Последнее, что увидела Рита, прежде чем потерять сознание, было перевернутое лицо Мелиссы Аделаиды Пэрис, смотрящей из-под перегородки, окруженной мультяшной вселенной звезд.

OceanofPDF.com

44

САЙЛА ТОЛЬКО вставила ключ в дверь БМВ. Другой рукой она крепко держала Мелиссу за запястье. Они оба услышали шаги Пэрис в переулке, прежде чем увидели его, но Сейле хватило времени, чтобы проводить Мелиссу до центра парковки и приставить ствол полуавтоматического пистолета 25-го калибра к виску девушки.

Мелисса закрыла глаза и ждала боли.

45

КОГДА Пэрис УВИДЕЛ их двоих – идеально поставленные, до странности знакомые статуи под одиноким уличным фонарем – он остановился как вкопанный и вытянул руки в стороны.

Он был в двадцати пяти футах от меня.

— Здравствуйте, детектив, — сказала Синди Таггарт. 'Хорошая работа.'

— Синди, не надо.

«Вытащите его левой рукой и положите на землю», — сказала Синди. 'Вы знаете, что делать.'

— С тобой все в порядке, Мисси? Его дочь хранила молчание, но Пэрис видел по ее глазам, что ей не причинили вреда. Во всяком случае, в тот момент она выглядела просто измученной. На ней было короткое черное платье и серьги в форме красных вишен.

— Сейчас , детектив.

— Хорошо, Синди. Пэрис медленно залез в карман куртки и двумя пальцами извлек оружие. Он положил пистолет на землю и швырнул его по асфальту.

— Поговори со мной, Синди.

'Что ты хочешь, чтобы я сказал?'

«Я хочу знать, как нам выбраться из этой ситуации так, чтобы никто не пострадал».

Синди на мгновение задумалась. 'Что у тебя есть для меня?'

— Чего ты хочешь, Синди? Моя рука Богу, если я смогу ее получить, я возьму ее прямо сейчас и возложу ее к твоим ногам. Скажи мне.'

'Ты знаешь что я хочу. Все, что у вас есть на фараона.

«У тебя есть все. Думаю об этом. Без этих фотографий дело никогда не возобновят». Пэрис пытался вспомнить хоть что-нибудь из своих трехчасовых тренировок по переговорам с заложниками. Конечно, это никогда не должна была быть его дочь. «Дом на Тарлтон-стрит — это история. Все в нем история. Острая бритва с моими отпечатками останется у тебя. Ты можешь подставить меня через три года, если захочешь. Что вы еще хотите?'

Синди перевела взгляд с Мелиссы на Пэрис, затем снова на машину, прикидывая шансы. « Она не собирается молчать об этом», — сказала Синди, нажимая на курок и кивая в сторону багажника машины. — Малышки Лоис здесь тоже нет.

— Позвольте мне разобраться с этим, — сказал Пэрис, и это движение не ускользнуло от его внимания. По его опыту, это означало, что стрелок готовился выстрелить. «Диана, конечно, разозлится. Но я позабочусь об этом. Если вы не причинили ей вреда, она не будет выдвигать обвинения. Я обещаю.'

Синди рассмеялась. — Ты ни черта не знаешь о женщинах, Джек.

Затем послышался звук, звук стали по стали, эхом разнесшийся из ниши слева от Пэрис. Хотя ниша была погружена во тьму, Пэрис решила, что это Ник Рапозо пытался, но безуспешно, незаметно добраться до места происшествия. Звук мгновенно привлек внимание Синди, заставив ее на кратчайшее время ослабить хватку и защиту.

Но этот момент был достаточно долгим.

Мелисса, почувствовав возможность, перенесла свой вес, высоко подняла правую ногу и сильно ударила ею по верхней части правой ступни Синди.

' Хи-да! - крикнула Мелисса.

' Нет !' Пэрис закричала.

Мелисса побежала к отцу так быстро, как только могла.

