— Можно я пойду? — снова выкрикнула Гаврилова, которая и так знала тему и имела сотню оценок, которые на её заслуженные пять баллов уже не играю роли, а вот некоторым из студентов срочно нужно исправлять оценки на более высокие и Лера вызвала:

— Пойдёт Скворцов.

Она передала студенту лист с заданием и теперь сидела за столом в задумчивом состоянии. Скворцов писал на доске, скрипя мелом. Лера невидящим взглядом смотрела в аудиторию, студенты были прозрачными, как утренний туман. Весь вчерашний вечер был ошибкой. Они узнали, что в соседском доме кого-то держали силой. Но ему удалось сбежать. Они узнали, что Женю в пятницу привёз водитель, но дома он не появился. Никакого водителя у Жени отродясь не было, он предпочитал ездить сам. А если это был действительно Женя, то почему он не вернулся домой. А если Женя не пришёл домой, потому что в их доме сейчас живёт Виталий? Но он живёт только первую ночь и то потому, что ему проломили, ой, тьфу, тьфу три раза через плечо, стукнули по голове. скорей всего Женю снова поймали. А вдруг его убили. Ой, мамочки. Нет, он точно сбежал. Но почему не вернулся домой? В сотый раз задала она себе вопрос, и ответила:

— Не логично.

— Да? — задумался у доски Скворцов. Вытер последнюю строчку и начал решение заново.

По аудитории прошёл недовольный гул. Мел в его руках скрипел, как и мысли в голове Леры. Вроде правильные, но в какой-то момент скрежет — кто дал по голове Виталию? Могли же и Лере треснуть. Она оставалась на какое-то время одна. Слышала шорох в кустах. Похититель явно за ней следил.

— Я всё — сказал Скворцов.

Преподаватель в ответ даже не моргнула.

— Я всё сделал — повторил Скворцов, но реакция последовала нулевая. — Валерия Сергеевна.

— Да? — опомнилась она и повернулась на голос.

— Я решил. Правильно?

— Да, всё верно.

Скворцов счастливый помчался на своё место, а Гаврилова возмутилась:

— Ну как же? Валерия Сергеевна, это ведь не верно. Решение неправильное. Там ошибка.

Лера уставилась на доску и проговорила:

— Ошибка… как я сразу не поняла… не заметила… ошибка… но где? — всё это она говорила себе, даже не пытаясь вникнуть в решение Скворцова. Ошибку на доске легко исправить с помощью тряпочки и мела. А что делать с той ошибкой, которая крутилась у неё в голове. — Не сходится. Бинты. Бинты — это ошибка.

— Какие бинты? — изумлённо проговорила староста, а по аудитории прошёлся шелест голосов. — С вами всё хорошо, Валерия Сергеевна?

— Хорошо, но мне нужно уйти. Сидите тихо — на ходу говорила она, даже не понимая, что тихо у изумлённой публики никогда не получится.

Она нашла Юлю на полевом участке с будущими агрономами. Юлька тоже показалась ей чуточку неадекватной. Она совершенно не гоняла своих студентов, не заставляла их рассматривать жучков-червячков и травинки-тычинки. Они расслаблено сидели на бордюре возле опытных участков и не боролись с сорняками, а вяло колупали тяпками асфальт, так от нечего делать. Юлька стояла под деревом в тени и разговаривала сама с собой. Смотрела себе под ноги и постукивала пальцами друг об друга.

— Юль, — позвала Лера.

— Ой, Лерочка, а я вот что подумала…

— Что?

— Зачем ему бинты?

— У дураков мысли сходятся? — самокритично пробубнила себе Лера, но так, чтобы Юля не услышала, она ведь не подписывалась на этот диагноз.

— Что?

— Я тоже об этом думала.

— Вот, смотри. Он дал по голове Жене, привёз в заброшенный дом и там стал его лечить? Перевязки делать.

