1

Садина

Война грохотала вокруг них – это были самые жуткие звуки, которые она когда-либо слышала. Взрывы. Трескотня выстрелов. Крики… Минхо вел их через густой лес, не уставая убеждать, что сама битва от них далеко, хотя им казалось, что она идет здесь же, за соседними деревьями. Вдруг Минхо поднял руку, подавая Оранж какой-то знак, и группа остановилась.

На мгновение Садине показалось, что она слышит Фрайпана, который чистит сковородку, насыпав в нее мелкую гальку и выполаскивая в родниковой воде. Но иллюзия развеялась, и остался лишь резкий звук металла – где-то за деревьями с белой корой, стоявших на пути подростков.

– Тихо! – прошептал Минхо.

Грохот приблизился, словно Фрайпан уже не просто чистил сковороды, но стучал одной о другую.

– Что это? – негромко спросила Триш.

Сердце Садины подпрыгнуло так, что биение его она почувствовала в ушах. Она сунула руку в задний карман и вытащила пистолет.

Стук и скрежет металла прекратились, и на смену им пришли булькающие, чавкающие звуки, перемежающиеся с невнятным бормотанием.

– Там что-то есть, – сказал Доминик, указывая кончиком ножа куда-то вперед. Но что он мог сделать с таким оружием?

– Минхо? – позвала Садина, надеясь, что Сирота, как это в кризисных ситуациях делала ее мама, возьмет контроль в свои руки и скажет, что все будет в порядке, но Минхо молчал. Ветер рвал ветви болотных деревьев, стелющихся над землей сосен, которым, казалось, не хотелось вставать во весь рост и подставлять себя под удары топора, шторма или лавины. Но были и другие деревья, которые явно стремились пронзить небо, а оно, в свою очередь, тянуло их вверх, в зенит. Да и сами эти деревья были похожи на оружие – острые, смертоносные копья.

Минхо поднял руку и вновь призвал группу к тишине. Сам он, как и Оранж, вслушивался в то, что происходит. Рокси явно хотела что-то сказать, но промолчала, и только крепче сжала свое длинное ружье.

– Ничего себе! – разрушил тишину Доминик, когда источник шума явился перед ними, выбравшись из лесных зарослей.

Шизы!

Шестеро…

Нет, восемь шизов, скованные одной цепью, тащатся через рощу деревьев с белой корой, прямо перед ними. То же самое, что они видели в берге с этими чертовыми Несущими Скорбь! Шизы неуклюже спотыкались о корни, бились головами в низко нависшие над землей ветви деревьев, но неуклонно приближались к Садине и ее друзьям. На вид это были нормальные люди, обоих полов и всех возрастов, но с глазами, наполненными мертвой пустотой. Бездушные и тупые.

– О, черт!

Не колеблясь, Минхо начал отстреливать шизов одного за другим. Они падали по одному, но, поскольку были связаны по рукам и ногам единой цепью, падение одного вызывало и падение его соседа или соседки, и все они бились на земле как единый чудовищный организм. Не успел Минхо уложить первую цепь, как из чащи показалась следующая, а потом еще и еще… Триш схватила Садину за руку.

К Минхо присоединилась Рокси. Выругавшись, она принялась палить из своего длинного ружья, словно сама была Сиротой и прошла под руководством своего приемного сына все стадии военной подготовки. Садина никак не участвовала в битве, несмотря на то, что была вооружена. Держа Триш за руку, она отступала от наседавших врагов в заросли северной сосны. Рядом с ними отступали Доминик и Миоко. Островитяне не были обучены воевать и не были готовы противостоять армии шизов.

– Говорила я тебе! – крикнула Оранж Минхо, укладывая на землю одного шиза за другим. Упали двое, трое, четверо. Садина смотрела, как Оранж, Минхо и Рокси безостановочно палят из своего оружия, наполняя туманный воздух дымом пороха. Несмотря на то что подстрелить шиза было делом совсем несложным, их становилось все больше, и шли они через деревья волнами, спотыкаясь и вставая, спотыкаясь, падая и вставая вновь.

Вот и до них докатилась война! Черт бы побрал и ее, и все войны на свете!

– Что я тебе говорила? – повторила Оранж. Ее ружье било короткими сериями, и каждый выстрел достигал цели. Но шизы все прибывали и прибывали.

– И что же ты говорила? – крикнул ей Минхо, перезаряжая свое оружие. Нарастающее количество врагов начинало его серьезно беспокоить.

– Сколько шизов нужно связать цепью вместе и пустить сюда, чтобы ты наконец признал, что у Остатков нации есть подземная армия шизов?

