В конце августа Алиенора находилась в Анжере, когда из Франции пришло известие о том, что королева Адель родила королю Людовику здорового сына, которого окрестили Филиппом и прозвали Дьедонне (Dieudonné – «данный Богом») и Августом в честь месяца его рождения. В Париже прошли торжества, однако для Анжуйской империи рождение французского принца имело гибельные последствия.
Алиенора рассматривала судебные иски «при дворе госпожи королевы» и испытывала трудности с установлением своей власти над вассалами Генриха в Мэне и на бретонской границе, которые замышляли восстание. По ее приказу коннетабль Нормандии собрал войско, но не смог подавить беспорядки, видимо, потому, что его люди с пренебрежением отнеслись к приказам Алиеноры. Король не пришел ей на помощь, увязнув в Уэльсе.
В сентябре 1165 года Генрих вернулся в Англию, так и не покорив валлийцев. В качестве жестокого возмездия он приказал изувечить взятых ранее заложников, а затем отправился в Вудсток. Казначейские свитки и другие документы показывают, что король проживал там до марта 1166 года, выезжая ненадолго только в Винчестер и Кларендон. Прежде Генрих никогда не оставался на одном месте целых шесть месяцев. Когда в октябре 1165 года Алиенора родила в Анжере еще одну дочь, Иоанну, король не присоединился к супруге и впервые с момента женитьбы не отпраздновал Рождество с ней в Анжере, а устроил прием в Оксфорде.
Неизвестно, когда у Генриха начался печально знаменитый роман с красавицей Розамундой де Клиффорд, но увлечение могло зародиться как раз в это время и оказаться достаточно сильным, чтобы удержать короля на одном месте. Во время валлийской кампании отец Розамунды, сэр Уолтер де Клиффорд, рыцарь нормандского происхождения с шестью дочерьми, служил королю. Вполне возможно, что Генрих воспользовался гостеприимством сэра Уолтера и остановился в его пограничной крепости в Бредле, где познакомился с Розамундой.
По словам Гиральда, Розамунда была очень молода, когда вступила в отношения с королем. Их роман продолжался несколько лет, прежде чем его публично признали в 1174 году. В 1166 году, вероятно во время своего длительного пребывания в Вудстоке, Генрих разбил у источника в Эверсвелле к западу от дворца сад с бассейнами, ваннами и крытой галереей. В XVII веке Джон Обри описал то, что от него осталось. Судя по его рисункам, Эверсвелл был создан по образцу водных садов мавританской Испании. В начале XIII века среди немногочисленных королевских покоев в Эверсвелле упоминалась «комната Розамунды, с которой ветром сорвало крышу». Вероятно, ее построил для своей возлюбленной Генрих II. Однако название «пруд Розамунды» Эверсвелл получил только в XVI веке. Руины Эверсвелла сейчас находятся под озером у дворца Бленхейм, но пруд по-прежнему существует. В королевском охотничьем доме Генриха II в Клипстоуне в Шервудском лесу тоже была «комната Розамунды». Еще одна подобная комната находилась в Винчестере.
Розамунда почти не упоминается в источниках своей эпохи. Ее имя прославилось благодаря более поздним легендам, которые слагались на протяжении восьми столетий. Ни одна любовница английского короля не служила источником вдохновения для стольких романтических мифов. В начале XIV века хронист Ранульф Хигден, автор «Всемирной хроники», утверждал, что Генрих II «тайно изменял супруге» и не стыдился «грешить с красавицей Розамундой. Для этой красотки король построил в Вудстоке чудесную комнату с искусным творением Дедала [то есть лабиринтом] на случай, чтобы королева не нашла и не забрала Розамунду». Это первое упоминание о том, что Генрих построил дом и лабиринт для Розамунды в Вудстоке.
К 1458 году легенда обросла красочными подробностями:
Однажды королева Алиенора увидела короля, который прогуливался по парку Вудстока. К его шпоре была привязана шелковая нить, смотанная в клубок. Подкравшись к королю незамеченной, Алиенора подняла клубок, король пошел дальше, шелк размотался, и королева проследила за ним до зарослей лабиринта, где он исчез. Вскоре король покинул Вудсток, отправившись в далекое путешествие. Тогда королева Алиенора обыскала заросли в парке и нашла низкую, хитро замаскированную дверцу, которую взломала, обнаружив извилистую тайную тропинку, тянувшуюся к лесному домику в глухой чаще соседнего леса.
