Андреа потянулась за салфеткой, промокнула глаза, возможно, теперь понимая, почему ее телефон так и не зазвонил.

Джессика сделала несколько заметок. Ни в "Сатурне", ни поблизости от места преступления не было найдено мобильного телефона. - Ты звонил ей домой?

Андреа покачала головой, ее нижняя губа начала дрожать. Джессика знала, что плотина вот-вот прорвется.

"Что вы можете рассказать мне о ее семье?" Спросил Бирн.

"Я думаю, что есть только ее мать. Я не помню, чтобы она когда-либо говорила о своем отце или каких-либо братьях или сестрах ".

Джессика взглянула на стол Стефани. В дополнение к ручке и аккуратно сложенным папкам, там была фотография Стефани в серебряной рамке пять на шесть дюймов с пожилой женщиной. На этой фотографии - улыбающаяся, стоящая перед кинотеатром "Вильма" на Брод-стрит - Джессике показалось, что молодая женщина выглядит счастливой. Ей было трудно сопоставить фотографию с изображением обезображенного трупа, который она видела в багажнике "Сатурна".

"Это Стефани и ее мать?" Спросил Бирн, указывая на фотографию на столе.

"Да".

"Ты когда-нибудь встречался с ее матерью?"

"Нет", - сказала Андреа. Она потянулась за салфеткой со стола Стефани. Она промокнула глаза.

"Был ли у Стефани бар или ресторан, в который она любила ходить после работы?" Спросил Бирн. "Где-нибудь, где она часто бывала?"

"Иногда мы ходили в Friday's рядом с Embassy Suites на бульваре. Если нам хотелось потанцевать, мы шли в Shampoo ".

"Я должен спросить об этом", - сказал Бирн. "Стефани была лесбиянкой или би?"

Андреа чуть не фыркнула. "Э-э, нет".

"Ты ходил в Пеннс-Лэндинг со Стефани?"

"Да".

"Произошло что-нибудь необычное?"

"Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду".

"К ней кто-нибудь приставал? Следил за ней?"

"Я так не думаю".

"Вы видели, чтобы она делала что-нибудь необычное?" Спросил Бирн.

Андреа на несколько мгновений задумалась. "Нет. Мы просто болтались поблизости. Надеялись, может быть, увидеть Уилла Пэрриша или Хайдена Коула ".

"Вы видели, как Стефани с кем-нибудь разговаривала?"

"На самом деле я не обращал внимания. Но я думаю, что она какое-то время разговаривала с парнем. Мужчины всегда к ней клеились ".

"Вы можете описать этого парня?"

"Белый парень. Кепка "Флайерз". Солнцезащитные очки".

Джессика и Бирн обменялись взглядами. Это соответствует воспоминаниям Маленького Джейка. "Сколько ему лет?"

"Без понятия. Я действительно не подобрался так близко".

Джессика показала ей фотографию Адама Каслова. "Может ли это быть тот парень?"

"Я не знаю. Может быть. Я просто помню, что подумала, что этот парень не в ее вкусе".

"Какой у нее был тип?" Спросила Джессика, возвращаясь к привычкам Винсента. Она представляла, что у каждого есть свой тип.

"Ну, она была довольно придирчива к мужчинам, с которыми встречалась. Ей всегда нравились хорошо одетые парни. Типы из Честнат Хилл ".

"Был ли этот парень, с которым она разговаривала, частью толпы, или он был частью продюсерской компании?" Спросил Бирн.

Андреа пожала плечами. "Я действительно не знаю".

"Она говорила, что знала этого парня? Или, может быть, она дала ему свой номер?"

"Я не думаю, что она знала его. И я был бы очень удивлен, если бы она дала ему свой номер телефона. Как я уже сказал. Не в ее вкусе. Но опять же, может быть, он просто был одет по-простому. Я просто не успел рассмотреть его по-настоящему внимательно."

Джессика сделала еще несколько заметок. "Нам понадобятся имена и контактная информация всех, кто здесь работает", - сказала она.

"Конечно".

"Вы не возражаете, если мы обыщем стол Стефани?"

"Нет", - сказала Андреа. "Все в порядке".

Пока Андреа Серроне возвращалась в приемную, плавая на волне шока и горя, Джессика натянула пару латексных перчаток. Она начала свое вторжение в жизнь Стефани Чандлер.

В ящиках слева висели папки, в основном пресс-релизы и вырезки из прессы. Несколько папок были набиты пробными листами черно-белых фотографий из прессы. Фотографии были в основном в стиле stab-and-grab, типа фотосессии, на которой два человека позируют, держа в руках чек, мемориальную доску или какую-нибудь цитату.

