Это не имело значения. Ему нужно было от них избавиться.

Эта задача оказалась проще, чем он думал. Он просто вошёл в большой отель недалеко от набережной, поднялся на лифте на второй этаж и…

Сменив кожаную куртку на светло-коричневую ветровку, накинув чёрную вязаную шапку, он спустился по эскалаторам в пристроенный торговый центр. Здесь, в пятницу вечером, за неделю до Рождества, повсюду были покупатели. Торговый центр был полон. Он решил сделать то, что, как он знал, необходимо сделать перед поездкой в Гонконг. Ему нужно было купить одежду, которую носил бы канадец, – всё с головы до ног. Карл не слишком беспокоился о том, что надеть, главное, чтобы одежда соответствовала его новому канадскому образу. Это был Ник Тёрнер.

Он также купил чемодан, который повесил на свою новую карту Visa, чтобы убедиться, что она работает. Всё остальное он оплатил канадскими наличными.

В конце концов он выбросил всю свою старую одежду, за исключением кожаной куртки. И всё аккуратно сложилось в его чемодан.

Затем он откатил чемодан ко входу в торговый центр, расположенный недалеко от отеля, и поймал такси. Вместо того чтобы ехать прямо к дому, он отправил такси в пару кварталов от отеля, расплатившись наличными.

Уверенный, что за ним никто не следит, Карл прошёл по улице до своего нового дома и провёл там пару дней. Снег сменился лёгким дождём. К счастью, он купил прочный пластиковый чемодан, так что его одежда не промокла.

Его новый дом находился в ничем не примечательном районе, где дома были построены примерно в годы Второй мировой войны. Белый дом был двухэтажным и нуждался в небольшом ремонте, поскольку краска на нём потрескалась от непогоды.

Ему не дали ключа, поэтому ему пришлось предположить, что место открыто.

Карл вошел и запер за собой дверь.

В гостиной он оглядел скудную обстановку. Мебель была потрёпанной, как в колледже, вероятно, куплена в комиссионке. Он догадался, что российское правительство недавно выкупило это место вместе с мебелью.

Оставив сумку в гостиной, он пошёл на кухню и открыл холодильник. Тот был почти пуст. Там лежали несколько приправ и упаковка из шести банок канадского пива «Moosehead». В морозилке лежали две замороженные пиццы пеперони.

Он открыл пиво, прошёл в гостиную, снял обувь и сел на диван. Он хотел было посмотреть на задание, но решил, что это может подождать. Смена часовых поясов начала давать о себе знать.

Карл отпил пива и чуть не уснул на диване. Затем раздался странный жужжащий звук и звон, словно у старого телефона. Он нашёл телефон, который ему дал молодой сотрудник СВР, и посмотрел на экран. Похоже, это был канадский номер.

Карл неохотно нажал зеленую кнопку и подождал, кто звонит.

«Это Ник Тёрнер?» — раздался голос по-английски, но с русским акцентом. Он знал этот голос. Это был Горан Каменский, его куратор из СВР и племянник Павла Быкова, директора ГРУ и генерала армии.

Горан также был двоюродным братом его жены Ольги.

«Это Ник. Как дела?»

«Я вижу, вы пробуете канадские идиомы».

«Будем честны. Что случилось?»

«Я хотел, чтобы вы знали, что этот телефон защищён. Даже американское АНБ не может его отследить».

«Но ты можешь», сказал Карл.

«Конечно. Вижу, ты добрался до своего временного дома. Надеюсь, тебе нравится канадское пиво».

Карл посмотрел на бутылку в левой руке. «Да, это так. Спасибо».

«Вы уже просмотрели пакет миссии?»

«Я только что приехал».

«Знаю. Мы рассчитывали, что ты пробудёшься в Галифаксе несколько дней, но всё изменилось. Ты нужен нам на самолёте завтра днём. Ты прилетишь в Торонто, а оттуда прямым рейсом в Гонконг».

«Понял. Ты разговаривал со своим кузеном?»

Горан рассмеялся. «Конечно. Она пыталась выяснить, куда мы тебя отправляем».

«Она могла бы спросить своего отца», — заверил Карл Горана.

«Даже он не знает».

Карла это не особенно удивило. ГРУ и СВР ссорились, как стервозные младшие сёстры.

Горан продолжил: «Вы можете позвонить по этому номеру в любое время или написать мне сообщение.

Оба наших номера проходят через канадский сервер в Торонто».

«Хорошо. А как насчёт оружия?»

«Завтра летишь коммерческим рейсом, — сказал Горан. — В Гонконге получишь пистолет и запасные магазины. Glock Nineteen».

«Сработает». Карл помедлил, размышляя. «Ты поедешь к дяде на Рождество?»

«Не знаю. А стоит ли?»

«Вы могли бы заверить Ольгу, что я нахожусь на обычной миссии», — сказал Карл.

«Никаких рутинных миссий», — сказал он.

