Ранее она взяла ветку и использовала ее, чтобы исследовать впереди себя в темноте, мало чем отличаясь от слепого человека на городском тротуаре. Она продолжила идти вперед, постукивая по ветке, на каждом шагу касаясь мерзлой земли. На своем пути она столкнулась с огромным препятствием. Прямо впереди виднелся огромный валежник. Если бы она хотела продолжить движение по ручью, ей пришлось бы преодолеть вершину. На ней были туфли на кожаной подошве. Не совсем предназначен для пеших прогулок или скалолазания.

Она нашла кратчайший путь, начала пробираться по путанице корней и ветвей. Он был покрыт снегом, а под ним лед. Более чем беспощадный

359

однажды Джессика поскользнулась, упала назад и оцарапала колени и локти. Ее руки словно замерзли.

После еще трех попыток ей удалось удержаться на ногах. Она добралась до вершины, а затем упала на другую сторону, ударившись о кучу сломанных веток и сосновых иголок. Она сидела так несколько мгновений, изнуренная, борясь со слезами. Она нажала на Маглайт. Оно было почти мертво. Мышцы болели, голова пульсировала. Она снова обыскала себя, ища что-нибудь, хоть что-нибудь...

жвачка, мята, освежитель дыхания. Она нашла что-то во внутреннем кармане. Она была уверена, что это «Тик-Так». Немного ужина. Когда она справилась с этим, она обнаружила, что это намного лучше, чем «Тик-Так». Это была таблетка Тайленола. Иногда она брала с собой на работу несколько обезболивающих, и это, должно быть, было остатком предыдущей головной боли или похмелья. Несмотря на это, она сунула его в рот и провела им по горлу. Вероятно, это не помогло бы ревущему в ее голове товарному поезду, но это была маленькая крупица здравомыслия, пробный камень жизни, которая казалась за миллион миль от нее.

Она была посреди леса, там было кромешно темно, у нее не было еды и крова. Джессика подумала о Винсенте и Софи. Прямо сейчас Винсент, вероятно, карабкался по стенам. Давным-давно они заключили договор, исходя из опасности, присущей их работе, что не пропустят время ужина без телефонного звонка. Не важно что. Никогда. Если кто-то из них не позвонил, значит, что-то не так. Здесь явно что-то было не так.

Джессика встала, поморщившись от множества болей, болей и царапин. Она пыталась контролировать свои эмоции. Потом она это увидела. Свет на близком расстоянии. Оно было тусклым, мерцающим, но явно рукотворным — крошечная точка освещения на огромной черной картине ночи. Это могут быть свечи или масляные лампы, возможно, керосиновый обогреватель. В любом случае, это представляло жизнь. Это олицетворяло тепло . Джессике хотелось закричать, но она передумала. Свет был слишком далеко, и она понятия не имела, есть ли поблизости животные. Сейчас она не нуждалась в таком внимании. Она не могла сказать, исходил ли свет из дома или даже из какого-либо сооружения. Она не слышала звуков близлежащей дороги, так что, вероятно, это было не коммерческое предприятие или автомобиль. Возможно, это был небольшой костер. Люди разбивали лагерь в Пенсильвании круглый год. 360

РИЧАРДМ на та нари

Джессика прикинула расстояние между ней и светом, вероятно, не более полумили. Но она не могла видеть полмили. На таком расстоянии может быть что угодно. Камни, водопропускные трубы, канавы. Медведи.

Но, по крайней мере, теперь у нее было направление.

Джессика сделала несколько неуверенных шагов вперед и направилась к свету. 88

Роланд плыл. Его руки и ноги были связаны крепкой веревкой. Луна была высоко, снег прекратился, облака рассеялись. В свете, отраженном от светящейся белой земли, он увидел многое. Он плыл по узкому каналу. По обе стороны располагались крупные скелетные структуры. Он увидел огромный сборник рассказов, открытый в центре. Он увидел выставку каменных поганок. Один экспонат выглядел как обветшалый фасад скандинавского замка.

Лодка была меньше шлюпки. Роланд вскоре понял, что он не единственный пассажир. Кто-то сидел прямо за ним. Роланд изо всех сил пытался повернуться, но не мог пошевелиться.

"Чего ты хочешь от меня?" – спросил Роланд.

Голос раздался тихим шепотом в нескольких дюймах от его уха. «Я хочу, чтобы ты остановил зиму».

О чем он говорит?

— Как... как мне это сделать? Как мне остановить зиму?

Наступила долгая тишина, только звук шлепания деревянной лодки по ледяным каменным стенам канала, движущейся по лабиринту. 362

РИЧАРДМ на та нари

«Я знаю, кто ты», — раздался голос. «Я знаю, что ты делаешь. Я знал это с самого начала».

Черный ужас охватил Роланда. Спустя несколько мгновений лодка остановилась перед заброшенным экспонатом справа от Роланда. На выставке были большие снежинки из гниющей сосны, ржавая железная печь с длинным горлышком и потускневшими латунными ручками. К плите были прислонены ручка от метлы и скребок для духовки. В центре экспозиции стоял трон, сделанный из прутьев и прутьев. Роланд увидел зелень недавно сломанных ветвей. Трон был новым. Роланд боролся с веревками, с нейлоновым ремнем на шее. Господь оставил его. Он так долго искал дьявола, но все закончилось вот так.

