По общему молчаливому согласию, когда тропинка подошла к Боггартс-грин, все свернули с нее на размокшее поле, а потом еще и перелезли через каменную ограду. Сделав крючок в пару сотен футов, они вернулись на тропинку, а когда до дома оставалась всего миля и уже стал виден шпиль церкви, навстречу им выехал верхом Джон Браун. Поскольку по пути они часто останавливались передохнуть, до деревни они добрались лишь к полудню.

Браун немедленно спешился и, бросив быстрый взгляд на перепачканных путников, подсадил старого Патрика в седло.

— Вы не упадете, сэр? — Когда старик заверил, что с ним все в порядке, Браун повернулся к Эмили. — Я полагаю, вы нашли какое-то укрытие во время бури. Я побыстрее отвезу вашего отца домой, бегом побег. — Он взглянул на угрюмого Керзона и продолжил: — Вчера кто-то украл пару лошадей, запряженных в чужой экипаж, но они в темноте вернулись обратно к церкви. Я оседлаю одну из них для вас.

— Для Брэнуэлла, — поправила его Эмили.

— О! — Он уставился на ее брата. — О! Да, конечно. Почему бы вам всем не отдохнуть здесь, покуда я вернусь за вами?

Брэнуэлл выпрямился, расправил плечи, и какой-то момент его почти не шатало.

— Я пойду пешком, сэр, — заявил он.

— Как вам будет угодно. — Браун смерил Брэнуэлла недоверчивым взглядом и повернулся к его сестре. — Может быть, все-таки для вас, мисс Эмили?

Она устала до головокружения, была очень голодна, но знала, что в силах пройти и до приходского дома, и гораздо дальше. Она потрепала Стража по холке и покачала головой.

— Я тоже пойду пешком, — буркнул Керзон.

Браун кивнул, открыл было рот, чтобы что-то сказать, потом закрыл, но в конце концов все же нерешительно сказал:

— Надо еще с одним делом разобраться. В церкви погром, плита из пола выворочена, а рядом лежит очень старый, просто дряхлый священник. Мертвый.

— Мы расскажем вам, что случилось, — пообещала Эмили, — как только придем в себя. — Она откинула волосы назад и вымученно улыбнулась Брауну. — Тварь, лежавшая под тем камнем, уничтожена.

— Ах?! — Браун еще раз обвел взглядом четверых измученных, донельзя грязных людей. — Вот оно как! Этой ночью, там, на пустошах? — он покрутил головой, будто желал убедиться в реальности мокрых полей, озаренных ярким светом солнца. — Да уж, я очень хочу об этом услышать.

Браун повернулся и быстрой рысцой побежал вперед, ведя лошадь в поводу. У Эмили полегчало на сердце, когда она увидела, что отец приободрился и вполне уверенно сидит в седле.

Когда усталые путники оказались в виду приходского дома, их встретили на дороге выбежавшие навстречу Энн, Шарлотта и Табби.

— Папа сел есть овсянку и пить чай, — сообщила запыхавшаяся Энн с расстояния в несколько ярдов, добежала до Эмили и схватила ее за руку. — Мистер Браун сказал, что вы идете следом. Ты хорошо о ней заботился? — добавила она, обращаясь к Стражу и потрепала его по голове. Тот лизнул ее ладонь.

Следом примчались Шарлотта и совсем запыхавшаяся Табби.

— Папа сразу после завтрака пойдет в кровать, — сказала Шарлотта. — Где вы укрывались этой ночью в такую непогоду? На Топ-уитенс? Папа ничего не говорит.

— Нынче утром никто не стрелял на кладбище из пистолета, — пожаловалась Табби, — а я не хотела тревожить хозяина еще и этим. Ты сейчас стрельнешь?

— Этого, — сказала Эмили, обведя взглядом всех трех, — больше не потребуется.

— Неужто? — встрепенулась Табби и, повернувшись к Керзону, сказала: — Спасибо вам, сэр.

Он ошарашенно замер, потом наклонил голову, одним глазом взглянул на старую экономку и сказал:

— Благодарите мисс Эмили.

— Оба чудовища… исчезли? — спросила Шарлотта.

— Да, — бросил не очень-то довольным тоном Брэнуэлл.

— А как же… — Шарлотта замялась, но потом продолжила: — Три… э-э… смерти?

Эмили устало улыбнулась.

— Пока что отложены до востребования.

— Понятно. Что ж, возможно, тут удастся что-нибудь сделать.

Эмили не стала разубеждать сестру.

— Мистер Керзон, — продолжала Шарлотта, — может быть, вы… впрочем, вы, конечно, сейчас хотите вернуться к себе, освежиться и прилечь хоть ненадолго… но думаю, вы не откажетесь отужинать с нами?

Керзон тяжело вздохнул и покачал головой.

— Благодарю вас, мисс Бронте, но мне нужно безотлагательно выехать в Лондон, так что этот вечер у вас будет чисто семейным. — Он обвел жестом присутствовавших, не забыв включить в круг семьи Табби.