— Ой, а может его Жуля укусила? — осенило Леру. Они стояли под деревом и шептались, привлекая своим заговорщицким видом любопытных, жаль, что не любознательных студентов. — Жулька его укусила, он её убил — голос Леры плаксиво дрогнул, но она быстро взяла себя в руки. — И он делал перевязки сам себе?

— Да, могло быть — согласилась Юля.

— Юлия Васильевна, — проговорили совсем рядом. Преподаватели оглянулись. Рядом стояла студентка. — Мы пойдём? Пара уже закончилась.

— Идите — строго разрешила Юлия, вспомнив свои прямые обязанности, громко крикнула: — Завтра буду спрашивать названия гербицидов для борьбы со злаковыми по гороху.

— У нас нет завтра с вами пар — выдохнула студентка.

— Значит послезавтра — отмахнулась от неё Юлия Васильевна.

И студенты гурьбой помчались в сторону общежитий. Рабочий день закончился.

— Пойдём, у меня сумка в преподавательской осталась. И домой.

Домом Юлька уже называла Лерин дом. Там их ждал очередной сюрприз. Дети чудесным образом выздоровели и устроили себе праздник. О чем тут же поделились с Лерой. Рассказывали, как им было весело, и как дядя Виталий падал, так и не научившись стоять на роликах. Не смотря на то, что Лера всегда радовалась детскому счастью, сегодня на эту шалость смотрела через разбитую призму очков. Винила, естественно Виталия. Она протянула скверным голосом:

— То есть дети нас обманули, а ты их поощрил? Веселье устроили. Аттракционы. Ролики. Это не педагогично.

— А что мне их наказывать? Это твоя привилегия. Ты их мать, а я им кто?

— Никто — выкрикнула она и повернулась к детям, потребовала: — марш в свою комнату и занимайтесь уроками.

— Чего взъелась-то? — выглядывая из кухни, возмутилась Юля, откусывая вафли. Хрусь, хрусь. — Подумаешь, трагедия. Главное ведь не болеют.

Лера обессиленно уселась на диван, чуть не раздавив Уголька. Котёнок возмущённо выскочил из-под неё и улёгся рядом. Лера, чувствуя перед ним вину, погладила.

Да что же это такое? Всё навалилось. Проблема за проблемой. Ещё и дети умудрились схитрить.

Котёнок махал хвостом, предупредительно мякнул и попытался укусить. Лера одёрнула руку. Уголёк сам себя раздражал хвостом. Психовал, пытался его схватить. В общем, создавал себе проблемы на ровном месте. Прям как Лера. Она тоже чуть всех не покусала, была безжалостна к себе, так же как и честна. Может и не надо цепляться к поступку детей. У них ведь тоже может мощное эмоциональное потрясение. Вот и результат. Хитрость ради общего дела. Юлька права, главное здоровы.

Подруга скрылась на кухне и застучала там сковородками и прочей утварью. Было слышно, как она шуршит в холодильнике. Виталий сел рядом, и Лера сказала:

— Извини, не знаю, что на меня нашло.

— Нервы — со знанием дела кивнул он.

— А мы узнали, что Женина машина заезжала на территорию посёлка. Охрана сказала, что был новый водитель. Так он представился. А Женя спал на заднем сиденье. Только я не слышала ни о каком новом водители. Да и старых у него не было, сам водил.

— Да и мы прекрасно знаем, что его похитили. Нам нужно снова съездить в офис. Если готова, то поехали.

— Готова — сказала Лера, а про себя подумала, что никогда не будет готова к поискам улик и преступников.

Юлю с детьми оставили дома, а сами поехали в офис к Жене. В машине Лера спросила:

— Ты думаешь, Женя, сбежав от похитителя, не зайдя домой и в полицию, отправился на работу?

— Конечно же, нет. Я так не думаю. Просто появилась кое-какая мысль, хочу проверить.