Мужчина обошел его и направился к носу лодки. Роланд посмотрел ему в глаза. Он увидел отражение лица Шарлотты. Иногда это дьявол, которого ты знаешь.

Под ртутной луной дьявол наклонился вперед с блестящим ножом в руке и вырезал Роланду Ханне глаза. 89

Казалось, это заняло целую вечность. Джессика упала только один раз — поскользнувшись на обледеневшем участке, похожем на мощеную дорожку.

Огни, которые она заметила из ручья, исходили от одноэтажного дома. До него было еще немалое расстояние, но Джессика увидела, что сейчас находится в комплексе ветхих зданий, построенных вокруг лабиринта узких каналов. Некоторые здания напоминали магазины в маленькой скандинавской деревне. Другие были сделаны в виде сооружений морского порта. По мере того как она шла вдоль берегов каналов, продвигаясь вглубь комплекса, там появлялись новые здания, новые диорамы. Все они были ветхими, изношенными, сломанными.

Джессика знала, где она. Она вошла в тематический парк. Она вошла в реку Сказочник.

Она оказалась в ста футах от здания, которое могло быть воссозданной датской школой. Внутри горел свет свечей. Яркий свет свечей. Тени мерцали и танцевали.

364

РИЧАРДМ на та нари

Она инстинктивно потянулась к своему оружию, но кобура была пуста. Она подползла ближе к зданию. Перед ней был самый широкий канал, который она когда-либо видела. Это вело к эллингу. Слева от нее, в тридцати или сорока футах, находился небольшой пешеходный мост через канал. На одном конце моста стояла статуя с зажженной керосиновой лампой. Он бросал в ночь жуткое медное сияние.

Подойдя ближе к мосту, она поняла, что фигура на нем вовсе не статуя. Это был мужчина. Мужчина стоит на эстакаде и смотрит в небо.

Когда Джессика шагнула на несколько футов от моста, ее сердце екнуло.

Этим человеком был Джошуа Бонтрагер.

И руки его были в крови.

90

Бирн и Винсент пошли по извилистой дороге вглубь леса. Иногда это была всего лишь одна полоса шириной, покрытая льдом. Дважды им пришлось пересечь шаткие мосты. Примерно через милю от леса они обнаружили огороженную тропинку, ведущую дальше на восток. На карте, нарисованной Надин Палмер, ворот не было.

«Я собираюсь попробовать ее еще раз». Мобильный телефон Винсента висел на приборной панели. Он протянул руку, набрал номер. Через секунду динамик издал сигнал вызова. Один раз. Дважды.

И тут на телефон ответили. Это была голосовая почта Джессики, но она звучала по-другому. Долгое шипение, затем помехи. Затем дыхание.

— Джесс, — сказал Винсент.

Тишина. Только тихое бормотание электронного шума. Бирн посмотрел на ЖК-экран. Соединение все еще было открыто.

"Джесс."

Ничего. Потом шорох. Затем слабый голос. Мужской голос .

«Вот девушки, молодые и прекрасные».

"Что?" — спросил Винсент.

«Танцы в летнем воздухе».

366

РИЧАРДМ на та нари

«Кто это, черт возьми?»

«Как две играющие прялки».

"Ответьте мне!"

«Красивые девушки танцуют».

Пока Бирн слушал, кожа на его руках начала покрываться ямочками. Он посмотрел на Винсента. Выражение лица мужчины было пустым и непроницаемым. Потом связь оборвалась.

Винсент нажал кнопку быстрого набора. Телефон зазвонил снова. Та же голосовая почта. Он отключился.

«Что, черт возьми, происходит?»

«Я не знаю», сказал Бирн. «Но это твой ход, Винс».

Винсент на секунду закрыл лицо руками, а затем поднял глаза.

«Давай найдем ее».

Бирн вышел из машины у ворот. Он был заперт на огромный моток ржавой железной цепи, запертой на старый замок. Судя по всему, его давно не беспокоили. Обе стороны дороги, ведущей вглубь леса, обрывались в глубокие замерзшие водопропускные трубы. Они никогда не смогут ездить. Фары машины рассекали тьму на расстояние всего пятидесяти футов, затем темнота заглушила свет. Винсент вышел из машины, залез в багажник и достал дробовик. Он поднял его, закрыл багажник. Он снова залез в машину, выключил фары и двигатель, схватил ключи. Темнота теперь была полной; ночь, тишина.

Они стояли, двое полицейских Филадельфии, посреди сельской местности Пенсильвании.

Не говоря ни слова, они двинулись по тропе.

91

«Это могло быть только одно место», — сказал Бонтрагер. «Я читал рассказы, я собирал их вместе. Это могло быть только здесь. Река Сборника Рассказов. Мне следовало подумать об этом раньше. Как только меня это осенило, я отправился в путь. Я собирался позвонить боссу, но я подумал, что это маловероятно, ведь сейчас канун Нового года».

