Взгляд директора не предвещал ничего хорошего.

Я быстро перерыл в памяти все, что произошло со мной плохого за последние дни, и не мог вспомнить ничего хуже, чем драку с Лехой у дома Лены. Неужели милиционеры все-таки составили протокол и прислали на место учебы? Но нет, они же даже не узнали мои данные.

— Присаживайся, Рубцов, — сказал директор, поправив очки и глядя на меня, как на подопытное животное. — Разговор будет недолгий, но важный.

М-да, начало не очень оптимистичное. Я с замиранием сердца сел на стул перед столом директора, ожидая, что он сейчас скажет о том, что вынужден отчислить меня из техникума. Да уж, очень приятная будет новость для родителей и бабушки. Такая, что предки разорвут меня на радостях на части.

— Ознакомься вот с этим документом, Рубцов, — и директор подвинул ко мне лист желтоватой бумаги, с набранным машинописным текстом.

Это было приглашение для участия в чемпионате по боксу между учебными заведениями РСФСР. Для юношей от 16 до 21 года. Через две недели, в конце января. Я прочитал документ дважды, прежде чем понял, что это вовсе не уведомление о моем отчислении. И вздохнул про себя с громадным облегчением.

— Что скажешь, Рубцов? — спросил Анатолий Юрьевич. — Защитишь честь нашего техникума?

Наконец-то я мог глядеть на него спокойно и даже с некоторым вызовом.

— Почему бы и нет, Анатолий Юрьевич? — спросил я в ответ. — Я всегда готов, только скажите. Вот только…

— Ты получишь свободное посещение, — перебил меня директор. — Я подписал два приказа. Вот смотри сюда. Один — это на свободное посещение. Второй — на отчисление, в том случае, если ты вернешься без медали. Хотя бы бронзовой. Но я искренне надеюсь на серебро или золото.

— Но, Анатолий Юрьевич… — начал было я.

Директор предупреждающе поднял ладонь.

— Не хочу ничего слышать. Я и так проявил к тебе снисходительность, когда ты устроил погром в туалете. Наши борцы из-за травм, полученных, между прочим, от тебя, не смогут поехать на очередные соревнования. Поэтому на тебя вся надежда. Если ты не выиграешь, ты испортишь нам все квартальные показатели. А это очень, очень плохо, Рубцов. Ты меня понял?

Он забрал у меня приглашение и приказы.

— Готовься к соревнованиям, Рубцов. С этого самого дня, только предупреди методиста. Я надеюсь, ты нас порадуешь.

Он замолчал и склонился над другими бумагами. Я понял, что аудиенция у нашего монарха закончена, и вышел из кабинета. Поначалу я хотел отправиться прямиком на занятия, а потом вспомнил, что получил освобождение от них. Мне надо только переговорить с методистом. Честно говоря, как будто гора с плеч свалилась. Правда, теперь надо выиграть эти соревнования среди вузов и ПТУ, а я так чувствую, что там будет много серьезных соперников.

Условие, поставленное директором, признаться откровенно, чуток давило на мозги, заставляя напрягаться. Что там говорил Черный ворон по поводу страха? Надо использовать эту энергию на свою пользу? Вот только как это сделать? Ах да, конечно, надо просто перевернуть ситуацию у себя в мозгу.

Вместо того, чтобы бояться, будто я проиграю и никогда не возьму призовые места, надо просто сосредоточиться на том, что это главная моя цель. Ее достижение укрепит мою уверенность в себе, в победе на городских соревнованиях. Я должен считать предстоящий турнир среди учащихся своеобразным полигоном, обкаткой моих навыков, полученных в последнее время. И стремиться к победе, черт подери!

Когда я вошел в кабинет методистки, раздался тоненький визг, и я увидел, что хорошенькая наша Ольга Федоровна, стуча каблучками, мчится навстречу мне. Ух ты, какой эмоциональный прием, давно так девушки не радовались моему приходу. Но нет, оказывается, причина была в другом.

Я не успел ничего сказать, как девушка спряталась за мной и указала дрожащим пальчиком в сторону своего стола.

— Там какая-то тварь ужасная, настоящее чудовище. Хотело меня укусить.

