День 6, вторник. Новый план: протестируем целебные воды, которыми славится Верне-ле-Бен. Эти спа посещали и знаменитости. В начале 1900-х годов Редьярд Киплинг и его жена Кэролайн приезжали сюда на целебные воды. Писатель, правда, остался не в восторге. В письме другу он жаловался на резкий запах серы.

* * *

К шести часам вечера мы уже погружены в мягкие термальные воды. Моим проблемам все равно конца и края не видно, но переживать в термальном источнике приятнее.

Мне удалось забронировать нам номера в спа. И неограниченное время в термальной воде – огромный и приятный бонус. Лэнс и Лекси уединились в небольшом бассейне на открытом воздухе. Остальные внутри, в огромном бассейне совершенно обычного, неизысканного вида. Линии под водой разделяют бассейн на секции. Плитка поблескивает бирюзовым. Пар покрывает три стены-окна. Вода, воздух и настроение ощущаются скользкими.

Я располагаюсь в глубоком конце бассейна. Джудит сидит на стенке в нескольких метрах от меня, положив руки на плитку, и купает ноги. Накрашенные ногти поднимаются над водой, розовые, как ее щеки.

– Это облегчение, на самом деле, – говорит Джудит. – Я знаю, что вы с Надей расстроены, Сэйди. И мне правда очень жаль. Представляю, какой это шок: думаешь, что знаешь человека, а потом он оказывается совсем не тем, за кого себя выдавал.

Сначала мне кажется, что она имеет в виду Найджела. Эти усы – такие дурацкие, такие мультяшно очевидные, что я не придала им значения. Как он, должно быть, смеялся над нами – надо мной – каждый раз, когда одевался.

Слова Джудит долетают до меня сквозь пар.

– Я постараюсь простить Жорди. Может, не сейчас, но однажды.

Жорди. Вот кто, по ее мнению, не тот, за кого он себя выдавал. Она думала, что он хороший парень. Мы с Надей все еще так считаем. Би с Бернардом – тоже. Полиция видит только его историю и судимость. И возможность. И мотив – если они будут придерживаться теории, что он пытался разыграть Дома, но розыгрыш зашел слишком далеко, а Найджел все увидел.

Джудит шевелит пальцами ног.

– Дом был бы доволен арестом. Детектив Лоран говорит, что во Франции преступники часто сознаются. Система тут совсем не такая, как у нас, правда? У нас даже когда кого-то хватают за руку – все равно все твердят, что они невиновны. Дом любил, когда люди берут на себя ответственность за свои деяния.

Подплываю к стенке. Замечаю, что кусочек плитки откололся; под ним проглядывается красная глина.

– Дом хотел, чтобы Лэнс взял на себя ответственность, – говорю я, кончиками пальцев касаясь бортика. – Они это обсуждали в тот день, когда ушли в паб. Лэнс сказал, что Дом вспоминал все его прегрешения.

Джудит отвечает:

– Да, я слышала. Дом в последнее время такой… был таким раздражительным. Я извинилась перед Лэнсом. Думаю, это из-за меня Дом так злился насчет машины. Я в прошлом месяце поцарапала дверь пассажирского сиденья, задела ее в гараже. Я все хотела ее починить, но никак не находила времени.

– Ты ему не сказала? – спрашиваю я.

– Ох, Дом раздул бы из мухи слона. Я должна была сразу понять, что он заметит. Он наверняка сфотографировал царапину для своего альбома и злился, винил во всем Лэнса. Дурачок. Он так любил вести учет, правда? Таблицы, списки… – Она качает головой, словно порядок и учет – нечто невообразимое. Вдруг она улыбается. – Вы любили похулиганить, когда были маленькие, да? Помнишь, когда вы с Лэнсом и Джеммой прогуляли школу и уехали в Чикаго на автобусе? Это было так на тебя не похоже, Сэйди.

«Выходной день Лэнса Эпплтона» – так Лэнс назвал тот день, в честь фильма. Мы и провели его, как герои фильма[60]. В шестнадцать это был мой самый безумный поступок. И один из лучших дней моей жизни! Зато когда мы вернулись, начался кошмар: Дом поджидал нас на шезлонге у них во дворе.

Лэнса посадили под домашний арест, пока он не сознался, что подбил нас с Джем на это плохое поведение. Родители Джем купили ей безлимитные проходы в пару музеев и похвалили ее самостоятельные исследования. Моя мама поворчала, что я помешала Эпплтонам. Что я прогуляла школу, ее не так сильно волновало.

Можно хотя бы повеселиться, пока есть возможность, пока ты не положила всю жизнь на работу. Мамины советы – не милые и вдохновляющие, которые вышивают на подушках.

