Накал

Кряхтеть на трупе Тони Мутный закончил даже чуть раньше, чем Гера с Леной. Он уселся рядом с ней и опёрся спиной о заднее колесо, продолжая наблюдать за друзьями. Мысли текли плавно и были они очень странными. Мутный думал: «Вот почему, как только кончишь, секс начинает казаться отвратительным? Ещё минуту назад шишка дымила, глядя на то, как Гера порет Ленку, а сейчас они кроме смеха не вызывают никаких эмоций. Корчатся там, вот это всё, кричат, стонут…»

Он даже из-за машины выглянул, посмотреть, что делают остальные бойцы. А те спокойно себе курили, посматривая на то, как человек, вышедший из тьмы, трахает их хозяйку. Хотя какая она им хозяйка, это ведь его люди, и Ленка не имеет к ним никакого отношения. Нет, командовать ими она, конечно, может, но его приказ всё равно будет последним.

Наркоман поднялся и прошёл к своим, чтобы стрельнуть табачку. Курить он бросил давно, резонно посчитав, что от никотина нет никакого понта. Вот трава или опиум – понятно, с них хоть балдеешь. После табака, разве что изо рта воняет, как от лошадиной жопы, вот, в общем, и весь прикол. Однако сейчас отчего-то ему сильно захотелось именно никотина, а отказывать себе хоть в чем-то он не привык.

– Замути-ка мне покурить, – попросил он ближайшего бойца с самокруткой.

Тот молча кивнул и принялся соображать такую же для босса. Насыпал самосад в кусок пожелтевшей от времени газеты, послюнявил краешек и несколько раз прокрутил получившийся цилиндрик в пальцах.

– Нихуя ты её обвафлил, – ухмыльнулся Мутный, но самокрутку всё же принял и прикурил.

Спустя всего пару секунд после затяжки голова пошла кругом, появилась некая лёгкость во всём теле. Жаль, что этот кайф длится недолго, а при регулярном курении и вовсе пропадает.

Тем временем его друзья закончили обмен биологическими жидкостями. Лена раскорячилась и принялась вытирать промежность, из которой обильно вытекала слизь. А так как под рукой ничего подходящего не было, в ход пошли собственные трусы, которые вскоре полетели в сторону. Она натянула камуфляжные штаны и с каменным лицом посмотрела на бойцов. Те сразу сделали вид, будто не смотрят и принялись наводить суету.

Гера тоже натянул штаны, которые больше напоминали какие-то лохмотья и теперь уже прямой наводкой направился к другу.

– Здорова, долбоёбина! – растянул руки для объятий он.

– Да иди ты на хуй, бомжара, – вернул ему Мутный и они обнялись, похлопывая друг друга по спине. – Ты где эту ссанину взял?

– Думаешь, там выбора до хуя? – кивнул в сторону тьмы Гера и осмотрел наполовину истлевшие штаны. – Да поебать, всё не с голым хуем. Спасибо, кстати.

– За чё?!

– За спасение и за дозняк. Пригодился, чтоб время скоротать.

– Да это вообще хуйня, у меня этого кайфа теперь хоть жопой жри.

– У нас, – в разговор влезла Лена.

– Да по хуй, – отмахнулся наркоман. – Ты чё, Воблу поднимать будешь, нет?

– Не знаю даже, – пожала плечами Лена. – Какая-то она ебанашка стала в последнее время. Совесть её не по хуйне ебёт.

– Она наша, – покачал головой Гера. – Мы вместе с самого начала. Так что поднимай.

– Как скажешь, – ухмыльнулась она и направилась к телу подруги.

– Ну чё, как дела-то вообще? – спросил Гера.

– Да хуй поймёшь, – отозвался Мутный. – Ещё недавно всё было заебись, а сейчас какая-то хуйня нездоровая началась. О, кстати, а это не ты наших людей хуячишь?

– Нет, – спокойно ответил тот. – На хуй оно мне нужно?

– Так-то да, – почесал макушку Мутный. – Узнать бы кто, кожу живьём сдеру.

– А ты с чего вдруг на меня подумал?

– Да там понимаешь, такая хуета… – наркоман на секунду задумался. – Короче их ебашут люди, у которых глаза чернеют. Помнишь, как тогда, перед тем как, ты в тьму вошёл, на нас хуеплёт один напал.

– Угу. Только это нереально.

