С большей вероятностью техническая креативность общества определяется уровнем его питания. Хорошо известно, что скрытый голод, то есть существенное долгосрочное абсолютное недоедание, не приближает смерть и даже не сказывается на здоровье, но снижает уровень энергии индивида, превращая его в летаргичное, вялое существо. Таким образом организм отвечает на недостаток питания, и то, что нередко называют ленью, в реальности является результатом, а не причиной бедности и недоедания. Разумно ожидать, что в обществах, в которых распространен скрытый голод, будет сложнее найти инициативу и амбицию, необходимые для экономического прогресса.

Особенно пагубную форму скрытого голода представляет собой синдром младенческого дефицита белков (IPDS). Значительное недополучение белков по сравнению с минимальным уровнем, необходимым для роста организма в первые 18–24 месяца жизни, необратимо затормозит умственное развитие. Специалисты по демографической истории согласны с тем, что различия в уровне питания ведут к заметным различиям в росте, биологическом созревании, скорости старения, сопротивляемости болезням, плодовитости и т. д. Имеются серьезные причины подозревать, что нервная система и мозг не защищены от этих влияний. Если недостаточное питание может в существенной степени снизить средний уровень реализованного интеллекта населения, то оно, скорее всего, сильно скажется на темпах технического прогресса. Отказ от устоявшихся приемов работы, особенно в том случае, если прежняя технология использовалась долгое время, требует энергии и инициативы, так же, как и способности четко размышлять на чисто интуитивном уровне. Для того чтобы оценить, работает ли данная идея, новатор должен проводить некое умозрительное различие между условной и безусловной вероятностью; иными словами, он должен быть в состоянии представить себе результат данного изменения при сохранении всех прочих условий. Подобное мышление требует проведения мысленных экспериментов и, соответственно, умения размышлять. Повреждения мозга, вызванные неадекватным питанием, необратимо лишают человека этой способности[79]. Таким образом, может оказаться, что некоторые общества обладают более существенными объемами интеллекта на душу населения не из-за каких-то биологических различий между расами, а вследствие бедности и невежества в отношении питания, необходимого детям.

Важен ли более высокий средний уровень интеллекта? Этот вопрос служит предметом дискуссий. Очевидно, что, если IPDS и был важен в прошлом, он все же не предотвратил появления исключительно креативных индивидов, обладающих высоким интеллектом. Неадекватное питание в первую очередь сказывается на низших слоях общества – рабах, крестьянах и рабочих. Если технические изменения – особенно внедрение новых устройств, применяемых в повседневной работе, – требуют сотрудничества со стороны руководства и рабочей силы, то уровень адаптируемости и интеллекта, присущий рабочей силе, вполне может сказываться на финальном результате. Технический прогресс в этом отношении не является гомогенным. Высокая квалификация рабочей силы содействовала внедрению инноваций в сельском хозяйстве, горном деле и судоходстве. В сфере производства и услуг, особенно на современных фабриках и при предоставлении услуг массового характера, например в сетевых фастфудах, большее значение могут иметь дисциплина, послушность и готовность подчиняться отупляющему распорядку. Как недавно отмечал Райт (Wright, 1987, p. 326), вполне возможна ситуация, когда гении создают технические системы, а работают на них идиоты. В более отдаленном прошлом, до эпохи массового производства и единообразных компонентов, подобные системы были менее вероятны. Эпоха крестьян и ремесленников требовала интеллекта и сообразительности при непосредственной работе с любой техникой.