Когда они вошли, мужчина, сидевший на одном из диванов, пошатываясь, поднялся на ноги.

Он был невысоким и жилистым, с длинными тёмными волосами, которые завивались вокруг рваного воротника футболки. Его взгляд метался между теперь заблокированным дверным проёмом и открытыми окнами в дальнем конце комнаты. Скорее по привычке, рассудила Грейс, чем от какой-либо реальной попытки спланировать побег.

«О, Вонн!» — запротестовал он. «Зачем ты впускаешь эту толпу?»

«Ох, перестань, Дил. Что мне с ними делать?» Она плюхнулась на другой диван и усадила девочку к себе на колени. У ребёнка было милое личико и тёмные локоны, как у отца, примятые на боку, где она спала. «Бока», — добавила Ивонна, её голос

«Захныкав, он сказал», — она дернула подбородком в сторону Поллока, — «дело не в том, что ты что-то сделал».

Дилан Эллиот выпрямился, расправил плечи. Он был на полголовы ниже двух детективов, но в целом занимал больше места в комнате. Грейс подумала, что это, похоже, придало ему уверенности, несмотря на неожиданный визит. «Так в чём же дело… Поллок?»

Инспектор уловил оскорбление в том, как Дилан слишком громко произнёс его имя и оскалил зубы. В этом не было ни юмора, ни враждебности. У него за плечами было слишком много лет, чтобы его так легко было обидеть, хотя Ник выглядел достаточно обиженным за своего начальника.

Маленькая девочка, сидевшая на коленях у матери, отреагировала на возросшую напряженность в комнате, широко раскрытыми глазами глядя на незваных гостей и засунув палец себе в нос.

Поллок взглянул на Ника и мягко спросил: «Не хотите ли сообщить Эллиотам причину нашего визита, детектив-констебль Уэстон?»

Ага … Отлично сделано.

Оказав почтение офицеру, который был младше его по должности, и убедившись, что Дилан знает об этом, Поллок ловко поставил мужчину на место.

«Мы хотели бы узнать местонахождение вашего сына Джордана, если вы не против, сэр?» — сказал Ник.

«Зачем?» Грейс уловила в голосе Дилана нотку тревоги. «Что этот маленький мерзавец натворил?»

«У нас есть основания беспокоиться о его благополучии».

Ивонна вцепилась в малыша, сидящего у неё на коленях. «Что это значит? Дил, что…?»

«Заткнись», — рявкнул Дилан, не отрывая глаз от Ника. «Но да, что это значит? Что случилось?»

«Если вас не затруднит, сначала ответьте на вопрос, сэр».

«Я думаю, он в школе», — сказал Дилан. «А где же ему ещё быть?»

«Но ты не знаешь наверняка?» — настаивал Ник. Грейс не упустила из виду, как взгляд Ивонны задержался на лице мужа.

«Когда вы видели его в последний раз?»

«Вчера вечером», — сказала Ивонна, уже приглушённо. «Он пил чай, как обычно. Он был… трудным, например, когда я забирала их всех из школы, поэтому я позволила ему покататься на велосипеде… потом».

«Трудно? Что это было?»

Она пожала плечами. «Он видел, что цыгане разбили табор в Уотер-Ят, когда мы проезжали мимо, и захотел туда съездить. Ему понравились лошади».

«Но ты сказал нет?»

Она вспыхнула и взглянула на мужа. «Мне не нравится, что он с ними якшается».

«Именно так», — сказал Дилан. «Куча лудильщиков и воров, вот кто они».

«Вы видели своего сына снова после того, как он поехал играть на улицу на велосипеде?»

«Конечно. Он пришёл и лёг спать около девяти — как обычно, как и девочки. Ну, наша Джесс ложится позже, но она старшая, так что…»

«Вы действительно видели, как он ложился спать?»

Дилан презрительно фыркнул: «Мальчик уже достаточно взрослый, чтобы сам укладываться спать.

Не нужно налегать на одеяло и читать историю.

Ивонна прикусила губу. «Я заглянула к нему прямо перед тем, как мы легли спать,

«Примерно в половине одиннадцатого».

«А что насчёт сегодняшнего утра? Ты его видела, да?»

Лицо Ивонны исказилось. «Н-нет. Я думала, он рано встал и поехал в школу на велосипеде. Он иногда так делает, понимаешь…»

«Итак, вы не видели своего десятилетнего сына с прошлого вечера, а в его школе говорят, что он не появился сегодня утром», — ровным голосом произнес Поллок.

«А теперь в паре миль отсюда был найден велосипед, принадлежащий, как мы полагаем, Джордану. Судя по имеющимся данным, он получил повреждения от удара о другое транспортное средство».

Он не упомянул о крови, но в этом не было необходимости. Ивонна тихо вскрикнула и зажала рот обеими руками.

«Что вы имеете в виду, когда говорите, что считаете , что это принадлежит ему? Это его или нет?»

Поллок повернулся и кивнул Грейс. Зная, что этот момент, вероятно, наступит, она уже скачала на телефон одно из изображений искореженного золотого велосипеда. Теперь она подошла и показала экран Дилану, увидев всё необходимое по тому, как он вздрогнул в ответ.

