РИЧАРДМ на та нари

Чарльз. Как и у Чарльза, ее глаза были цвета голубого яйца малиновки, оттенявшего весеннее небо.

Шарлотта и Аннемари. Эти двое были неразлучны. В тот день они стояли в своих сарафанах, переливаясь в ослепительном свете. Шарлотта носила лавандовые ленты. Для них это была вечеринка по случаю дня рождения: они родились в один и тот же день, с разницей ровно в два часа, причем Аннемари была старшей из двоих. Они встретились в парке, когда им было шесть лет, и теперь им предстояло устроить там вечеринку.

В шесть часов все они услышали гром, а вскоре после этого их позвали матери.

Роланд ушел. Он взял перчатку и просто ушел, оставив Шарлотту позади. В тот день он оставил ее ради дьявола, и с того дня дьявол завладел его душой. Для Роланда, как и для многих людей в министерстве, дьявол не был абстрактным. Это было реальное существо, способное проявляться во многих формах. Он думал о прошедших годах. Он подумал о том, каким молодым он был, когда открыл миссию. Он думал о Джулианне Вебер, о том, как с ней жестоко обращался человек по имени Джозеф Барбер, как к нему пришла мать Джулианны. Он разговаривал с маленькой Джулианной. Он думал о том, как он столкнулся с Джозефом Барбером в той хижине в Северной Филадельфии, о взгляде Барбера, когда тот понял, что он предстал перед земным судом, о том, как неизбежен гнев Господень. «Тринадцать ножей», — подумал Роланд. Число дьявола . Джозеф Барбер. Бэзил Спенсер. Эдгар Луна.

Так много других.

Были ли они невиновны? Нет. Возможно, они не несут прямой ответственности за то, что случилось с Шарлоттой, но они были приспешниками дьявола.

«Вот оно». Шон остановил машину на обочине дороги. Среди деревьев, рядом с узкой заснеженной тропой, висел указатель. Шон вышел из фургона, очистил знак от свежего снега.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ

Роланд опустил окно.

«В нескольких сотнях ярдов есть деревянный однополосный мост», - беспощадный Шон.

321

сказал. «Я помню, что раньше он был в довольно плохом состоянии. Возможно, его даже больше нет. Думаю, мне стоит пойти посмотреть, прежде чем мы приедем».

«Спасибо, брат Шон», — сказал Роланд.

Шон потуже натянул шерстяную шапку и завязал шарф. "Я скоро вернусь."

Он пошел по переулку, медленно продвигаясь по снегу глубиной по икры, и через несколько мгновений исчез в буре.

Роланд взглянул на Чарльза.

Чарльз заламывал руки, покачиваясь на сиденье. Роланд положил руку на большое плечо Чарльза. Теперь это не займет много времени. Вскоре им предстоит встретиться лицом к лицу с убийцей Шарлотты. 75

Бирн посмотрел на содержимое конверта — несколько фотографий, каждая с пометкой, нацарапанной внизу шариковой ручкой, — но понятия не имел, что все это означает. Он еще раз взглянул на конверт. Оно было адресовано ему из Департамента полиции. Буквы от руки, блочный стиль, черные чернила, возврат невозможен, почтовый штемпель Филадельфии. Бирн сидел за столом в дежурке «Раундхауса». В комнате было почти пусто. Все, кому было чем заняться в канун Нового года, готовились это сделать.

Там было шесть фотографий: маленькие полароидные отпечатки. Внизу каждого отпечатка была написана серия цифр. Цифры выглядели знакомыми — похоже, это были номера дел PPD. Он не мог понять самих картин. Это не были официальные фотографии ведомства. На одном был снимок маленькой плюшевой игрушки лавандового цвета. Оно было похоже на медведя. На другом была фотография девичьей заколки, тоже лавандового цвета. Еще одна была фотография маленькой пары носков. Трудно сказать точный цвет из-за небольшого пересвета отпечатка, но выглядели они беспощадно.

323

тоже быть лавандовым. Было еще три фотографии, на всех неизвестные объекты, каждая из которых имела оттенок лаванды. Бирн еще раз внимательно рассмотрел каждую фотографию. В основном это были крупные планы, поэтому контекста было мало. Три объекта находились на ковровом покрытии, два — на деревянном полу, один — на бетонном полу. Бирн записывал цифры, когда вошел Джош Бонтрагер, держа в руках пальто.

«Просто хотел поздравить с Новым годом, Кевин». Бонтрагер пересек комнату и пожал Бирну руку. Джош Бонтрагер был рукопожатником. За последнюю неделю или около того Бирн, вероятно, пожал руку молодому человеку раз тридцать.

«Тебе того же, Джош».

«Мы поймаем этого парня в следующем году. Вот увидишь».

Бирн предположил, что это было немного деревенского остроумия, но оно пришло из правильного места. "Без сомнения." Бирн взял листок с номерами дел. — Не могли бы вы оказать мне услугу, прежде чем уйти?

"Конечно."

«Не могли бы вы достать мне эти файлы?»