В среднем ящике хранились полезные вещества офисной жизни: скрепки, кнопки, почтовые этикетки, резиновые ленты, латунные брелоки, визитные карточки, клеевые палочки.

В верхнем правом ящике лежал городской набор для выживания молодой одинокой работающей женщины: маленький тюбик лосьона для рук, бальзам для губ, несколько пробников духов, жидкость для полоскания рта. Также была запасная пара колготок, три книги: "Братья" Джона Гришэма, "Windows XP для чайников" и книга под названием "Белая горячка", несанкционированная биография Иэна Уайтстоуна, директора Dimensions из Филадельфии. Уайтстоун был режиссером нового фильма Уилла Пэрриша "Дворец".

На видеозаписи не было ни записок, ни писем с угрозами, ничего, что могло бы связать Стефани с ужасом того, что с ней произошло.

Джессику уже начала преследовать фотография на столе Стефани с ней и ее матерью. Не тот факт, что на фотографии Стефани была такой яркой и оживленной, а скорее то, что изображала фотография. Неделей ранее это был артефакт жизни, доказательство того, что это живая, дышащая молодая женщина, человеческое существо с друзьями, амбициями, печалями, мыслями и сожалениями. Человеческое существо с будущим.

Теперь это был документ мертвых.

24

Фейт Чандлер жила в простом, но ухоженном кирпичном доме с фасадом в ряд на Фултон-стрит. Джессика и Бирн встретились с женщиной в ее маленькой гостиной с видом на улицу. За окном пара пятилетних детей играли в классики под бдительным присмотром своих бабушек. Джессике стало интересно, как звучали смеющиеся дети для Фейт Чандлер в этот самый мрачный день в ее жизни.

"Я очень сочувствую вашей потере, миссис Чандлер", - сказала Джессика. Несмотря на то, что у нее была возможность произносить эти слова несколько раз с тех пор, как она присоединилась к Отделу по расследованию убийств в апреле, казалось, что легче от этого не станет.

Фейт Чендлер было чуть за сорок, она выглядела помятой поздними ночами и ранним утром, представительницей рабочего класса, которая внезапно обнаружила себя статисткой другой демографической группы - жертвой насильственных преступлений. Старые глаза на лице средних лет. Она работала ночной официанткой в закусочной "Мелроуз". В ее руках был поцарапанный пластиковый стакан с небольшим количеством виски. Рядом с ней, на подносе для телевизора, стояла наполовину пустая бутылка "Сигрэма". Джессике стало интересно, насколько далеко зашла женщина в процессе.

Фейт не ответила на слова соболезнования Джессики. Возможно, женщина подумала, что, если она не ответит, если она не примет предложение Джессики о сочувствии, это может быть неправдой.

"Когда ты в последний раз видел Стефани?" Спросила Джессика.

"Утро понедельника", - сказала Фейт. "Перед тем, как она ушла на работу".

"Было ли в ней что-нибудь необычное в то утро? Что-нибудь изменилось в ее настроении или в ее распорядке дня?"

"Нет. Ничего".

"Она говорила, что у нее есть планы на после работы?"

"Нет".

"Когда она не пришла домой в понедельник вечером, что ты подумал?"

Фейт только пожала плечами и промокнула глаза. Она отхлебнула виски.

"Вы позвонили в полицию?"

"Не сразу".

"Почему бы и нет?" Спросила Джессика.

Фейт поставила бокал, сложила руки на коленях. "Иногда Стефани оставалась с друзьями. Она была взрослой женщиной, независимой. Понимаете, я работаю по ночам. Она работает днем. Иногда мы действительно не видели друг друга целыми днями."

"Были ли у нее братья или сестры?"

"Нет".

"А как же ее отец?"

Фейт махнула рукой, возвращаясь к настоящему моменту через свое прошлое. Они задели за живое. "Он не был частью ее жизни много лет".

"Он живет в Филадельфии?"

"Нет".

"Мы узнали от ее коллег, что Стефани встречалась с кем-то до недавнего времени. Что вы можете рассказать нам о нем?"

Фейт снова несколько мгновений изучала свои руки, прежде чем ответить. "Ты должна понять, что мы со Стефани никогда не были близки в этом плане. Я знал, что она с кем-то встречалась, но она никогда не приводила его сюда. Она была скрытной девочкой во многих отношениях. Даже когда была маленькой. "

"Есть ли что-нибудь еще, что, по вашему мнению, могло бы помочь?"

Фейт Чендлер посмотрела на Джессику. В глазах Фейт был тот самый сияющий взгляд, который Джессика видела много раз, - потрясенный взгляд, полный гнева, боли и горя. "Она была довольно необузданной девушкой, когда была подростком", - сказала Фейт. "Прямо в колледже".

"Насколько дикие?"

