— И вы хотите сказать, что у вас была включена камера и вы записывали в ту ночь, о которой я вас спрашивал? — спросила Мария.

'Да, мэм. В тот вечер я закрылся около восьми часов, поставил будильник и включил камеры. Поехал на выходные в Кейп-Мэй.

— Можем ли мы посмотреть отснятый материал?

'Во всех смыслах.'

Альвита повела их в заднюю часть магазина. По дороге маленькая девочка оторвалась от iPad и помахала Бирну.

Задняя комната была завалена коробками, фенами, табуретками и тележками, маникюрными столиками, пластиковыми стульями, мисками для шампуня. Где-то среди всего этого стоял захламленный стол с 21-дюймовым iMac.

— Пожалуйста, извините за все это, — сказала Альвита. — Я собирался разобраться во всем с того момента, как Уэппи убил Филлапа.

Бирн и Мария переглянулись. Бирн решил, что она имела в виду очень долгое время. Он не спросил, кто такие Уэппи и Филлуп.

«Я взяла на себя смелость перенести запись примерно на час раньше того времени, которое, как вы сказали, вас интересует», — сказала Альвита.

«Мы ценим это», — сказала Мария. Она указала на стул. 'Могу ли я?'

— Пожалуйста, сделай это, — сказала Альвита.

Мария Карузо принадлежала к молодому поколению детективов, которые обладали глубоким пониманием и интересом ко всему, что связано с цифровыми технологиями и высокими технологиями. Бирн пришел ко всему этому на склоне почти вертикальной кривой обучения.

— Я оставлю тебя с твоими делами, — сказала Альвита. — Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

Она протолкнула бусы и вернулась в салон.

Мария села за стол, взяла мышку в руку. Она перешла к периоду, предшествовавшему оценке судмедэкспертом времени смерти Эдвина Ченнинга. Она нажала кнопку воспроизведения. На экране была видна территория под входом на остров Нэйл, а также машины и тротуары на другой стороне улицы. Дом Ченнинга находился за кадром слева.

В верхней правой части экрана был виден пустырь справа от дома Ченнингов и, вдалеке, небольшой участок следующей улицы.

Машины проехали. Несколько пешеходов пересекли раму. Мужчина выгуливает собак. Похоже, никто не обращал особого внимания на дом Эдвина Ченнинга.

В 11.25 автомобиль пересек кадр справа налево на дальней стороне улицы. Это был большой внедорожник последней модели, темно-синий или черный. Выйдя за пределы кадра, машина остановилась, поле было освещено стоп-сигналами. Похоже, он остановился прямо перед домом Ченнингов. Видна была только часть заднего бампера.

Следующие две минуты он не двигался. Никто не пересекал поле зрения камеры пешком.

В 11.28 стоп-сигналы снова вспыхнули, а затем исчезли в темноте. Единственным источником света теперь были уличные фонари.

В 11.30 темный внедорожник остановился в самом верху кадра справа и припарковался на соседней улице, прямо на другой стороне пустыря.

«Похоже, это одна и та же машина», — сказала Мария.

«Да, это так», — ответил Бирн.

Минуту спустя водительская дверь открылась, и две призрачные тени двинулись от внедорожника через пустырь в направлении дома Ченнингов. Временной код говорил 11.32. Два детектива молча смотрели запись, пока на переднем плане время от времени проезжала машина. Мария поставила запись на удвоенную скорость.

В 12.16 две тени вернулись. Внедорожник завелся, и фары прорезали мрак неземным желтым светом.

— Можем ли мы вернуться к этому? — спросил Бирн.

Мария схватила скребок и сдвинула его немного влево. Через несколько секунд две тени снова пересекли пустырь, приблизились к машине.

— Остановись на секунду.

Мария нажала паузу. Бирн знал, что она думает о том же, что и он.

Были ли это те люди, которых они искали?

Были ли эти два хладнокровных убийцы?

— Не могли бы вы спросить Альвиту, есть ли какой-нибудь способ получить печатную копию этого? — спросил Бирн.

'Конечно.'

Пока Мария вошла в салон, Бирн сел за стол. Он достал телефон, сфотографировал экран, посмотрел на фотографию. Оно было зернистым, но не значительно хуже того, что было на записи.

Он перемотал запись. Он остановил его в тот момент, когда внедорожник проезжал мимо магазина. Движение было сильно размытым, а затемненные окна не позволяли ему видеть машину, но одну вещь можно было различить. Левое заднее крыло было помято.

Мария вошла в заднюю комнату.

— Алвита сказала, что, возможно, есть способ сделать это, но ее единственный принтер находится спереди.

— Все в порядке, — сказал Бирн. — С ее разрешения, давайте попросим кого-нибудь из AV-отдела сделать копию этой записи, выделив ее по тридцать минут с каждой стороны.

'Ты получил это.'