Задавая свой вопрос, она одновременно с этим одним выстрелом пробила голову очередного шиза и попутно сбросила камень на макушку другого.

Минхо не стал заглатывать наживку и даже не посмотрел на Оранж, продолжая вбивать пули в тела и головы противника.

– Что это за армия без оружия? – только и произнес он.

Оранж на секунду отвлеклась от стрельбы.

– Идиот! – сказала она. – Шизы и есть оружие!

Рокси уничтожала шизов с завидной скоростью и точностью, демонстрируя истинный талант, о существовании которого до этого никто не подозревал.

– Смотри, она тратит на цепь меньше времени, чем они оба! – сказал Доминик.

Он был прав, но одновременно и неправ, что ему и объяснила Миоко:

– Это не так! К той цепи, что вышла на нее, было приковано пять шизов, а не восемь.

Произнеся это, Миоко вздрогнула от страха.

– А где тогда остальные? – пробормотала она упавшим голосом.

Вот что значит – словами создавать реальность! Где-то рядом должны болтаться шизы, свободные от цепей. И они действительно выползли из ближайшего болота, на четвереньках, упираясь в размокшие кочки обрубками кровоточащих рук – шизы освобождались от цепей, перегрызая себе запястья, и тащились, ковыляли от дерева к дереву, неумолимым потоком, вперед, на врага.

– Минхо! – крикнула Садина.

На островитян шли из болота два свободных от цепей шиза, но Минхо, Орнаж и Рокси были слишком заняты, чтобы отвлекаться.

– Так! Я без патронов! – крикнула Рокси и, выхватив нож, двинулась вперед, на очередную цепь шизов. Садина с восторгом и восхищением посмотрела на храброго воина.

– Минхо! – вновь позвала Садина и, покрепче ухватившись за руку Триш, отбежала от деревьев.

– Доминик! Прикончи его! – крикнула Миоко, показывая на одинокого шиза, приближающегося к ним. Охваченная ужасом, Садина не могла определить, куда показывает рукой Миоко. Впервые с тех пор, как они расстались с Фрайпаном, она обрадовалась, что старик избавлен от необходимости делить с ними опасность.

– Доминик! – вновь завопила Миоко.

– Бей в шею! У тебя получится! – крикнул Доминику Минхо, показывая, куда конкретно нужно бить ножом.

Доминик нерешительно топтался на месте, словно страшно хотел по нужде и не мог решить – под кусты ему писать или в штаны. Посмотрев на Миоко, а потом на Садину и Триш, он почему-то напомнил им:

– Я голосовал за то, чтобы идти домой.

И вдруг с отчаянным боевым криком (Садина и не подозревала, что он на такое способен, а Минхо и Оранж даже прекратили стрельбу и повернулись, чтобы посмотреть) Доминик бросился на ближайшего шиза и одним ударом убил его.

– Я сделал это! – воскликнул Доминик, потрясая над головой окровавленным ножом.

– Отличная работа! – одобрительно кивнул Минхо и, отвернувшись, принялся вновь поливать цепи шизов огнем из своего ружья. Доминик с удвоенной энергией бросился на очередного врага, выползающего из-за деревьев. Этого он уложил двумя ударами. Садина, облегченно вздохнув, отпустила руку Триш.

Нет, Доминик не улыбался, но выражение гордости сияло на его лице. В этот момент ужаса и жестокости Садина осознала сразу две вещи. Во-первых, у Доминика не было каких-либо особых талантов или профессиональных навыков, которые позволили бы ему, как другим из их группы, стать на острове кем-то нужным и даже значительным. Да, он хотел вернуться на остров, но возвращаться особо было не к чему.

И во-вторых, Садина поняла, что на цепи, которую уничтожила Рокси, не хватало трех шизов, а Доминик убил лишь двоих.

И тут, словно огромное кривое дерево из болота, поднялся шиз и вырос за плечами Доминика, который все еще праздновал свою двойную победу.

– Дом! – крикнула Садина, но голос ее дрогнул, и Доминик не услышал ее крика. Когда он почувствовал, что его хватают сзади, то изменился в лице, побледнел, попытался вырваться, но шиз, почти вдвое выше его ростом, держал его крепко и давил. Миоко закричала. Триш хотела было броситься на помощь Доминику, но, поколебавшись, отступила с выражением стыда на лице. Паника охватила Садину. И тут она вспомнила про пистолет. Что она знала про искусство стрельбы? Да ничего, кроме того, что слышала от Оранж и Минхо: перед выстрелом нужно сделать дыхательные упражнения.

– Дом! Не двигайся! – крикнула Садина.

