Мила входила в дом с осторожностью.

Открыв дверь, которую, как выяснилось, забыла запереть при уходе, сначала прислушалась. Было тихо, не слышалось ни звука. Затем вошла в прихожую, включила свет. Убедилась, что в доме действительно никого нет — ни людей, ни призраков, и лишь потом заперла дверь.

Да, существование привидений она признавала. Пусть Антон Сергеевич и не поверил в то, что они обсуждали с Алексеем Кирилловичем. Впрочем, любой нормальный человек покрутил бы пальцем у виска. Ведь всем известно: призраки — это миф, они обитают разве что в фильмах и сказках.

Сняв верхнюю одежду, Ардо пошла на кухню. Поставила чайник, насыпала в кружку две ложки растворимого кофе и три ложки сахара. Пока чайник кипятился, подошла к окну и всмотрелась в ночную тьму, разбавленную отражающимся от снежного покрова лунным светом.

После всего произошедшего желание все выяснить окончательно окрепло. Вспомнив рассказ Алексея Кирилловича о семейной паре, Мила решила при следующей встрече обязательно у него попросить их контактные данные. Стоит лично связаться с женщиной, а не полагаться на догадки полицейского. Это крайне важно.

Когда чайник закипел, Мила налила в кружку кипяток и перебралась в гостиную. Она знала, что уснуть не удастся, потому намеревалась чем-то занять голову. И уже имела для этого план.

Удобно устроившись на диване, девушка подвинула журнальный столик ближе, поставила на него кружку с горячим кофе, а ноутбук положила на колени. Ввела в поисковую строку запрос: «Существуют ли привидения?». Поисковик моментально выдал множество ссылок. В них мелькали заголовки вроде: «Кто видел призраков, и существуют ли они на самом деле?», «Существуют ли призраки с научной точки зрения?» и «Привидения в реальной жизни. Привидения — Википедия».

Мила смутно представляла, что ищет, но отчаянно хотела избавиться от мистических существ в своем доме и разобраться, почему они появились.

Открыв первую попавшуюся статью, Ардо вслух прочла:

— Призраки — это души умерших людей, по какой-то причине не ушедшие в мир иной и не обретшие вечный покой. Поэтому они продолжают скитаться по нашему миру.

Пролистала текст до раздела «Причины появления призраков». Первой там указывалась насильственная смерть, второй — незавершенные дела, а третьей — привязка к какому-либо месту, предмету или человеку.

Отведя взгляд от экрана, Мила задумалась.

Что ей известно о старом доме рыбака? Здесь произошла насильственная смерть: мужчина убил жену и троих детей. Значит, вполне возможно, души этих убитых до сих пор обитают в доме, просят помощи, чтобы перейти в иной мир.

Переставив ноутбук с коленей на диван, Ардо торопливо прошла в прихожую. Достала из висящего на вешалке рюкзака блокнот с ручкой, вернулась обратно и принялась составлять план действий.

Под номером один записала: «Найти всю информацию о семье рыбака». Под номером два: «Разузнать о семье, жившей в доме десять лет назад».

Она хотела сначала выяснить причину появления призраков. А уже потом попытаться от них избавиться.

Вновь взяла ноутбук и ввела в поисковую строку: «Как избавиться от призраков? Способы их уничтожения». Браузер загрузил множество статей, и Ардо ткнула наугад.

— Первый и самый надежный способ уничтожить привидение — сжечь труп человека, — прочитала Мила. И сразу же записала в блокноте: «Найти могилу рыбака и его семьи».

— Второй способ — устранить причину, по которой дух задержался в нашем мире, — продолжила она читать. — Если это убийство, нужно наказать убийцу, если утраченная вещь — отыскать ее, — нахмурилась и пробормотала: — А если убийца застрелил себя, как его наказать?

Она пролистала еще несколько страниц и отложила ноутбук.

Задача оказалась нелегкой, особенно учитывая, что Мила не имела опыта общения с призраками. Ее работа заключалась в поимке преступников и никак не соприкасалась с потусторонним миром.

Девушка откинулась на спинку дивана и закрыла глаза, размышляя, с чего начать. В итоге решила дождаться утра и обратиться за помощью к Алексею Кирилловичу: попросить его найти информацию о семье рыбака. Она хотела знать о ней все: о личностях мужа и жены, об условиях их жизни. И очень надеялась, что хоть какие-то сведения сохранились. К тому же, если полицейский интересовался странностями в доме, то наверняка выяснил что-нибудь и о семье рыбака. По крайней мере, она бы так и поступила.

