— Пошли, классная певица, я тебя к диру провожу. И ты пошли, продюсер — махнул он Виталию.

Отказываться было бы очень подозрительно.

— План меняется — прошептал Виталий Лере на ухо.

— Опять?! — скверно прошептала она в ответ, еле передвигая ногами, шла за охранником, но искала возможность куда-нибудь смыться, мечтала провалиться под землю.

— Пока придерживаемся твоей липовой истории.

— Я петь не буду — жёстко отрезала она.

— Хорошо, петь буду я.

— Что ты задумал?

Ответить Виталий не успел, так как за очередным поворотом их ждала лестница, перед которой охранник остановился и они тоже, предварительно чуть не врезавшись ему в спину.

— Вам туда — указал он на дверь на втором этаже. — Я же тебе говорил. А ты, кулёма, в другую сторону пошла.

Когда-то давно в детстве, кулёмой её могла назвать бабушка, поэтому она не стала обижаться на охранника, тем более, и он сам не старался её обидеть. Вот когда он узнает, что она его обманула, и она не высококлассная певица, и вообще не певица, а Виталий не продюсер, (а он узнает, в этом можно не сомневаться, сразу после этого кабинета их выставят за двери клуба, а ему накажут не впускать, а может даже позволят побить), вот тогда он сможет в своё удовольствие постараться её обидеть. И кулёма будет рыдать.

На середине лестницы Лера оглянулась, охранник одобрительно кивнул, дескать, всё правильно идёшь. Можно подумать, вот сейчас можно заблудиться. Виталий задумчиво молчал, поднимался по ступенькам. Лестница заканчивалась широкими дверями.

«Интересно — подумала Лера — если вокалистка директору не понравится, он её с этих ступеней спускает, пнув под зад? Очень удобно ведь, не выходя из кабинета».

Войдя, Лера опешила. Они оказались в комнате за стеклом. Одна стена была полностью стеклянная и выходила на зал с танцовщицами, барменами и любителями острых ощущений. За стеклом было оживлённо, что не сказать о кабинете начальства. Здесь было спокойно.

Директором оказался мужчина лет сорока, с сединой на висках, видимо очень нервная работёнка, как у акулы. В сторонке от него сидели два молодых человека, по виду напоминающие охранника при входе, только моложе и активней. Они были готовы кинуться на посетителей. В общем, аквариум кишел акулами. Вот в такую комнату с хищными тварями занесло Леру и Виталия.

А ещё у них стояла боксёрская груша в виде человека. Потрёпанная многочисленными ударами. Маньяки часто тренируются.

— Вы заблудились — спросил мужчина, проигнорировав интонацию вопроса, при этом два парня подскочили, и Лера заподозрила, что это была команда «Фас!». Неужели из них сделают подобие боксёрской груши? — спокойно, парни.

Парни вернулись на места, но оставались в напряжённой бдительности.

Хозяин кабинета одарил Виталия быстрым взглядом, а с Леры не сводил глаза. Под его пристальным взглядом она нервничала, хоть и старалась себя не выдать.

Виталий с порога заявил:

— У меня вокальная фирма, может, слышали, «Голос» называется. Узнал, что вам требуется вокалистка.

— Это она? — сразу взял быка за рога хозяин кабинета. Он так и смотрел на Леру.

— Нет, это специалист по набору певиц. Организатор кастинга, так сказать.

— Кастинга, говоришь? Знаю я эти кастинги, сами их устраиваем. А вакансии певиц уже все закрыты.

— А танцовщицы вам нужны? Может, уволился кто или на работу не пришёл?

Хозяин кабинета напрягся, взглянул на Виталия, но быстро взял себя в руки. Посматривая на Леру, ответил:

— И такое случается.

— Мы и танцовщиц можем вам подобрать.

— Вряд ли у фирмы «Голос» есть такие танцовщицы.

Странно, но обычно люди охотнее поддерживают разговор пропитанный ложью, чем правдой. Эта акула видимо давно плавала в океане лжи, чувствовала её на расстоянии нескольких километров как настоящий хищник кровь.

Виталий пошёл по наклонной дорожке. Хоть Лера и понимала, что дорога вранья опасна и на поворотах нужно быть предельно осторожными, понимала, что другого пути нет.

— У нас многопрофильная организация. Подберём на любой вкус. Тем более вы говорите, кто-то на работу не вышел.

— Это не я говорил — заметил хозяин.

— И что теперь будете пересматривать программу, менять репертуар. Это же морока.

— Это мои проблемы.

И почему они думали, что всё так легко им ответят, принесут информацию на блюдечке с золотой каёмочкой? Да Лера сразу знала, что дело провальное, ещё тогда, когда Юлька пыталась её преобразить соответственно данному заведению.

— Одно не могу понять, что понадобилось в нашем заведении таким культурным людям? — он посмотрел на Виталия и ответил на его немой вопрос: — да от вас за версту ментами прёт.

