Я улыбнулась ей, и она в ответ коротко сморщила нос, а затем выпрямилась.

«Кого-нибудь знаешь?» — спросил я.

«Молодые люди, мне не посчастливилось с ними познакомиться, и я вполне уверена, что помню. Но женщина, несомненно, Никола Айзенберг – мать Торкиля». Она задумчиво нахмурилась. «Я взгляну на её занятия силовой йогой совершенно по-новому».

Паркер, в некоторых отношениях более старомодный, чем другие, выглядел серьёзно рискующим спонтанно вспыхнуть от стыда. Он снова занялся ноутбуком, пока Кэролайн Уиллнер спокойно вернулась к столу и, не моргнув глазом, занялась чаем.

«Похоже, эта видеотрансляция поступила несколько дней назад, как раз в то время, когда мы направлялись на благотворительный аукцион», — сказал он.

«Торкиль получил пару входящих сообщений, пока мы были в лимузине, — вспоминаю я, — и тогда он выглядел довольно самодовольным».

«Неудивительно», — вставила Кэролайн Уиллнер. «Брэндон Айзенберг так неприлично суетится вокруг своей верности жене, когда почти все знают, что он спит со своим рыжим телохранителем».

«И насколько большим мог бы быть скандал, если бы выяснилось, что жена Айзенберга спала с половиной команды его яхты?» — спросил я и краем глаза заметил, как Паркер слегка поморщился.

«О, не думаю, что это когда-нибудь выплыло бы наружу», — сказала Кэролайн Уиллнер, удивлённая тем, что я не знаю, как играть в эту игру. «Уверена, Брэндон нашёл бы подходящий финансовый стимул, чтобы его сын никогда и никому не показывал это видео». Она отпила глоток чая. «В конце концов, он всегда так делал раньше».

Теперь, когда я взглянул на Паркера, его взгляд утратил всякую застенчивость и стал расчетливым.

«Может быть, на этот раз ему надоело платить», — сказал он, доставая из куртки мобильный телефон. «А что, если я позвоню ему и узнаю?»

OceanofPDF.com

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ

«Эй, Чарли? Тут люди пришли посмотреть на мисс Уиллнер».

После небрежного стука в щель двери спальни выглянуло лицо Джо Макгрегора. Он выглядел растерянным. Мне следовало бы догадаться, почему.

«Кто это?» — спросил я.

Я полностью ожидал, что к нам придут сотрудники службы безопасности Айзенберга, чтобы допросить нас обоих о том, что мы видели на пляже накануне утром. Вместо этого Мэнда Демпси проскользнула в щель и поспешила в комнату с драматичным криком: «О, дорогая, мы услышали новости! Как ты это воспринимаешь? Ты в порядке?»

Прямо за ней стоял Орландо, и через открытую дверь я мельком увидел парня в деловом костюме, который занял позицию на другой стороне коридора, прижавшись спиной к стене. У него было телосложение регбиста, но со сломанным носом. Мне не нужно было смотреть на выпуклость под мышкой, чтобы понять, что это охранник.

Я взглянул на Дину, которая сидела, откинувшись на кучу подушек, крепко кутаясь в одеяло, словно её знобило. Она проспала большую часть предыдущего дня, после ухода Паркера, и всю ночь. Наступило следующее утро, и она отвергла три или четыре подноса изысканных деликатесов, прежде чем её уговорили съесть полмиски свежих фруктов на завтрак.

Она спросила меня, когда проснулась, и я просидела с ней около получаса, когда появились Мэнда и Орландо. Мне удалось, подойдя к этой теме с таким же вниманием, как к потенциальному самоубийце на высоком уступе, узнать, что она категорически отрицала отправку электронного письма Торкилю накануне утром.

У меня также сложилось отчётливое впечатление, что она просто пыталась рассказать мне что-то важное – что-то, что её пугало, – и не пыталась торопить события. Теперь же, после этого перерыва, я пожалела, что не надавила сильнее.