Я насторожился, поскольку подозревал, что из лаборатории факультета биологии могли притащить всякую гадость. Правда, я не был уверен, что у нас есть факультет биологии, у нас ведь техническое заведение, но ведь студенты-биологи из смежного института могли шляться и в наших краях, не правда ли? Может, они запустили сюда питона или крокодила?

Отступать нельзя, за моей спиной испуганная принцесса, которую я, как любой порядочный рыцарь, должен спасти от дракона. Вот вам, опять проверка на храбрость, все, как говорил Черный ворон. Оказывается, мы действительно сталкиваемся с массой опасностей, реальных и воображаемых, в течение дня и смотрим им в глаза. И от того, как мы поступим при этом, и зависит наша дальнейшая уверенность в своих силах.

— Ладно, разберемся сейчас с вашим чудовищем, — сказал я как можно отважнее, расправил плечи, выпрямил спину и отправился к столу методистки. Одновременно на ходу я искал какое-нибудь оружие.

— Будь осторожнее, Рубцов, оно очень опасное, — предупредила меня Ольга Федоровна.

Что там такое, леопард или карманный носорог? Я приблизился к столу, осмотрел его, но ничего не обнаружил. Что за чертовщина?

— А где оно? — спросил я, начиная подозревать, что, кажется, стал жертвой излишней женской эмоциональности. — Где ваше чудо-юдо с девятью головами и десятью ногами?

— Оно там, на столе! — ответила девушка, испуганно прижав руку к своей выдающейся груди. — Смотри, чтобы не прыгнул на тебя.

Внимательный осмотр стола ничего не дал. Только спустя пять минут бесплодных поисков я обнаружил, наконец, чахлую, едва живую от зимних холодов букашку на краю поверхности стола, рядом с горой скоросшивателей.

— Это что же, и есть ваше чудище? — спросил я. — Ну вы даете, я думал, тут Змей Горыныч какой-нибудь.

— Ну конечно, Рубцов, ты даже не знаешь, как я боюсь этих тварей, — чуточку обиженно сказала девушка.

Ладно, чем бы дитя не тешилось… Я придавил букашку сложенным листом бумаги, выбросил в мусорку и отрапортовал:

— Все в порядке, барышня. Враг уничтожен, вы в безопасности.

Некоторое время Ольга Федоровна колебалась, а потом подошла ближе и осторожно спросила:

— А оно точно умерло?

Я бодро кивнул.

— Совершенно верно, можете не опасаться. Если что, зовите меня, я всегда к вашим услугам.

Девушка облегченно вздохнула, подошла ближе, поцеловала меня в щеку и даже чуточку приобняла. Я почувствовал, как ее грудь прижалась к моей. В ноздри проник запах ее духов, тонких и притягательных, правда, с чуточку резким оттенком. Ох ты ж, какие приятные ощущения, когда тебя тискает симпатичная девушка!

— Спасибо, Рубцов, ты мой герой, — сказала Ольга Федоровна.

Девушка наконец отпустила меня и вернулась за свой стол, все еще бдительно осматриваясь по сторонам. Видимо, близость ее благоухающего тела все-таки ударила мне в голову, и я вдруг брякнул:

— Ольга Федоровна, а разрешите пригласить вас в кино?

Сказал, а сам вдруг подумал, а вот зачем я, идиот, спросил это? У нее наверняка есть парень, вряд ли она согласится идти на свидание со студентом со своего места работы. Да еще у меня Лена есть, вот кого надо вести в кино.

Какой же я тупица! Теперь, после отказа Ольги, между нами какое-то время будут натянутые отношения. Хорошо, что у меня будет свободное посещение, хоть в этом повезло. Так думал я, глядя на внезапно порозовевшую методистку, которая вдруг тоже взяла и сказала:

— А почему бы и нет, Рубцов?

Сначала мне показалось, что я ослышался. Но Ольга Федоровна, вернее, просто Ольга, выжидающе глядела на меня, и мне пришлось выдавить из себя:

— Тогда отлично. Что вы скажете насчет завтрашнего вечера?

Девушка просияла.

— Ну конечно, почему бы и нет? Я как раз свободна завтра. Давайте сходим на какую-нибудь комедию.

— Договорились, — с трудом выдохнул я, кляня себя за глупость, и выскочил вон из кабинета, совсем забыв, что пришел договариваться насчет свободного посещения. — Идиот, какой же ты идиот!