В тот момент, в тот краткий миг, когда Джек Пэрис увидел свою дочь, бегущую к нему – ее длинные волосы яростно закручивались вокруг ее лица, шеи и плеч – он с любопытством заметил, что у нее лицо Бет. Мудрое, материнское, накрашенное, взрослое лицо Бет на долговязой фигуре Мелиссы, фигуре все еще растущей девочки, девочки, которой суждено стать высокой, изящной женщиной.

Но в своем разбитом сердце Пэрис также знал, что все, чего он когда-либо боялся за свою дочь, произошло одновременно: смерть в колыбели, отлив, скарлатина, кокаин, извращенец в машине, припаркованной возле школы.

В этот момент Джек Пэрис понял, что его дочь прожила всю свою жизнь.

И что он убил ее.

В тот момент, в тот короткий миг Синди Таггарт колебалась, ее правая нога пылала, две ее жизни столкнулись в урагане процедур, боли и сексуального позора. Ее руки были свинцовыми и слабыми, а тело, казалось, не хотело отвечать на ее немедленные требования.

Затем так же быстро она отпрянула и прыгнула.

Она подняла оружие в воздух, тщательно прицелилась в центр спины Мелиссы и нажала на спусковой крючок.

В тот момент, в тот краткий миг, когда Джек Пэрис увидел женщину с безумными глазами, стреляющую из небольшого пистолета в его дочь, гораздо более крупная 9-миллиметровая пуля, выпущенная из ниши, вошла в левую часть груди Синди Таггарт, а затем вылетела наружу. ее лопатка в яростном потоке красной ткани. Пуля ударилась о стальное крыло грузовика GMC на полпути через парковку, а затем шлепнулась на асфальт.

Сержант Синтия Джин Таггарт постояла несколько мгновений, заржавевшая во времени, готовая произнести последний призыв, а затем последовала за теплой свинцовой пулей на землю.

46

МЕЛИССА ЗАКРИЧИЛА РАЗ и сделала последние несколько шагов вперед, врезавшись в грудь отца. Пэрис подхватил ее на руки, развернулся на пятках и помчался обратно по переулку, опустив голову, не зная наверняка, кто произвел второй выстрел и откуда он выстрелил, не зная, была ли Мисси ранена.

Они завернули за угол и ворвались в яркий флуоресцентный свет ресторана Good Egg. Пэрис пробежала всю черно-белую закусочную и отвела Мелиссу в последнюю кабинку, подальше от окон. Он оградил ее от улицы.

— С тобой все в порядке, детка? Пэрис упал на колени и лихорадочно проверял ее спину, руки, ноги, лицо, надеясь и молясь , чтобы его пальцы не вернулись, покрытые красным. — Она причинила тебе боль, детка? '

— Нет, папочка, — сказала Мелисса, теперь дрожа, приближаясь к своему балласту слез.

— Мне очень жаль, детка. Пэрис крепко обнял ее. 'Мне очень жаль.'

Он отстранился и провел еще одну длинную и тщательную инвентаризацию состояния Мелиссы. Синди, похоже, совершенно скучала по ней. Пэрис схватила салфетку и начала вытирать лицо Мелиссы.

Через минуту Пэрис встал и вернулся в закусочную. Пять или шесть посетителей ресторана наблюдали за каждым его движением в состоянии почти кататонического молчания, их сэндвичи, яйца и датская выпечка были готовы на полпути ко рту. Он спросил их всех: «Кто владелец?»

Пара пожилых рок-н-роллеров в джинсах с заклепками, сидевшая за стойкой, указала на мужчину, пополнявшего запасы картофельных чипсов рядом с входом. Пэрис перепрыгнул через стойку и приблизился к нему.

'Как тебя зовут?' — спросил Пэрис.

