к полуночи, а Лютера все еще не было видно.

У Чада было ощущение, что за ними наблюдают, даже в темноте. Они оставили оба передних окна открытыми, и свежий прохладный ветерок непрерывно обдувал машину.

Чад снова посмотрел на часы. «Лютер опаздывает», — сказал он Сирене.

Она проверяла свой «Глок». «Он, наверное, не хочет сидеть там на открытом пространстве, как и мы».

Логично. «Ты уже делал что-то подобное?» — спросил Чад.

Она убрала «Глок» в кобуру. «Да. Они никогда не бывают одинаковыми. Всегда непредсказуемы. Вот что происходит, когда в деле участвуют разные личности. Планируешь всё на свете, а потом случается что-то совершенно странное. В итоге думаешь: «Что, чёрт возьми, это вообще было?». Хотя это было давно».

Он начал идеально: «Ты так и не сказал мне, на кого ты работал».

Она задумалась. «Ты прав». Затем она указала на въезд на подъездную дорогу. «Это Лютер?»

Черный «Мерседес» съехал с холма, пересек откос и остановился возле пруда с утками.

"Ага."

Фары автомобиля погасли, на короткое время зажглись габаритные огни, а затем машина остановилась в темноте, в двадцати метрах от нее.

Прошло десять минут. Было уже за полночь. Прокричала пара гусей.

Затем в машине Лютера загорелся плафон. Затем загорелись стоп-сигналы. И снова темнота.

«Что, черт возьми, это было?» — спросил Чад.

Сирена выглядела растерянной и ошеломлённой. «Заводи машину!» — крикнула она.

В этот момент чёрный «Мерседес» резко развернулся в траве, взметнув в воздух комья грязи, а затем, визжа и жжёной резиной, пролетел перед ними. К этому времени Чад уже выехал на дорогу и гнался за «Мерседесом», когда внезапно остановился. Он заметил кого-то, лежащего в траве там, где «Мерседес» стоял у пруда. Он изменил направление и остановился рядом с тёмной фигурой в траве.

Чад и Сирена выскочили. Она держала свой «Глок» наготове, осматривая местность во всех направлениях. Мужчина лежал на животе. Чад перевернул его. Это был Лютер Дедрик. У него было пулевое ранение в плечо, и он был без сознания. Его правый кулак крепко что-то сжимал.

Чад достал связку ключей.

Через мгновение Лютер пришёл в сознание. Сирена достала из багажника аптечку, а Чад засовывал бинт под рубашку и прижимал его к ране. Дырочка была небольшой, но определённо не от «Гипершота».

«Что случилось?» — спросил Чад.

Лютер покачал головой. «Не знаю. Я смотрел на машину у насосной станции, когда дверь резко распахнулась. Там было двое мужчин в масках. Оба промокшие до нитки. Меня вытащили через пассажирскую дверь.

Они сказали мне положить VH-40 в кейс, открытым, на заднее сиденье». Его дыхание стало затрудненным. «Здоровый парень сел за руль и бросил мне связку ключей. Тот, что поменьше, вытащил пистолет с глушителем и выстрелил. Вот так…

Последнее, что я помню: он попытался сесть, но боль заставила его снова опуститься на землю.

«Просто не волнуйтесь», — сказал Чад. «Прямо через реку, в Харлахинге, есть больница. Мы можем добраться туда за десять минут».

«Нет», — сказал Лютер. «Сначала приведите герра фон Герца. Он в багажнике той машины у насосной станции».

В спешке они не заметили подъехавшую машину. Из неё быстро выскочили две тени мужчин. Пассажир остался прятаться за дверью, пригнувшись, а водитель обошел BMW Чада сзади, явно направив на них пистолет.

Ближайший мужчина крикнул: «Полицейский!» Это был Густав Фоглер.

•

Больница была так близко, что Густав поручил своему помощнику Андреасу Гросскройцу отвезти Лютера в отделение неотложной помощи. Затем Чад отвёз Густава и Сирену на арендованном BMW к машине на парковке насосной станции. По дороге Чад представил Сирену Густаву. Казалось, он смотрел на неё с лёгкой фамильярностью.