Сделав глубокий вдох носом и на несколько секунд задержав дыхание, она выдохнула через рот, выпустив с воздухом наружу свой страх перед шизами, страх за Доминика, за Триш, за всех, кто подвергал себя опасности, за маму, за всех людей в мире.

И обхватив рукоятку пистолета обеими руками, она спустила курок, вонзив пулю в тупую башку шиза.

2

Александра

Много южнее города, там, где запах дыма уже не достигал ее обоняния, она остановилась, чтобы перевести дыхание. Никогда еще ноги и легкие Богини не были столь измотаны, столь истощены. Никогда еще она не бежала так быстро и так далеко. Внутренним слухом своим Александра все еще слышала грохот взрывов, свист пуль и крики раненых, последние стоны умирающих, и все это, вновь и вновь возвращаясь к ней через лабиринты памяти, заставляло содрогаться и сжиматься ее сердце. Раскатистый гром мощного взрыва заставил вздрогнуть землю, напомнив Александре, что пережитый ею кошмар явился ей не во сне, а наяву. Погиб Флинт, погибли стражи Эволюции, погибло большинство пилигримов. Город взят захватчиками.

Ноги Александры по щиколотки потонули в вязком грунте, и она принялась вспоминать, где Маннус оставил лодку. А вот и она, возле полосы белых берез. Здесь она, пока он собирал их вещи, стояла, отрывая от дерева полосы белой коры. Нужно было заставить Маннуса бежать вместе с ней. Почему она этого не сделала?

Николас. Маннус теперь слишком похож на Николаса.

Некоторое время она может прожить на острове, в компании трех ученых, восстанавливая силы и собираясь с духом. Как только она сообщит им о нападении, они наверняка осознают необходимость форсировать Эволюцию.

Ноги ее промокли, руки дрожали. Она сунула их в карманы мантии. Кто она теперь? Какая-то Богиня! В правом кармане она нащупала колючую ветку болотного розмарина, которым отравила ту женщину-пилигрима. Она вытащила розмарин из кармана и бросила на землю. Совсем не вовремя было бы отравиться самой. Отряхнув ладонь от остатков растения, она вновь сунула руку в карман и нащупала что-то еще. Письмо от Николаса, которое она так и не прочитала из упрямства и чувства ненависти. А может, ей совсем не хотелось читать то, что она и так знала. А что я тебе говорил? Теперь она решила его прочитать.

Ей нужно было знать, что он видел, а она – нет.

Что он говорил напоследок? Он предсказал войну? Было ли это частью экстренного плана по остановке эксперимента? Александра глубоко вздохнула и заглянула внутрь конверта, на котором рукою Николаса было начертано ее имя. Почерк у него был неряшливый. Он объяснял это тем, что мысли его бегут гораздо быстрее слов. Она же считала, что ему недостает самоконтроля. Александра развернула письмо, и сердце ее забилось в бешеном темпе – так, что ей даже пришлось напомнить себе, что Николас более не контролирует ее мысли, хотя и теперь ей казалось, что он стоит рядом и наблюдает за ней насмешливым взором хозяина.

Неожиданно раздался хруст веток, и сердце ее забилось еще быстрее. Она зажала письмо в ладони.

Белка. Это просто белка.

Александра вздохнула.

Неожиданное нападение на город обострило ее чувство опасности. К тому же Александре не хватало ее чая, который так хорошо успокаивал нервную систему. Нужно прибегнуть к обычным дисциплинирующим средствам. Она попробует. Александра вновь обратилась к письму и, развернув его, увидела, какое оно короткое. Меньше странички. А чего она ожидала от мертвеца? Мертвецы немногословны. И тем не менее разочарование, которое ее постигло, ее и озадачило.

Белка, виновник ее мимолетного испуга, пробежала мимо и скрылась в листве стоящего рядом дуба.

Но на том месте, где только что сидела белка, появился человек.

На его физиономии застыла гримаса ужасной боли – таких физиономий Александра не видела даже у мертвецов, которых нынче множество появилось на улицах Нью-Петербурга. Страшнее мертвеца может быть только шиз!

Появившийся из-за ряда берез шиз поднял вверх руку, на которой не хватало части запястья и двух пальцев. Александра смяла письмо Николаса и вновь сунула его глубоко в карман, после чего принялась оглядывать землю вокруг себя в поисках чего-нибудь, чем можно защититься, но местечко было болотистым, и никакой более-менее приличной дубины или каменюки найти ей не удалось. Да, Николас явно издевался над ней с того света!