Я проклинал себя, стоя возле кабинета, но проходившие мимо старшекурсники приняли это на свой счет.

— Эй, ты кого обзываешь идиотом, малявка? — спросил один из них, высоченный малый с широкими плечами, явный атлет и спортсмен. — Охренел, что ли?

— Это я не вам, — сказал я, все еще не решив, как теперь быть с Ольгой.

Блин, у меня ведь еще и тренировки с Черным вороном, мне сейчас никак нельзя отвлекаться от них. Наверное, я схожу с девушкой в кино, раз уж пригласил ее, а потом пропаду из виду. Да, придется сделать так, ничего не попишешь.

Мои мучительные размышления прервал чувствительный толчок в грудь. Старшекурсники окружили меня и явно желали наказать за проявленную дерзость.

— Ты чего, малявка, решил старших задирать? — спросил другой парень, пониже ростом, но тоже широкоплечий и мускулистый. — Тебя не учили вежливости?

Он еще раз толкнул меня, но терпеть этого я не собирался. Эти придурки просто хотели докопаться до меня. Я увернулся и с силой толкнул его в ответ. Парни чуть было не бросились на меня в драку, но тут их высокий предводитель остановил их и сказал:

— Тихо, ребята, тихо. Давайте не будем лезть в бутылку. Поглядите, где мы находимся, прямо возле кабинетов администрации. Вы хотите быть отчисленными?

Парни огляделись и чуточку остыли, но все равно продолжали сверлить меня сердитыми взглядами. Гигант подошел ко мне ближе и сказал:

— Слышь, малявка, приходи после уроков на задний двор техникума, где сараи раньше были. Там и поговорим, понял?

Лишняя ссора была мне совсем ни к чему, но отказаться я тоже не мог. Поэтому я кивнул и сказал:

— Приду, чтобы порвать ваши гребаные задницы.

Моя самонадеянность чуть снова не вызвала драку, но высокий лидер утащил ребят, утешив их тем, что они хорошенько отдубасят меня во время следующей встречи. Я облегченно вздохнул, глядя им вслед, и тут дверь кабинета Ольги открылась.

— А, это ты, Рубцов, — прощебетала девушка. — Хорошо, что ты не ушел. Я буду оформлять твое свободное посещение, позже зайди, чтобы подписать все необходимые документы. А пока что давай, до встречи.

Она тихонько и многозначительно пожала мою ладонь и убежала по делам, стуча каблучками по коридору. Я посмотрел на нее сзади, любуясь ладной фигуркой, затем тяжело вздохнул. Почему каждый раз, когда я прихожу в техникум, со мной здесь случаются какие-то несуразицы? Что за проклятое место?

Поскольку мои затруднения с учебой теперь неожиданно решились, я получил немного свободного времени, чтобы сходить на тренировку в «Орленок» и попытаться все-таки обсудить с Худяковым, как я буду заниматься. Но сначала мне надо зайти к врачу, чтобы узнать про болезнь бабушки.

Где находится поликлиника, я еще вчера посмотрел в медицинской карточке бабушки. Недалеко от нашего дома, пришлось дождаться трамвая и катить на нем, слушая стук колес по рельсам и пронзительные трезвоны. По дороге я успел купить бублики и бутылку кефира и перекусил на ходу, еще на остановке. Дел настолько много, что я не успевал нормально пообедать.

Возле кабинета врача выстроилась очередь человек в пятнадцать, среди них было много пенсионеров и пожилых теток. Я даже не стал соваться к врачу, зная, что они тут же устроят сущий ад. Вместо этого я отошел подальше, дождался, пока выйдет медсестра, хорошенькая пухлая девушка, и схватил ее за рукав.

— Девушка, я внук Рубцовой Веры Геннадьевны, — объяснил я. — Скажите пожалуйста, можно узнать подробности про ее болезнь? Дело в том, что мы подумываем о том, чтобы уговорить ее лечь в больницу, а она не соглашается. Скажите, пожалуйста, как нам быть?

Медсестра сначала нахмурилась и хотела отослать меня к врачу, но потом, поглядев на мое встревоженное лицо, смягчилась.

