Взрыв в лаборатории «Сокола» в Королёве раздался пятнадцатого сентября в четыре часа утра.

Грымов узнал об этом, находясь в обсерватории российской Погранслужбы на обратной стороне Луны, где специалисты по мониторингу пространства Солнечной системы знакомили его с результатами поиска разбежавшихся по Системе «когтей». Пришлось бросать все дела и мчаться на Землю в скверном настроении и прикидывать последствия происшествия.

В транспортном терминале базы его с Дербенёвым встретил прячущий глаза Спирин со своим угрюмоватым замом по имени Ростислав.

– Взорвался «коготь», – сообщил начальник лаборатории.

– Точнее, его взорвали, – уточнил Ростислав, худой аскет с лицом человека, больного желудком.

– Кто? – оглядел руководителей лаборатории Грымов.

– Пока непонятно, – пробормотал Спирин.

– Расследование только начинается, – добавил Ростислав.

– Есть подозрения?

Мужчины переглянулись.

– «Коготь» перенесли с полигона в технологический бокс.

– Когда?

– Вчера вечером. Все охранные системы работали в штатном режиме, ничто не предвещало… э-э…

– Кто дежурил на мониторе?

– Смены меняются…

– Узнайте и сообщите.

– Я знаю, – сказал Ростислав.

Сделавший шаг в коридор Грымов остановился.

– Да?

– Обычно в смене трое охранников, но на этот раз остался один.

– Причина?

– Выясняем.

– Кто остался?

– Капитан Соловейко.

Взгляд Грымова стал острым. Он вспомнил, что по данным аналитиков именно капитан Соловейко наблюдал за посетившей лабораторию недавно женой Руслана Ярославой.

– За ним же было установлено наблюдение…

Спирин снова отвёл глаза.

– Я был занят другими делами. Наблюдение – епархия ваших безопасников.

Грымов молча направился к выходу из отсека.

Осмотр помещения, в котором находился «коготь», не прояснил ситуацию. Следователи и специалисты по взрывам тоже пришли к мнению, что взорвался не сам инопланетный аппарат, а некое взрывное устройство, подложенное под него. Использовали не обычную взрывчатку, а нейтрализатор молекулярных связей ненаправленного действия, что наводило на мысль: неизвестный подрывник хотел учинить «тихое растворение» объекта, от которого ничего бы не осталось. Но при включении нейтрализатора и испарении защитного кожуха энергетического сердца «когтя» он возбудился и взорвался. В результате от находившегося в отсеке ничего не осталось. Спасли положение толстые стены бокса, иначе разрушения были бы намного более значительными. Но и без того взрывная волна, разлетевшаяся по коридорам наземного корпуса лаборатории, повредила десятки боксов и технических конструкций.

Получив от Грымова задание, Дербенёв вызвал бригаду оперативного обеспечения «Сокола» и занялся расследованием параллельно со следователями федеральной полиции.

Грымов выяснил, что оператора охраны капитана Соловейко после допроса отправили под домашний арест, однако дома он не появился. Лишь через час стало известно, что сопровождавшего его полицейского нашли мёртвым в озере Белом недалеко от Селигера, где в посёлке под названием Хачинский и проживал Соловейко.

– Надо было брать его сразу, – сказал Дербенёв, когда с ним связался Грымов, – как только стало известно, что он проявлял нездоровый интерес к Ярославе.

– Поздно сожалеть, – катнул желваки по щекам Иван. – Надо переходить на формат ГПП[435]. Агенты ядран могут сидеть где угодно, даже в федеральных центрах.

– Тогда уж лучше сразу активировать режим ВВУ-око.

Грымов помолчал, оценивая предложение заместителя.

– Что ж, события ускоряются, надо готовиться к худшему, и, возможно, придётся-таки сесть на режим.

– Готовить протокол ВВУ?

– Я сам, займись этим парнем – Соловейко. Единственное, что мне непонятно, это каким образом на него вышли агенты ядран, чтобы запрограммировать.

– Боюсь, шеф, что у нас «крот» в системе. Возможно, человек давно сидел в засаде, завербованный какой-то спецслужбой типа ЦРУ или Моссад, и ядране вышли на него.

– Ты прав, найти подопечных ядранам легче лёгкого, предателей нынче полно в любых структурах власти. Придётся включать ГПП и внутри нашей системы.

– Поднимем все мониторинговые нейросети, в том числе социальные, в которых торчит почти всё население Земли, и найдём.

– Мне бы твою уверенность. Учти, нам Соловейко нужен живым!

– Приложу все усилия.

Побродив по коридорам лаборатории и понаблюдав за суетой сотрудников, разбиравших завалы и начинавших восстанавливать интерьеры боксов, Грымов вернулся на Луну. Подключённые к расследованию инцидента системы «Сокола» не нуждались в его прямом руководстве, и надо было просто продолжать работать по плану, не паникуя и не посыпая голову пеплом. Тем более что система контроля Солнечной системы начала давать результаты, используя для поиска «НЛО» все имевшиеся в её распоряжении астрофизические инструменты и даже военные комплексы.