– В смысле?

– В прямом, я прогнал ту тьму, которая им управляла.

– А это тогда что? – Мутный кивнул в сторону столицы, которая до сих пор была накрыта непроницаемым, чёрным куполом.

– Как я понял, это разрыв границы между мирами, – попытался объяснить Гера. – Я говорил с той сущностью, которая была там заперта.

– И чё ты с ней сделал?

– Помог вернуться в мир хаоса.

– Хуяуса! Гера, мне кажется, тебя крупно наебали…

– Ты охуел, сука! – из-за машины, полная гнева выскочила Тоня с пистолетом в руках. – Я тебе яйца отстрелю, пидорасина!

– Ох ебать! – округлил глаза наркоман и поспешил спрятаться.

– Вылезай, пидор!

– Да шла б ты на хуй, пизда с ушами! – выкрикнул он из-за машины.

– Ты совсем охуел?!

– Да чё, блядь, не так-то?!

– По-твоему, насиловать мой труп – это нормально?!

– Ну я хуй знает, ты вроде не сопротивлялась.

– Сука! – взревела девушка и, упав на землю, выстрелила в ногу наркомана.

– А-а-а-а, блядь! Тварь ебанутая! – взревел Мутный и рухнул на землю.

– Успокойся, Тонь! – попытался угомонить девушку Гера.

– Я, блядь, ща успокоюсь! Вначале этому долбаёбу яйца отстрелю и сразу успокоюсь!

– Гера, убери от меня эту ебанашку! – взвизгнул Мутный, когда Тоня начала обходить машину. – А-а-а-а, сука, съебни от меня! Илюша, блядь, ты где, уебан лохматый?!

Мутант словно ждал. Он с рёвом вылетел из кустов в обочине и прежде чем Тоня успела надавить на спуск, ударил её в грудь огромным кулачищем. Девушку смело с ног и со всего размаха влепило в высокий бампер «Урала» позвоночником. Раздался противный, влажный хруст, и она с хрипом, и с кровавой пеной на губах сползла вниз.

– Да ёб вашу мать! – вскрикнула Лена. – Я её только что оживила! Вы заебали меня уже!

– Хули ты на меня орёшь?! – огрызнулся Мутный. – Я сам охуел!

– Бля, убери свою обезьяну.

– Сама ты макака ебаная! Илюшенька, фу! – скомандовал тот.

Гера наблюдал за своими друзьями с улыбкой. Он скучал по всем этим забавным разборкам, особенно по Мутному и его косякам. Но теперь он вернулся, он наконец-то свободен.

– Да не тронь ты эту дуру, лучше мне ногу отремонтируй. Я её ещё разок выебу сейчас и в очко нассу, чтоб пиздела поменьше.

– Да завали ты свой ебальник! – рявкнула Лена. – Отвлекаешь.

– Ты чё, собаками обоссаная! Я те говорю: отвали от тушки.

– Сука, заебал ты меня! Гера, убери этого долбоёба!

– Мутный, отвали ты от них, – вступился тот.

– Не, ну ты видел? – наркоман выбрался из-за машины, прыгая на одной ноге. – Сука! И главное – ни с хуя. Подумаешь, отъебали её, невелика потеря.

– Вы чего, поругались с ней, что ли?

– Ну так, – покрутил пальцами в воздухе наркоман. – В последнее время не даёт.

– В последнее, это как?

– Лет тридцать примерно, – поморщился тот.

– М-да, действительно, – ухмыльнулся Гера.

– Ой, да шла бы она на хуй, дурра, бля. У неё вообще крыша едет конкретно. Взяла себе кочан прострелила. Вот спрашивается: на хуя?

– Лена говорит, у неё совесть проснулась.

– Да чтоб у неё хуй на пятке вырос. Как ссать – так разуваться. Заебала она со своим нытьём.

Лена едва успела поднять Тоню, когда завертелась очередная канитель. Бойцы, что толпились кучкой в стороне, вдруг зашевелились, растягиваясь по периметру. Естественно, что никто не обращал на них никакого внимания, ведь боссы были заняты исключительно собой.

Гера умер первым. Тот, кто рулил всей этой процессией, прекрасно понимал, что из всех четверых именно он самый опасный противник. В этот момент Мутный продолжал распинаться по поводу Тони и её сучьего характера, когда его лицо забрызгало кровью Геры. Однако понять он ничего не успел, потому что следующая очередь разворотила ему лицо и прошила лёгкие. Они оба умерли мгновенно.