Отталкиваюсь от стенки и держусь на воде. Я одновременно и выжата, и заведена.

Джудит шумно выдыхает.

– Эти воды – настоящее спасение. Я и не обращала внимания, какое напряжение скопилось у меня в плечах. – Она опускается ниже в воду.

Мне совсем не хочется мешать ее отдыху, но молчать я тоже не могу.

– А что, если это был не Жорди?

– Полиция говорит, это был он. – Джудит откидывает голову назад.

– Он проводил романтическую ночь с Надей, – говорю я. – Такое не прерывают, чтобы поехать сбить кого-то.

Лорану я сказала то же самое.

«Но страсть, – возразил мне Лоран. – Сердце может разжечь самые отчаянные и опасные импульсы».

Он и сам звучал страстно, произнося эти слова. Возможно, я немного краснею, вспоминая их сейчас. Полностью опускаюсь в горячую воду. Когда выныриваю, воздух кажется более прохладным.

Джудит отмахивается:

– Я же говорю. Никогда нельзя знать человека на самом деле. Особенно когда дело касается любви.

– Это печальная истина, – говорит Манфред, лениво проплывая мимо на спине. – Мы не знали мистера Фокса. Знаем ли мы сами себя?

– Абсолютно точно, Манфред, – говорит Джудит.

Манфред остается плавать на месте.

– К сожалению, мадам, ничего нельзя сказать абсолютно точно, кроме прихода смерти. Но даже так – что нам известно? Смерть – величайшая загадка. – Он переворачивается, как дельфин, и уплывает.

– Что ж, в этом он не прав. – Джудит оглядывает пальцы, сморщившиеся от воды. – Мне абсолютно точно необходим маникюр. И Сэйди – я пыталась быть мягкой, но твой бизнес абсолютно точно в беде. Ты пережила две жуткие трагедии, об этом явно пойдет молва. Ты видела журналистов перед полицейским участком?

Видела ли я их? Она абсолютно точно знает, что видела. Мы с Джудит выходили из жандармерии, когда за нами вдруг погнались журналистка «Перпиньян-ТВ» и ее оператор. Одна смерть достойна упоминания в местных новостях. Две смерти – две подозрительных смерти – в одном велотуре призвали их, как по заклинанию.

Суматоха привлекла внимание британского таблоидного журналиста, который – разумеется, потому что мне всегда так везет – снимает дом напротив жандармерии. Он схватил свою камеру и побежал за нами в шлепанцах и плавках.

Джудит встала передо мной. Храбрый жест, как мне показалось, – как мама-антилопа, защищающая своего жеребенка. Но нет, в дело пошла отзывчивость Джудит. Она сообщила репортеру и наши полные имена, и название моего бизнеса. Она рассказала ему и то, что погиб гражданин Великобритании. Она с тем же успехом могла бы опустить истекающую кровью руку в воды с акулами.

– Убитый, – добавила она. – Убитый вел свой блог, который назывался… Как там, Сэйди?

Я все это время пыталась аккуратно утянуть ее в сторону. Просто куда угодно. Хоть обратно в цементный блок жандармерии. Хоть в колючие объятия ближайшего розового куста.

Но Джудит не сдавалась.

– «Перелис»! Точно. Вы его знаете?

Еще бы они не знали. Теперь я стану известной. Печально известной. Вздыхаю, и мой вздох смешивается с липким серным паром. Вдруг я кое-что осознаю.

– Джудит, откуда ты знаешь, что Найджел писал для «Перелиса»?

Джудит кивает на другой конец бассейна, где Конни и Филли пытаются собрать все аквапалки.

– Сестры мне рассказали. Мы обсуждали, какой он был неприятный. Зачем ему было записываться на тур, если ему, очевидно, не нравилось кататься на велосипеде?

Кататься ему нравилось, но гораздо более агрессивно, чем на моих спокойных турах. Есть у меня теория, что он тут делал на самом деле. Но любящей поболтать Джудит я пока не буду ее сообщать.

Она продолжает:

– Детектив спросил, не читала ли я этот блог. Я сказала, что это не в моем вкусе, если только там не было рецептов. Он сказал, что их не было.

Погружаюсь под воду по подбородок, размышляя о Найджеле. Он ведь победит. Благодаря его смерти мой бизнес будет совершенно разнесен в пух и прах, и это станет достоянием общественности.

– Мое предложение все еще актуально, Сэйди. – Джудит убирает руки с бортика, отталкивается и спокойно уплывает на животе.

