Через несколько минут каменный лифт остановился, не доехав нескольких этажей до того места, где Лиам ожидал оказаться наверху. Он выглянул в окно и увидел город, или города, под пеленой пыли. Лиаму понравился вид, но он подумал, что без песка он был бы ещё лучше. Он был городским жителем. В городе никогда не чувствуешь себя по-настоящему одиноким, даже если не знаешь ни души.

Фиолетовое свечение померкло в складках вокруг камня, и команда вышла на поверхность, напомнившую Лиаму белый мрамор, резко контрастировавшую с земляным полом внизу. Лиам прошёл через большие двустворчатые двери, которые, казалось, были распахнуты в ожидании их прибытия. На деревянных дверях были вырезаны изображения сотен существ, больших и малых, сцепившихся в непрекращающейся битве.

За дверью открылось огромное помещение. Потолки достигали десяти метров в высоту, а стены казались слишком далеко друг от друга, чтобы это было возможно.

Несколько опорных столбов, толстых, как стволы деревьев, поднимались из пола. Неподалёку Лиам увидел фигуру, повернувшись спиной к взлётно-посадочной полосе, расположенной на несколько этажей ниже. Рядом стоял огромный стол из обтесанного камня, словно высеченного из горы и обтесанного по его прихоти.

Лиам осторожно направился к нему, пока Сатурн не обняла его за бицепс. Впервые на её лице не было ни злости, ни упрямства, ни других типичных для неё выражений. Она была напугана. Её тёмно-карие глаза метались между глазами Лиама, словно выискивая что-то спрятанное под ними.

«Лиам, мне что-то не так», — сказала она.

Он положил свою руку на ее руку и кивнул, сделав уверенное лицо.

«Я тоже так чувствую, но мы зашли уже так далеко. Пути назад нет».

Лиам высвободился из её хватки и решительно направился к инопланетянину, а Джу-Лонг и Сатурн осторожно последовали за ним. Джу-Лонг хрустнул костяшками пальцев и повернулся к лифту, отступая назад, осматриваясь вокруг. Когда они подошли к стойке, их встретил холодный голос на инопланетном языке.

Рыбочеловек повернулся и подошёл к столу, положив ладони на каменистую поверхность. Лиам заметил, что на его руках всего четыре пальца, но в остальном они были поразительно похожи на человеческие. За исключением, конечно, сине-белой чешуи.

«Мы не говорим на вашем языке», — ответил Лиам.

Пришелец занес руку над столом, и появилось голографическое изображение. Похоже, это был какой-то сканер, снимающий показания с Лиама и команды. Пришелец коснулся чего-то на изображении, и оно исчезло.

Он вернулся к окну, словно потеряв к ним всякий интерес.

Лиам повернулся к Сатурну и Джу-Лонгу, которые были так же озадачены, как и он.

Зачем тащить их сюда, чтобы просто игнорировать? Это было бессмысленно.

Он не стал долго ждать ответа на свои вопросы, так как на противоположной стороне комнаты раздался шум, похожий на шум лифта. Лиам обернулся как раз в тот момент, когда к нему приблизились ещё шестеро инопланетян. Рыбочеловек, оглядывающий колонию, снова заговорил на инопланетном языке, словно командуя своими солдатами, хотя и с небрежным видом.

Они приблизились с оружием наготове, заставив Лиама и команду опуститься на колени. Один из пришельцев вытащил устройство из его коричневого…

Пояс с приспособлением. Он был длиннее и острее, чем тот переводчик, который использовал Торас, и у Лиама защемило в желудке. Двое пришельцев наклонили голову Джу-Лонга, а один воткнул устройство ему в затылок.

Лиам услышал, как он с тошнотворным щелчком вонзился в позвоночник. Чжу-Лонг вскрикнул от боли, забившись, словно раненый зверь. Через несколько секунд он рухнул на мраморный пол.

Лиам и Сатурн обменялись многозначительными взглядами. Прежде чем пришелец с устройством успел двинуться к Сатурну, они выпрыгнули из земли и атаковали его изо всех сил. Выстрелов не последовало, но шестеро пришельцев легко справились с ними. Рыбочеловек с инжектором пригнул голову Сатурна. Лиам боролся с двумя пришельцами, которые удерживали его руки.

«Вам это с рук не сойдет», — закричал он.

«Лиам!» — закричал Сатурн, прежде чем ему ввели устройство, и он рухнул на землю.

Всё происходило слишком быстро; Лиам не мог поверить своим глазам. Неужели они мертвы? В голове прокручивалось множество сценариев, пока инопланетянин приближался к нему с электрошокером. Может быть, они используют их в каком-то безумном эксперименте? Эта мысль пугала его больше, чем смерть. Он был кем угодно, но не чьей-то подопытной крысой.

Рыбочеловек схватил Лиама за прядь волос и заставил его наклонить голову.

Когда игла пронзила кожу, он почувствовал покалывание по позвоночнику. Это покалывание превратилось в огонь, а зрение затуманилось от боли. Вскоре его разум затуманился, он был слишком измотан, чтобы думать, и слишком ошеломлён, чтобы сопротивляться. Он упал лицом вниз на землю. Комната погрузилась во тьму.