«Ага, это его велосипед», — сказал он. «Где его нашли? И где мальчик?»

«Водяной Ят», — сказал Ник, неправильно произнося это слово, как это часто делали незнакомцы.

— «water», как оно было написано, а не как местное «watter».

«Там, где обосновался этот чёртов цыган», — сказал Дилан. «Я же говорил тебе не пускать его туда».

Ивонна, внезапно обретя дар речи, воскликнула: «Просто заткнись , Дил».

С Путешественниками всё в порядке. Это ты … — Дилан резко повернулся к ней, и она резко оборвала себя.

«Кто что, миссис Эллиот?» — спросил Ник.

Дилан нахмурился. Она с тревогой взглянула на него и пробормотала:

Джордан всегда мечтал поехать туда, пока цыгане были поблизости. Каждый год с одной из семей приезжает ребёнок — примерно его возраста, — и они вроде как друзья.

«Я не хотел, чтобы этот парень с ними водился», — сказал Дилан. Он с укором перевёл взгляд на Ника. «Здесь все знают, какие они, какие неприятности от них. Не понимаю, почему вы их всех ещё не выселили».

«Ради всего святого, Диль, ты, как старуха, повторяешь все эти сплетни», — резко ответила ему Ивонна. «С этими странниками всё в порядке.

Люди, как и все мы, должны быть где-то».

Грейс уловила мимолетное удивление по наклону головы Ника. Не из-за предвзятости Дилана, а из-за отсутствия таковой у Ивонны.

Интересный …

«И вы понятия не имеете, где сейчас может быть ваш сын?» — спросил Ник.

«С кем ещё он мог встречаться? Куда он любил ходить?»

Эллиоты молча покачали головами.

«Было ли для Джордана обычным поведением уходить с занятий или пропускать занятия?»

«Нет, ему всегда нравилось учиться», — сказал Дилан с ноткой смущения в голосе. Ивонна прерывисто всхлипнула.

Грейс откашлялась. «Я собирала улики из…

«Где был найден велосипед», — осторожно сказала она. «Мне нужно что-то от Джордана, чтобы я могла изолировать его от тех, кто мог к нему прикасаться».

Дилан прищурился. «Какие ещё „доказательства“?»

Грейс ответила ему немигающим взглядом. «Ну, для начала, отпечатки пальцев. У тебя есть что-нибудь, к чему мог прикасаться только он? Какая-нибудь личная вещь, например, зубная щётка?»

Ивонна поднялась на ноги и снова подняла девочку на бедро.

«Наверху. Я тебе покажу».

Грейс поднялась по скрипучей лестнице следом за ней. Ковровая дорожка посередине проступей была стерта и вытерта на середине лестничной площадки.

Там было четыре спальни и общая ванная комната. Ивонна кивнула на дверь, украшенную нарисованными от руки табличками «Вход воспрещён» и «Девочкам вход воспрещён».

Грейс отложила свой набор для осмотра места преступления и вытащила из заднего кармана пару нитриловых перчаток.

Внутри пахло немытым мужским потом и старыми носками. Это была явно самая маленькая комната, в которой едва хватало места для односпальной кровати и провисающих полок, заваленных учебниками, рисунками и раскрашенными фигурками. Вешалка для одежды тянулась от стены к стене у изножья.

Кровать. Ей почти не пользовались: на полу валялись рубашки, джинсы и сброшенное нижнее бельё.

Девочка попыталась вырваться, чтобы её поставили на землю, и, достигнув этой цели, прямиком направилась к переполненному подоконнику. Грейс как раз вовремя заметила банку из-под варенья, набитую ручками, кисточками и карандашами, а также зелёную зубную щётку с растопыренными щетинками. Она быстро убрала щётку подальше от ребёнка и убрала её в пакет.

«Не так уж много, но он единственный, у кого есть отдельная комната», — сказала Ивонна с порога, наблюдая, как Грейс оглядывается. «Девочкам приходится делить комнату, а мы с Дил всё ещё держим ребёнка в её кроватке».

«Сколько лет этому малышу?» — спросила Грейс, когда ребенок вцепился ей в штанину у колена.

«Ей четыре. Ты же в сентябре в школу пойдёшь, Олли?»

Девочка энергично закивала. Когда Грейс наклонилась, чтобы положить запечатанный пакет в свою сумку, она перенесла хватку с ноги Грейс на её шею и крепко обняла её. Грейс пришлось поднять её на руки, когда она выпрямилась. Малышка, маленькая, но на удивление тяжёлая, схватила прядь волос Грейс, внимательно изучила её рыжий цвет и сунула ей в рот.

Грейс чувствовала себя не совсем комфортно с маленькими детьми, поскольку у неё никогда не было своих. Они с Максом обходили эту тему стороной, пока были женаты. Грейс никогда активно не пыталась предотвратить зачатие, но этого не случалось, да и он не настаивал. Чужие ей нравились. Она не была уверена, что именно осознание того, что скоро придётся их вернуть, не давало ей слишком уж задумчиво относиться к ним.