Остаюсь лежать на воде. Подплывают Филли и Конни на аквапалках. Концы палок поднимаются, как морда и хвост лошадки на карусели.

– Сэйди, – сочувственно говорит Конни. – Не переживай. Время смоет все невзгоды.

– Как и термальная вода, – говорит Филли. – Хорошо, чтобы мы тут остались еще на ночь. Эти воды – просто бальзам на душу.

Рада, что они довольны. Если это мой последний тур, то обязательно надо выжать из этих дней все, по-настоящему ими насладиться. Отталкиваюсь от дна – специально, чтобы напомнить себе, что я еще не утонула.

– Вы достаточно быстро поняли, что Найджел – критик, – говорю я. – Как вам это удалось?

– Да легко, – отвечает Филли. – Он же все время чирикал в своем блокноте – записывал слово «помойка» огромными буквами, прямо у нас на виду. Трудно такое не заметить, когда, по несчастью, сидишь рядом.

Теперь я жалею, что не сидела рядом. Я-то хотела держать дистанцию.

Конни рассказывает о других «подсказках»:

– «Профессор помоев», «инквизитор», «потрясно» – он использует эти слова в своем блоге.

– Так вы фанаты «Перелиса»? – спрашиваю я.

Они громко фыркают, даже заставляя Манфреда обернуться.

– Фанаты его гадких комментариев? Нет уж, совсем наоборот, – фыркает Филли. – Мы антифанаты. Мы специально поедем в место, которое он назвал помойкой, чтобы оставить свой собственный потрясный отзыв.

– Это мило с вашей стороны, – говорю я. Мило, но как будто перебор.

– Это простая вежливость, – говорит Конни. – Твой Жорди – тоже как будто милый парень, в целом. Мы не поощряем его поступок, но сочувствуем ему. Такой, как Найджел, легко кого хочешь доведет.

– Жорди и правда хороший, – говорю я. – Он не стал бы причинять вред Найджелу.

– Да? – удивляется Конни. – Так ты не видела, как он схватил Найджела за грудки?

– Что? Когда это было? – От шока я забываю, что мне нужно держаться на воде, и на секунду полностью под нее погружаюсь, но тут же выныриваю.

– На празднике в честь помолвки, – говорит Филли. – Найджел все лез к Жорди, спрашивал о его криминальном прошлом. Если бы мисс Надя не вмешалась, кто знает, до чего бы это дошло…

– Ну, мы знаем, разве нет? – говорит Конни. – Жорди мог бы взорваться и убить его прямо на месте. Не переживай, Сэйди. Мы все это рассказали тому милому детективу. Сказали: «Найджел Фокс сам во всем виноват».

С этими словами они уплывают, обдавая меня брызгами.

Прижимаюсь к стенке бассейна. Судя по часам, которые проглядываются сквозь пар, до ужина у нас еще два часа и тринадцать минут. В других обстоятельствах я бы вздремнула.

Но сейчас – никакого сна. Нужно изучить мою теорию, и я очень боюсь, что она окажется правдой.

Журнал велосипедиста. День 6

Джем, привет. Ты знаешь, что я хотела посвятить этот день тебе. Я зажгла свечу в твою честь. Да, знаю, ты никогда не любила свечи в подарок, но то была свеча в древнем аббатстве. Ее огонек плясал, хотя остальные свечи вокруг горели ровно.

Я и прокатилась в твою честь. Но прогулка прошла совсем не по плану. Я обнаружила человека, насмерть сбитого машиной. Почему именно сегодня!

Это был Найджел. Прежде чем я его обнаружила, я думала о нем самое худшее. Обманщик. Тиран. Возможный вандал, убийца и/или вор. И эти дурацкие усы!

Убийца – это мой фургон. Мой милый фургончик! Помнишь, как моя мама думала, что после того, как ее машина переехала бурундука, в ней проснется жажда крови? Я не могу рассказать ей о фургоне.

Лоран ждет результаты анализов из лаборатории, но мы оба знаем правду. Все и без анализов очевидно. Красная краска, царапины на бампере, ужасная вмятина.

В прошлом году я обыскала весь Элм-Парк, надеясь увидеть именно такие доказательства. И весь Чикаго. Автостраду, проезды – все! Я была убеждена, что раскрою это преступление. Я так это и видела: как я, героиня, еду на велосипеде, замечаю твою пальмово-зеленую краску на каком-то бампере. Я хотела добиться правосудия, несмотря на то что тебе уже не поможешь.

Как ты думаешь, полицейские чувствуют прилив адреналина, когда кого-то арестовывают? Наверное, чувствуют, но здесь мне кажется, что они поймали не того. Бедный Жорди – они подозревали его с самого начала. Фургон просто стал последней каплей. Или, как говорят французы, последней каплей, после которой ваза переполнилась.