Лера чуть не взвизгнула, наконец-то он ошибся. Акулий нюх подвёл, с радостью подумала Лера. Одно огорчало, что не сильно-то хозяин кабинета уважительно относился к правоохранительным органам. Ни один законопослушный гражданин не позволил бы себе подобное высказывание в присутствии представителей тех самых органов.

— Ошибаетесь — честно признался Виталий.

— Поверю. У нас развлекательный клуб. Идите развлекайтесь. Напитки за счёт заведения.

— Какая щедрость.

— Сами дорогу в зал найдёте, или проводить?

Директор оказался подозрительным человеком, скрытным, им ничего не сказал, хоть многое знал. Один из парней медленно поднялся, размял затёкшие мышцы и сделал шаг в сторону незваных гостей. В этот момент пришлось ретироваться. Лера правда давно порывалась это сделать. Ей не нравилось здесь всё: причина, место, время, обстановка, хозяин бандитской наружности, агрессивные телохранители, её вид, взгляды, разговор.

Парень вышел с ними из кабинета, и они поспешили пройти лестницу, её уже посещали мысли, что с неё неугодных спускали пинком под зад.

— Странно, неужели я был неубедителен?

— Ещё как, убедителен — жарко ответила Лера. — Я и сама поверила. Просто некоторые люди никому не верят, даже себе.

— У тебя фото в телефоне Пети есть?

— Есть — задумчиво ответила она и оглянулась. Парень оставался на площадке перед кабинетом. Провожать их не стали. Доверяли честному слову.

— Покажи.

— Сейчас?

— Да.

Она остановилась посередине лестницы и пролистала галерею. Нашла. Зимой встретились в городском парке, и Петя с Женей дурачились с Никитой, играли в снежки. И что-то нашло на Леру, она их сфотографировала. Вот теперь память останется. Надо же, Пётр не всегда был развратным и посещал не только клубы. Ещё он любил её детей. Всегда подарки делал, никогда не забывал их семейные праздники. Мог дурачиться и веселиться.

Виталий безжалостно прервал её приятные воспоминания. Взял телефон и увеличил снимок на лице Пети. Пошёл дальше.

— Я где-то видела этого человека — прошептала она.

— Какого?

— Директора. Но где?

Она направлялась к выходу из этого страшного притона, тешила себя надеждой, что осталось пережить ещё одно последнее испытание, прежде чем вдохнуть чистого воздуха свободы — это промчаться через зал с танцовщицами. Никогда бы не подумала, что у неё такая нежная психика, которая в очередной раз пострадала. Вон и чёрная дверь в зал близко, рукой достать. Но Виталий свернул в соседний коридор, Лера недоумевая, но догадываясь, последовала за ним. Он заглянул в комнату, из которой выходили девушки-павлины. Лера невольно ахнула. Это была гримёрная с множеством зеркал и сценических костюмов.

— Ой, столько одежды, а они голяка ходят — пробубнила она.

В подтверждение её слов из-за вешалки вышла высокая девушка с ногами примерно с рост Леры. Это она, конечно, преувеличила, из вредности, всегда завидовала высоким. На девушке был красный кожаный купальник и несколько килограммов грима, а так больше ничего лишнего, даже веса.

— Заблудились? — спросила она.

Леру этот вопрос начал раздражать, если его четвёртый раз сегодня зададут, она постарается объяснить, что не в лесу.

— Нет, вас искали — сказал Виталий.

— Да? А чего меня искать, я или здесь, или на сцене.

— Вы ведь знаете Татьяну?

— Танюшу? Знаем. А вам зачем?

— Да в принципе незачем. Просто она и ещё одна девушка увели одного мужчину…

— Мужа что ли? — уставилась она на Леру, предчувствуя семейные разборки.

— Нет — за Леру успел ответить Виталий, — её муж я. Брат он мне. Загулял. Пропал. А у нас билеты на самолёт горят. Попрощаться надо. А мы у вас в последний раз с ним в клубе виделись. Он нас сюда привёл и потом ни сном ни духом. Куда запропастился? Мы не против, пусть развлекается, мужик он холостой, весёлый, но попрощаться-то надо. Теперь когда свидимся?

Он сунул ей под нос телефон Леры с фото Пети.

— Ага, помню я его. Постоянный клиент. Ну, в смысле ходок, ну в смысле…

— Мы поняли.

— И Танюша с Леночкой его любимицы.

— Дома он не появлялся, знаем, потому что сами там гостим. Значит либо у Тани, либо у второй подружки. Леночки.

— Да бросьте вы. Они в общаге живут. В отель он их повёл. Раз уж не стал домой тащить, чтоб вас не стеснять.

— А в какой общаге живут?

— Ну, так на Ленина. Недалеко от кулинарного техникума.

Виталий вопросительно взглянул на Леру, она кивнула, поняла, где это, найти сможет. Да и он сам уже припоминал план города.

— А фамилии девушек не подскажете?

— Нет, не подскажу. Я здесь танцами занимаюсь, а не кадровой документацией. Да и не оформлены мы здесь совсем. Я вообще мечтаю стюардессой стать.