Так, уже спустя полдня после начала мониторинга, кроме двух инопланетных «шишек» – так обозвали сгустки «чешуй» сотрудники спецслужб – из-за их поразительного сходства с плотными еловыми шишками, – найденных мусорщиками в Южно-Китайском море на Земле и на её орбите, точно такой же объект был обнаружен на орбите Марса. А на Суперструннике кроме снятой с его торца «чешуйки» были выявлены ещё три, прячущиеся в самых неожиданных местах.

Одна лежала на пищевом складе, примыкавшем к столовой Дженворпа.

Другая оказалась в транспортном отсеке – в багажнике одного из патрульных полицейских катеров.

Третья пряталась в запертой «на ремонт» кабине туалета.

Так как без шума захватить их было невозможно, Грымов отдал распоряжение установить плотное наблюдение за ними и фиксировать всех, кто ими заинтересуется, пребывая при этом в готовности в любой момент заблокировать «чешуйки» наглухо.

До конца дня он посетил базу на Энцеладе, обсудил действия агентов контрразведки в федеральных структурах и помог Ярославе переселиться из подводного отеля в Арктике на Курилы. На острове Шумшу «Сокол» владел несколькими коттеджами для сотрудников в посёлках Байково и Шутово, в одном из которых (в Байково, недалеко от старого аэродрома) Ярослава и согласилась пожить какое-то время под присмотром эшелона охраны в режиме «инкогнито».

Она не выглядела счастливой, переживая за мужа, и Грымов задержался в её новом доме, изложив новости: «Феникс» добрался до чёрной дыры и без особых приключений провёл рекогносцировку на местности.

Это была правда, ничего присочинять ради успокоения Ярославы не пришлось, хотя Грымов знал, что миссия контрразведки будет чрезвычайно трудной, а захват ядранского «языка» вообще является «маршрутом высшей категории сложности», и ему понадобились все душевные силы и обаяние, чтобы убедить жену Руслана в позитивном исходе экспедиции.

Вечером он снова посетил лабораторию в Королёве, куда привезли оружие ядран, добытое на борту «Геодара» ещё два месяца назад. Контрразведчикам удалось умыкнуть во время карантина три вида оружия, и все они отличались от боевых средств, применяемых землянами.

Грымов с интересом повертел в руках «гранатомёт» – излучатель, напоминающий формой земные метатели гранат двадцать первого века, затем «меч» – двойное лезвие с необычной спиральной рукоятью, которое можно было держать «тремя руками», и «огнетушитель» – некую конструкцию с двумя рукоятями красного и чёрного цвета.

– Есть предположения, что это такое? Принцип действия?

– «Гранатомёт» действительно излучатель, – сказал Спирин, успевший прийти в себя после инцидента со взрывом «когтя». – Но очень экзотический излучатель. При включении он стреляет лучом, в канале которого происходит мгновенное закипание жидкости.

– В том числе крови, – добавил его зам Ростислав.

Грымов невольно покачал головой.

– Что-то я не слышал, чтобы при электромагнитном разряде у кого-нибудь закипала кровь.

– А он излучает не электромагнитный импульс. Ничего из того, что нам известно. Это не свет, не гамма-лучи, не инфракрасное излучение, не нейтрино и не антипротоны. Но действие проверено.

– Тёмная материя?

Спирин снисходительно улыбнулся.

– Тёмная материя проявляет себя лишь на уровне гравитации, её частицы – ВИМПы не вступают во взаимодействие с нашей материей.

– Как объясняют эту загадку эксперты?

– Спорят, не слушая друг друга, – хмыкнул Ростислав. – Да и какой вывод можно сделать, если датчики полей и анализаторы не фиксируют ничего!

– Да, интересная штуковина.

Грымов осторожно взялся за «меч».

– Аккуратнее! – занервничал Спирин. – У этих лезвий молекулярная заточка, как у наших мономоликов. С лёгкостью режут даже сталь и гранит.

– Так это действительно меч?

– Триммер.

– Что?

Спирин отобрал у генерала оружие, взялся за спиралевидную рукоять двумя руками, отошёл от верстака и повернул рукоять на девяносто градусов.

Свистнуло!

Грымов и Ростислав отшатнулись.

Лезвия странного меча с шелестом превратились в пропеллер.

Спирин сделал шаг к верстаку, поднёс «пропеллер» к лежащему на столе металлическому швеллеру и без усилий отрубил кусок, только звякнуло!

Лезвия перестали вращаться, сложились наподобие ножниц.

Начальник лаборатории положил меч на верстак, потряс кистями рук.

– Чтобы его держать долго, нужна хорошая подготовка. Наверно, лягушки были суперсилачами.