Карл это знал. «Верно».

«Перед сном прочитайте план вашей миссии, — сказал Горан. — У вас должно было быть пару дней на подготовку, но нам нужно, чтобы вы были на месте как можно скорее».

«Почему?» Он знал, что лучше не спрашивать, но все равно спросил.

«Просто поверь мне», — с раздражением сказал Горан.

«Хорошо. Что-нибудь ещё?»

«Выпей еще пива».

Карл поболтал остатки пива на дне бутылки и покачал головой. Горан гадал, или у него была камера, снимающая Карла?

«И ещё кое-что», — сказал Карл. «Ты слышал, что твой кузен теперь подполковник?»

«Конечно», — сказал Горан. Всё ещё раздражённо. «В конце концов, она дорастёт до генерала и сменит отца. Можете быть в этом уверены. Ничто её не остановит».

Карл чувствовал то же самое, но понимал: если кто-нибудь узнает, что она вышла замуж за сотрудника ЦРУ, даже отец не сможет её спасти. Она исчезнет из жизни, как в старые времена Сталина. Даже отец может последовать за ней в могилу.

Горан отключил звонок, Карл сделал то же самое.

Он сходил на кухню и взял ещё пива, а затем вернулся в гостиную и нашёл конверт, который ему подобрал в парке молодой сотрудник СВР. СВР действует по старинке, подумал Карл. Электронных следов не останется. Он пил пиво и изучал свой…

Материалы, которые он хранил в своей почти идеальной памяти, были бы рутинными. Это была бы обычная миссия, но с двумя погибшими сотрудниками СВР в Гонконге её сложность значительно возросла. Китайцы предвидели бы его приближение, несмотря на его глубокую конспирацию в качестве гражданина Канады из Галифакса. Он тщательно изучил каждый аспект своей новой личности, запоминая всё. Он был в этом уверен: он не станет причиной провала.

Ещё пара кружек пива, и Карл всё запомнил. Он разорвал материалы миссии и смыл их в унитаз вместе с переработанным пивом. Затем он поплелся наверх и отключился.

5

Шэньян, Китай

Неподалёку от этого города с населением около восьми миллионов человек, недалеко от границы с Северной Кореей, находился не такой уж секретный ракетный испытательный полигон. Именно с этой базы китайское правительство впервые испытало свою противоспутниковую ракетную систему.

Это произошло более десяти лет назад, и оружие было доставлено в космос на старом SC-19, запущено с мобильной ракетной пусковой установки и выведено в космос модифицированной баллистической ракетой средней дальности DF-21.

Хотя Коммунистическая партия Китая объявила это испытание полным успехом, большинство считает, что уничтоженный спутник был уничтожен не кинетической ракетой, а взрывным устройством, установленным на спутнике. Механизмом самоуничтожения.

Поэтому, когда Брика Чана отправили наблюдать за этим новым испытательным запуском, он отнёсся к этому с большим скептицизмом. По всей видимости, Брик Чан был международным наблюдателем, работающим под эгидой Международного агентства по атомной энергии ООН. Конечно, МАГАТЭ интересовало мирное использование атомной энергии, не имевшее никакого отношения к спутникам или их уничтожению.

Однако ракета, которая будет использоваться для развертывания этого противоспутникового оружия, может быть использована как ядерная ракета, способная достичь США, России, Австралии и, возможно, даже Европы.

На самом деле Брик Чан был ветераном ЦРУ с десятилетним стажем. Теперь он сидел вместе со своими коллегами из МАГАТЭ на защищённом мобильном командном пункте с…

Вид на стартовую площадку, окружённую лесом. Китайские военные вывели мобильную пусковую установку на позицию пятнадцать минут назад, а сама ракета недавно была полностью поднята в стартовое положение.

Первое, что заметил Бринк, – это то, что это была не старая мобильная ракетная пусковая установка SC-19. Это была новая машина с гораздо более элегантным шасси. Кроме того, сама ракета не была модифицированной баллистической ракетой средней дальности DF-21 с дальностью полёта около 1700 километров. Черт, подумал Брик. Ракета выглядела гораздо крупнее, как их наземная мобильная DF-41 с дальностью полёта от 13 до 14 километров. «Дунфэн-41» был известен и был развёрнут в последние несколько лет. Хотя у ЦРУ были спутниковые снимки этого нового оружия, это был первый случай, когда сотрудник ЦРУ увидел запуск ракеты своими глазами.

Сам запуск прошёл без сучка и задоринки. Брик наблюдал десятки подобных демонстраций мощи по всему миру, работая под прикрытием МАГАТЭ.