— Вам пойдёт костюм и пилотка — со знанием дела кивнул Виталий.

— Вот-вот, поэтому здесь задерживаться не буду. Подзаработаю и свалю.

В глубине души Лера желала ей добиться своей мечты, но на поверхности чёрствости жизни все было просто до безобразия: так и останется она танцевать неприличные танцы, пока не состарится. А, к сожалению, танцовщицы, особенно в такой нездоровой атмосфере, стареют уже к тридцати пяти годам.

— Скажите, а этого мужчину вы не видели?

Виталий оживил её телефон и снова сунул фото под нос девушке. Лера вытаращила глаза на друга. Да какой он ей теперь друг? Враг. Заподозрил Женю в грязных похождениях. Поймала себя на неудержимом желании сильно треснуть его по голове. Желательно так, чтоб в неё никогда не возвращались пошлые подозрения.

— Тоже брат? — спросила девушка, внимательно рассматривая Лериного настоящего мужа.

— Друг — ответил Виталий таким тоном, что все поняли: больше пояснений не будет. Девушка была хорошим человеком, ответила:

— Нет. Друга вашего никогда не видела.

После этих слов Лера её уже любила, а Виталия хотела ущипнуть за нос. Дескать, понял, мой муж не такой, каким его рисует ваша развратная фантазия.

Уже выходя, Виталий вернулся и на полном серьёзе сказал:

— Вы знаете, вам пойдёт любая форма, главное уходите отсюда. И вот — он передал ей свою визитку — нам на корабле нужны бортпроводники. Приходите.

Девушка ещё долго таращила глаза в визитную карточку помощника капитана кругосветного лайнера, не верила глазам и раз в минуту щипала себя за разные части голого тела.

Они вышли из гримёрки и направились к выходу, теперь их ничто здесь не задержит. Уже и выход маячил на горизонте. Но всё шло наперекосяк.

Дверь отворилась, и в коридор вошли два человека.

— Кузнецов — шёпотом протянул Виталий. Быстро схватил Леру и прижал к стене, обнял и поцеловал.

Лера толкнула его в грудь. Наткнулась на каменные мышцы. Попыталась возмутиться, но его настойчивый поцелуй не позволил и слово промычать. И только сейчас до неё дошёл смысл его слов. Кузнецов. Следователь, который ещё вчера кричал на них за самовольное проникновение во двор Петра. И, кажется, потребовал не лезть впереди паровоза, и вроде бы они дали ему слово (что-то такое Лера припоминала сквозь туман поцелуя). А тут совсем неожиданно они очутились на шаг впереди в деле, в которое и нос-то совать не имеют право. Картина маслом. Встреча с ним здесь была очень некстати. И Лере пришлось подыграть, сделать вид страсти, но все выглядело очень натурально, во всяком случае, она почувствовала страсть Виталия. Или напридумывала? Конечно напридумывала. Виной всему нервы и обстановка. От испуга сердце готово было выпрыгнуть из груди, голову сковал страх разоблачения, ей даже мерещились звуки словесных бичеваний. Над их головами повис меч расправы за самовольность.

Но она обняла Виталия и не сопротивлялась. И даже поводила руками по спине.

Когда полицейские прошли мимо них, они медленно, но целеустремлённо продолжили свой путь в противоположную сторону от мужчин. Лера отчаянно вцепилась Виталию в руку и зашипела (по-другому и не назвать):

— Не смей больше так делать.

Виталий хотел уточнить, что опять ей не понравилось, если поцелуй, то он наоборот мечтал его повторить, но не успел.

— Стоять! — прогремел им вслед Кузнецов таким голосом, от которого в горах лавина сходит.

Лера готова была бежать, даже сделала попытку, но Виталий крепко держал её за руку. Остановились. Активной радости не проявляли, даже приличие проигнорировали — не повернулись. И Кузнецову пришлось обойти их и заглянуть в лицо. Интересовал его пока только Виталий.

— Что? Вы что тут делаете? Расследование ведёте?! — Уставился он на Виталия.

Лера замерла, боялась даже пошевелиться, настолько грозный был Кузнецов Илья Кириллович. Он медленно повернулся к ней, наклонил голову, по мере догадки лицо его менялось. Лера видела весь спектр эмоций, они сменялись со скоростью света. Теперь она знала все наглядно: все пять стадий от отрицания до принятия видела своими глазами.

— Валерия Сергеевна?! Это вы?! — на стадии гнева выкрикнул он. Он бесцеремонно стянул с неё очки и небрежно откинул прядь черных волос. — Вы что себе позволяете?!

Гнев Кузнецова вывел её из ступора, она помотала головой.

— Это была моя идея — чуть отодвинув Леру, загородил Виталий.

— Да? Прекрасно — сказал Илья Кириллович таким тоном, каким обычно приводят приговор к казни через расстрел. В голосе было столько же пороха и жести. — Я вас обоих могу задержать и раскидать по разным камерам на пару суток. Вы этого хотите?