— Аким, — сказал мужчина, сжимая в руках пять или шесть пакетов чипсов, а глаза почти дрожали от тревоги. Он услышал выстрелы в переулке, и теперь этот человек прибежал к нему на работу с маленькой девочкой, накрашенной под блудницу. Что было дальше ?

'Это ваше место?'

Мужчина кивнул, во рту у него слишком пересохло, чтобы говорить.

— Аким, — сказал Пэрис. Он положил руку на плечо невысокого, крепкого мужчины в засаленном синем фартуке. «Я офицер полиции, а это моя дочь. Боюсь, эта штука может быть не здесь. Мне нужно уйти на время, и я хочу, чтобы она осталась прямо в этой кабинке. Я собираюсь оставить ее на твое попечение. Пусть с ней ничего не случится. Вы понимаете меня?'

Аким имел дело со многими полицейскими – сначала в Бейруте, затем в Нью-Йорке, а теперь и в Good Egg в Кливленде – и он точно знал, что это за конкретная марка. Вы меня понимаете? имел в виду. Он уронил фишки.

«Она будет в безопасности», — сказал Аким. Он заглянул в заднюю комнату, дважды щелкнул пальцами и крикнул что-то по-арабски. Почти сразу появилась полная, широкоплечая женщина лет пятидесяти. Она плюхнулась рядом с Мелиссой и сунула свои большие ноги в проход.

Пэрис остановилась у входной двери и повернулась к Акиму. — Позвони девять-один-один. Скажи им, что в этом переулке стреляли. Скажите им, что женщина тяжело ранена. Скажите им, чтобы прислали скорую помощь».

Аким взял телефон за стойкой и набрал цифры.

Пэрис вышел из ресторана и, неуверенно, безоружный, шагнул в темноту переулка.

Вся сделка заняла меньше двух минут, но Пэрис почувствовала себя на несколько лет старше.

47

СИНДИ ПОТЕРЯЛА много крови. Ее тело выглядело скрюченным и запутанным, как будто ее только что вытащили из ужасной аварии на высокой скорости. Лицо ее имело молочно-голубую бледность.

Пэрис завернул за угол и сразу же нашел свое оружие там, где он его пнул. Он все еще был полностью загружен. Он несколько раз назвал имя Ника, но решил, что после выстрела, от которого упала Синди, Ник, вероятно, пришел его искать .

Пэрис пошла по кровавому следу вокруг зеленого «Бьюика», припаркованного рядом с машиной Синди. Когда он обогнул багажник и увидел состояние Синди, его сердце чуть не сошло с ума от нее.

Около.

Затем он вспомнил горло Элеоноры Берчфилд.

Синди прислонилась к заднему крылу «БМВ». С правой стороны ее груди вырос короткий пурпурный росток внутренностей. Она была жива, и ствол ее пистолета плотно прижимался к бензобаку автомобиля.

— Не подходи ближе, Джек, — сказала Синди. — Твоя девушка в багажнике. Она постучала пистолетом по заднему крылу. — И еще полбака бензина. На мгновение она посмотрела в небо, что-то прикидывая, а затем снова на Париж. «Пять пуль». Она выдавила кривую ухмылку, а затем снова прижала ствол пистолета к танку.

— Где Рита? — спросил Пэрис.

'ВОЗ?'

— Рита, — сказал Пэрис. — Тот, у которого ты взял двустороннюю рацию?

— Ох , она , — сказала Синди. — Дремлю на полу в дамской комнате. Наверное, она тоже отлично проводит время, учитывая, как ты ее одел на вечер. Синди улыбнулась, ее зубы покраснели и блестели в свете ближайшего уличного фонаря. «Ты больной ублюдок ».

Пэрис сделал еще один шаг, держа оружие рядом. — Синди.

— Итак, что ты думаешь, Джек? Мы оба довольно хорошие стрелки, верно? Как вы думаете, что произойдет первым? Я точно попал в бензобак, или ты попал в жизненно важный орган?

