Коммунар Гюстав Тридон олицетворяет позицию левых «эбертистов», видящих в Робеспьере того, кто в конце 1793 года развалил народное движение. Тридон, а вместе с ним и немалая часть традиционных социалистов, всегда, впрочем, составлявшая меньшинство, отказывается быть «робеспьеристом» и связывает репрессии республиканцев против рабочего движения с уничтожением фракций во II году; это уподобление упрощается торопливым насаждением культа Верховного Существа. Долгое время сторонники Жюля Геда, в частности Поль Лафарг, резко отвергающие «буржуазную республику» 1870 года, по тем же причинам нелестно отзываются о Робеспьере. Старый революционер 1848 года Вильгельм Либкнехт, одна из крупных фигур германской социал-демократии, благосклонно отнесется к труду Тридона. Эта традиция расходится с анархистской, федералистской, так или иначе антиэтатистской или, если пользоваться терминологией конца XIX века, «антиякобинской», воплощаемой Пьер-Жозефом Прудоном, к которой можно привязать и теоретика революционного синдикализма Жоржа Сореля.