Джош Бонтрагер теперь стоял в центре пешеходного моста. Джессика попыталась все это осознать. В тот момент она не знала, чему верить и кому доверять.

— Ты знал об этом месте? — спросила Джессика.

«Я вырос недалеко отсюда. То есть нам сюда не разрешали приезжать, но мы все об этом знали. Моя бабушка продавала владельцам часть наших консервов».

«Джош». Джессика указала на его руки. «Чья это кровь?»

«Человек, которого я нашел».

"Мужчина?"

«Вниз по первому каналу», — сказал Джош. «Это… это очень плохо».

— Ты нашел кого ? — спросила Джессика. "О чем ты говоришь?"

368

РИЧАРДМ на та нари

«Он на одной из выставок». Бонтрагер на мгновение посмотрел на землю. Джессика не знала, как это прочитать. Он посмотрел вверх. "Я покажу тебе."

Они пошли обратно по пешеходному мосту. Каналы змеились между деревьями, петляя к лесу и обратно. Они ступали по узким каменным краям. Бонтрагер направил фонарик на землю. Через несколько минут они подошли к одному из стендов. Там была печь, пара больших деревянных снежинок, каменная копия спящей собаки. Бонтрагер осветил фонариком фигуру в центре экрана, сидящую на троне из палочек. Голова фигуры была обернута красной тканью. Надпись над дисплеем гласила: «Снежный человек».

«Я знаю эту историю», — сказал Бонтрагер. «Речь идет о снеговике, который мечтает оказаться у печи».

Джессика подошла ближе к фигуре. Она осторожно сняла обертку. Темная кровь, почти черная в свете фонаря, капала на снег.

Мужчину связали и заткнули рот. Кровь лилась из его глаз. Или, точнее, из своих пустых глазниц. На их месте были черные треугольники.

«Боже мой», сказала Джессика.

"Что?" — спросил Бонтрагер. "Ты его знаешь?"

Джессика взяла себя в руки. Этим человеком был Роланд Ханна.

«Вы проверили его жизненные показатели?» она спросила.

Бонтрагер посмотрел на землю. «Нет, я…» — начал Бонтрагер. «Нет, мэм».

«Все в порядке, Джош». Она шагнула вперед, пощупала пульс. Через несколько секунд она нашла его. Он был еще жив.

«Позвони в офис шерифа», — сказала Джессика.

«Уже сделал», — сказал Бонтрагер. «Они уже в пути».

— У тебя есть оружие?

Бонтрагер кивнул и вытащил «Глок» из кобуры. Он передал его Джессике. «Я не знаю, что происходит вон в том здании». Джессика указала на здание школы. «Но что бы это ни было, мы должны это остановить».

"Хорошо." Голос Бонтрагера звучал гораздо менее уверенно, чем его ответ.

"Ты в порядке?" Джессика вытащила магазин оружия. Полный. Она ударила его по цели, вложила патрон.

беспощадный

369

«Хорошо идти», сказал Бонтрагер.

«Держи свет приглушенным».

Бонтрагер взял на себя инициативу, наклонившись и держа свой Маглайт близко к земле. Они находились не более чем в ста футах от здания школы. Пока они возвращались сквозь деревья, Джессика пыталась разобраться в планировке. В небольшом строении не было ни веранды, ни балкона. Спереди была одна дверь и два окна. Его стороны были скрыты деревьями. Под одним из окон виднелась небольшая кучка кирпичей. Когда Джессика увидела кирпичи, она поняла. Это мучило ее уже несколько дней, и теперь она наконец поняла.

Его руки .

Его руки были слишком мягкими.

Джессика заглянула в переднее окно. Сквозь кружевные занавески она увидела интерьер одной комнаты. Небольшая сцена находилась позади. Повсюду было разбросано несколько деревянных стульев, но никакой другой мебели. Повсюду были свечи, включая богато украшенную люстру, подвешенную к потолку. На сцене стоял гроб, в котором Джессика увидела образ женщины. Женщина была одета в клубнично-розовое платье. Джессика не могла видеть, дышит она или нет.

На сцену вышел мужчина, одетый в темный фрак и белую рубашку с кончиками крыльев. Его жилет был красного цвета с рисунком пейсли, а галстук — черным шелковым буфом. В карманах его жилета висела цепочка для часов. На соседнем столе стоял викторианский цилиндр.

Он стоял над женщиной в искусно вырезанном гробу, изучая ее. В его руках была веревка, которая вилась петлей к потолку. Джессика проследила взглядом за веревкой. Через грязное окно было трудно что-то разглядеть, но когда она выбралась наружу, у нее похолодел. Над женщиной висел большой арбалет, нацеленный ей в сердце. В штырь была загружена длинная стальная стрела. Лук был натянут и прикреплен к веревке, которая проходила через проушину в балке, а затем возвращалась вниз. Джессика осталась внизу и подошла к более ясному окну слева. Когда она заглянула внутрь, сцена не была затемнена. Ей почти хотелось, чтобы это было не так.