— Ну, ты только что сказала, что арбуз — вампирский, и они питаются птицами и кошками, — сказала Джулия, чувствуя тошноту и обвиняя саму себя. — Вчера это была кровь, не так ли?

— Я ж говорила, — сказала Пет, изобразив на лице лёгкую вину. — У нас был незваный гость. Однако я не знала, что в ночь полнолуния он может вызвать проблемы: Джин Ён объяснил это сегодня утром, когда мы, э-э, поняли, что что-то идёт не так. Заметь, всё было бы хорошо, если бы не арбузы или тыквы.

— Мы пришли, чтобы спасти тебя, — сказал Джин Ён, как будто ожидал поздравлений.

Джулия оглядела его с головы до ног, отмечая стройную красоту его фигуры, безупречный стиль, с которым он был одет, и очень тщательно уложенные волосы.

— Думаю, нам следовало убежать, — сказала она, прикусив губу.

— Не очень-то хорошо так делать, — сказала Пэт. — У тебя просто будет вампирский арбуз, заполонивший всю округу, и туда отправятся все дети и животные.

Джулия не подумала об остальных соседях: она думала только о том, как бы сбежать. Удивление Пэт заставило её почувствовать себя виноватой.

— Я не имела в виду, что хочу, чтобы люди умирали, — натянуто произнесла она. — Я просто подумала, что…

— Ну и дела, я тебя не виню, — сказала другая девушка. — Нет, в любом случае, это наша вина. Мы как бы проникли в твой сад; не похоже, что ты об этом что-то знала. Очевидно, что в большинстве ситуаций бегство — разумный шаг. Эй, у тебя есть действительно большой чайник или что-то типа того? У меня больше нет заварочного чайника, да и вообще, он был слишком маленьким.

— У меня есть… у меня есть кофейник, подойдёт? Он для университета, но… подожди, зачем тебе кофейник?

Она говорила в пустоту: Пэт уже исчезла на кухне. Джулия, возможно, последовала бы за ней туда, но в дверном проёме кухни было что-то очень отталкивающее, что заставило её остановиться. Вместо этого она с беспокойством посмотрела на вампира Джин Ёна.

— Она… она знает, что делает? Что она делает?

— Не знаю, — сказал вампир с мрачным изумлением во взгляде, — но будет очччень весело. Всегда весело.

Джулия бросила на него явно встревоженный взгляд; ей не понравилась радость в его голосе в сочетании с налитыми кровью глазами.

— Похоже, вы двое довольно хорошо знаете друг друга, — сказала она. Она совсем не знала своих ближайших соседей и теперь жалела о том, что познакомилась с ними, но ей было любопытно.

— Да, — сказал Джин Ён. — Я женюсь на ней.

— Это ещё не решено! — крикнула Пэт из кухни. — Не говори никому, что мы собираемся пожениться! Я даже не соглашалась встречаться с тобой!

— Я красивый, — с абсолютной уверенностью сказал Джин Ён Джулии. — Она передумает.

— Не думаю, что она сильно заботится о внешности, — сказала Джулия, не задумываясь об этом. Если бы Пэт заботилась о внешности, то по соседству тоже жил крупный, великолепный беловолосый красавчик, немного постарше, но Джулии нравились мужчины постарше. Джин Ён, безусловно, был красив, но скорее худощав, несмотря на подтянутость его фигуры, которая свидетельствовала о том, что он был одновременно сильным и мускулистым.

— Да, — снова сказал Джин Ён, на этот раз мрачно. — Это очень раздражает.

— Ты меня просто бесишь, — парировала Пэт, выходя из кухни и катя перед собой кофейник, который была намного больше, чем тот, который помнила Джулия.

Нет, — поняла она, и в ушах у неё зазвенело, — Пэт не катила его перед собой, он трусил перед ней на четырёх маленьких чёрных ножках, которые не должны были двигаться, не говоря уже о том, чтобы вести себя как самостоятельный человек. И кофейник, вместо того чтобы быть маленьким металлическим предметом около двух футов в высоту, теперь представлял собой чудовищную стальную канистру, из которой вырывалась небольшая струйка пара, и возвышалась даже над Джин Ёном, который был самым высоким в комнате.

Джулия внезапно опустилась на ближайший стул, а затем поспешно вскочила на ноги, чтобы не обжечься о кофейник, который неуверенно кружился по комнате, словно сомневаясь, не наступит ли кому-нибудь на ноги.

— Продолжай, — ободряюще сказала ему Пэт.

Кофейник радостно закружил ножками, прежде чем, очевидно, решил, что да, ему дали разрешение, и заковылял к задней двери, выпуская струйку пара из-под крышки, которая была не совсем плотно закрыта.

Разинув рот и с трудом переводя дыхание, Джулия спросила:

— Что ты сделала с моим кофейником? И как?

— Он уже давно хотел подвигаться, — непонятно сказала Пэт. — Я просто посоветовала ему стать немного больше, прежде чем он начнёт передвигаться: для нас он будет брызгать на арбузы горячей водой.

— Откуда ты знаешь?

— Он сказал мне, — сказала Пет и бросила что-то в неё. — Вот, тебе это пригодится.