Фейт снова пожала плечами. "Своенравная. Вращалась в довольно быстрой компании. Недавно она остепенилась, получила хорошую работу ". Гордость боролась с печалью в ее голосе. Она отхлебнула виски.

Бирн поймал взгляд Джессики. Затем он совершенно сознательно перевел взгляд на развлекательный центр, и Джессика проследила за его взглядом. Шкаф, стоявший в углу гостиной, был одним из тех, что одновременно служат центром развлечений и гардеробом. Он выглядел как дорогое дерево - возможно, розовое. Двери были слегка приоткрыты, и с другого конца комнаты было видно, что внутри стоит телевизор с плоским экраном; над ним - стойка с дорогой на вид аудио- и видеотехникой. Джессика оглядела гостиную, в то время как Бирн продолжал задавать вопросы. То, что показалось Джессике аккуратным и со вкусом подобранным, когда она приехала, теперь было явно аккуратным и дорогим: обеденный гарнитур Thomasville и гарнитур для гостиной, лампы Stiffel.

"Могу я воспользоваться вашей ванной?" Спросила Джессика. Она выросла в почти таком же рядном доме и знала, что ванная находится на втором этаже. В этом и был смысл ее вопроса.

Фейт посмотрела на нее, ее лицо было пустым экраном, как будто она не поняла. Затем она кивнула и указала на лестницу.

Джессика поднялась по узкой деревянной лестнице на второй этаж. Справа от нее была маленькая спальня; прямо впереди - ванная. Джессика посмотрела вниз по ступенькам. Фейт Чендлер, очарованная своим горем, все еще сидела на диване. Джессика проскользнула в спальню. Плакаты в рамках на стене указывали на то, что это комната Стефани. Джессика открыла шкаф. Внутри было с полдюжины дорогих костюмов и столько же пар качественной обуви. Она проверила этикетки. Ральф Лорен, Дана Бакман, Fendi. Все с полными этикетками. Оказалось, что Стефани не была покупательницей аутлетов, где часто бирки разрезали пополам. На верхней полке лежало несколько единиц багажа Tumi. Оказалось, что у Стефани Чандлер был хороший вкус и бюджет, чтобы поддерживать его. Но откуда брались деньги?

Джессика быстро оглядела комнату. На одной стене висел постер фильма "Измерения", сверхъестественного триллера Уилла Пэрриша. Это, а также книга Иэна Уайтстоуна, лежащая у нее на столе в офисе, доказывали, что она была поклонницей либо Иэна Уайтстоуна, либо Уилла Пэрриша, либо и того, и другого.

На комоде стояла пара фотографий в рамках. На одной была Стефани-подросток, обнимающая симпатичную брюнетку примерно того же возраста. Поза "Друзья навсегда". На другой фотографии была Фейт Чандлер помоложе, сидящая на скамейке в парке Фэрмаунт с младенцем на руках.

Джессика быстро обыскала ящики Стефани. В одном она нашла папку с оплаченными счетами. Она нашла четыре последних счета Стефани за Визу. Она разложила их на комоде, достала цифровую камеру и сфотографировала каждое. Она быстро просмотрела список выставленных цен в поисках элитных магазинов. Ничего. Не взимались сборы ни с saksfifthavenue.com, nordstrom.com, ни даже с каких-либо онлайн-дискаунтеров, которые продавали товары высокого класса: bluefly.com, overstock.com, smart bargains.com. Можно было поспорить, что она не покупала эту дизайнерскую одежду сама. Джессика убрала камеру, затем сунула счета Visa обратно в папку. Если что-то, что она обнаружила на счетах, станет зацепкой, ей будет трудно сказать, откуда у нее эта информация. Она побеспокоится об этом позже.

В другой ячейке папки она нашла документы, которые Стефани подписала, когда подключалась к услугам сотовой связи. Там не было ежемесячных счетов с указанием использованных минут и номеров звонков. Джессика переписала номер сотового телефона. Затем она достала свой собственный мобильный телефон, набрала номер Стефани. Он прозвенел три раза, затем переключился на голосовую почту:

Привет… это Стеф… пожалуйста, оставьте свое сообщение после звукового сигнала, и я перезвоню вам.

Джессика отключилась. Звонок установил две вещи. Мобильный телефон Стефани Чендлер все еще был активен, и его не было в ее спальне. Джессика набрала номер снова, получила тот же результат.

Я вернусь к тебе.

Джессика подумала о том, что, когда Стефани произносила это жизнерадостное приветствие, она понятия не имела, что ее ждет.

Джессика вернула все на место, прошлепала обратно по коридору, зашла в ванную, спустила воду в унитазе, на несколько секунд пустила воду в раковине. Она спустилась по лестнице.