К музыке Штрауса все сословия относились одинаково. Благодаря шарму и большой деловитости ему удалось завоевать восхищение и высших кругов. О коронации царя Александра III он позаботился, создав Krönungs-Marsch («Коронационный марш»), Op. 183, и вальсе Krönungslieder («Песни коронации»), Op. 184. Дам русских аристократов расположил к себе, играя с ними в четыре руки на клавире. Великому князю Константину, любителю виолончели, он даже разрешил играть в своем оркестре, когда дирижировал в Павловском дворце на балах. Великий князь был тронут. Он благодарил «маэстро» за то, что ему доставило большую радость иметь возможность как простому солдату служить под командованием короля вальса.

В Вене, напротив, восхваленному в России музыкальному гению не удавалось добиться желаемого внимания императорского дома. В 1856 году он, однако, подал прошение о награждении его титулом придворного бального музыкального директора. Запрашиваемый в Высшем придворном полицейском управлении отзыв был неутешителен. Протокол утверждал, что предыдущая жизнь Штрауса была отнюдь не благопристойной. Ему решили отказать потому, что в 1848 году он исполнял революционные марши, и с тех пор, как стал музыкальным директором, вел легкомысленный, безнравственный образ жизни. Это стало ударом для Штрауса.

Но отказаться от намеченного Штраус все же не думал и в мае 1859 года совершил новую попытку прошения. Он писал Его Величеству кайзеру: «Нижеподписавшийся покорнейший верноподданный осмеливается с глубочайшим уважением просить от Высочайшей Милости передачи ему от его умершего отца Иоганна Штрауса обладания титулом k.k. придворного бального музыкального директора. Всегда стараясь двигаться по стопам отца, послушнейший из просителей с тех пор, как из-за смерти отца принял осиротевший оркестр, направляю усилия на то, чтобы не только совершенствовать искусство, но и особенно облагораживать его для содействия высшему предназначению гуманизма и патриотизма…»

Для поддержки своего «покорнейшего верноподданного прошения» он приложил также рекомендации высокостоящих особ, таких как фельдмаршал Радецкий, – но все тщетно. Только через четыре года, в 1863 году, дирижер и композитор был наделен столь долгожданным титулом. Подняться же до дворянского сословия, о котором он также страстно мечтал, не получилось: напрасно он уповал на него всю жизнь. Более того, через год барон фон Шерер, пожилой отчим его будущей супруги, предложил свои услуги наследственно усыновить Иоганна Штрауса и тем самым ввести его в рыцарское сословие с получением герба. Но кайзер отклонил. Единственное, чем он отличил Иоганна Штрауса, был рыцарский крест ордена Франца Иосифа, которым наградил Иоганна в 1871 году, когда тот переуступил должность «k.k. придворного бального музыкального директора», – и этого, право же, было маловато.