Джулия инстинктивно схватила предмет и обнаружила, что держит в руках метлу.

— Что? — слабым голосом спросила она.

— Ну, Атилас и Зеро вышли, — объяснила Пэт, бросая другую метлу в сторону Джин Ёна. — Но Джин Ён знает чувака — ну, вампира, на самом деле — с Балкан, и это мётлы.

— Мётлы что?

— Просто выйди и ударь изо всех сил по арбузам, — сказала Пэт, положив руку на ручку задней двери. Кофейник немного пританцовывал в ожидании. — Если сможешь, то кончиком метлы. Постарайтесь не паниковать слишком сильно, но, если уж тебе так хочется, попробуй запаниковать в сторону арбузов, лады? И бей только те, которые уже опрысканы кофейником.

— Почему? — спросила Джулия. — Почему я не могу выбрать те, которые не были опрысканы?

— Потому что они убьют тебя, — сказал вампир, бросив на неё раздражённый взгляд.

Джулия удивилась, почему вчера ей показалось, что его глаза были тёплыми.

— Не нужно грубить, — обиженно сказала она и последовала за Пэт к двери.

Вампир пробормотал что-то, чего она не смогла разобрать, но Пэт успокаивающе сказала ему через плечо:

— Ладно, не нужно так напрягаться. Я знаю, ты всего лишь пытался ответить на вопрос: тебе просто нужно поработать над своей речью. Вы все готовы?

— Готов! — радостно хихикнул вампир. — Открывай!

У Джулии не было возможности сказать, что она не готова — и никогда не была бы готова вступить в битву с вампирскими арбузами под прикрытием слишком большого кофейника и вооруженная только деревянной метлой, — потому что дверь была открыта, и вампир, и кофейник исчезли, и теперь Пэт тоже повернулась, чтобы уйти.

Одна последняя ободряющая улыбка, и она ушла.

Джулия вцепилась побелевшими пальцами в ручку метлы и поняла, что на самом деле Пэт не ожидала, что она пойдёт с ней. Она оставила её здесь, в доме, в безопасности, но с оружием на случай, если арбузы попадут внутрь.

Она тоже чуть было не отказалась выйти. Выдох, затем два, и три, и четыре. И тогда Джулия поняла, что если она не выйдет, то не выйдет никогда. Никогда не выйдет, никогда не сможет встретиться лицом к лицу с ужасной неизвестностью, никогда не будет достойна своего образования и своей гордости как медсестра. Если она не сможет этого сделать, как она вообще сможет надеяться стать медсестрой?

— У меня нет на это времени! — в отчаянии воскликнула она. — У меня экзамены!

И она выскочила через заднюю дверь вслед за Пэт и Джин Ёном.

У неё перехватило дыхание от ужаса, когда она скатилась с лестницы, ведущей во внутренний дворик, на задний двор: над ней извивались огромные, похожие на змей лозы, вокруг неё набухал арбуз, красный, зелёный и голодный, и, казалось, тянулся к ней. Она увидела, как Пэт быстро смахивает арбузы концом своей метлы; она услышала тошнотворный треск, с которым они разлетались на кровавые куски. Из кофейника, вспыхивавшего поочередно серебряным и зелёным светом, брызнул кипяток и пар, и Джин Ён, находившаяся ближе, бросился к Джулии.

— Игнорь лозы! — крикнула Пэт, перекрывая звук извивающихся лоз и визг кофейника. — Бери арбузы — бей мелких негодников!

Джулия сделала, как ей было сказано, дико, злобно, почти зажмурив глаза, но почувствовала только сильный, болезненный удар своей метлы, срикошетившей от твёрдого арбуза, без какого-либо эффекта, который производила Пэт.

Она остановилась, почти запаниковав, и Джин Ён буквально отбросила её в сторону, когда арбузная лоза в защитном порыве взмахнула ею. Вместо этого она ударила его, и он отлетел в сторону, но, похоже, привык к этому, потому что грациозно перевернулся в воздухе и приземлился на ноги, как кошка, разбив арбуз, который лежал слишком близко от Джулии, чтобы ему было удобно.

— Будь осторожна, — сказал он, поглаживая её по голове.

Джулия, повинуясь этому давлению, упала на колени, и через её голову хлынула струя кипятка. Она поднялась вместе с Джин Ён, размяла дымящийся арбуз концом метлы, и к тому времени, как они убрались с той стороны дома, там была целая куча вялых, пропаренных арбузов, которые можно было разбить в кровавую кашицу, а в воздухе висел горячий, сладкий аромат.

Её руки вцепились в ручку метлы, и к тому времени, когда Джулия обнаружила, что больше не осталось арбузов, которые можно было бы разломать, на них уже давно образовались и лопнули волдыри. Она закружилась по кругу, высоко подняв метлу и волоча за собой кровавый арбуз, а Джин Ён увернулся и выругался на неё по-корейски, стряхивая арбузную мякоть со своих лацканов.

— Не делай так! — рявкнул он на неё. — Я и так в беспорядке!