Как можно быстрее она пошла прочь сквозь лабиринт деревьев и кустов, вынужденно повернувшись к шизу спиной – только бы побыстрее смотаться! Но он не отставал. Нога Александры поскользнулась на торчащем корне, она едва не упала, но это помогло ей увернуться от удара, который нанес ей шиз. Она оттолкнула его, несмотря на острую боль в лодыжке, и побежала в лесную чащобу.

На бегу она принялась выкрикивать последовательности чисел:

– 1, 2, 3, 5, 8…

Числа давали ей энергию и силу. И это было ее единственное оружие:

– 13, 21, 34, 55, 89, 144…

3

Минхо

Неожиданно Минхо услышал женский голос – кто-то громко кричал на фоне гула канонады. Причем не просто кричал: Минхо не сразу, но понял, что кричащая женщина декламирует числовые последовательности. Она что, считает орудийные выстрелы?

Кивком головы он дал Оранж понять, что им пора двигаться на запад. Патронов у них было маловато, и еще одну атаку шизов им не отразить. Да и сил у каждого из них оставалось немного.

– Триш! – окликнула подругу шедшая рядом с Минхо Садина, кивнув в сторону, откуда доносился странный голос.

Триш на секунду остановилась и прислушалась.

– Числа, – сказала она со странным выражением на лице – так, словно внезапно почувствовала облегчение.

Минхо окинул взглядом обоих. Нет у них времени на игры! Здесь не остров!

– Мы идем в другую сторону, – сказал он и показал на запад.

Но Садина не обратила внимания на его жест и двинулась в противоположном направлении, туда, откуда доносился голос, скандирующий числовые последовательности.

– В Книге Ньюта эти числа были обведены кружками, – крикнула она через плечо. – Кто бы там ни был, он скандирует их правильно. И это не совпадение!

– 13, 21, 34, 55, – считала Триш, повторяя то, что кричала неведомая женщина.

– Это то же самое! Клянусь! – отозвалась Садина и повернулась к Миоко и Рокси, ища поддержки.

– Нам следует все проверить, – сказала Миоко.

Рокси же пожала плечами:

– Леди, судя по голосу, не опасна.

Минхо прислушался – не ударит ли орудийный выстрел, но все было спокойно.

– Ладно, – сказал он. – Только держитесь позади меня и будьте начеку.

И, пригнувшись, бесшумно, как кошка, он двинулся вперед. Следуя его примеру, группа двинулась за ним, и вскоре на них, тяжело дыша, из чащи выбежала женщина, которая не переставая выкрикивала числа. Женщина была черноволоса и одета в шерстяную желто-горчичную мантию. Ее преследовал шиз – тот самый, вероятно, которого недоставало в цепи, расстрелянной Рокси.

Минхо прицелился и крикнул:

– На землю!

Но женщина поскользнулась и упала между двумя стволами деревьев, что было кстати. Минхо выстрелил.

Пуля вошла куда надо – прямо в середину лба. Шиз рухнул как подкошенный, всего в нескольких футах от своей жертвы. Минхо внимательно всмотрелся в лесную чащу – нет ли там еще одиночных врагов.

– Всех перебили? – спросил он у Оранж.

– Надеюсь, – отозвалась та, помогая женщине подняться на ноги. Мантия ее была вся в грязи и порвана.

Садина подошла к ней и спросила:

– Эти последовательности, которые вы декламировали – что это за числа?

Женщина покачала головой и одернула свою тяжелую мантию.

Минхо направил на нее ружье и тоном приказа произнес:

– Расскажите нам все, что вы знаете о Божестве и о том, что происходит на севере.

Незнакомка пристально посмотрела на каждого члена группы в отдельности с таким видом, словно они были призраками. Дольше всего она смотрела на Минхо, разглядывая его униформу.

– Ты никогда не сможешь убить Богиню, – сказала она наконец необычайно уверенным тоном.

– Леди! Мы не собираемся убивать ни Божество, – вступила в разговор Оранж, – ни одну из его ипостасей.

Она отбросила в сторону кусок березовой коры. В первый раз Минхо услышал из уст Оранж, что та не хочет уничтожать своих давних врагов.

– Что это за числа? – не унималась Садина. – 1–2–3–4–8… Что они означают?

– «Четыре» не является священным числом, – ответила женщина, и Садина отступила на шаг.

Триш тронула Садину за плечо.

– Покажи ей страницы из Книги Ньюта, где номера обведены, – сказала она.

– Ньюта?! – воскликнула женщина таким тоном, словно только что пережила удар молнии. Хромая, она подошла к Садине и посмотрела на потрепанную книгу, которая та получила от Фрайпана. Минхо обменялся взглядами с Рокси и Оранж. Эта троица считала, что бортовой журнал Клеттер, который они так до конца и не расшифровали, гораздо важнее этой библии островитян.