Открыв глаза, Мила потянулась к кружке с недопитым кофе. Взгляд скользнул по экрану ноутбука. И замер на любопытной статье. Но привлекла ее не содержащаяся в ней информация, а едва различимый символ в правом углу под текстом. Забыв о кружке, Ардо взяла ноутбук и увеличила изображение. Этот символ — знак бесконечности, внутри которого располагались два глаза — казался подозрительно знакомым.

— Око бесконечности! — произнесла она с восхищением, вспомнив, где встречала подобный символ.

Когда Мила ездила к брату перед отпуском, чтобы отвезти ему подарок на Новый год, то заметила на столе у Саши книгу. Именно на ее потрепанном черном переплете она и видела тот самый символ. Получается, статья написана кем-то из этой организации?

По телу девушки пробежали мурашки. Общество оказалось гораздо ближе, чем она себе представляла.

Мелькнула мысль позвонить Громову или брату. Но… Попросить помощи мешала гордость. Ардо предпочитала делать все самостоятельно, даже совершая в процессе сотню ошибок. Да и вкус победы так слаще.

Она одним глотком допила остатки кофе и поднялась с дивана. Мила намеревалась отнести кружку в раковину, а потом собираться для похода к Алексею Кирилловичу. Внезапно ее охватила тревога. Пульс участился, дыхание сбилось. Внутреннее чутье подсказывало: в комнате присутствует кто-то еще. Некто невидимый и настроенный враждебно: девушка отчетливо чувствовала направленную на нее злость.

Обернулась, но никого не увидела. При этом ощущение чужого присутствия усилилось. Воздух стал ледяным, как если бы кто-то открыл окно.

— Кто ты? — едва слышно спросила Мила.

Секунда, вторая, третья…

Естественно, ответа не последовало, зато холода прибавилось.

Мила внимательно осмотрела комнату, медленно поворачиваясь, будто ожидала, что невидимый недоброжелатель вот-вот появится. Но призрак так и не явился. И нет, она не считала, что сошла с ума. Ардо была убеждена: в доме действительно обитают призраки.

Шагнула вперед, крепче сжимая кружку, словно надеялась, что та сможет ее защитить.

Мимо нее пронесся поток холодного воздуха, едва не сбив с ног. Мила отшатнулась назад, потеряла равновесие…

Упасть ей не дали. Кто-то подхватил ее сзади, помог устоять.

Получается, среди призраков у нее появился помощник? Неужели нашелся тот, кто не желает, чтобы она боролась в одиночку?

Вместо ледяного воздуха ее теперь окружала теплая завеса. Мила смогла выровнять дыхание и вдруг осознала: страх исчез. Нежданная защита придавала уверенности. И девушка не сомневалась, что, если снова появится злобный призрак, тот, кто ее сейчас поддержал, обязательно придет на помощь.

— Спасибо, — прошептала она в никуда.

Показалось, что кто-то легонько погладил ее по щеке теплыми пальцами: помощник подтвердил, что услышал. А потом все исчезло.

Постояв еще немного и убедившись, что, кроме нее, в комнате больше никого нет, Ардо все же отнесла пустую кружку в раковину, оделась и покинула дом.

Территорию перед входом основательно замело. Мила подумала, что снег стоило бы почистить, но отложила это на потом. Пробралась через сугробы к дороге и зашагала к полицейскому участку.

Солнце пряталось за тучами, мелкий снег кружился под резкими порывами ветра, и Мила поплотнее завязала шарф. Проходя мимо церкви, она заметила входящую туда женщину. Вспомнила, как в первый день после приезда хотела сюда заглянуть, и рассудила, что поход в полицейский участок можно ненадолго отложить.

Перешла дорогу и направилась к высокому круглому зданию, похожему на водонапорную башню. С трудом распахнула массивную дверь, оказавшуюся весьма тяжелой, и вошла. На мгновение застыла, рассматривая интерьер.

Глухой удар закрывшейся за спиной двери заставил вздрогнуть. Мила почувствовала неловкость. Ведь обычно люди приходят в церковь молиться, а не чтобы устроить экскурсию, на которую толкает неуемное любопытство.

