Уилсон обдумал это и кивнул. «Достаточно хорошо».

«Разве он не придет — Джо, я имею в виду?» — потребовала Хоуп.

«Не в этот раз», — сказал Уилсон. «Но ты не волнуйся. Я слишком люблю свою шкуру, чтобы рисковать её без необходимости. У меня есть свой опыт, так что будем осторожны, ладно?»

Как только команда приступила к работе, мне стало ясно, что они знают, что делают. Они проверили место с помощью портативного детектора утечек газа, прежде чем приступить к работе с двухтактной камнерезной пилой. Вскоре четырнадцатидюймовый дисковый диск создал дыру, достаточно большую, чтобы через неё мог пролезть человек.

Для спуска выбрали самого маленького из шахтёров – японца. На нём была шахтёрская каска со светодиодным фонарём и страховочный пояс с прикреплённой верёвкой. Они разматывали верёвку, пока он продвигался дальше, словно шёл по обрушению. В каком-то смысле, полагаю, так оно и было.

Хоуп ждала в стороне вместе с Лемон. Напряжение девочки передалось собаке, и жевательная игрушка не могла отвлечь ни одну из них. Лемон рылась в земле, собирая в мягкий рот мелкие камешки и торжественно протягивая их Хоуп. Хоуп брала каждый, не обращая внимания на липкую слюну, и рассеянно прятала в карман, словно не хотела обидеть собаку, выбрасывая подарок. Она не отрывала глаз от команды, вытирая руку о штанину.

В конце концов веревка ослабла, и ее начали медленно сматывать.

Японец вышел со смесью бетонной и кирпичной пыли, размазанной по поту на его лице.

«Я нашёл пару у передней стены главного здания, примерно в десяти ярдах от него. Мужчину и женщину», — крикнул он через

Сильный калифорнийский акцент. Он посмотрел на Хоуп. «Думаю, они уже давно мертвы. Мне жаль».

Взгляд Уилсона скользнул по мне с лёгким оттенком скептицизма, прежде чем остановиться на Хоуп. «Извини, приятель», — сказал он. «Полагаю, тебе повезло».

«Но… этого не может быть». Она запнулась. «Лем сказала мне… она не может ошибаться…»

Уилсон пожал плечами. «Ну, мы же пытались, да?»

Румянец на лице Хоуп то вспыхивал, то угасал, словно светофор. Она подошла ближе, протянула руку японцу, только что выбравшемуся из-под завалов. «Тебе нужно снова», — взмолилась она. «Лемон, не ошибись. Стоит ей что-то унюхать, и она сможет следовать за этим куда угодно. Ты должен… пожалуйста».

Японец замялся и посмотрел на своего руководителя, встревоженный не столько ее горячностью, сколько возможностью того, что она вот-вот расплачется.

«Эй, погоди», — сказал Уилсон. Он хотел успокаивающе положить руку на руку Хоуп, но она отстранилась. Привычная глуповатая улыбка на лице Лемон растаяла, превратившись в рычащее рычание, и она, выпрямившись, прыгнула между ними.

Прежде чем я успел вмешаться, Уилсон мгновенно отпрянул. Он явно встречал в своей жизни достаточно сторожевых собак, как полицейских, так и военных, чтобы относиться к ним с подозрением. Хоуп отпрянула, безмолвно щёлкнув пальцами. Лемон последовала за ней, словно прикованная к ноге очень короткой цепью, пристально глядя на своего проводника и издавая серию тонких, пронзительных писков.

Я подошел к Уилсон и с беспокойством наблюдал за ее неподвижной позицией.

«Что, черт возьми , это было вообще?» — тихо спросил он.

У меня были подозрения, но я не собирался их озвучивать. Это вызвало бы слишком много вопросов, и меньше всего – о том, откуда я это знаю. Я покачал головой.

«А вдруг она права ? Ты хочешь, чтобы это было на твоей совести?» Я немного подождал. «Сделай мне одолжение, ладно? Ты же здесь. Просто дай своему парню ещё раз взглянуть».

Японец, обнаруживший тело женщины, держа шлем в руке, ослабил ремни на своей обвязке.

Он перевёл взгляд с меня на меня, настороженно оценивая обстановку. «Я не против повторить, чувак. Лучше убедиться наверняка, а?»

Уилсон перевёл взгляд с одного из нас на другого и вздохнул. «Насколько там тесно?»

Японец пожал плечами. «Как только проедешь мимо машин, выходишь на то, что раньше было тротуаром», — сказал он. «Нам может понадобиться помощь, чтобы найти вход в сам магазин, если нам нужно идти так далеко».

Уилсон кивнул. «Тогда я лучше пойду с тобой, приятель», — сказал он. «Помогу тебе».

Японец быстро затянул ремни безопасности снова, словно опасаясь, что кто-то из них может изменить свое решение.

Мы молча наблюдали, как двое мужчин поправляли каски и наколенники. Уилсон сложил в комбинезон несколько мешков для трупов, зная, что ему понадобится пара, и, как я полагаю, надеясь, что больше не понадобится.

