– Я Арлета Старстоун, кстати, очень приятно, – умудрилась вставить слово девушка.

Пока они поднимались по лестнице, Доли говорила без умолку. Нескончаемая болтовня дварфийки всё равно была приятна: голос Доли отличался чарующей мелодичностью, и она, казалось, умела расположить к себе кого угодно. Благодаря ей Арлета почти забыла о той грубой эльфийке, с которой столкнулась. Она надеялась, что больше их пути не пересекутся.

Доли несколько раз кивнула:

– Да, знаю. Я увидела, как тебя зовут, пока листала твои бумаги. – Она приветливо протянула руку. – Тоже очень рада знакомству.

Арлета пожала руку Доли. Её хватка оказалась крепкой, а ладонь – слегка мозолистой.

По дороге в комнату девушка успела узнать, что Доли родом из Дандес-Хайтс и большинство дварфов там, как и следовало ожидать, – шахтёры. Но Доли такое ремесло было не по душе. Она посвятила жизнь выпечке кексов и прочих лакомств. Как и Арлета, Доли принимала участие в Турнире пекарей впервые, только приехала на два дня раньше, чтобы успеть освоиться на новом месте.

– Моя комната вон там, – кивнула Доли в сторону двери напротив, на которой красовалась табличка с надписью «207», а затем перевела взгляд на ту, где значился номер «206».

Арлета вставила полученный ранее ключ в скважину и повернула его до щелчка. Дверь слегка приоткрылась. Затаив дыхание, девушка распахнула её настежь.

Хихикнув, Доли легонько подтолкнула Арлету вперёд, и они вошли внутрь.

Комната была прекраснее всех, что Арлета видела в своей жизни. У девушки аж рот приоткрылся от восторга. По левую сторону расположилась кровать с мягким пушистым покрывалом голубого цвета. Сбоку стоял резной комод с изящным кувшином для воды. Центральную часть стены занимало большое окно, но уже стемнело, и полюбоваться видом из него Арлете не удалось.

– Похожа на мою, – вслух заметила Доли, удовлетворив своё любопытство.

– Эй, а потише можно? – пророкотал справа от них чей-то низкий голос.

Арлета резко развернулась и во второй раз за день выронила бумаги. Листы разлетелись по комнате.

– Ой, – пискнула она, и все слова застряли в горле.

На второй кровати, скрестив ноги, сидела незнакомка с коротко стриженными белоснежными волосами, обрамляющими большие, покрытые лёгкой шёрсткой заострённые уши. Пушистый хвост белого с примесью коричневых оттенков цвета подрагивал и трепыхался от раздражения. Кожа незнакомки была медовой, как шерсть на кончике хвоста, а нос усыпали медные веснушки.

Она подняла взгляд от блокнота на коленях. Длинные, похожие на когти пальцы сжали угольный карандаш.

– Рот можешь и прикрыть, – проворчала незнакомка низким гортанным голосом, после чего её взгляд вернулся к записям. – Никогда фенеков раньше не видела или что?

– Нет, – виновато пролепетала Арлета, будто чем-то обидела лисоподобную девушку. – Ничего подобного… То есть я правда прежде не встречала твоих сородичей. Но меня намного больше удивило, что у меня будет соседка по комнате. Я и не знала.

– Нас всех поселили вместе с кем-то, – беззаботно пожала плечами Доли и подошла к фенеке, протянув руку. – Я Доли из Дандес-Хайтс.

Фенека мельком окинула дварфийку взглядом, подняла одну белую бровь и, не став отвечать на рукопожатие, вновь сосредоточилась на своём занятии.

– Я сюда приехала не дружбу водить, – сказала она, сузив светло-карие глаза. – Ни с людьми, ни с кем-либо ещё.

Доли повернулась лицом к Арлете и вопросительно наклонила голову.

– Так ты человек?