'Все кончено.' Париж сделал еще один шаг вперед. Теперь он был в пяти футах от меня. — Ты знаешь, что выхода из этой ситуации нет. EMS уже в пути. Ты должен позволить мне отвезти тебя в больницу.

Пэрис сделал еще один маленький шаг, но выстрел из оружия Синди – дульная вспышка испугала его больше, чем громкий хлопок – толкнул его назад на пятки, инстинктивно прижав руки к груди. Синди прицелилась, не сводя с него глаз, и погасла габаритный фонарь на заднем крыле «бьюика».

Затем Пэрис услышала приглушенные крики Дианы, доносившиеся из багажника BMW.

«Теперь четыре пули». Синди изо всех сил пыталась сесть прямо. Пэрис видела пенистую розовую слюну, текущую из уголков ее рта. Она поднесла пистолет обратно к бензобаку. — Давай договоримся.

'Хорошо. Поговори со мной.'

— Сначала позвольте мне спросить вас кое о чем, — начала она. «Как вы думаете, почему женщины становятся полицейскими?»

— Господи, Синди. Это то, что…

— Ответьте… на этот чертов… вопрос .

Ее тон был ровным и властным. Из уважения к Диане Пэрис на время подавил гнев. 'Я не знаю. Полагаю, по той же причине, что и мужчины.

— Лишь частично, Джек. Понимаете, с женщинами речь идет не только о контроле, но и о контроле над мужчинами . Способность и власть указывать мужчинам, что им делать, когда сидеть и где стоять. Надевать на них наручники, когда захотим. Трахайте их, когда захотим. Это не просто работа, Джек. Это приключение».

Пэрис попытался остановить себя, но потерпел неудачу. — Почему женщины, Синди? Почему невинные женщины?

Еще одна красная улыбка. — Не спешите предполагать, что они невиновны. Никто не невиновен.

Это был приговор, но Пэрис решила немного подтолкнуть его, чтобы она продолжала говорить. — Зачем ты убил Томми?

«Ну, я надеялась, что на этом все и закончится», — сказала она. «Видишь, мне не обязательно делать то, что я делаю. Это не наркотик, не совсем. И хотите верьте, хотите нет, но у меня не было никаких планов делать это снова. Боюсь, Сын Сайлы не разговаривает с моей кошкой.

— Томми был фараоном?

'Что вы думаете? Вы детектив.

Пэрис глубоко вздохнула и медленно выдохнула, зная, что чем дольше она будет говорить, тем больше энергии она потратит.

— Джек, я не могла позволить тебе попасть в гостиницу «Качество», — продолжила Синди. — Эллиотт наверняка возобновил бы дело. Ты знаешь что. Фотография «Сайла делает качество», которую вы нашли, была ошибкой».

— Пожалуйста, Синди. Давайте покончим с этим».

— У тебя нет ничего, что могло бы связать меня с фараоном. Ничего …'

— Ты прав, — сказал Пэрис. 'Вы абсолютно правы. Так что дайте мне пистолет, ладно?

Именно тогда Синди услышала вдалеке первый вой полицейской сирены. Черно-белые события катились. Она закрыла глаза и позволила полуавтоматическому пистолету 25-го калибра звенеть ей на пальце. Она уронила пистолет на землю. «Только не позволяй этой суке в багажнике заниматься этим делом».

Пэрис шагнула вперед и взяла пистолет Синди.

— Максимум три-пять, — сказала Синди, засыпая. 'Вот увидишь. От трех до пяти.

Пэрис подумала о том, как легко было бы в этот момент просто наклониться и наступить Синди на грудь. Приложить весь свой вес к ее расширяющейся ране, перемалывая грязь тысячи инфекций. Или просто свернуть и растоптать ее сердце сквозь кровавую бойню, которая была у нее на спине. Отправь ее к чёрту в этом чертовом красном платье.

«Но нет», — подумал Пэрис. У него были другие планы. — Я так не думаю, Синди, — сказал он.