| | |

Я ДУМАЛ, ЧТО дело коммандера Бласа изменит мою жизнь в Даретане, но вскоре выяснилось, что я ошибался. Следующие тринадцать дней прошли в отупляющем оцепенении.

Начался сезон дождей, принесший с собой невыносимую влажность. От этого не было спасения, если только вы не были достаточно богаты, чтобы купить гриб кирпис и найти какое-нибудь изолированное место, где он останется сухим. Единственным интересным моментом было то, что я наконец получил ответ от секретаря коммандера Бласа.

— Ее зовут Рона Аристан, — сказал я, стоя в комнате для встреч у Аны. Я притворился, что читаю письмо вслух, но на самом деле я потратил двадцать минут, вглядываясь в него и запоминая каждое слово, когда впервые получил его от Стефиноса на почтовой станции. — Она говорит, что была шокирована известием об убийстве коммандера. Она знала, что он нашел личное время, чтобы посетить Даретану, но утверждает, что ничего не знала о характере этого визита, мэм.

Насмешливое фырканье.

— Действительно, — сказала Ана. — Продолжай.

— Она пишет, что очень хотела бы прийти и засвидетельствовать перед вами его передвижения, но с приближением сезона дождей...

— Всем членам Инженерного иялета приказано оставаться на местах, — глухо сказала Ана. — Это и есть мера ограничения?

— Правильно, мэм.

— Типично, — сказала она. — Дороги в кантоне Тала настолько забиты телегами и фургонами, когда приближаются левиафаны, что, я уверена, у них нет ни одной лишней пары рук.

— Она прислала расшифрованную копию расписания коммандера, — сказал я, вытаскивая его. — Это касается его перемещений за последние четыре месяца.

Ана выхватила его у меня из рук и, прищурившись, прочла. Затем она прикусила губу и выплюнула:

— Дерьмо!

— Я думал, это поможет, ма...

— Это поможет чертовски все усложнить! — Она подняла маленькую книжку в красной обложке, которую мы получили от Геннадиос. — Потому что, если эта книга точна, то я почти уверена, что ассасин находится в Талагрее или около него.

— Почему?

Она опустила книгу Геннадиос, затем взяла в руки письмо секретарши, как будто в нем содержалось какое-то ужасное обвинение.

— Так я и думала. Блас жил в Талагрее последние три месяца перед своей смертью. Что, конечно, имеет смысл. Командир инженерного подразделения должен проводить чертовски много времени в городе, который поддерживает в рабочем состоянии морские стены до наступления сезона дождей. — Она ткнула пальцем в раскрытую книгу Геннадиос. — Но визиты Бласа в поместье Хаза были очень беспорядочными. Последний раз он приезжал сюда с тринадцатого по пятнадцатое число месяца эгин. Я предполагаю, что он просто ускользал, чтобы порезвиться с очаровательными девушками. Это означает, что вы определенно не могли знать, когда он появится, если только не находились очень близко к нему. Так что убийцей должен быть кто-то, кто наблюдал за коммандером в гораздо более крупном городе, расположенном примерно в шестидесяти милях к югу отсюда, вдоль дорог, по которым нам, вероятно, запрещено передвигаться, даже если нас пригласят для расследования! Чего может и не быть! Этот ублюдок умен, вот что я тебе скажу. Он позаботился о том, чтобы сделать это до того, как начнется сезон дождей, чтобы он мог свободно передвигаться по дорогам.

— И что мы будем делать, мэм?

Она на мгновение нахмурилась.

— Ну... Думаю, мне лучше написать несколько проклятых писем. — Она схватила пергамент и перо.

— Кому?

— В офис Юдекса в кантоне Тала, — ответила она. — Я сообщу им о том, что мы здесь обнаружили, и попрошу разрешения прийти и опросить всех свидетелей. Хотя я, вероятно, не буду упоминать, что Блас развлекался с проститутками. Это было бы крайне бестактно. Я даже заплачу целое состояние, чтобы их послать письмо-ястребом. Тогда им придется обратить на это внимание!

— Вы хотите отправить меня в Талагрей, мэм? — Я вздрогнул.

— Черт возьми, нет. Ради чего-то подобного я бы поехала с тобой. В любом случае, я не уверена, что мы получим какой-либо ответ в течение нескольких месяцев. Сезон дождей просто слишком хаотичен. Никому не будет дела до одного убийства, даже если это был чертов инженер, умерший от инфекции. Только не в то время, когда левиафаны шныряют по морским стенам. — Она заметила мое разочарование. — Что с тобой, ребенок?

— Я думал, мэм, что, поскольку мы раскрыли убийство, по крайней мере, что-то должно произойти.

— А чего ты ожидал? Увеличения жалованья или повышения по службе? Или того, что сам император пришлет тебе любезную записку вместе с труппой шансонеток, которые будут плясать, пока ты будешь наслаждаться изысканными блюдами?

— Труппу... кого, мэм?

— Шансонеток, — сказала она. — Придворных танцовщиц. Дам, чье воздействие феромонами настолько усилено, что одно их присутствие сводит мужчин с ума от возбуждения. Клянусь Святилищем, этот кантон действительно такой нецивилизованный? В любом случае, Дин, мы не раскрыли убийство. Скорее, мы все еще расследуем убийство. И мы вообще не раскроем его, пока вы не отправите это проклятое письмо!

Она отдала мне письмо, и я отправил его по почте. После чего, я думал, несколько дней не будет ничего происходить.