Затем они осторожно проползли обратно через образовавшуюся ими дыру.

Даже Хоуп снова приблизилась, пока Лемон плюхнулась в пыль и извернулась, чтобы укусить зудящую спину. Мухи жужжали над нашими головами, их жужжание смешивалось с далёким гулом спасательных, полицейских и военных вертолётов.

Двое из команды копателей держали страховочные тросы мужчин, постепенно выпуская их сквозь пальцы в перчатках, пока они продвигались всё глубже. И тут меня осенило, что это были вовсе не страховочные тросы, а спасательные тросы на случай, если случится худшее.

И как раз когда эта радостная мысль сформировалась у меня в голове, земля начала дрожать у нас под ногами.

Тринадцать

Кто-то крикнул: «Афтершок!», и все дружно бросились прочь от того, что осталось от ближайших зданий, пока мы еще могли стоять.

Дрожь переросла в содрогание, которое нарастало всё сильнее, пока не стало похоже на то, будто я снова оказался в «Геркулесе», падая сквозь дыры в небе. Никогда прежде я не испытывал ощущения сильной турбулентности, находясь на уровне земли. Я чуть не упал на колени, прежде чем меня пронесло до конца пути. Остальные вокруг меня тоже инстинктивно распластались.

Я на мгновение подняла голову, чтобы проверить положение Хоуп. Она сидела на открытом пространстве, присев на колени и локти, как того требовала дрессировка. Одной рукой она обнимала затылок, а другой цеплялась за ошейник. Лемон лежала рядом на животе, прижавшись к Хоуп и прижав уши, пытаясь лизнуть её лицо. Я не была уверена, утешает ли она её этим или принимает.

Грохот под землей был похож на грохот огромного, тяжёлого поезда метро, проходящего прямо под нами. Должно быть, вагонов в нём было полно, потому что он продолжался больше двадцати секунд, прежде чем наконец затих.

Мне пришлось напомнить себе, что нет метро и поездов.

Поднявшись на ноги, я с трудом восстановил равновесие, поскольку земля была неподвижна.

«Все в порядке?» — крикнул я. В ответ я получил несколько осторожных кивков и взмахов рук. Я быстро направился туда, где страховочные линии змеились между машинами. Чтобы это сделать, мне пришлось перепрыгнуть через трещину в дороге, которой, я был чертовски уверен, ещё несколько минут назад здесь не было. От неё поднимались струйки пыли или пара, словно дыхание.

«Уилсон!» — крикнул я, стыдясь, что не знаю имени другого парня. Я послушал мгновение. Ничего. Я повернулся к ближайшему члену команды. «Давайте вытащим их оттуда. У них есть рации?»

Мне сунули трубку. Она была точно такой же, как моя, только настроенной на другую частоту. Я нажал кнопку передачи.

«Уилсон, это Фокс. Ребята, у вас там всё в порядке?»

Я ожидал жуткой тишины, но вместо этого до меня тут же дошел лаконичный тон шотландца.

«Да, но я был бы благодарен, если бы ты не топтался там в больших сапогах, приятель», — сказал он, кашляя. «Вот этот последний сбил…

Немного мусора, но мы расчищены, и Кен думает, что, возможно, мы прорвёмся, так что, похоже, это нам помогло, а? Мы упакуем двух погибших и подключим наши тросы, чтобы вы могли их вытащить — у нас будет больше места для работы. Трёх зайцев одним выстрелом, да? Он снова закашлялся.

«Вот, — сказал я. — Жду».

Мы подождали, пока не дернулся трос, после чего команда копателей начала медленный и торжественный процесс извлечения первого тела из-под завалов.

Уилсон и японец Кен ненадолго появились в промежутке между машинами, чтобы помочь протащить мешок с телом последние несколько футов. Их одежда и лица были покрыты пылью. Я отстегнул трос Уилсона и передал его ему.

Они повторили то же самое со вторым телом, которое было больше и потребовало больше усилий. К тому времени, как мы закончили, мы все вспотели от жары. Уилсон на мгновение снял шлем, чтобы вытереть лицо.

«Ладно, пойдём ещё раз посмотрим, есть ли этот живой. Стандартная проверка радиосвязи каждые пять минут», — сказал он одному из своей команды. Он положил руку на мешок с телами, который мы только что вытащили. «Надеемся, нам ещё один такой не понадобится, а?» И с этими словами он снова исчез в пустоте.

Мы вдвоем вынесли тела погибших и аккуратно положили их на землю. На двух этикетках, написанных чёткими буквами, каждому из них был присвоен уникальный номер, который должен был оставаться с ними до окончательной идентификации и примирения.

Остальная часть команды по раскопкам работала над тем, чтобы извлечь семью из разбитой машины. На открытой земле уже лежало ещё несколько мешков с телами, и мы положили свой груз рядом с ними, также с этикетками URN.

По размеру одной из сумок я понял, что это ребёнок с заднего сиденья. Один из членов команды, проводившей раскопки, перекрестился, его губы шевелились в безмолвной молитве.