– Ньют был одним из участников первого эксперимента в Лабиринте, – гордо произнес Доминик. Но откуда этой женщине из Аляски знать про Ньюта?

– Да, это Ньют! – произнесла женщина, в благоговении касаясь книги кончиками пальцев.

Затем она принялась вновь вглядываться в лица Садины, Триш и Миоко.

– А вы… вы – с острова, где живут наделенные иммунитетом, верно?

Казалось, что она пребывает во сне, несмотря на то, что совсем недалеко разворачивается страшная битва. Похоже было, что в своем воображении она отправилась на их остров.

– Да, мы, четверо, оттуда, – ответила Миоко. – А они…

Но она не успела сказать, откуда прибыли Минхо и Оранж, потому что Сирота взглядом попросил ее замолчать. Он по-прежнему держал ружье на изготовку, хотя и опустил ствол.

– Мы пытаемся добраться до Божества, – проговорил Минхо. – Не знаете, как это сделать?

– Я есть одна из ипостасей Божества. Богиня Александра Романов.

Она сложила руки на груди, что могло бы произвести должное впечатление, если бы не грязная, мокрая и драная мантия.

Минхо опустил оружие и кивком головы предложил Оранж сделать то же самое. Она мгновение поколебалась, не уверенная, что он прав, но потом все же последовала его примеру.

Минхо не поверил стоящей перед ним женщине. Ну какая она Богиня? Самый затрапезный наряд, а разговаривает как безумная. Или шиз. Да и выглядит соответственно. Правда, похоже, не опасна.

Триш опять взялась за свое.

– Эти числа, – сказала она. – 5, 8, 13, 21… Что они означают?

– Это – часть природы, часть Эволюции всего и вся. Последовательность жизни как таковой. Движение к кульминации Эволюции не может быть остановлено, сколько бы войн против нас люди не затевали.

Она подняла взгляд на Минхо.

– Богиня… – обратился к ней Минхо и запнулся – он забыл ее имя.

– Романов, – напомнила Александра.

– Богиня Романов…

Минхо и не пытался скрыть, что не верит ей, но он не был уверен, стоит ли потешаться над бедной женщиной.

Вперед вышел Доминик, по-прежнему с ножом в руках.

– Если вы – одна из ипостасей Божества, – спросил он, – то почему вы прячетесь здесь, в лесу, как какой-то бродяга?

В этот момент Миоко саданула Доминика локтем в бок.

– Что такое? – недовольно поморщился он.

Но Минхо думал в том же направлении, что и Доминик.

– Разве может Бог таскаться по болотам? – спросил он.

Александра откашлялась и сказала:

– У меня были причины появиться в лесу, в этих южных болотах.

Она приблизилась к Доминику и стала всматриваться в его лицо. Он отвернулся.

– Мы не всегда понимаем причины, которыми руководствуется наша интуиция, но я достаточно доверяю ей, чтобы явиться сюда. Здесь вы и нашли меня. Иммунитет в вашей крови – вот что привело вас к месту нашей встречи.

Она вновь оправила мантию.

– Вот в чем состоит мудрость Эволюции.

Александра улыбнулась и посмотрела на Садину.

Что-то в Александре напоминало Минхо Несущих Скорбь.

– Где же тогда две остальные ипостаси Божества? – спросил он.

– Они более не существуют.

– Вот как?

Это была уже Рокси.

– Я – единственная из оставшихся. Единственная Богиня.

Александра говорила громко и уверенно, но Минхо не верилось, что Божество способно так легко… раствориться. Что-то в стоящей перед ним женщине было не так. Если верить сказкам, которых так много знал отец Рокси, Бога может уничтожить лишь дьявол.

– И какие же у вас планы? – спросил он. Вдали по-прежнему звучали взрывы. Минхо отлично знал, на что способны Остатки нации, а потому был уверен, что вызванные ими разрушения будут колоссальны.

– Ваш город разрушен! – закончил он.

– Вы есть часть моих планов, – сказала Александра, улыбаясь всем и каждому по очереди и не смущаясь тем, что стоящие перед ней люди относятся к ее словам без особого доверия. Лишь Садина и Триш улыбнулись ей в ответ.

– Мы продолжим дело Эволюции и излечим мир от последствий Вспышки раз и навсегда. Все очень просто.

Конечно, Минхо хотел бы, чтобы все было именно так.

Вспышка и была дьяволом.

Но нечто дьявольское было и в стоящей перед ним женщине.