В церкви, считая с Ардо, находилось лишь четыре человека: батюшка в черной рясе, на противоположном конце зала беседующий с прихожанкой, и две пожилые дамы, расположившиеся на скамьях в первых рядах и склонившие головы в молитве. Свет в здание поступал через окна и от зажженных свечей, поэтому стоял полумрак. Но тем не менее Миле удалось рассмотреть стены, выложенные красным кирпичом, украшенные как и с улицы, различными иконами и странными табличками из темного дерева. Она тихо подошла к одной из табличек и обнаружила, что это берестяной пергамент с искусно выбитым текстом.

Мила предполагала, что внутри будет тесно, ведь снаружи церковь не отличалась впечатляющими размерами, но здесь оказалось весьма просторно. Помещение разделяли два ряда скамей, рассчитанных примерно на двух-трех человек. На противоположной от входа стороне, где сейчас беседовали священник и прихожанка, располагался резной аналой с изображением Георгия Победоносца на белом коне, пронзающего копьем змея. На аналое лежала открытая толстая книга, а по бокам стояли длинные медные лунные подсвечники.

Старушка, сидевшая на лавке, поднялась и поспешила к батюшке. Прихожанка, с которой тот разговаривал, отошла и села на лавочку, а старушка приблизилась к священнику и что-то ему сказала.

Мила отвернулась и обратила внимание на свиток, висевший на стене. Тщательного его осмотрела, а потом подошла ближе и остановилась, изумленно глядя на икону, размещенную в прозрачном продолговатом ящике. Правда, назвать ее иконой в традиционном смысле было трудно.

Ардо не считала себя слишком уж верующей, но многое знала. И у матери, и у приемных родителей дома висели иконы, а по выходным она посещала церковные службы. Однако подобных икон никогда не встречала.

Рама из красного дерева толщиной примерно в пять сантиметров обрамляла широкое черное полотно с многочисленными трещинами, свидетельствующими о возрасте, хотя краска не выцвела. На первый взгляд полотно казалось однотонно черным, но, присмотревшись, Мила различила выбитые на нем фигуры — квадраты, круг, кресты, линии. А в самом низу шла выведенная золотыми буквами надпись на неизвестном языке.

— Доброе утро, — раздался мужской голос за ее спиной. — Похоже, вас заинтересовала эта икона.

Мила обернулась к подошедшему батюшке. Она не ожидала, что он заговорит с ней, и растерялась.

— Здравствуйте, — ответила с заминкой. — Но меня интересует не только икона.

Священник выглядел лет на пятьдесят, но Мила сомневалась, что это его реальный возраст. Если сбрить густую черную бороду, доходящую ему до груди, то, возможно, он «помолодел» бы на десяток лет. Мужчина был высоким, Миле пришлось задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Надо отметить, необычайно красивые. Один — небесно-голубой с тонкой медовой полосой вокруг зрачка, похожей на звезду. Второй тоже небесно-голубой, но от зрачка сверху, снизу и по бокам отходили карие толстые линии. Пышные черные ресницы практически доставали до кустистых бровей. Нос был прямым, с немного расширенными крыльями. Широкий лоб разрезала глубокая морщина. В густых черных волосах, убранных в тугую недлинную косу, кое-где виднелась седина. Взгляд Ардо привлекли и уши. На правом она заметила дырки от сережек, а на мочке левого, явно когда-то порванного, красовался неровный шрам, но он нисколько не портил мужчину. Как и ряса, не способная скрыть идеальное накачанное тело. На пальцах, сложенных спереди в замок, Мила разглядела татуировки в виде каких-то символов. Но толком рассмотреть не успела: мужчина убрал руки за спину.

«Идеальный образец мужского пола, и тот служит церкви», — с огорчением подумала Мила и смутилась. Наверное, это ненормально — любоваться священником. Но она не могла ничего с собой поделать. Слишком уж он был примечательным.

— Что же еще вас привлекло, Мила Васильевна? — спросил тот приятным низким голосом.

— Вы знаете, как меня зовут? — озадачилась Мила.

— В нашем маленьком поселке, где все жители знакомы между собой, слухи разносятся с быстротой ветра, — улыбнулся священник.

— Неудивительно. Тогда, пожалуйста, представьтесь, — попросила Ардо, заглядывая в его невероятные глаза.

— Прошу прощения за бестактность. Отец Игнатий.

— Очень приятно, — Мила почти протянула руку, но вовремя передумала. Хорошо еще, что варежки не сняла, хотя в них было довольно жарко.