Я отвернулся как раз вовремя, чтобы увидеть приближающуюся группу, пробирающуюся по полузаблокированной дороге. Что-то в их движениях заставило меня потянуться к SIG за спиной, но я замер. Их комбинезоны были такими же, как у полицейских.

Я видел, как они ждали Уилсона в аэропорту. Даже усы и очки-авиаторы выглядели одинаково. Все были вооружены. Старомодные кожаные кобуры с клапаном на кнопке, так что невозможно было разглядеть, что внутри.

Я снова проверил местонахождение Хоуп, убедился, что она уже вернулась, а затем подождал, пока они до нас доберутся, и небрежно поздоровался, прежде чем они подошли слишком близко.

Они остановились, как я и надеялся, прежде чем подойти к нам. Один мужчина протиснулся вперёд, небрежно помахав рукой.

«Афтершок произошёл сразу после того, как мы приземлились», — сказал он, указывая на невидимый вертолёт позади своей группы, скрытый за обрушенными зданиями. «Мы просто проверяем, все ли здесь в порядке, да?»

Он был среднего возраста и худым, если не считать выдающегося живота, но он хорошо справлялся с жарой и не выглядел запыхавшимся, пробираясь по пересеченной местности.

«У нас всё в порядке», — сказал я, заметив, как его взгляд скользнул по мешкам с телами и членам команды, присевшим у зазора между машинами, внутри которых были натянуты два спасательных троса. «Я не знал, что кто-то ещё работает в этом секторе».

Он пристально посмотрел на меня, и его взгляд невозможно было разглядеть за очками лётчиков. «Я Пек», — наконец сказал он, указывая на полицейский значок на нагрудном кармане комбинезона. «Командир дивизии».

Его служебное удостоверение висело на шнурке на шее, а пластиковый бейдж был спрятан в кармане, чтобы не мешался. Я носил свой бейдж точно так же и теперь легко поднимал его двумя пальцами.

«Чарли Фокс, R&R», — любезно добавил я, держа его ровно, чтобы он мог прочитать. «А теперь, когда вы увидели мой, вы, надеюсь, не откажетесь показать мне свой?»

Очевидно, он возражал , но отказать ему было нечего.

Он достал своё удостоверение и хотел было показать его мне, но мне удалось схватить его, чтобы рассмотреть поближе. Я сопоставил фотографию с мужчиной передо мной и тайком проверил ламинированные края на предмет подделки.

«Спасибо. Извините», — пожал я плечами и протянул ему обратно.

Только выполняйте приказы, шеф. «Но Джо Маркус дал мне строгие указания проверить всех».

Маркус ничего подобного не упоминал, но я видел, что это имя нашло отклик у Пека, хотя он и пытался скрыть свою реакцию за уклончивым ворчанием.

«Конечно», — быстро добавил он. «Я бы и вам советовал».

Он обошёл меня и направился к мешкам с телами. Теперь, когда я убедился, что он здесь официально, я не видел смысла возражать. Я решил действовать назойливо, а не открыто мешать, и пошёл рядом с ним. Кажется, это сработало.

«Где вы нашли этих людей?» — спросил он.

Я позволил одному из членов команды Уилсона ввести его в курс дела, пока последнее тело из машины клали к остальным.

Когда Пек снова заговорил, его слова, возможно, прозвучали небрежно, но тон не оставлял места для дискуссий. Он указал на ряд застёгнутых пакетов и сказал: «Я бы хотел взглянуть».

Четырнадцать

Командир Пек расстегнул молнию на первом мешке, открыв взгляду женщину из машины. Она сидела на пассажирском сиденье, ближе всех к падающей каменной кладке. Пек быстро застегнул мешок и перешёл к следующему. Я взглянул на лица людей Уилсона и по их ужасу понял, что это было совсем необычно.

К всеобщему облегчению, думаю, Пек прошёл мимо ребёнка и расстёгнул вторую сумку. Мужчина, который был за рулём, прожил чуть дольше, и, по крайней мере, у него было лицо, на которое Пек мог хмуриться.

Я услышал позади себя движение. Хоуп бежала к нам.

«Эй, что он делает?» — спросила она. «Оставьте их в покое».

Пек едва взглянул на неё. «Мой долг — немедленно опознать, если это возможно», — сказал он. «Это мой район, и я получил много заявлений о пропаже людей. Некоторые из этих людей, возможно, мне знакомы».

Он дольше разглядывал труп мужчины, который вытащили Уилсон и Кен, хотя я рискну предположить, что даже его мать не узнала бы его в лицо. Пек был дотошен,

обшарив все карманы, он не нашел никаких документов, снова закрыл сумку и наклонился над женщиной.

«Тебе не следует этого делать!» — запротестовала Хоуп, теперь уже громче.

Её взгляд метнулся к моему. «Чарли, ты не можешь его остановить?»

«Командир, — резко сказал я, — я уверен, что у вас будет возможность провести официальное опознание, как только тела будут доставлены в официальный морг».