Впрочем, и Лена долго не прожила. Она едва успела вытереть рот, после того, как отрыгнула душу в Тоню, пуля пробила ей основание черепа и вышла через горло спереди. Еще одна попала в затылок и несколько в спину.

Тоню ещё трясло в припадке. Первый вдох она сделала лишь секунду назад. Она даже не видела, как один из бойцов выпустил ей пулю прямо в лоб. Череп в затылочной части не выдержал кинетической энергии снаряда и разлетелся мелким крошевом, разбрызгивая мозги.

Единственный, кто успел адекватно отреагировать на произошедшее – Илюха. Ручной мутант Мутного. Как только монстр понял, что его хозяин убит, он бросился в схватку с неравным противником. Первого бойца, что попался ему под руки, он попросту разорвал пополам. Второго схватил за руку и, описав его телом широкую дугу в воздухе, со всей силы приложил им о заросший асфальт. Трава даже близко не смягчила приземление, и умирал он очень долгой и мучительной смертью.

До третьего мутант дотянулся уже на пределе возможностей, ведь всё это время в него летели пули. Да, большинство из низ застревали в мышечной массе, причиняя лишь боль и дискомфорт. Но некоторые вырывали из него куски плоти, увеличивая кровопотерю. Около трёх свинцовых конусов засели в шее. Он даже лишился глаза, но до третьего врага всё равно унёс с собой. Илюха попросту оторвал ему голову, так как на большее сил уже не оставалось.

В живых осталось пятеро, но и им не суждено было покинуть это место. Как только вокруг не осталось никого живого, они синхронно поднесли оружие к подбородкам и вдавили спуск. Сделано это было настолько точно и чётко, что на землю они рухнули одновременно. Если бы кто-то видел происходящее со стороны, он наверняка бы сделал вывод, что всеми ими управлял один человек. Хотя, глядя в их чёрные, кажущиеся бездонными, глаза, с утверждением о человечности кукловода, скорее всего, возникли бы сомнения.

*****

Первой, как всегда, пришла в себя Лена. И первое, что она увидела, это безжизненный взгляд Тони, направленный в небо.

– Да вы, блядь, издеваетесь! – закатив глаза, выругалась она. – Опять?!

Минут двадцать она ползала на четвереньках вокруг друзей, поднимая их по очереди. И сейчас, впервые за долгие годы он перестал быть ей в тягость, а порядок оживления навивал ностальгические нотки. Ведь сегодня она, как и прежде, начала с Геры. Лена даже сделала паузу, прежде чем перебраться к телу Тони, дождалась, пока её любимый сделает первый вдох.

И вот, как в старые добрые времена, они вчетвером восстали среди разбросанных рядом тел. Гера бегло осмотрел их, сухо ухмыльнулся и втянул в себя несколько частиц. Все движения привычны, отточены до идеала и никакая материя не может им сопротивляться. Души покинули тела бойцов и в равных количествах поделились между друзьями. Каждому досталось по две.

Наслаждение, о котором они успели забыть, ввиду долгого отсутствия Геры, вновь захлестнуло их с головой. Рядом с ним не стояли рядом никакие наркотики, даже самые совершенные. Сама жизненная сила, энергия бога, если угодно, наполнила их тела. И если Геру с Леной ничего не смущало, и они начали трахаться прямо на трупе одного из бойцов, то Тоня некоторое время колебалась. Она даже попыталась усладить себя рукой, но зачем, когда рядом есть Мутный. Едва его напряжённая дубина возникла возле лица девушки, контроль был утерян. Очнулась она, когда её тело билось в сладостных конвульсиях от множественного оргазма. Ох, как же давно она не испытывала этот кайф…

Обнажённые, среди пустоши, на границе тьмы, они отвалились друг от друга и на некоторое время мир вокруг погрузился в звенящую тишину. Лишь тяжёлое дыхание его нарушало.

– Это что за хуйня произошла? – первой разрушила идиллию Лена.

– Похоже, что нас пизданули, – подметил Мутный. – И я наконец-то выебал тощую суку.

– Пошёл на хуй, – тихо огрызнулась Тоня.

– Да я лучше в очко к тебе ещё раз заеду, ха-ха-ха, – загоготал наркоман.