— Не вини её в том, что арбузы устроили бардак, — сказала Пэт, поворачиваясь гораздо более обдуманно, чем Джулия, её серые глаза со знанием дела обежали весь двор в поисках признаков дальнейшей опасности. — Похоже, это всё, не?

— А что, если они вернутся? — спросила Джулия, тяжело дыша и не обращая внимания на жалобы Джин Ёна.

— Не вернутся, — заверила Пет. — В этот раз они у тебя были только потому, что там была кровь вампира, и полнолуние, и арбузы. В смысле, ты можешь перерыть всю грядку, но на самом деле тебе это не нужно.

— Мой костюм в беспорядке, — строго сказал Джин Ён.

— У тебя также что-то застряло в волосах, — сказала ему Пэт, снимая с его волос кусочки арбузной мякоти. При этом он стоял совершенно неподвижно и даже наклонил голову, чтобы ей было удобнее. Он тоже перестал жаловаться, и, когда она закончила, Пэт весело сказала: — Да, это всё. Кажется, самое время выпить по чашечке чая, не?

Кофейник просигналил ей и покатился обратно к дому, а Джулия, всё ещё чувствуя себя опалённой, разбитой и слабой, спросила:

— Что?

— Кофе, — сказал вампир, улыбаясь ей во весь рот. — Мы победили. Теперь время пить кофе.

— Мы чуть не погибли! — крикнула Джулия им вслед, совершенно ошеломлённая. — Мы чуть не погибли! Что значит «пора пить кофе»?

— Кофе становится вкуснее после того, как чуть не умерла, — торжествующе заявила Пэт. — Вот увидишь!

* * *

— Я должна заниматься, — беспомощно сказала Джулия. Она повторяла это уже раз десять или пятнадцать, но, очевидно, так же хорошо, как и двое других, понимала, что ни в коем случае не сможет сделать ничего подобного. Кто бы смог, после того как отбился от гигантского вампирского арбуза с помощью кипятка и деревянных мётел?

Кофе, возможно, вкуснее после того, как ты чуть не умерла, но Джулии всегда больше нравился чай.

— Завтра экзамены, — сказала Пэт слегка ободряющим тоном. — Сейчас неподходящее время, но мы можем это исправить.

— Ты продолжаешь это говорить, но я не понимаю, как ты можешь, — в отчаянии сказала Джулия, когда кто-то постучал в её дверь. — О, что теперь? Они не вернулись, не так ли?

— Не, это больше похоже на нас, — сказала Пэт. — Атилас и Зеро, я полагаю. Я написала им. Они хороши в таких вещах.

— Каких именно?

— Неудобных вещах, — сказала Джин Ён Джулии, когда Пет пошла открывать дверь.

Джулия могла бы обидеться на это, но ей показалось, что он считает себя полезным, поэтому она постаралась не обращать внимания на ощущение, что он говорит о ней как об одной из тех неудобных вещей.

— Что, например, стресс из-за того, что вампирские арбузы пытаются съесть тебя за день до выпускных экзаменов, к которым ты должна готовиться?

— Да, — сказал Джин Ён. — И воспоминания.

«Это было бы здорово» — мрачно подумала Джулия. Избавиться от неприятных воспоминаний просто так: пуф, вот и уходят воспоминания о невозможных событиях, которые мешали вам думать, учиться или концентрироваться на чем-либо, кроме того факта, что в тот день вы чуть не умерли из-за арбуза.

Она посмотрела в другой конец комнаты и увидела огромную, бледную, почти светящуюся фигуру — это был беловолосый парень из соседнего дома, а рядом с ним молчаливый пожилой мужчина в клетчатой одежде и коричневых ботинках. Джулия не уделяла старику ни минуты своего внимания: именно бледному, широкоплечему парню, который всегда заставлял её затаить дыхание.

Когда Джулия могла сосредоточиться на чем-нибудь другом, она замечала, что Пэт наблюдает за ней. Другая девочка, возможно, слегка улыбалась.

— Это Зеро, — сказала она. — Зеро, это Джулия. Она пыталась спасти кошку от вампирского арбуза и не умерла.

Зеро выглядел так, словно не совсем знал, что сказать. Он осторожно произнёс:

— Молодец, — и это, похоже, понравилось Пэт.

— Да, я так и думала, — сказала она.

— Можно поинтересоваться, как именно арбузные лозы стали такими большими, что достали до дороги? — поинтересовался мужчина постарше. В его глазах промелькнула лёгкая улыбка.

— Я пыталась их поджечь, — сказала Джулия, вздёрнув подбородок. — Чего вы хотите? Послушайте, мне нужно заниматься, а сегодняшний день и так был сплошным кошмаром, так что…

— Они хотят отнять у тебя воспоминания, — объяснила Пэт.

— О, слава богу! — с облегчением воскликнула Джулия. Она оценила тот факт, что Пэт и Джин Ён спасли её, но ей начинало казаться, что она не может спокойно сидеть даже в собственном доме. — Послушайте, я не хочу иметь ничего общего с вампирским арбузом, а завтра у меня выпускные экзамены. Не хочу показаться грубой, но у меня нет времени переживать из-за чего-то ещё, так что, если вы сможете притвориться, что не знаете меня после этого…