– Не обязательно, – возразил Ростислав. – Возможно, триммер предназначался для роботов класса наших «терминаторов».

– А это что? – подошёл к «огнетушителю» Грымов.

– Он очень тяжёлый, не поднимете.

Иван взялся за метровой длины цилиндр, покрытый жемчугом цвета бирюзы, но смог только пошевелить. Снять его со стола удалось только с помощью Ростислава.

– Килограммов полсотни? – оценил вес «огнетушителя» Грымов.

– Пятьдесят два килограмма сто десять граммов.

Водрузили трубу на место.

– Взрывчатка?

– Не похоже, – мотнул головой Спирин. – Зачем взрывному устройству две рукояти? Для подрыва достаточно одной кнопки. На просвет это набор пластин толщиной в сантиметр плюс хитрый механизм и чашка под крышкой.

– Антенна, – сказал Ростислав.

– Значит, это всё-таки излучатель?

– Скорее психотронный генератор, – неуверенно сказал Спирин. – С мощным аккумулятором. Но так ли это, утверждать не берусь, надо изучать.

– Не потеряйте их, как «чешую», – предупредил Грымов. – Глаз не спускайте!

– Доступ к этому боксу только у надёжных людей, товарищ генерал! – заверил Спирин командира «Сокола».

В голове лопнула струна: включилась мыслерация «спрута».

«Товарищ генерал, на Энцеладе обнаружен объект, – доложил дежурный оператор базы.

«Какой?!» – не сразу сообразил Грымов.

«Ну, эта «шишка с чешуёй»… э-э, с «чешуйками».

«Где?!»

«В пятнадцати километрах от шахты, ущелье Лабытнанги. Там обрыв плато, кратерированный участок, куча ледяных валов и торосов. Легко потеряться».

Вспомнилась реплика Дербенёва о наличии «крота» в святая святых российской контрразведки. В данный момент его слова уже не казались явным преувеличением.

«Шишка», упакованная сотней аппаратов, каждый из которых мог стать излучателем или ретранслятором пси-полей, не могла подкрасться к спутнику Сатурна незаметно. База «Сокола», спрятанная под толщей льда на большой глубине, была окружена поясом датчиков и спутниками защитной системы. «Шишку» заметили бы ещё на подлёте к системе Сатурна. И, тем не менее, она оказалась на Энцеладе, всего в пятнадцати километрах от шахты, ведущей к базе. Случайностью такие совпадения не назовёшь. Что это – как не работа «крота»? К примеру, оператора на мониторе системы наблюдения?

– Товарищ генерал? – произнёс Спирин, не понимающий, почему застыл гость.

Грымов очнулся и помчался к транспортному терминалу, бросив на бегу:

– Работайте…

Мысленно же он объявил ждавшему ответа дежурному:

«ВВУ-зона по Сатурну! Весь флот – «на уши»! Ответа оператора он не услышал, нырнув в кабину метро.

* * *

Развёртка сил контрразведки в режиме «внезапно возникшей угрозы» не заняла много времени. Уже через сорок минут пограничный флот Российской Федерации встал «на уши», то есть занял по тревоге позиции согласно протоколу ВВУ. Большинство подразделений российских сил космической обороны и Погранслужбы закрыли пространство над Россией, а часть космолётов дальнего реагирования за орбитой Марса сосредоточилась над спутниками Сатурна, Юпитера и Нептуна, чтобы в любой момент сорваться с места и в течение нескольких минут выполнить бросок в любой район Солнечной системы.

Прибыв на энцеладскую базу, Грымов устроил короткое экстренное совещание и после недолгих дебатов нарисовал план действий.

Решено было бросить на Энцелад фрегат «Палладу» и нанести мощный РЭБ-удар, гарантированно ломающий (или отключающий) любую электронику, равно как и психотронику, кванкотронику и нанотронику на всех диапазонах электромагнитного и ментального спектра.

После этого следовал захват «шишки» тремя десантными группами, упаковка «чешуй» в спецконтейнеры и доставка их в лаборатории «Сокола» на Земле. Затем службе безопасности предстояло разобраться, каким образом объект оказался в окрестностях базы, выяснить, кто был тому виной, и задержать.

Однако планам этим не суждено было сбыться.

Как только над Энцеладом завис фрегат «Паллада», «шишка» вырвалась из теснины ледяного ущелья и распалась на полсотни «чешуек», каждая из которых, как оказалось, имела двигатели сродни земным ВСП-генераторам. Они просто начали исчезать, переходя на режим свёртки пространства, и лишь корвету «Быстрый» удалось поймать одну из «чешуек», ещё до старта «на струну».

Контрразведчики уже знали, как можно обезглавить враждебную технику, и включили РЭБ-системы, как только представилась возможность.

К сожалению, остальные «чешуйки» скрылись, что привело Грымова в ярость.

– Ну, б…ь! – проговорил он во всеуслышание. – Теперь держитесь!