— А что за мысль? — тут же стала допытываться Лера, но Виталий считал, что его подозрения, которые посетили его пострадавшую голову в нездоровую минуту, жена Евгения узнает самая последняя.

— Если я прав, я скажу — пообещал он.

Лера с таким решением не согласилась и могла бы ещё допытываться, но они приехали к офису. Пришлось вопросы оставить при себе.

Секретарша Аллочка была на рабочем месте. Сотрудники сновали туда-сюда. Бездельничали. Сплетничали, что в принципе Виталию с Лерой было на руку.

— Ну а что нам ещё делать? — спокойно протянула секретарь, переложив стопку бумаги с одного края стола на другой. — Мы все пока не знаем, что нам делать. Полиция приходила. И про Петра Игоревича расспрашивала. Ужасные события, ужасные.

Она сильно изменилась с последней их встречи. Нет, она так же мило улыбалась Виталию, даже заигрывала, в её глазах скакали черти, так же строго держала себя с Лерой, но плакать перестала, возможно, привыкла к трагическому отсутствию начальства.

— Я допустим, не знаю. Клиенты звонят, я всем говорю, что пусть перезвонят через неделю.

— То есть вы уже знаете, что Петра Игоревича убили.

— Знаем — кивнула она. — Остались мы без начальства. Ума не приложу, что делать.

— Ждать. Скажите, а Пётр Игоревич в тот день, когда мы с вами встречались, звонил вам?

— Да. Попросил вас встретить и показать записи.

— А после?

— Нет.

— Значит, он знал о похищении Евгения.

Алла повела бровью и пожала плечами. Она устала от вопросов, но отвечала. Видимо за эти дни её уже все достали: полиция, сотрудники, клиенты. Она несколько раз порывалась переключить своё внимание на бумаги. Это её стихия. Но Виталий продолжал разговор:

— Скажите, а у фирмы сейчас проблемы? Может большие долги? Кредиты? Коллекторы?

— Вы как и полицейский, всё такие же вопросы задавал.

— И что вы ответили?

— Фирма процветает.

— А ваши начальники случайно при вас не обсуждали проблемы?

— Я — секретарь. И всё. Всё что они могли обсуждать за закрытой дверью, сюда не проникает. Вы знаете мне работать надо.

Она взяла стопку исписанной бумаги и придвинула к себе, стала перебирать листы, всем своим видом показывая, что разговор утомил.

— А до которого часа вы работаете?

Девушка оживилась, подняла голову и поправила волосы.

— До шести.

Лера такой наглости от Виталия не ожидала.

— До свидания — попрощался Виталий и взял Леру за руку и вывел из приёмной.

— На свидание собрался? — прошептала она, стараясь не плюнуть в него ядом.

— Она не в моём вкусе.

Пошатавшись по офису, Лера и Виталий сделали вывод, что больше ничего не узнают. Остальные сотрудники либо не шли на контакт, либо знали о произошедшем со слов полиции. По их словам конфликты в стенах офиса легко переходили в недоразумение. Драки на рабочем месте никто не устраивал. В поисках правильного решения, ругались шёпотом. Боссов хвалили, даже сейчас, когда они не слышат. Идеальная фирма. Идеальный коллектив. Вот только непонятно почему у идеальной фирмы теперь нет начальства. Один — похищен, второй — убит. Идеальные отношения?

* * *

Попросив подождать её в машине, Лера отправилась на поиски дамской комнаты. Прошла в один край коридора, все кабинеты, в обратное направление, скова кабинеты. Вернулась в приёмную, чтобы спросить у Аллы о заветной комнатке, но девушки не оказалось на рабочем месте. Встретив в коридоре сотрудницу, спросила у неё. Оказалось, что туалет есть этажом ниже и на первом этаже справа от лифта. Лера спустилась на этаж ниже.