– Да заткнитесь вы оба! – рявкнула Лена. – Почему наши люди по нам стреляли?

– По той же причине, что и Кухорь, который пытался вскрыть тебе глотку, – отчего-то совершенно спокойно ответил Мутный.

– Так, стоп! – замахал руками Гера. – Ни хуя не понял. Кто такой Кухорь, и что за хуйня здесь произошла?

– Нас только что въебали, – пожал плечами наркоман. – Как, блядь, котов помойных.

– Ну, я бы не стала выражаться столь категорично, – пробормотала Лена.

– Чё?! – обернулся на неё наркоман. – Да ты даже пёрнуть не успела, как твои мозги по капоту раскидало. Илюху моего… Пидоры!

– Кто, бля, такой, этот Кухорь?! – повторил вопрос Гера. – Вы заебали, можете нормально объяснить?

– Да он здесь вообще ни при чем, – отмахнулась Лена.

– Хуясе, ни при чём! Да ты ему весь ебальник изрезала! – возмутился Мутный. – Короче, Гер, какой-то хуй хочет нас всех разъебать. Вначале партнёра моего пизданул, затем вот на шаболду твою Кухоря натравил. А сейчас вообще… вот…

– М-да, рассказчик из тебя, пиздец, – усмехнулась Тоня.

– А чё за хуй? – уточнил Гера.

– Я ебу?! – развёл руками наркоман.

– Весело здесь у вас, – почесал переносицу маг.

– Да какое там, – отмахнулся Мутный. – Тоска – пиздец. Вот, может, пару пару дней как веселье началось. Кстати, ровно тогда, когда мы тебя нашли.

– И хули ты прищурился? – усмехнулся Гера. – Думаешь, это я?

– Ну я хуй знает…

– Ты ебанутый?! – вступилась за любимого Лена. – На хуя ему в таком случае, себя-то убивать?

– А чтоб подозрения отвести.

– Я смотрю, у вас ни хуя не меняется, – добавил Гера, продолжая ухмыляться. – Мутный, кончай хуепорить. Хотел бы я вас въебать, сделал бы это в тысячу раз проще и быстрее.

– Так что же не сделал? – подала голос Тоня.

– В смысле? – Мутный обернулся на подругу. – А с хуя ли он должен был…?

– Потому, что обещал, – перебила его та и вонзила взгляд в мага.

– Так, я сейчас не поняла? – Лена встала в позу и принялась поочередно смотреть на обоих. – Вы это, блядь, серьёзно сейчас?!

– Не всё так однозначно…

– Гер, а ты не охуел, а?! Ты чё, реально нас убить собирался?! – Лена окончательно переключила внимание на возлюбленного. – Это как вообще понимать?! Может, мне вас и воскрешать не стоило? На хуя я сюда каждый год приезжаю, помогаю тебе из этой хуеты выбраться?

– Ну пиздец! – только и смог что ответить Гера.

– Да, дорогой, точнее и не скажешь. Не пошёл бы ты теперь на хуй! – Лена развернулась и сделала вид, что уходит.

– Э, истерика с припездью, – окликнул её Мутный, – ты пешком, что ли, ебашить собралась?

– Сука! – задрав голову к небу, прокричала Лена.

Она остановилась, но обратно возвращаться не спешила, всем своим видом показывая, что обиделась. Гера некоторое время смотрел на девушку с задумчивым видом, а затем, махнув рукой, переключился на Мутного.

– В общем, да, я хотел, ещё тогда, в Нижнем. Мы столько дерьма натворили, я думал…

– Ой, да мне по хуй, – отмахнулся наркоман. – Мы тогда фестивалили, я того в рот ебал как… Мне самому всякая хуйня в голову лезла. Ты вот ответь просто: это ты сейчас нас въебать пытаешься?

– Нет, – покачал головой Гера.

– Может быть, это ты, ебанашка? – Мутный перевёл взгляд на Тоню.

– Вот это, – она обвела взглядом поляну, на которой они расположились. – Точно не моих рук дело.

– А что тогда твоих? – ухватился за суть Гера.

– Уже неважно, – пожала плечами она.

– Нихуя-а-а, – с прищуром посмотрел на неё Мутный. – Ещё как, блядь, важно! Говори, шкура ебаная, пока я тебе сапог в пиздень не затолкал!