Пока Мария Карузо возвращалась в «Раундхаус», Бирн провел следующий час, осматривая окрестности с размытой фотографией старухи, которую он получил по электронной почте от Анн-Мари Бодри. Ее никто не узнал.

Накануне вечером он отправил фотографию по электронной почте Перри Кершоу, который сказал, что не только не узнал женщину, но и теперь не уверен, что действительно видел ее. Бирн поместил так называемую зацепку в мысленный отсек, который он использовал для совпадений, и пошел дальше.

Следующие несколько часов он провел, гуляя по кварталам, окружающим место происшествия с Ченнингом. Используя дом Эдвина Ченнинга как эпицентр, он делал все расширяющиеся концентрические круги в поисках камер наружного наблюдения.

Тот факт, что у домовладельца или коммерческого предприятия были камеры наблюдения, не означал, что они были доступны или готовы подписаться на проект SafeCam. Отнюдь не. Было только здравым смыслом понимать, что людям есть, что скрывать, по крайней мере, столько же, сколько они готовы поделиться. Вероятно, гораздо больше.

Всего Бирн насчитал девять камер в радиусе четырех кварталов, камер, которые не были зарегистрированы в SafeCam. Он останавливался во всех местах. Четыре были жилыми домами, и у двери не было ответа. Один оказался фиктивной камерой. К трем бизнес-камерам не были подключены записывающие устройства.

В два часа он нашел того, кто это сделал.

В четырех кварталах к востоку от острова Нейл находился небольшой продуктовый магазин «Садик Фуд Кинг». Им управляла турецкая пара по имени Джо и Фатма Садик.

Когда Бирн вошел, его встретила симфония ароматов, не последний из которых исходил от медного самовара с крепким черным кофе. Его также приветствовал Джо Садик. Садику было под сорок, это был жилистый, аккуратный мужчина с крепким рукопожатием и готовой улыбкой. На нем была классическая рубашка кремового цвета и галстук-бабочка цвета какао.

Бирн объяснил, что он ищет, не вдаваясь в подробности обстоятельств. Он также назвал Джо Садику сроки.

В отличие от ситуации на острове Гвоздь, Садики, которых неоднократно грабили, инвестировали в высококачественные камеры и подписались на облачный сервис, который хранил записи их наблюдения за пределами территории.

Они встретились в офисе в задней части магазина.

«Почему вы решили воспользоваться этой услугой?» — спросил Бирн.

Садик оживился. Он говорил с выразительными глазами и руками. «Дважды нас ограбили, причем забрали не только магнитофон, но и сами камеры». Он указал на потолок над хорошо укрепленной задней дверью. Там был купол из дымчатого стекла. «Теперь его немного сложнее обнаружить и уж точно труднее украсть. А если они украдут камеру, то видео они не получат».

При этом в комнату вошла жена Джо Фатма, миниатюрная женщина, одетая в бордовый брючный костюм, с оранжевым подносом. На нем стояла пара маленьких чашек с дымящимся черным кофе.

— Спасибо, — сказал Бирн. Он отпил кофе. Это было сильно и ароматно.

На экране видео наблюдения продвинулось вперед. Проезжали машины, проходили люди, солнце отбрасывало длинные тени, а затем совсем зашло. Когда изображение светилось в свете уличных фонарей, в кадре проехал знакомый автомобиль.

— Подождите, — сказал Бирн. 'Мы можем вернуться?'

Джо Садик нажал паузу. Он сделал резервную копию записи.

По мере того, как запись продвигалась вперед, машины проезжали рывками. На отметке 9.55 с левой стороны кадра въехал черный внедорожник и остановился на углу. Черный внедорожник с помятым левым задним крылом. Номерного знака в кадре не было видно, но значок был. Это была GMC Acadia. Бирн позвонил.

Закончив разговор, он снова повернулся к Джо Садику.

— Хорошо, — сказал он. «Давайте поиграем».

Садик нажал кнопку «Play». На экране автомобиль остановился через дорогу и припарковался перед магазином U-Cash-It. Через несколько секунд водитель и пассажир вышли. Без подсказки Джо Садик нажал паузу.

Хотя уровень освещенности был низким, а обзор располагался под большим углом и на четырех полосах движения, Бирн мог видеть, что пассажирами внедорожника были белые мужчины в возрасте от двадцати до середины тридцати пяти лет. Оба носили черные кожаные куртки. У пассажира были длинные волосы, почти до плеч. У водителя, который носил солнцезащитные очки с запахом, были коротко подстрижены волосы. Оба носили что-то вроде черных перчаток без пальцев.

'Хорошо?' — спросил Садик.

— Хорошо, — сказал Бирн.

Садик нажал кнопку «Play».

На экране тот, у кого более длинные волосы, открыл дверь U-Cash-It, и вошел водитель. Второй мужчина последовал за ним.