OceanofPDF.com

13

Лиам с трудом распахнул глаза. Пытаясь сосредоточиться, он понял, что всё ещё лежит на каменном полу в комнате на вершине шпиля. Но сколько времени прошло? Сатурн и Чжу-Лонг лежали рядом с ним, всё ещё без сознания.

Шестеро солдат расступились, направив оружие в землю, и их позы не представляли угрозы. Лиам подпер руками тело и приподнялся на одно колено. Его череп словно сплющился, словно его сдавила какая-то невидимая тяжесть. Рядом с ним Сатурн и Чжу-Лонг начали шевелиться.

Лиам опустился на оба колена, прежде чем попытаться встать. Поднимаясь, он наткнулся на неровный стол, навалившись на него всем телом. Инопланетянин, управлявший всем, всё ещё отстранённо смотрел в окно. Они, должно быть, не слишком долго были без сознания.

«Что, черт возьми, ты с нами сделал?» — спросил его Лиам, хотя он знал, что инопланетянин не поймет.

Инопланетянин повернулся к нему лицом, заложил руки за спину, подошел к столу и сел в неудобное на вид кресло.

Сатурн встала и оперлась на плечо Лиама, сжав его чуть крепче, чем ему бы хотелось. Чжу-Лонг дважды споткнулся, прежде чем встать, хотя даже выпрямившись, он всё ещё шатался, словно пьяный.

«Пожалуйста», — сказал рыбочеловек на чистом земном языке.

Глаза Лиама округлились, а челюсть отвисла. Пришелец говорил на его родном языке, но разум Лиама перевёл его на общий земной. Губы пришельца не соответствовали речи, которую Лиам слышал в голове, словно плохой дубляж в малобюджетном фильме.

«Как это возможно?» — спросил Сатурн.

«Устройство, имплантированное в ваш позвоночник, может переводить практически всё, посылая импульсы по вашим нервам, чтобы вы могли всё понять. Оно понимает тысячи диалектов».

Лиам и Сатурн обменялись взглядами. Лиам первым заговорил: «Откуда ты знал, что это на нас подействует?»

«Мы просканировали вас, когда вы вошли в шпиль. Ваша биология показалась нам подходящей».

«Казалось?» — вмешался Сатурн. «А что, если бы мы умерли?»

Лиам понял, что инопланетянин улыбнулся. Устройство перевода, должно быть, также переводило язык тела, поскольку улыбка инопланетянина для человека была бы выражением дискомфорта.

Инопланетянин сказал: «Это был риск, на который мы были готовы пойти».

«Ты был готов», поспешно начал Сатурн, указывая на пришельца. «Слушай, приятель, никто не смеет трогать мое тело без моего согласия, понял?»

Лиам опустил руку Сатурна и покачал головой.

Улыбка инопланетянина померкла. «В будущем мы будем более благосклонны к вашим пожеланиям. Уверяю вас, мы не причиним вам вреда. Пожалуйста, садитесь».

Лиам оглядел стол. Стульев не было. Вскоре три квадратные мраморные плитки окутало фиолетовое свечение. Каждый член команды отступил на шаг, и плитки поднялись на нужную высоту. Лиам без колебаний сел посередине. Сатурн и Джу-Лонг держались немного сдержаннее, но Джу-Лонг, казалось, был больше сосредоточен на том, что, как знал Лиам, было сильной головной болью. Наконец, они сели. Инопланетянин облокотился на стол и хлопнул в ладоши.

«Хорошо, а теперь позвольте представиться. Я Рагнар из Дома Ансара, Смотритель Колонии Акару и Посланник Альянса Ансара».

«Вот это титул», — съязвил Сатурн.

Лиам шлёпнул её по руке. Сатурн, конечно, иногда не хватало такта.

«Я Лиам Кидд, а это моя команда: Сатурн Вера и Джу-Лонг Ма. Мы с Земли».

«Я не слышал о такой Земле. Планета, неизвестная нам, — это уже подвиг.

Вы, должно быть, далеко от дома.

«По нашим оценкам, десять тысяч световых лет».

«Десять тысяч», — задумчиво пробормотал Рагнар, насторожив свои большие острые уши. «Как вы здесь оказались?»

Лиам рассказал про инопланетный корабль и червоточину, всё, вплоть до аварийной посадки на планету. Всё это время Рагнар сидел, сложив руки перед собой, погруженный в глубокие раздумья. У Лиама всё время возникало ощущение, что он знает больше, чем говорит. Когда Лиам закончил, Рагнар откинулся на спинку каменного кресла, слегка ссутулившись. Лиам заметил, что на его шершавом, похожем на камень, столе остались белые чешуйки.

«Толпа Куразона», — просто сказал Рагнар.

"Кто они?"

«Чтобы узнать это, вам придётся узнать об ансарах и наших менее цивилизованных кузенах, динари. Тридцать тысяч лет назад на острове жили три клана.