Большинство этих режимов не возражали продемонстрировать миру уровень своего развития. Гордыня – вещь переменчивая. Что касается китайцев, они бы не пригласили МАГАТЭ наблюдать за этим запуском, если бы уже не гарантировали успех, тайно проведя испытательный запуск. Конечно, Америка обнаружила эти испытания по ходу дела, но это было другое дело. Этот запуск дополнил новейшую китайскую мобильную межконтинентальную ядерную ракетную платформу с противоспутниковой боеголовкой. Брик мысленно просчитал последствия такой дальности. Исходя из геосинхронных орбит, китайцы могли бы уничтожить практически любой спутник, находящийся в данный момент на орбите Земли. Они также могли бы поражать геостационарные объекты связи, расположенные над экватором.

Кто-то, кто стоит выше в пищевой цепочке, должен был определить, можно ли также поразить американские спутники связи. И тут до него дошло. Эти ракеты были мобильными. Что, если китайцы просто разместят пусковую установку на борту безобидного на вид рыболовного судна и отправят его к экватору у берегов Южной Америки? Китайцы недавно отправили флот рыболовецких судов к Галапагосским островам. Неужели они испытывали мир этим развёртыванием?

Вскоре китайцы сообщили, что их ракета действительно поразила целевой спутник. Конечно, проверить достоверность их заявления было невозможно. Космические силы США сделали это для ЦРУ.

Брика и его фальшивых коллег вывели с китайской военной базы и отвезли на автобусе обратно в отель в центре Шэньяна. Некоторые сотрудники МАГАТЭ сказали, что собираются куда-нибудь поесть и выпить, но Брик отказался, сославшись на лёгкий синдром смены часовых поясов. Это было неправдой, поскольку он уже несколько месяцев находился в Шэньяне.

Вместо этого Брик пробирался по городу на разных видах транспорта, чтобы убедиться, что за ним нет слежки. По пути он дважды менял облик и в конце концов оказался в районе Хэпин, недалеко от дороги Шисивэй, через секретный вход в американское консульство. Консульство напоминало трёхэтажную стопку конструктора Lego. Это было здание цвета гноя, окружённое высокой стеной с колючей проволокой сверху. Все окна, кроме верхнего этажа, были затянуты металлической сеткой, чтобы защитить от брошенных вручную предметов.

В глубине здания Брик немедленно направился в кабинет начальника станции, защищённый от электронного наблюдения. Здесь они могли свободно общаться и общаться с Лэнгли.

Начальнику резидентуры было чуть за пятьдесят. По имеющимся данным, он продвинулся по служебной лестнице, работая во Вьетнаме, Таиланде, Сингапуре и выполняя многочисленные поручения по всему Китаю. Вероятно, это была работа его мечты, за исключением разве что посольства США в Пекине.

«Несомненно, это будет его следующая остановка», — подумал Брик.

«Что вы можете мне рассказать?» — спросил начальник станции.

Брик рассказал о новой мобильной ракете, использованной для запуска, и вслух задался вопросом, изменит ли это ситуацию.

«Возможно. Мы только что получили сообщение от Космических сил, что китайцы достигли своей цели».

«Они уверены?»

«Абсолютно. Это был старый спутник, который вывели из эксплуатации много лет назад. Почему вы так скептически настроены?»

«Не знаю, — сказал Брик. — Не понимаю, почему китайцы позволили нам наблюдать за запуском. Что-то тут не сходится».

Начальник станции поднял палец и включил защищённый телефон. Через несколько секунд он уже говорил с кем-то о запуске, включая информацию, которую только что передал ему Брик. Терпеливо прождав несколько минут,

Через несколько минут начальник станции посмотрел на Брика и кивнул. Затем он повесил трубку.

«Это был старший инспектор», — сказал начальник участка.

Брик выпрямился в кресле.

«Она хочет, чтобы ты взял на себя временное задание», — сказал он.

«Серьёзно?» — спросил Брик. «Где?»

«Вы будете работать в консульстве Гуанчжоу, но официально не будете туда направлены».

«Почему я?»

«Во-первых, вы китаец по происхождению, — сказал начальник резидентуры. — И безупречно говорите на кантонском и мандаринском диалектах».

Брик знал, что половина сотрудников ЦРУ, направленных в Китай, имели такую же квалификацию по этим стандартам.

«И?» — спросил Брик.

«И вы не известная сущность».

«Китайская служба госбезопасности, вероятно, получила мою фотографию после сегодняшнего запуска», — заверил Брик своего босса.

«Насколько им известно, вы — учёный в команде МАГАТЭ. Ваше прикрытие не под вопросом. К тому же, вы служили в ВВС».

Шесть лет, подумал он. «Это больше связано с моим обучением в колледже»,

предположил он.

«То, что у тебя есть диплом инженера, очень помогает», — заверил его начальник.

«Но это не единственный фактор. Берите с собой налегке. Мы подготовим ваш транспорт к утру. Это вооружённое задание».

С этими словами Брик вышел из здания, где его ждала машина и тут же увезла к квартире. Впервые за всю его карьеру в ЦРУ всё могло стать реальностью. Странное чувство охватило его, когда водитель подвёз его к квартире. Возможно, он больше никогда не вернётся в Шэньян. Это вполне возможно.