Из моей вазы льется целый водопад!

Лоран перечислил все, что указывает на Жорди:

1. У Жорди есть судимость.

2. Прежние преступления Жорди были хакерскими «розыгрышами».

3. Жорди не нравился Дом, потому что тот оскорбил Надю. «Это всегда любовь», – сказал Лоран, имея в виду самый частый мотив.

4. Лоран считает, что Найджел – который любил утверждать, что видит все и всегда, на самом деле что-то увидел. Жорди должен был заставить его молчать. Надю он использовал в качестве алиби.

5. На ключах фургона отпечатки Жорди. «Ну конечно, – сказала я. – Он же мой водитель!» На что Лоран ответил, что там только отпечатки Жорди.

Что ж, я тоже умею составлять списки. Я могла бы отправить Лорану целую таблицу, но решила ограничиться просто списком пунктов.

1. Жорди признался, что выходил из отеля. Он никого не использовал как алиби. «Он пытается сбить нас с толку, – не соглашался Лоран. – Обратная логика». Я сказала, что в этом нет никакой логики. «В этом и смысл», – ответил он. Мы могли бы спорить на эту тему еще несколько дней.

2. Жорди потерял ключи от фургона. Или кто-то их украл. У вора было бы очень много возможностей. Жорди сказал, что сам клал их в карман куртки. Куртки, которая висела на спинке его стула всю ночь, когда он танцевал. Лоран: любимое оправдание ленивого преступника. Я это потерял / это кто-то украл.

3. Сбросить Дома с обрыва – не забавный розыгрыш. «Почему было бы вместо этого не отправить его на гору или в Испанию?» – спросила я. Лоран признал, что построить маршрут до Испании было бы хорошим розыгрышем.

4. Мой главный аргумент: Жорди – хороший парень, который предан «ПеДАлям», Наде, Би, Бернарду и регби; он не стал бы рисковать ни одним из этих пунктов, чтобы кого-то убить. И я надеюсь, что достаточно ему нравлюсь, чтобы он не рисковал моим бизнесом. Лоран сказал, что хорошие люди тоже совершают преступления.

Мне не удалось его убедить.

Знаешь, что хуже всего? Мне даже не хочется здесь это писать, потому что я сегодня делю номер с Надей и не хочу, чтобы она почувствовала мое предательство. Так что это только между нами… Но Лоран говорил достаточно разумные вещи.

Но я верю Жорди. Я правда ему верю!

Мне так хотелось, чтобы во всем был виноват Найджел. Утром я и правда думала, что раскрыла дело!

Кстати, о Найджеле – перед ужином я два тошнотворных часа читала обзоры на «Перелисе». Разумеется, отрицательные отзывы, потому что после похвал ни у кого не возникает желания убивать.

В августе 2014 года «Перелис» оставил отзыв на чайную в Абердине под названием «Сестры-близнецы». Полный разнос их сконов. Абсолютно – и я не преувеличиваю – зверский. Настоящее кровопролитие. Он унизил даже их чайнички. «Грубые». «Унылые». «Подтекают».

Абердин находится неподалеку от того города, где Конни и Филли живут сейчас. Они говорили о своей чайной. Что из-за того, что они ее держали, они стали экспертами по выпечке.

В Шотландии наверняка огромное количество чайных. С такой-то холодной погодой и болотами. Но сколько там чайных, которыми управляют сестры-близнецы и которые получают негативные отзывы?

Я прямо у них спросила, когда мы шли с ужина:

– Найджел Фокс обозревал вашу чайную?

Врать не буду. Мне было страшно. А вдруг они убийцы?

Они рассмеялись. Спокойно, искренне.

Сэйди, милая, ты что, обвиняешь нас в убийстве? – это Филли меня спросила. Они захлопали в ладоши, словно дети в Диснейленде или я в кондитерской Пьера Эрме.

Конни сказала мне спасибо, что я считаю их способными на такое – и настолько решительными.

Значит, это все-таки была их чайная? Но убийство?.. Слишком много они хихикали, чтобы нормально ответить. Обратная тактика, как сказал бы Лоран?

Надя храпит.

Мне тоже следовало бы поспать. У нас завтра рано утром поезд. За ужином мы проголосовали и приняли решение. Гости считают, что убийца схвачен, соответственно, продолжать тур безопасно.

Но вдруг убийцу не поймали? Поэтому я тоже считаю, что тур надо продолжить. Если члены группы разойдутся в разные стороны, с ними может уйти и правда.