Планета, общаясь. Не эта планета, а далёкая, под названием Ансара. Мы были молодой расой и воевали друг с другом за землю и ресурсы. Мелочи, если судить по нашим нынешним знаниям. Один клан, Куразон, был гораздо более жестоким, чем остальные, и их изгнали. Потребовались столетия, но в конце концов, после многих лет войны, выживших собрали и отправили на далёкую планету, чтобы они жили своей отсталой жизнью. Конечно, это был не один из наших лучших моментов.

Лиам впитывал каждое слово. Если у них была власть изгнать целую расу людей на другую планету тридцать тысяч лет назад, насколько они выросли с тех пор? Или же они деградировали до менее развитого состояния? Лиам никогда не был большим любителем истории на Земле, но что-то в этих новых культурах воодушевляло его, словно он был обязан знать каждый факт и каждую историю.

Рагнар продолжил: «Планета, на которой обитали Куразоны, была гораздо холоднее Ансары. С годами они сбросили чешую, чтобы выжить. Их кровь закипела, и они превратились в монстров. Их учёные больше были сосредоточены на адаптации геномов для выживания, чем на побеге. Им потребовались сотни лет, чтобы снова освоить космические полёты, но, когда это произошло, они жаждали мести. Динари, наши меньшие кузены, можно сказать, помогли нам отбросить Куразонов после бесчисленных поколений войн. С тех пор каждые несколько десятилетий мы слышим о них, в основном с торговых кораблей. Они стали призраками, даже легендами, по мере того как годы стираются из памяти. Рассказы об их самодельных поделках циркулируют в кругах наёмников. Если вы действительно видели Куразонов, то все мы должны бояться до глубины души, ибо ничего хорошего из общения с ними никогда не выходило».

Повисла тишина, пока Лиам и команда переваривали услышанное. Если бы они случайно попали на старую войну, их присутствие, возможно, взбудоражило бы всех. Лиам задал первый вопрос, пришедший ему на ум: «Как Куразоны попали в нашу Солнечную систему?»

«Этого я не знаю. Возможно, нам повезло, что между нашими системами открылась червоточина. Возможно, и нет».

Лиам задался вопросом, не предполагает ли он, что кто-то создал червоточину.

Лучшие физики Земли лишь постулировали их существование. Это означало бы манипулирование силами, неслыханными по земным меркам. Хотя ансараны были гораздо более развиты, чем он даже предполагал, он не был уверен, что они способны по своему желанию открыть сингулярность. Хотя, по его мнению, всё возможно.

«Есть ли у Ансаранцев такая технология, чтобы открыть червоточину?»

— спросил Джу-Лонг, отвлекая Лиама от этой мысли.

«Я всего лишь возглавляю эту скромную колонию», — уклончиво ответил Рагнар. «Кроме того, сведения о наших последних достижениях будут доступны лишь тем, кому положено их знать.

Поймите, вы для нашего народа чужие».

«Что теперь будет?» — спросил Лиам.

«Мы никогда раньше не видели таких, как вы. Я бы попросил вас остаться на Сурье. Хотя бы ещё немного. Мы хотели бы узнать о вас больше, и я уверен, что у вас тоже есть вопросы к нам».

Сатурн встала со своего плавающего кресла и прошлась вдоль массивного стола.

Лиам вопросительно повернулся к ней и спросил: «Что случилось?»

«Это, всё это. Это слишком. Я так не могу, Лиам. Я на это не подписывалась», — сказала она, отчаянно жестикулируя руками. «Я не хочу ввязываться в чужую войну. Чем дольше мы здесь останемся, тем хуже нам будет».

Лиам вздохнул и встал. Хотя он понимал, что Сатурн имеет в виду, им вряд ли стоит возвращаться. Сатурн, должно быть, это знала. Она была не из тех, кто ценит ситуации, находящиеся вне её контроля. Он видел это во время их совместных миссий для корпорации «Веста». Её характер, как и лучшие дни, другие считали деспотичным. Лиам попытался её успокоить. «Даже если мы сможем вернуться через червоточину, нет никакой гарантии, что Земля всё ещё существует. Возможно, эта толпа Куразонов уже направляется туда».

«Тем более, что у нас есть ещё одна причина вернуться. Мы можем помочь».

«С каким кораблем?»

Плечи Сатурна поникли. Они оказались втянуты в политические интриги трёх рас, хотели они того или нет. По крайней мере, по эту сторону червоточины у них был шанс выяснить, была ли она случайной или рукотворной. Пока что им придётся принять предложение Рагнара и изобразить из себя доброго гостя. У них ещё будет время действовать.

Теперь пришло время узнать всё, что можно, об Акару и его странных обитателях. Лиам повернулся к Рагнару и спросил: «С чего начнём?»

Рагнар жестом подозвал одного из своих воинов, и тот принёс им большие чаши с водой, больше похожие на миски, чем на стаканы. Он жестом предложил им попить, и Лиам нерешительно повиновался. Когда с ним, казалось бы, всё в порядке, Джу-Лонг и Сатурн последовали его примеру. Рагнар снова откинулся на спинку стула.