Разумеется, там королева повстречала Розамунду97.
В конце XV века лондонский хронист Роберт Фабиан, ссылаясь на Хигдена, описал «чудесный дом, или творение Дедала, закрученный узлом внутри сада, который назывался лабиринтом». К елизаветинским временам легенды о Розамунде породили отдельную литературную традицию. В описании Майкла Дрейтона, который упомянул башню и лабиринт в Вудстоке, домик превратился в прочное здание из камня и дерева со ста пятьюдесятью дверями и лабиринтом «с такими хитроумными поворотами, что никто не мог ни войти в него, ни выйти без клубка ниток». В последующие столетия многие известные литераторы – среди них Джозеф Аддисон, Агнес Стрикленд, Элджернон Суинберн, Альфред Теннисон в пьесе «Бекет» и даже Уинстон Черчилль – отзывались об этой легенде как об историческом факте. Однако нет никаких свидетельств, что в Вудстоке когда-либо существовал лабиринт.
В начале марта 1166 года Генрих собирался отплыть в Нормандию, но передумал и вернулся в Вудсток с намерением, как предполагают некоторые авторы, попрощаться с Розамундой. 16 марта он прибыл в Саутгемптон, откуда переправился в Фалез. Генрих покинул свое королевство на целых четыре года. Он немедленно двинулся маршем на Мэн, где преподал баронам, которые взбунтовались и оказали неуважение Алиеноре, незабываемый урок, разрушив их замки и подавив сопротивление.
В конце марта король вместе с Алиенорой устроил прием в Анжере по случаю Пасхи, где присутствовали все их дети, кроме Генриха. Примерно в это время Алиенора зачала своего последнего ребенка. В конце мая она и Генрих переехали в Ле-Ман и Шинон, внушительную крепость на реке Вьенна в Анжу, одну из любимых резиденций короля. Там Генрих II слег от болезни.
В Троицын день, пребывая в изгнании в аббатстве Понтиньи, Томас Бекет отлучил от церкви всех авторов «Кларендонских конституций», за исключением короля. Когда новость об этом достигла Шинона, Генрих разрыдался от ярости. По его настоятельной просьбе папа согласился отменить наказания и запретил Бекету досаждать Генриху.
В июле Генрих почувствовал себя достаточно хорошо, чтобы свергнуть своего вассала Конана IV, получить контроль над Бретанью и обручить восьмилетнего Джеффри с Констанцией, пятилетней наследницей Конана. В Ренне от имени Джеффри он официально вступил во владение тем, что теперь с удовольствием именовал герцогством Бретань.
К октябрю Генрих II прибыл в Кан, готовясь к встрече с аквитанскими мятежниками. Призвав их в Шинон 20 ноября, он объявил о намерении оказать им честь, устроив в Пуатье рождественский прием, на котором собирался представить им будущего сюзерена, лорда Генриха. Пуатевинцев эта новость не впечатлила. Они отправились домой и снова принялись плести интриги.
Алиенора все еще находилась в Анжере. Зимой Генрих отправил ее и Матильду обратно в Англию. Она не присоединилась к супругу в Пуатье, так как была на последних сроках беременности. Возможно, Генрих не желал приезда жены, зная, что она воспротивится выбору лорда Генриха в обход лорда Ричарда наследником ее владений. Генриху было предначертано унаследовать Англию, Анжу и Нормандию, в то время как Джеффри досталась Бретань. Если Генрих получал Аквитанию, Ричард оставался без наследства. Алиенора могла выразить решительный протест по этому поводу.
В конце года, отправив лорда Генриха к отцу через Ла-Манш, Алиенора перебралась в графство Оксфорд. Некоторые летописцы предполагали, что во время поездки она посетила Вудсток, где намеревалась родить ребенка, но обнаружила там Розамунду де Клиффорд и в гневе удалилась в Оксфорд, однако этому нет никаких подтверждений.