Сердце девушки ухнуло вниз. Она невольно шагнула назад, опустив взгляд на разбросанные по полу бумаги. Висевшая на плече сумка вдруг показалась ей непомерно тяжёлой, будто набитой кирпичами.

– Но у тебя же фамилия волшебника. – Из уст Доли это прозвучало почти как вопрос.

Фенека усмехнулась и нацарапала что-то в блокноте.

– В ней ни капли волшебства, поверь мне. Я запах её стопроцентной человеческой крови, смешанной с мускусным душком бобров, почуяла сразу, как вы вошли. – Сказав это, она сморщила маленький острый носик и пренебрежительным жестом указала на окно. – Не хотите открыть, чтоб выветрить эту вонь?

Арлете захотелось провалиться под пол, а лучше – прямиком под землю. Она столько всего сегодня пережила, что, казалось, с ночёвки в общей комнате с бобрами прошёл не один десяток лет.

– Я… я не пыталась никого обмануть, – оправдалась она, подняв в воздух трясущиеся ладони. – Старстоун – моя настоящая фамилия. Несколько поколений назад моего предка усыновил волшебник, а потом фамилия просто прижилась.

Доли упёрла руки в крутые бока и лишь шире улыбнулась.

– Что ж, приятно в кои-то веки увидеть на Турнире не-мага! У каждого своя история.

Арлета выдохнула – она и не заметила, что задержала дыхание. Она аккуратно поставила сумку на кровать. Напряжение немного, но все же спало с её плеч.

– Честно говоря, мне тоже побоку, – фыркнула фенека. – Я здесь за победой, а если у кого-то в крови нет магии, значит, его легче одолеть.

Мысли Арлеты тут же вернулись к потерянным травам. На её лице мелькнуло разочарование. Не то чтобы они были по-настоящему волшебными… но с ними у неё были хоть какие-то шансы.

– Хмф… – впервые за время знакомства добрые черты лица Доли исказились в хмуром выражении. – Ты не очень-то вежлива. Как тебя зовут?

Фенека медленно подняла подбородок и тяжко вздохнула, выражая своё отношение к диалогу и новым знакомым.

– Джез.

Чем больше нарастало напряжение между дамами, тем сильнее тревога грызла душу Арлеты. Девушка сглотнула и, чтобы хоть немного отвлечься, принялась рассеянно рыться в своей сумке. Ей отчаянно хотелось найти там что-нибудь полезное, но её не покидало тоскливое чувство, что из-за недовольства фенеки ей вскоре придётся переселяться в другую комнату. На всякий случай Арлета не доставала никаких вещей, чтобы не пришлось в спешке бросать их обратно в сумку.

– Джез – имя. А фамилия? – Произнеся имя фенеки, Доли топнула и вопросительно протянула руки.

– Просто Джез.

Губы Доли скривились.

– Ну, Просто Джез, знай: нехорошо так говорить. Мы здесь для того, чтобы соревноваться в пекарском мастерстве, а не сражаться за территорию.

Джез подняла округлое лицо и посмотрела Доли прямо в глаза.

– Не считаю себя вежливой, – пожала она плечами и вернулась к записям.

– Хотя бы ты честная, – слабо улыбнулась Арлета, всё ещё нервно роясь в своей сумке, лишь бы занять чем-то руки.

Фенека усмехнулась, обнажив клыки.

– Вот это про меня, да, – сдавленно прыснула она.

Затем она без единой эмоции добавила:

– А теперь не шумите и оставьте меня в покое.

Доли издала возмущённый звук и, не найдя слов, просто махнула в сторону фенеки рукой. Затем она сосредоточила своё внимание на Арлете.

– Давай помогу с вещами, – предложила она.

Арлета отошла в сторону и пропустила Доли к кровати. Покопавшись в сумке, та достала плащ и, встав на цыпочки, повесила его на крючок сбоку от кровати. Тем временем Арлета положила небольшую стопку рубашек и юбок в один из ящиков комода.

Доли заглянула в опустевшую сумку и повернулась к Арлете с печальным выражением на лице.

