Но против маршала активно плелись интриги. Нашлись сослуживцы, которые затаили на него обиды, и теперь они высказывались открыто. А когда в июне 1957 года была разбита так называемая Антипартийная группа сталинистов Молотова, Кагановича, Ворошилова и Маленкова, попытавшаяся снять Хрущева с поста генсека, Г. К. Жуков снова активно помог Н. С. Хрущеву.

А тот через четыре месяца «отблагодарил» маршала снятием со всех постов и даже уволил из армии (в 1958 году). Есть некоторая вероятность, что одним из факторов снятия была крупная катастрофа в сентябре 1957 года в городке Челябинск-40, на химкомбинате «Маяк», производившем начинку для атомных бомб.

Н. С. Хрущев на трагическом для Жукова Октябрьском пленуме 1957 года рассказал о том, что «еще в октябре 1954 года Малиновский предупредил его – нужно следить за Жуковым, „растущим Бонапартом“, опасным человеком, который ни перед чем не остановится» [58, 12–13]. И согласно У. Спару, в давнем враге маршала начальнике ГлавПУРа Ф. И. Голикове «Хрущев нашел почти идеального сторожевого пса для опального маршала» [58, 12–13]. Очень долго существовал «запрет ГлавПУРа» на публикацию книги маршала Советского Союза Г. К. Жукова «Воспоминания и размышления» [58, 292]. Но тем не менее на даче опального Маршала в Сосновке, вопреки слежке КГБ и возможным негативным последствиям, его навещали старые товарищи – «маршалы Баграмян, Василевский и Рокоссовский, главный маршал авиации А. Новиков, генералы Антипенко, Кожедуб», Минюк [49, 262].

Каковы же причины опалы великого маршала? Это, вероятно, и промахи самого Жукова (о них уже поведано в данной работе), но и противоречивое отношение к нему правящих политиков. Эти люди, в том числе Н. С. Хрущев и Л. И. Брежнев, вовсе не хотели делиться «славой со стареющим героем в сознании народа» и преувеличивали свои военные деяния [49, 20–21]. Они, скорее всего, к тому же просто боялись этого решительного и сильного человека, советского «Бонапарта». И хотели единолично диктовать «правду» о ВОВ, о Второй мировой войне, о Сталине, о вкладе в победу над Германией маршала Г. К. Жукова и, конечно, самих себя.

После смещения Хрущева в 1964 году Жуков ясно осознал, что политики «не заинтересованы в том, чтобы он рассказал правду о многих серьезных ошибках и просчетах Сталина в военных делах как до войны, так и в ходе ее» [49, 20–21]. Однако опала Жукова при Л. И. Брежневе была смягчена. Леонид Ильич решил более активно использовать тему Великой Отечественной войны и возродить парады Победы – Жуков был как нельзя кстати. В 1965 году на собрание в связи с 20-летием Победы маршал ясно почувствовал, как к нему на самом деле относится народ: как только он появился, ему устроили бурную продолжительную овацию [49, 264].