В туалете она стала свидетелем интересного разговора. Закрывшись в кабинке, Алла использовала её не по назначению. Разговаривала по телефону. При этом даже не догадывалась, что Лера всё слышит и узнала её по голосу, хоть он стал далеко не певучим и ласковым, что-то изменилось в её жизни и не в лучшую сторону.

— Конкуренты?! — выкрикнула Алла, но сбавила обороты эмоционального разговора, прошептала — мне приходится врать и юлить.

Тон сбил Леру с намеченного пути, она замерла и уставилась на отражение в зеркале. Оно было недовольно. Подслушивать?! Как так можно, Лера?! Импульсивные речи обдавали Леру энергетическими волнами, не давали сдвинуться с места.

Приличие ещё какое-то время боролось с любопытством, но борьба была неравной. Лера слушала.

— Кому? Всем! Полиции. Клиентам. Даже дети его приходили, Настя с Никитой. А сейчас Лера с дружком. И что я должна делать? А если они догадаются? И что мне теперь их убить?

Лера вытаращила глаза, возмущённо приоткрыла рот. Заметила своё отражение в зеркале, в немом возгласе читалось недоумение. Алла тем временем продолжила разговор с таинственным абонентом.

— Нет. Я не буду это делать. Мне это неприятно. Я их отвлекла. Ладно.

То, что она услышала, натолкнуло на неприятные мысли. Дальше подслушивать было опасно, Алла возилась с засовом на двери. Лера выскочила из комнаты и бегом отправилась на первый этаж.

Посетив более спокойное помещение, она вышла из здания и припустила к машине. Выглядела так, как будто её из-за угла стукнули пыльным мешком, при этом решили, что стукнули мало, поэтому гонятся, чтобы добавить.

— Что случилось?

Лера пересказала то, что услышала и подытожила:

— Она что-то знает.

— Знает, конечно — согласился Виталий, но объяснений не последовало.

Лера бы разозлилась, если бы не была так потрясена услышанным, а сейчас её не сильно волновало, что Виталий не рассказывает о своих мыслях и предположениях. А они у него есть. Это точно. Она нервно сдирала лак с ногтя, используя зубы.

— Оказывается, Настя с Никитой приходили сюда. Зачем? Почему мне не сказали?

— Значит, не о чем было говорить.

— И все же — возмущалась Лера, набирая обороты, но Виталий перебил её:

— А почему ты не сказала им, что Женю похитили?

— Потому что я за них переживаю.

— Так может они не сказали, потому что любят тебя и переживают.

Лера не смогла не согласиться. Тревожно вздохнула.

Этот телефонный разговор, который она подслушала, был решающим. Виталий чувствовал. Секретарь ведёт двойную игру, возможно, работает на конкурентов. И пока начальства нет, она делает грязные делишки. Так всегда, нельзя оставлять коллектив без присмотра, даже если тебя похитили. Но за это он не переживал. Разворовать фирму, она сможет, если только утащит пачку офисной бумаги, доступ к деньгам ей никто не даст, а если клиентская база уплывёт к конкурентам, поплавает-поплавает и останется там, где условия лучше — клиенты ведь не бараны на поводке, сами ищут, где выгодней. Виталия это совершенно не беспокоило. В голове были другие догадки.

— Работает она до шести. — Он взглянул на часы. — Надо за ней проследить.

Идея Лере не понравилась, но другой не было. И пришлось звонить Юльке и просить о помощи. Подруга была безотказна, даже не спросила, что надо делать. Просто приехала к офису Евгения, вышла из такси и, оглядываясь, встала посреди стоянки, как воробышек, не знающий, что коршун уже следит за ней. Виталий посветил ей фарами. Раз, два. Она близоруко присмотрелась, узнала машину и пошла к ней. Правда, Лера знала, что она с таким же результатом могла пойти и в любую другую машину, потому что ничего в них не понимала, для неё они отличались только по градации: большая, маленькая и красивая красненькая. Зато у неё есть другая супер способность — отличает сорта винограда по листу, а может даже по почке.