Энн взяла Брэнуэлла за руку и повела домой.

— Для тебя тоже готовы и овсянка, и постель, — сказала она брату и, обернувшись, повысила голос: — Что бы вы ни говорили, мистер Керзон, наша семья вечно благодарна вам.

Брэнуэлл остановился и тоже обернулся.

— Да, — сказал он. — Спасибо вам. За мою душу.

Энн улыбнулась Керзону и вновь направилась вместе с братом к дому.

Керзон переступил с ноги на ногу и попытался одернуть на плечах влажное пальто Солтмерика. Глядя на его смуглый, резко очерченный профиль, Эмили подумала, что видит стоическую покорность судьбе.

Он поклонился.

— Я должен идти. Э-э… добрый день вам всем.

И он зашагал прочь, в сторону церкви и главной улицы.

— Странный тип! — воскликнула Табби. — Как ты думаешь, мы увидим его еще когда-нибудь?

Эмили видела, что ни Табби, ни Шарлотта нисколько не пожалеют, если она даст отрицательный ответ.

— Прошу прощения, — сказала она и вместе со Стражем припустила вслед за Керзоном, который, судя по решительной походке, уже полностью оправился от ран, полученных минувшей ночью.

— Алкуин! — крикнула она.

Он остановился возле кладбищенской ограды и обернулся, с тревогой глядя на нее единственным глазом.

Она подбежала туда, где он стоял, и, лишь на секунду замявшись, села на ограду. Шляпу она потеряла еще в начале вчерашних бурных приключений, и сейчас, тряхнув головой, отбросила назад волосы, от которых все еще тянуло запахом горелой плоти после всесожжения вервольфов в овраге.

— В Лондон? — осведомилась она.

Он застыл было в нерешительности, а потом тоже сел на ограду в футе от Эмили.

— И туда тоже.

— В рокамадурский монастырь.

— Эмили… да. Вероятно. — Он наклонил голову, чтобы видеть ее. — А что будете делать вы?

— О, готовить, шить, писать вместе с Энн, слушать сетования Шарлотты на нехватку денег, утешать беднягу Брэнуэлла. Целыми днями гулять по пустошам вместе со Стражем. — Она пожала плечами. — Погружусь в рутину, составляющую счастье моей жизни.

— Ах. — Он повернулся и посмотрел на кладбище. — Тут осталось что-нибудь?

Эмили запустила руку в карман. Когда она вынула очки, оказалось, что одно стекло выпало, но все же она надела их и тоже обернулась, чтобы взглянуть на могилы.

Несколько секунд она смотрела на кладбище через все еще замутненное стекло, после чего сказала:

— Нет. — Потом сняла очки и убрала их обратно в карман. — Но появятся новые.

— Полагаю, что да. — Он потрепал Стража по голове и посмотрел на деревню. — Вы будете с ним заходить на Понден-кирк?

Эмили зевнула и лишь потом вспомнила, что следовало прикрыть рот.

— О, наверное. В волшебную пещеру я заглядывать не буду, но хотелось бы посмотреть, где на сей раз стоял храм Минервы.

Керзон тоже зевнул и поерзал на мокрой каменной стене.

— Нам всем необходимо выспаться. Вы вчера проползли через эту самую пещеру, — вдруг продолжил он, — и выбрались через дыру в ее дальнем конце.

— В сопровождении всех привидений Йоркшира. Именно так оно и было.

— Я слышал, что есть… местное поверье на этот счет. Что если девушка пролезет через дыру в той пещере…

— Да. — Она снова зевнула, на сей раз не забыв прикрыть рот ладонью. — Я, наверное, просплю часов двенадцать, не меньше! Вы правы, считается, что если девушка проползет через тот лаз, то в течение года выйдет замуж.

— Вот-вот!

— Чепуха, конечно. К тому же двадцативосьмилетнюю женщину, которая залезла туда, чтобы предать огню целый сонм призраков, вряд ли можно отнести к этой категории.

— Думаю, что нет.

— На сегодня я уверена, что мне вполне хватит той жизни, которую я вам только что описала.

Страж тоже зевнул и лег наземь между ними.

— Ну, а я, — флегматично сказал Керзон, — всецело погружусь в уход за монастырскими виноградниками. — Он встал и протянул руку.

— Мисс Эмили Бронте, — сказал он, — знакомство с вами весьма… обогатило меня.

Она пожала его руку.

— Я рада, что в прошлом году наткнулась на вас в пустошах.

Керзон криво улыбнулся на это, кивнул Стражу, повернулся и пошел мимо церкви к главной улице, хоть и не так быстро, как несколько минут назад.

Эмили, с развевающимися на ветру волосами, провожала его взглядом, пока он не скрылся за углом церкви.

Тогда она встала.

— Пойдем, Страж, — сказала она и направилась к дому, где Энн и Шарлотта ждали ее, стоя на крыльце.