– Я к Сумраку ходила.

– Ох ебать меня в ноздрю! Ты чё, совсем пизданулась?! – вся обида Лены улетучилась в мановение ока, и она нервной походкой вернулась в компанию друзей.

Едва она приблизилась, как Тоня тут же полетела с ног на землю от жёсткого удара локтём в челюсть. На этом Лена не остановилась и продолжила пинать подругу ногами. Вот только перед ней была уже не та Тоня, которую она знала. Получив пару ощутимых ударов в живот, она сгруппировалась. Боль помогла развеять первичный шок от пропущенного в челюсть и при следующем ударе, нога подружки угодила в захват. Следующим движением Тоня отправила Лену в свободное падение, а затем, выполнив перекат, она перехватила инициативу.

Теперь уже Тоня оказалась сверху и принялась разбивать лицо подруге. И от её ударов увернуться у Лены не получалось. Они сыпались один за другим, точные, жёсткие и очень болезненные. Однажды ей удалось связать ей руки, дабы хоть на секунду прекратить получать, но удар головой в переносицу, причинил ещё больше повреждений. Не прошло и десяти секунд, как её красивое лицо превратилось в кровавую маску. Возможно, Тоня забила бы Лену до смерти, но вмешался Гера.

Он втянул в ладонь несколько пролетающих мимо частиц и сформировал воздушную волну, которой Тоню и сбрило с подруги. Девушка упала на спину и хотела, было, снова сорваться с места, но в этот момент прямо перед её горлом, выросли острые сосульки. Небо перекрыло лицо Мутного, который в этот момент склонился над ней, растянув наглую ухмылку.

– Ну всё, пиздец тебе, вобла! Давай, Гера, вали крысу ебаную!

– Это не выход, – покачал головой тот.

– Да с хуя ли?! – вскрикнула Лена. – Она предала нас!

– Ну давай, чего ты ждёшь? – с вызовом, спросила Тоня. – Я всё равно не отступлю. Вам действительно проще меня убить.

– Гера, не тупи! – надавила на любимого Лена. – Если этот Сумрак доберётся до нас, я больше не смогу вас воскресить!

– Вот это ни хуя себе новость! – Мутный тут же утратил интерес к Тоне. – И хули ты молчала?!

– А ты что за хуй, чтоб я перед тобой отчитывалась?!

– Блядь! Ну как минимум партнёр по бизнесу!

– Ебать ты незаменим, пиздец! Ха-ха-ха, – залилась хохотом Лена и в совокупности с окровавленным лицом это выглядело довольно жутко.

– Кто такой этот Сумрак, и почему ты решила, что не сможешь нас воскресить? – задал верный вопрос Гера.

– Он чужак, не из нашего мира, – вместо неё ответила Тоня, – На него не действуют наши законы. А может, это его дар, сводить на нет наши таланты.

– Он Царя убил, – добавила Лена, – и я не смогла его…

– Нужно было отсосать спящему красавцу, – высказал своё мнение Мутный, – И в очко поцеловать. Ха-ха-ха.

– Это только ты у нас трупы ебёшь, ублюдок!

– Блядь! Заткнулись все на хуй! – взревел Гера и чтоб наверняка привлечь внимание друзей, устроил удар молнии, грохот от которой заставил всех встрепенуться.

– Ни хуя себе ты там научился! – округлил глаза Мутный и попытался прочистить ухо мизинцем. – Блядь, я оглох на хуй!

– Заткнись, Мутный, я тебя прошу, – с нажимом повторил Гера.

– А, не… ни хуя, слышу! – обрадовался в ответ он.

– Его проще убить, чем заставить заткнуться, – с ухмылкой добавила Лена.

– Зачем? – Гера отмахнулся от приятелей и внимательно уставился на Тоню.

– Потому, что мы зло, – ответила та.

– Да она просто бизнес наш под себя подмять хочет, – высказал своё предположение Мутный, а Тоня в ответ расхохоталась.

– Бизнес?! Ха-ха-ха! Какой же ты тупой, это пиздец!

– Чё?! – подался вперёд наркоман с целью пнуть девушку по рёбрам, но Гера не позволил.

Он снова сформировал воздушную волну, которая отшвырнула Мутного в сторону. При этом он продолжал контролировать предыдущее заклятие, что не позволяло Тоне подняться на ноги. Хотя в нём уже не было особого смысла, ведь она уже успокоилась и не собиралась продолжать драку.