— Так что же привело вас в нашу церковь?

— Слишком уж она необычная. Вот я и зашла посмотреть, как внутри.

— Здание действительно необычное, — согласился отец Игнатий. — И очень старое. Когда я приехал сюда на замену предыдущему священнослужителю, меня оно тоже поразило. Возможно, необычный вид объясняется тем, что церковь построили во времена, когда поселок относился к Восточной Пруссии.

Мила кивнула.

— Скажите, что это за икона? Обычно на иконах изображают святых, а тут — черный прямоугольник с выбитыми фигурами, — она подошла ближе к прозрачному ящику и указала на золотой текст: — И что здесь написано?

— Пятнадцать лет назад я тоже задавал подобные вопросы. К сожалению, никто точно не знает, что это за икона. Но в том, что это священный предмет, сходятся во мнении все. Ее даже приезжали исследовать. Увы, загадку так и не разгадали, — отец Игнатий развел руками. — Коренные жители рассказывают, что церковь не просто так стоит на этом месте. Давным-давно здесь хотели соорудить колодец. Начали копать. Копали-копали, но добраться до подземных вод никак не удавалось. Когда глубина стала намного больше, чем у остальных колодцев в поселке, и решили забросить это гиблое дело, копальщики на что-то наткнулись. Достали. Это оказалась черная икона с золотой надписью. Сперва ее пытались отмыть, затем посчитали, что она долго лежала в земле и краска просто-напросто слезла. А потом кто-то положил икону на землю, на нее попали лучи заходящего солнца, и появилась картинка.

— Картинка?! — ошарашенно переспросила Мила.

— Посмотрите на икону под другим углом, — предложил отец Игнатий.

Ардо глянула на него скептически, но отошла на пару шагов.

Икона осталась черным холстом без каких-либо деталей, и Мила уже собиралась вернуться на прежнее место, но тут через окно пробился луч света. Икона мгновенно преобразилась. На ней проявилась яркая картинка: мужчина в черном балахоне с нимбом над головой, держащий в руках кубок, выполненный в форме креста, а рядом — женщина в красном балахоне, из-под которого виднелся подол платья, с таким же нимбом и опирающаяся на копье.

— Ого! — вырвалось у Милы.

— Теперь перейдите правее, — посоветовал священник.

Ардо с готовностью последовала совету и посмотрела с противоположной стороны. Картинка изменилась: копье держал мужчина, а кубок — женщина.

— Ничего себе! — с восторгом выдохнула девушка. — Как так получается?! Что это за магия?!

— Вот так, — Отец Игнатий улыбнулся. — После столь необычной находки вместо колодца и построили церковь. Приезжавшие ученые не смогли объяснить, как происходят эти изменения. Также они пытались сделать копию. Безуспешно.

— А что на ней написано? — Мила указала на золотую надпись.

— Это латынь. В переводе: «Истина искаженной правды».

— Истина искаженной правды? Что это значит?

— Честно говоря, я не знаю. Возможно, надпись как-то объясняет, почему икона выглядит по-разному, если смотреть на нее под разными углами.

— Везде загадки, — разочарованно вздохнула Мила.

— Что вы имеете в виду?

— Да так, мысли вслух, — махнула она рукой. Еще раз осмотрела икону с разных сторон, наблюдая за изменениями.

Священник стоял молча, сложив руки за спиной и не мешая ей изучать предмет.

— Простите, отец Игнатий, а можно вас? — раздался хрипловатый женский голос. Ардо обернулась и увидела подошедшую к ним старушку.

— Конечно, — отозвался священник, и они отошли, оставив Милу в одиночестве.

Она вновь осмотрела икону сбоку, затем встала по центру, пристально глядя на черное полотно с выбитыми геометрическими фигурами, а потом повернулась, чтобы увидеть, как мужчина и женщина меняются атрибутами. Собралась опять перейти на другую сторону, но вспомнила, что вообще-то шла к Алексею Кирилловичу. Похоже, экскурсию в церковь пора завершать.

И тут Ардо заметила на раме любопытный символ: небрежно выцарапанный знак бесконечности и внутри два глаза. Едва видный, если не присматриваться, то и не разглядеть.

— Снова он, — прошептала Мила. Подошла и склонилась над защищающим икону стеклом. Без сомнений, «Око бесконечности» действительно присутствовало на раме.