— Рубцова, Рубцова… — пробормотала она, вспоминая мою бабушку. — Ах да, припоминаю. Вы знаете, последние анализы, которые она сдала, были очень хорошие. На этой неделе врач пойдет на обход, она обязательно зайдет к вам и все объяснит. Пока что необходимости в госпитализации не имеется. Может быть, позднее, но пока что не надо.

— Спасибо большое! — обрадованно крикнул я, обнял и чмокнул обомлевшую девушку в щечку и помчался из больницы.

Теперь мне надо было встретиться с Худяковым. Пока я ехал обратно в родную секцию «Орленок», мне подумалось, что разговор с ним будет намного продуктивнее, если я преподнесу ему бутылочку горячительного напитка. Возможно, тогда мой тренер будет сговорчивее и просто подмахнет все необходимые бумаги для участия в соревнованиях, а сам не будет мешать мне тренироваться с Черным вороном. Кажется, план вполне неплох.

Вот только лишних денег на покупку бодрящего пойла у меня пока не имелось, а подсовывать тренеру какую-нибудь ерунду я не собирался. Еще разозлится, чего доброго, да и вовсе перекроет мне кислород.

Поэтому пока что я просто пришел к нему на тренировку. Как и вчера, занятие проходило с переменным успехом. Худяков все так же нырял в подсобку, для того, чтобы «заправиться топливом», а я по большей части был предоставлен сам себе. Тренер довольно равнодушно воспринял новость о том, что я буду участвовать в еще одном турнире, пробормотал только:

— Куда тебе столько состязаний? Ну, как хочешь, если пойдешь, я возражать не буду.

Затем он снова оставил меня. Впрочем, это время я не потратил даром, а продолжал усиленно отрабатывать технику ударов руками, а также движений ног и корпуса. Работа туловищем и маневрирование всегда были моей коронной фишкой, а теперь вместе с Черным вороном я собирался достичь в этом деле новых высот.

— Эй, как дела? — когда я стоял и отдыхал в перерыве между упражнениями, ко мне подошел давешний рыжий парень в сверхлегком весе. — Ты чего такой задумчивый? Все о соревнованиях думаешь?

Я и в самом деле думал о предстоящих турнирах. Так уж получилось, что мне пришлось участвовать в них с разбегу, почти без подготовки. Теперь, несмотря на все наставления Касдаманова, меня терзали сомнения, что я не успею подготовиться к ним.

— Плюнь ты на них с высокой колокольни, — беззаботно сказал рыжий боксер. Как же там его звали, я чего-то подзабыл. — Самое главное, просто представь, будто это простой спарринг, от которого ничего не зависит. И тогда тебе станет пофиг на судей, зрителей и даже самого противника. Просто дерись на пределе своих возможностей, и кто знает, может, тебе повезет занять первое место?

Совет был дельный. Это же все та же самая психология, черт бы ее побрал. Я пожал парню руку.

— Мы в прошлый раз толком не познакомились. Меня зовут Виктор. Виктор Рубцов.

— А я Миша Закопов, — ответил рыжий и конопатый. — Я, кстати, тоже в городском первенстве участвую.

Мы болтали еще пару минут, а потом продолжили тренировку. Закончили вместе, а когда я вышел из спортзала, то обнаружил на остановке Мишку и еще одного боксера, спокойного и медлительного тяжеловеса Дмитрия Сазонова, по кличке Паровоз. Мы поговорили, и оказалось, что они тоже едут в мою сторону. Мне все равно надо было в техникум, чтобы подписать бумаги по свободному посещению, а потом встретиться со старшекурсниками.

Я распрощался с ребятами по секции у ворот техникума, а сам отправился к зданию. Снова пошел снег, на улице было холодно, как на станции Мирный, поэтому я шел быстрее, чтобы согреться. Но не успел дойти.

Сбоку раздался свист и крик:

— Эй, малявка, иди сюда!

Я оглянулся и увидел группу старшекурсников, стоящих вдали у строений на заднем дворе техникума. Там росли толстые дубы, закрывающие своими стволами обзор из окон здания, так что хулиганы не опасались, что их увидят. Ну вот, а я рассчитывал встретиться с ними чуточку позже, когда соберу ребят на подмогу. Ладно, придется идти, не нападут же они все на одного.

Скрипя подошвами обуви по снегу, я подошел к противникам.

— Ну, кому ты собирался надрать задницу? — спросил здоровяк и начал быстро надвигаться на меня.