— Есть ли способ распечатать это?

Садик в мгновение ока оказался на ногах. «У нас есть эта технология».

Магазин U-Cash-It представлял собой отреставрированный и укрепленный кирпичный дом, расположенный рядом с магазином телефонов и пейджеров. «Отремонтированный», вероятно, было неправильным словом. Первый этаж выпотрошили, обшили гипсом и покрасили. Вот и все. Там была стойка, занимавшая всю ширину помещения, вывеска U-Cash-It на дальней стене – ярко-красная и желтая, с кулаком, держащим ярко-зеленые деньги, и молнией, образующей центр буквы U – но больше ничего, кроме небольшого двустороннего зеркала и пары камер в дальних углах.

Бирн никогда не бывал в более суровом и непривлекательном коммерческом заведении.

Опять же, если вам нужно обналичить чеки по этим тарифам, вы здесь не для того, чтобы общаться.

Если интерьер был непривлекательным, то мужчина, стоящий за стойкой, был тем более непривлекательным. Ему было под тридцать, его рост был где-то шесть футов два дюйма, два дюйма сорок. Бритая голова, пара железных петель в правом ухе, две самые замысловатые татуировки на рукавах, которые Бирн когда-либо видел. Не говоря уже о яркой татуировке на шее. Судя по всему, его руки и шея были местом его чувства цвета и композиции, какими бы они ни были.

'Как дела?' — спросил мужчина, мало заинтересованный в ответе.

'Как нельзя лучше.'

— Вы полицейский?

Бирн воспользовался моментом. — Это так очевидно?

'Что вы думаете?'

Бирну нужна была небольшая помощь от этого человека, поэтому он решил пока оставить все как есть. Он пошел дальше, вытащил удостоверение.

— Убийство?

«Правильно», сказал Бирн.

— Я никого не убивал.

— Я не говорил, что ты это сделал.

Мужчина продолжал пытаться смотреть на него сверху вниз. По виду татуировок, позе, постоянному хмурому взгляду было ясно, что это не первая встреча мужчины с сотрудником правоохранительных органов. Это также сказало Бирну, что это семейный бизнес. Если этот парень был осужденным преступником, никто не собирался нанимать его для управления их деньгами, кроме мамы и папы.

В конце концов мужчина через плечо Бирна взглянул на какого-то воображаемого покупателя, который только что не вошел.

— Я не узнал вашего имени, — сказал Бирн.

Мужчина глубоко вздохнул, раздувая ноздри.

— Деннис.

Бирн сделал тщательно продуманный жест: достал блокнот, перелистал несколько страниц и щелкнул ручкой.

— Только Деннис? Как Шер или Мадонна?

Еще одна вспышка. «ЛоКонти».

— Приятно познакомиться, — сказал Бирн. Он отложил блокнот и ручку. Он немного откинулся назад. Просто два парня разговаривают.

— Я вижу, у вас есть две камеры наблюдения в задней части магазина.

Деннис обернулся и посмотрел так, как будто не знал, что они здесь. Он повернулся назад.

'Что насчет них?'

— Они когда-нибудь пригодились?

'Не уверен о чем ты.'

«Я имею в виду, сталкивались ли вы когда-нибудь с проблемой, когда вам приходилось идентифицировать кого-то, кто проник в ваше заведение через эти устройства наблюдения?»

Бирн знал, что Деннис знал, что если бы по этому адресу когда-либо сообщалось о краже со взломом или грабеже, у PPD были бы все подробности. Он мог лгать, но в этом не было бы смысла, если бы он хотел вытащить этого полицейского из своего магазина и из своей жизни.

— Пару раз, — сказал он.

— Потрясающе, — сказал Бирн. «Деньги потрачены не зря». Он указал на входную дверь. — Я заметил, что у вас нет камеры снаружи.

'Нет.'

'Могу я спросить, почему?'

Легкая улыбка появилась на лице Денниса и быстро исчезла. — Потому что так далеко это никогда не заходит.

Сказав это, Бирн увидел, как правая рука мужчины почти незаметно двинулась назад к его телу, остановившись всего в нескольких дюймах от края изношенной столешницы. Ему было интересно, что за средство убеждения спряталось у этого человека под прилавком. Не его дело сейчас. Возможно, скоро, но не прямо сейчас.

— Понятно, — сказал он. «Это может объяснить, почему вы не участвуете в городском проекте SafeCam».

' Что ?'

Бирн дал ему краткое изложение. Примерно через десять слов он увидел, как мужчина потускнел. — Если хотите, я могу прислать вам кое-какую литературу.

'Ага. Хорошо. Конечно.'

— Я сделаю заметку. Но позвольте мне перейти к делу. Я не хочу отнимать у вас слишком много времени.

Лицо мужчины произнесло: « Наконец-то» .