Время поджимало, поэтому изучение иконы пришлось прекратить.

Ардо пошла к выходу. У двери остановилась, обернулась и посмотрела на амвон, куда отошли отец Игнатий с прихожанкой. Мужчина поднял голову. Их взгляды встретились. Мила кивнула на прощание, отец Игнатий ответил кивком, и девушка вышла на улицу. Мороз моментально защипал щеки. Мила глубоко вдохнула свежий воздух, чувствуя, как жар закрытого помещения сменяется прохладой.

До полицейского участка она добралась довольно быстро. Постучалась и вошла. К ее радости, за рабочим столом сидел тот, кто ей требовался.

— Добрый день, — поприветствовала она Алексея Кирилловича. Подошла к столу и устроилась на свободном стуле.

— Здравствуйте, Мила Васильевна. Не ожидал вас сегодня увидеть, — оторвавшись от бумаг, не слишком довольно произнес пожилой участковый.

— Мне нужна ваша помощь, — не стала ходить вокруг да около девушка.

— В чем именно?

— Я хочу узнать все о семье рыбака. Сведения из архивов с переписью населения, личных дел работников предприятий, медицинских карт из больницы — что-нибудь, чтобы понять, какая это была семья.

Мужчина усмехнулся.

— Вы серьезно?

— Совершенно, — подтвердила Мила, снимая варежки и шапку.

— Честно говоря, я не уверен, что какая-то информация о них сохранилась, — поморщился участковый. — За давностью лет.

— А о сестре?

— Какой сестре? — нахмурился Алексей Кириллович.

— Лодочник Владимир сказал, что у рыбака была младшая сестра. После случившегося она покинула поселок.

— Тогда вряд ли найдем. У меня нет никаких данных о ней. Подождите, — мужчина задумался. — Кажется, жена этого рыбака работала учителем начальных классов в школе поселка. Естественно, туда ходили и ее дети. Вероятно, что-то сохранилось в школьных архивах.

— Отлично. Пойдем!

— Куда?

— В школу, в архив.

— Мила Васильевна, не спешите. У меня куча работы, и я…

— Я справлюсь сама. Мне нетрудно, — уверила его девушка. Алексей Кириллович нахмурился. — Есть еще какие-то проблемы?

— Есть, — поджал губы участковый. — Архив закрыт, некому помочь вам с документами.

— Это не помешает, — отмахнулась Мила. — Я сама все сделаю.

— Вы знаете, сколько там информации?! — воскликнул Шепелев. — Вы что, собираетесь пересматривать каждое дело?!

— Зачем? — пожала плечами Мила. — Вы разве мне не скажете фамилию рыбака?

— Нет, конечно, — заявил Шепелев, и у Ардо начала угасать надежда. Как найти человека, если неизвестна его фамилия?

— А имя? — она просительно посмотрела на Алексея Кирилловича.

Тот устало вздохнул.

— Наверное, в поселке уже никто и не помнит подробностей, — развел он руками. А потом прищурился и протянул: — Хотя-я… Есть один человек. Пожалуй, она вам поможет.

— Отлично! — обрадовалась Мила. — Как ее найти?

— А вы упрямая девушка, Мила Васильевна, — покачал головой участковый и предупредил: — Но пойдете к ней сами.

— Без проблем. Вы напишите мне адрес, схожу немедленно.

Мила не сомневалась, что с помощью навигатора легко найдет нужный дом. Но Алексей Кириллович вместо того, чтобы назвать улицу и номер дома, начал объяснять:

— Выходите из участка, идете к магазину, а затем — по дороге вглубь поселка. Как дойдете до последнего дома — это дом Герасима, он будет справа, — поверните за него и продолжайте идти по дороге. Учтите, что это уже не проезжая часть, скорее всего, снег там не расчищен и придется долго идти по сугробам, — попытался он притушить ее энтузиазм. Видя, что не помогло, вздохнул и продолжил: — Дом Алевтины крайний, у самой опушки леса. Но предупреждаю: эта женщина не слишком приветлива. Она вполне способна не пустить вас на порог.

— Ничего страшного. Я умею находить общий язык с людьми, — заверила Мила. — А когда узнаю имя и фамилию, пустите в архив?

— Сначала узнайте, — усмехнулся Алексей Кириллович.

— Я узнаю, — пообещала Ардо. Надела шапку и варежки, поправила рюкзак на плече и вышла из здания.