Бонтрагер положил пальто. «Я участвую в этом».

Бирн снова повернулся к фотографиям. Каждый показал предмет лавандового цвета, он увидел снова. Вещь для девочки. Заколка, мишка, пара носков с небольшой ленточкой вверху.

Что это значит? На фотографиях изображены шесть жертв? Их убили из-за лавандового цвета? Была ли это подпись серийного убийцы?

Бирн выглянул в окно. Шторм усиливался. Вскоре город остановился. По большей части полиция приветствовала снежные бури. Они имели тенденцию замедлять ход событий, сглаживать споры, которые часто приводили к нападениям и убийствам.

Он снова посмотрел на фотографии в своих руках. Что бы они ни представляли, уже произошло. Тот факт, что в этом участвовал ребенок...

вероятно, молодая девушка - не предвещало ничего хорошего.

Бирн встал из-за стола, прошел по коридору к лифтам и стал ждать Джоша.

76

В подвале было сыро и затхло. Он состоял из одной большой комнаты и трёх поменьше. В главной секции в одном углу стояло несколько деревянных ящиков — большой сундук парохода. Остальные комнаты были почти пусты. У одного были заколочены желоб для угля и бункер. У одного был давно сгнивший стеллаж. На нем стояло несколько старых зеленых стеклянных банок емкостью в один галлон и пара разбитых кувшинов. Сверху были прикреплены потрескавшиеся кожаные уздечки и старая ловушка для ног.

Багажник парохода не был заперт на висячий замок, но широкая задвижка, похоже, была заржавела. Джессика нашла неподалеку железный слиток. Она махнула штангой. Три удара спустя, и защелка подскочила. Они с Никки открыли багажник. Сверху лежала старая простыня. Они оттащили его. Под ним лежали несколько слоев журналов: Life, Look, Woman's Home Companion. ион, Кольерс. Доносился запах плесневелой бумаги и моли. Никки передвинула несколько журналов.

Под ними лежал кожаный переплет размером девять на двенадцать дюймов, с прожилками и тонким зеленым слоем плесени. Джессика открыла его. Там было всего несколько страниц.

беспощадный

325

Джессика перелистнула первые две страницы. Слева была пожелтевшая вырезка из газеты «Инкуайрер», новость за апрель 1995 года, статья об убийстве двух молодых девушек в Фэрмаунт-парке. Аннемари ДиЧилло и Шарлотта Уэйт. Иллюстрация справа представляла собой грубый рисунок пером и тушью пары белых лебедей в гнезде. Пульс Джессики участился. Уолт Бригам был прав. Этот дом — или, точнее, его обитатели — имел какое-то отношение к убийству Аннемари и Шарлотты. Уолт приближался к убийце. Он был уже близко, и той ночью убийца последовал за ним в парк, прямо к тому месту, где были убиты маленькие девочки, и сжег его заживо.

Джессика осознала мощную иронию всего этого.

После смерти Уолт Бригам привел их к дому своего убийцы. Смертью Уолт Бригам может отомстить.

77

Шесть дел касались убийств. Все жертвы были мужчинами в возрасте от двадцати пяти до пятидесяти лет. Трое мужчин были зарезаны, один из них садовыми ножницами. Двое мужчин были избиты дубинками, одного сбила большая машина, возможно, фургон. Все они были из Филадельфии. Четверо были белыми, один черным и один азиатом. Трое из них были женаты, двое разведены, один холост. Их всех объединяло то, что их всех в той или иной степени подозревали в насилии в отношении молодых девушек. Все шестеро были мертвы. И, оказывается, на месте их убийства находился какой-то лавандовый предмет. Носки, заколка, плюшевые игрушки.

Ни в одном деле не было ни одного подозреваемого.

«Эти файлы связаны с нашим убийцей?» — спросил Бонтрагер. Бирн почти забыл, что Джош Бонтрагер все еще находится в комнате. Ребенок был таким тихим. Возможно, это было из уважения. «Я не уверен», сказал Бирн.

беспощадный

327

«Хочешь, я побуду здесь и, может быть, прослежу за некоторыми из них?»

«Нет», сказал Бирн. «Сейчас канун Нового года. Иди хорошо проведи время».

Через несколько мгновений Бонтрагер схватил пальто и направился к двери.

«Джош», сказал Бирн.

Бонтрагер обернулся в ожидании. "Ага?"

Бирн указал на файлы. "Спасибо."

"Конечно." Бонтрагер поднял две книги Ганса Христиана Андерсена. «Я собираюсь прочитать это сегодня вечером. Думаю, если он собирается сделать это снова, здесь может быть подсказка».

«Какая-то канун Нового года», — подумал Бирн. Чтение сказок. "Хорошая работа."

«Я подумал, что позвоню тебе, если что-нибудь придумаю. Это нормально?»

«Абсолютно», сказал Бирн. Парень начал напоминать самого себя Бирна, когда тот только пришел в подразделение. Версия для амишей, но все же похожая. Бирн встал, надел пальто. «Подожди. Я провожу тебя вниз».