– Это Сумрак берёт людей под контроль?– Гера продолжил спокойно разбираться в ситуации, в которой оказались его друзья.

– Не думаю, – покачала головой Тоня. – Когда я к нему приехала, Базар уже был мёртв и на Лену напал Кухорь.

– Кто такой этот Базар?

– Мой партнёр, – ответил Мутный.

– Гнусный пидор! – в один голос с ним отозвалась Тоня. – Очень мальчиков маленьких любил.

– Ну и чё, у всех есть недостатки, это не повод… – заступился за жирного наркоман.

– Недостатки?! – даже Лена не выдержала подобного сравнения. – Мутный, ты долбоёб?!

– Я, конечно, хуй его знает, – пожал плечами тот, – но на достоинства это явно не тянет.

– Ой, иди на хуй! – раздражённо отмахнулась та и обернулась к Тоне: – Он взял заказ?

– Кто? – не сразу сообразила она.

– Блядь, конь в пальто! Сумрак, конечно.

– При мне – нет. Он хотел пообщаться с Фантомом, прежде чем решить.

– Всё, ебать, нам пизда, – всплеснул руками Мутный. – А я ещё в прошлый раз говорил: нужно вернуться и порвать этому мудаку очко!

– Он ещё жив? – удивлённо вскинул брови Гера. – Во даёт старик…

– Ещё как жив, – кивнула в ответ Лена, – и владеет огромной территорией. Хотя, к нам не лезет и работать особо не мешает.

– Да много ты, блядь, знаешь! – возмутился Мутный, – Из-за этого долбоёба мы два каравана потеряли.

– Я тебя предупреждала, чтоб ты лез на его земли, – огрызнулась Лена.

– Я хотел горючку сэкономить.

– На хуя?! Нам её что, не хватает?!

– Стоп! – в очередной раз рявкнул Гера. – Хватит, после будете спорить о старых ошибках. Дайте мне разобраться с тем, что вы здесь нахуевертили! Тоня, ты сможешь отвести заказ?

– Даже не подумаю, – нагло ухмыльнулась та.

– Гера, да въеби ты уже эту суку! – вставил своё слово Мутный. – А ты, шаболда, даже не вздумай её ещё раз воскрешать!

– Нет, – Гера покачал головой и, щёлкнув пальцами, обратил сосульки в снег. – Мы живы до сих пор, только потому, что всегда держались вместе.

Наступило неловкое молчание, сквозь которое вдруг донёсся какой-то треск. Друзья принялись ворочать головами, в попытке выяснить верное направление, все, кроме Тони. Она уже знала, что происходит, потому как давно слышала рацию.

– Блядь, это из машины, кажется… – первым догадался Мутный и помчал к кабине «Урала».

Остальные тоже проследовали за ним, лишь Тоня, так и осталась лежать и ехидно при этом ухмыляться. Хотя на неё никто не обратил внимания.

– Алё, – Мутный подхватил микрофон и вдавил тангенту, – Мутный на связи, приём.

– Мутный, слава богу! Здесь какой-то пиздец! Бронницы разнесли к хуям…

– В смысле разнесли?! Кто это?

– Это я, Барин!

– Какого хуя там происходит?

– В душе́ не ебу! Шлюхи с рабами, словно с ума сошли. Вначале вырезали всех посетителей, затем начали наших убивать.

– Вы там чё, совсем охуели? Два десятка блядей угомонить не можете?!

– Они внезапно… Никто даже понять не успел! У них глаза… А-а-а-а, блядь, не подходи ко мне тварь!

Крик Барина перешёл на визг, а затем сменился булькающим хрипом. Некоторое время друзья вслушивались в наступившую тишину, пытаясь по невнятному шороху понять, что там происходит.

– Барин, ты там? – осторожно спросил Мутный, – Барин, бля, алё на хуй!

– Да пиздец ему, – уверенно заявила Лена.

– Заткнись на хуй, сука! – взвизгнул Мутный. – Ты чё, не понимаешь? У нас бизнес отжать пытаются!

– Ехать нужно, – резонно заметил Гера.

– Куда? – бешеными глазами уставился на приятеля наркоман.

– Кошке, блядь, под муда! В Бронницы! – огрызнулся тот. – Тонь…