«О, ты ей нравишься», — сказала Ивонна.

«Мм», — ответила Грейс, откидывая слегка влажные волосы и заправляя их за ухо. «Не могли бы вы одолжить нам фото Джордана сейчас?» Она заметила его нерешительность и добавила: «Я могу скопировать его и вернуть вам».

«А, ну ладно. У меня есть один, который забрали в школе, — наверное, самый последний. Он у меня на комоде лежит».

Она повернулась и пошла в другую спальню. Как только она вышла, девочка наклонилась к уху Грейс и прошептала: «Нам здесь не место».

Грейс взглянула на неё с удивлением. «А почему бы и нет?»

«Потому что это комната Джордана , и он не любит, чтобы кто-то входил».

«Всё в порядке, милая. Джордана сейчас нет, так что, думаю, мы в безопасности».

«Я иногда захожу, когда он в школе», — признался ребёнок с застенчивой улыбкой. «Но он вернётся очень скоро».

Грейс попыталась сохранить улыбку: «Да… Я уверена, что он так и сделает».

«Ему придётся», — продолжал ребёнок, торжественно кивнув. «Потому что у него нет своего пых-пых».

«Его… «паф-паф»?»

Она вынула пальцы изо рта ровно на столько, чтобы направить их, липкие, на одну из полок. Там, наполовину скрытый за открытой банкой газировки и пластиковым динозавром, лежал ингалятор от астмы.

11

Дилан Эллиот стоял достаточно далеко от окна кухни, чтобы его не было видно снаружи. Он наблюдал, как трое полицейских сели в машины, проехали по двору и тронулись по изрытой колеями подъездной дороге.

Все это время он не обращал внимания на плаксивый голос жены, доносившийся из дверного проема.

Рыжая села на пикап. Что не так с этими шикарными цыпочками и их огромными полноприводными тачками? Двое парней сели в «Субару», младший сел за руль. Дилан был увлечен своими машинами – или был бы увлечен, будь у него деньги или кредитный рейтинг, чтобы получить приличный кредит. Он ощутил всплеск ревности, когда двигатель завелся с хриплым ревом. Кто… знали, что этим мерзавцам так хорошо платят?

Они его как следует встряхнули, появившись в таком виде, всей толпой. Но он, по крайней мере, не дал им себя встряхнуть. У Дилана сейчас была пара выгодных сделок. Сделок, которые не терпели бы слишком пристального внимания со стороны местной полиции.

Они, должно быть, учуяли что-то неладное и пришли сюда, пытаясь рассказать историю о пропаже Джордана.

Его это не слишком беспокоило. Парень большую часть времени приходил и уходил, когда ему вздумается. Правда, он почти никогда не пытался прогулять школу – вот же маленький зубрила.

Дилан отмахнулся от любого чувства тревоги. Возможно, мальчик просто пристал к цыганам, а может, и на ярмарку съездил. Рано или поздно он им позвонит, умоляя подвезти домой, или какой-нибудь другой родитель подъедет и высадит его. Или он просто доберётся обратно сам.

Раньше они никогда о нем не беспокоились, так почему же теперь?

Но Ивонна за его спиной всё бубнила и бубнила что-то о пыльце, о Вентолине и о том, что никогда его не простит. Он обернулся.

«Что ты, черт возьми, несешь, женщина?»

Она в отчаянии всплеснула руками. «Фу! Ты меня вообще слушаешь, Дил?»

«Только когда ты говоришь что-то стоящее. Так что в половине случаев — нет, не слушаю».

Она больно ткнула его в плечо. Почти не раздумывая, Дилан сжал кулак и ударил её прямо в мясистую впадину под рёбрами.

Воздух и желание бороться мгновенно покинули её. Она откинулась на дверной косяк, вцепившись в него, чтобы удержаться на ногах, плечи её тяжело вздымались, когда она пыталась сделать следующий прерывистый вдох. Хриплый звук напомнил Дилану о мальчике во время одного из приступов астмы.

Его тут же охватило чувство вины. В молодости он немного занимался боксом. Удар кулаком был для него естественным, как у тех бойцов спецназа, только что вернувшихся с войны. Он наслушался историй о том, как они нападали на собственные семьи, если их застигали врасплох. Ничего не мог с собой поделать.

Он протянул руку, чтобы помочь Ивонне, но она яростно оттолкнула его, всё ещё цепляясь за деревянную конструкцию. Он был уверен, что теперь она извлекает из этого пользу.

Дилан переместился и оперся на старинную плиту, установленную, когда дом был новым и ещё более-менее работал. Он зацепился ногой за решетку, проходившую вокруг очага, достал жестянку с табаком и газеты «Ризла».

и сосредоточился на приготовлении себе самокрутки, пока к ее лицу не вернулся румянец.

Он закурил, сделал глубокую затяжку и, прищурившись, посмотрел на неё сквозь клубы дыма. «Ну что, снова собираешься повторить, Вонн? Только на этот раз без хлюпика, а?»