«Круто», — сказал Бонтрагер. "Куда ты направляешься?"

В материалах дела Бирн ознакомился с данными следователей по каждому из убийств. Во всех случаях это были Уолтер Дж. Бригам и Джон Лонго. Бирн поискал Лонго. Он вышел на пенсию в 2001 году и теперь жил на северо-востоке.

Бирн нажал кнопку лифта. «Думаю, я поеду на северо-восток».

Джон Лонго жил в ухоженном таунхаусе в Торресдейле. Бирна встретила жена Лонго Дениз, стройная, привлекательная женщина лет сорока с небольшим. Она привела Бирна в мастерскую в подвале, за ее теплой улыбкой светился скептицизм и легкая подозрительность. Стены были увешаны мемориальными досками и фотографиями, наполовину посвященными Лонго в разных местах в различном полицейском снаряжении. Другая половина была семейными фотографиями — свадьбы в парке Атлантик-Сити, где-нибудь в тропиках.

Лонго выглядел на несколько лет старше, чем его официальная фотография PPD, 328.

РИЧАРДМ на та нари

его темные волосы теперь оттенялись сединой, но он по-прежнему оставался подтянутым и спортивным. Будучи на несколько дюймов ниже Бирна и на несколько лет моложе, Лонго выглядел так, будто при необходимости он все еще мог бы догнать подозреваемого. После стандартного танца «кто ты знаешь, с кем ты работал» они наконец добрались до причины визита Бирна. Что-то в ответах Лонго подсказало Бирну, что Лонго каким-то образом ожидал наступления этого дня.

Шесть фотографий были разложены на верстаке, который раньше использовался для изготовления деревянных скворечников.

«Где ты это взял?» — спросил Лонго.

«Честный ответ?» — спросил Бирн.

Лонго кивнул.

— Я думал, это ты их послал.

"Нет." Лонго осмотрел конверт изнутри и снаружи, перевернул его.

«Это был не я. На самом деле, я надеялся прожить остаток своей жизни и больше никогда не увидеть ничего подобного».

Бирн понял. Было много такого, чего он сам никогда больше не хотел видеть. «Как долго вы были на работе?»

«Восемнадцать лет», — сказал Лонго. «Половина карьеры для некоторых парней. Слишком долгая для других». Он внимательно изучил одну из фотографий. «Я помню это. Было много ночей, когда мне хотелось этого не делать».

На фотографии был изображен маленький плюшевый мишка.

— Это было снято на месте преступления? — спросил Бирн.

"Да." Лонго пересек комнату, открыл шкаф, достал бутылку «Гленфиддича». Он поднял бутылку и вопросительно приподнял бровь. Бирн кивнул. Лонго налил им обоим выпить и протянул стакан Бирну.

«Это было последнее дело, над которым я работал», — сказал Лонго.

«Это была Северная Филадельфия, верно?» Бирн знал все это. Ему просто нужно было это синхронизировать.

«Бесплодные земли. Мы были на этом месте. Тяжело. Месяцами . Звали Джозеф Барбер. Дважды вызывал его на допрос за серию изнасилований молодых девушек, не мог его удержать. Потом он сделал это снова. скрывался в старом наркопритоне недалеко от Пятой улицы и Камбрии». Лонго допил свой напиток. «Он был мертв, когда мы туда приехали. Тринадцать ножей в его теле».

"Тринадцать?"

"Ага." Лонго прочистил горло. Ему это далось нелегко. Он беспощадный

329

налил себе еще выпить. — Ножи для стейка. Дешево. Такие, какие можно купить на блошином рынке. Неотслеживаемые.

«Было ли дело когда-либо закрыто?» Бирн тоже знал ответ на этот вопрос. Он хотел, чтобы Лонго продолжал говорить.

«Насколько мне известно, нет».

— Ты следил за этим?

«Я не хотел. Уолт какое-то время придерживался этой идеи. Он пытался доказать, что Джозефа Барбера убил какой-то линчеватель. Никакой реакции не добился». Лонго указал на фотографию на верстаке. «Я посмотрел на лавандового медведя на полу и понял, что мне конец. Я никогда не оглядывался назад».

— Есть идеи, кому принадлежал медведь? — спросил Бирн. Лонго покачал головой. «Когда доказательства были устранены и имущество освобождено, я показал его родителям маленькой девочки».

«Это были родители последней жертвы Барбера?»

«Да. Они сказали, что никогда раньше этого не видели. Как я уже сказал, Барбер был серийным насильником детей. Я не хотел думать, как и где он мог это получить».

«Как звали последнюю жертву Барбера?»

«Джулианна». Голос Лонго дрогнул. Бирн разложил на верстаке несколько инструментов и стал ждать. «Джулианна Вебер».

«Вы когда-нибудь следили за этим?»

Он кивнул. «Несколько лет назад я проезжал мимо их дома, припарковался через дорогу. Я видел Джулианну, когда она уходила в школу. шаг."