– У тебя ничего нет для бала?

– Бала? – Арлета задвинула ящик. – Какого бала?

Дварфийка быстро подняла рассыпанные по белокаменному полу бумаги. Она даже успела ловко опуститься на четвереньки и сунуть руку под кровать. Наконец она поднялась на ноги, и её кудри энергично покачнулись от движения. Доли торжествующе подняла над головой брошюру, возвестив:

– Нашла!

Она запрыгнула на кровать и похлопала по месту рядом с собой, приглашая Арлету сесть. Одной рукой Доли сняла с пояса чашку с блюдцем, а затем протянула Арлете листок. Освободив вторую ладонь, дварфийка провела пальцами над ободком чашки, и в воздух взметнулись искры её магии. Чашка наполнилась горячим чаем, разбавленным молоком.

Магия дварфов в основном была связана с землёй, камнями, самоцветами… А чтобы с чаем – такое Арлета видела впервые. Очень необычно.

– Я так успокаиваю нервы, – объяснила Доли. Сделав глоток, она поставила чашку обратно на блюдце.

Арлета взглянула на лист. На нем был перечислен план мероприятий на шесть дней. За приветствием – «Добро пожаловать на Ланхеймский турнир пекарей!» – следовали такие слова, как quatre épices[1], светозарный, Макаронный[2] маскарад и эпикурейский.

От витиеватых выражений эльфийского языка у Арлеты едва не лопнула голова. Всё это лингвистическое великолепие превратилось в одну сплошную мешанину из слов. Но в отличие от неё Доли без труда пробежалась глазами по странице.

– Вот, смотри, на четвёртый день у нас Макаронный маскарад, – сказала она, указывая на нужную строчку. – Тебе точно понадобится более роскошный наряд, чем те, которые ты привезла с собой. И маска, конечно!

Арлету охватили сомнения. Она почувствовала себя совершенно не в своей тарелке. Мероприятие было таким грандиозным! А она привыкла печь на своей маленькой кухоньке в полном одиночестве и в простой, неброской одежде.

Тут подала голос Джез.

– Ванна ей бы не помешала, это да. А в остальном она выглядит нормально. У меня с собой тоже нет ничего «особенного» для праздника, – сухо заявила она, бросив взгляд на свою кожаную безрукавку и простые чёрные хлопковые штаны. – Я предпочитаю комфорт… или сон. Завалиться спать вместо бала – отличный вариант.

– Ну что ж… – Доли вздохнула, и её упорство уступило место пониманию. Она ласково взглянула на Арлету, сделав ещё глоток чая. – Думаю, это не конец света. Может, сделаем тебе маску в один из выходных дней.

Плечи Арлеты расслабились, и она упала спиной на кровать. Стоило ей поудобнее устроиться на мягком матрасе, как её желудок издал призывное урчание, по громкости достойное рыка свирепого огра.

– О, звёзды, простите. Я почти ничего не ела со вчерашнего дня, когда мы с Тео отправились в путь.

– Тео? – заинтересовалась Доли. – Кто это? Ты путешествуешь со спутником?

Лёжа на спине, Арлета, не задумываясь, ответила:

– Эльф. Мы вместе добирались до Ланхейма.

– Эльфы слишком заносчивые, – ни с того ни с сего заявила Джез, поджав губы миниатюрного рта. Она даже не подняла глаз от своего блокнота. – И чем я думала, когда притащилась в место, где они на каждом шагу?

Арлета приподнялась на локтях, собираясь расспросить фенеку о том, почему та вообще решила участвовать в организованном эльфами состязании – с её-то отношением к этому народу. Однако тут скрипнула дверь, и в проёме показалась фигура с лениво сложенными на груди руками.

– В её словах есть доля правды, – весело согласился Тео, успевший переодеться в чистую одежду. – Есть желающие поужинать перед приветственной речью?

Сердце Арлеты дрогнуло: она была счастлива увидеть знакомое лицо.