Самым ранним свидетельством того, что будущий король Иоанн родился в королевском доме в Оксфорде, является прозаическая поправка к рифмованной хронике Роберта Глостерского, датированной концом XIII века. Поскольку другие поправки отсылают к сочинениям Роберта де Ториньи, представляется вероятным, что Иоанн действительно родился в Оксфорде. Одна из нехронологических вставок Роберта де Ториньи сообщает, что Иоанн появился на свет в канун Рождества 1167 года. Год, скорее всего, указан неверно. В 1167 году в предполагаемое время зачатия Генрих находился на континенте, а Алиенора – в Англии. Рождество они оба провели в Нормандии. Радульф де Дисето датирует рождение Иоанна 1166 годом, утверждая, что в феврале 1173 года ему «едва исполнилось семь».
Вероятно, мальчика окрестили Иоанном, потому что он родился 27 декабря, в день поминовения Иоанна Богослова, одного из покровителей Фонтевро. Учитывая, что ребенка отдали в Фонтевро как облата, родители, возможно, решили посвятить его Церкви – обычная практика в благочестивую эпоху, когда многодетные семьи не могли обеспечить каждого отпрыска должным образом.
Иоанн был последним из детей Алиеноры. В казначейских свитках не упомянуто расходов на его содержание до 1176 года. Вероятно, он провел ранние годы в доме матери, где за ним присматривала Одиерна из Сент-Олбанса, которая заботилась о Ричарде в младенчестве. Повзрослев, Иоанн также вознаградит ее пенсией.
На Рождество на приеме в Пуатье Генрих II представил пуатевинцам их будущего герцога – лорда Генриха. Алиенора оставалась в Англии, в основном проживая в Винчестере, и, вероятно, кипела от ярости. Казначейские свитки упоминают ее визиты с детьми в замок Карисбрук и выплаты няне или воспитательнице Агате, которая долгое время пользовалась расположением королевы и получила от нее в дар два поместья – в 1198 и в 1200 годах.
Шли приготовления к свадьбе одиннадцатилетней Матильды с Генрихом Саксонским. В июле посланники императора прибыли в Англию, чтобы сопроводить принцессу в Германию. Генрих снабдил дочь великолепным приданым, к которому, возможно, приложила руку Алиенора. В него входила одежда стоимостью шестьдесят три фунта стерлингов (£46 тысяч), «два больших шелковых отреза, два ковра, один отрез аксамита и двенадцать соболиных шкурок». Общая стоимость приданого составляла четыре с половиной тысячи фунтов стерлингов (£3 миллиона 284 тысячи), что равнялось почти четверти годового дохода Англии. Эту сумму собрали за счет налогов и податей.
Генрих II как раз подавил восстание в Бретани, когда получил известие о том, что его мать в Руане серьезно больна. Императрица Мод скончалась 10 сентября, прежде чем сын смог до нее добраться. В том месяце Алиенора в окружении многочисленной свиты сопроводила Матильду в Дувр, откуда та направилась в Германию навстречу своей новой жизни. Позднее юный Генрих поблагодарил приора Дувра за гостеприимство по отношению к его матери и сестре. Гервасий Кентерберийский писал, что Алиенора отплыла с Матильдой в Нормандию. Возможно, она присутствовала на похоронах императрицы в аббатстве Бек-Эллуэн. Должно быть, Алиенора немедленно вернулась в Англию, так как известно, что следующие несколько недель королева провела в Винчестере.
1 февраля 1168 года Матильда вышла замуж за герцога Саксонского в Брауншвейге. Генрих Лев, который был старше невесты на двадцать семь лет, прослыл отважным, утонченным и просвещенным человеком, известным покровителем искусств и Церкви. Брак оказался счастливым, многодетным и привел к росту торговли между Англией и Священной Римской империей. Иллюстрация к рукописи из библиотеки герцога Августа в Вольфенбюттеле изображает руки Господа, возлагающие герцогские короны на головы супругов, покойную императрицу Мод, стоящую рядом с Генрихом II, и Алиенору Аквитанскую позади нее, что, возможно, отражает их роли в жизни.