Было около 10 утра. Торкиль Айзенберг пропал без вести более суток назад, а выкупа никто не требовал.

До сих пор мы не могли найти ответов ни на один вопрос. Паркеру накануне не удалось напрямую поговорить с отцом Торкиля. С таким человеком можно свободно связаться по телефону только с самыми близкими друзьями.

Паркер спорами и уговорами проложил себе путь по цепочке питания вплоть до одного из личных помощников Айзенберга, прежде чем встретил достойного соперника. Судя по их однобокому разговору, она не смогла бы блокировать его эффективнее, даже если бы стояла в воротах на хоккейном матче.

Мой босс, всегда сдержанный, лишь сказал, что мы нашли КПК Торкиля, который он, должно быть, потерял на пляже. Я прекрасно понимал причины такой осмотрительности Паркера, но, учитывая его слова, в них не было ни капли срочности, и они были соответственно проигнорированы.

В конце концов он закончил разговор и пожал плечами. «Я сделал всё, что мог», — сказал он, и только потому, что я хорошо его знал, я заметил усталость и разочарование за его сдержанным тоном. «Инстинктивно мне нужно позвонить в ФБР, но я не могу сделать этого без разрешения семьи. Это может подвергнуть ребёнка серьёзному риску».

Он оставил Джо Макгрегора на станции в качестве резерва, что не составило труда. Я много раз работал с Макгрегором. Этот молодой чернокожий канадец, с его жизнерадостным характером, казалось, обладал солидным боевым опытом и отличной интуицией.

Паркер обещал держать нас в курсе, как только у него появятся новости, но мы ничего не услышали до конца дня и на следующий день.

И вот обе девушки вбежали, чтобы утешить Дину, под шум и громкие голоса. Орландо присел на край кровати Дины, взял её руки в свои и быстро сжал. Я кивнул Макгрегору, который, взглянув на лицо Дины, понял, что её, скорее всего, ожидает бурный поток женских эмоций. Он бросил на меня взгляд, словно говорящий: «Всё твоё!», и с благодарностью вернулся к своим обязанностям.

Я отошла и какое-то время наблюдала за тремя девушками, но было трудно заметить какое-либо новое напряжение в Дине. Она уже…

Дрожа, словно тросы подвесного моста на сильном ветру. Интересно, почему? Она не отреагировала так резко, когда покушение на неё в конном клубе провалилось. Почему же сейчас такая драматическая реакция? Разве что она была соучастницей обмана, который заманил Торкиля на свою сторону?

Манда суетилась вокруг Дины, поправляя одеяло, болтая без умолку, не давая Дине возможности что-либо сказать в ответ. Манда выглядела именно так ухоженно, как я и ожидал, но в мягкой замшевой куртке, которую она выскользнула из-под него и небрежно протянула мне, было что-то такое, словно она выбирала её чуть поспешно, чем обычно. Но, полагаю, для них десять утра считались подъёмом на рассвете.

Я молча взял куртку и бросил её на спинку кресла. Если она рассчитывала на услуги парковщика, ей не повезло.

«Я видела, как они идут, и я… я подумала, что они идут за мной», — сказала Дина, её взгляд был рассеянным, голос слегка дрожащим. «И я испугалась после того, что случилось с Рэли, я…»

«Тише, — успокаивающе сказал Орландо. — У тебя был шок. Постарайся не думать об этом. Всё будет хорошо. Отец Тора и его люди сделают всё возможное, чтобы вернуть его живым и невредимым, слышишь меня?»

Дина повернула голову в её сторону, словно работала только со звуком. «Это могла быть я», — прошептала она.

«Не сейчас, когда Чарли здесь и не может о тебе позаботиться, дорогая», — сказала Манда, многозначительно посмотрев на меня в знак поддержки своих слов.

«Я не хочу, чтобы меня забрали», — сказала Дина.

«Ты ею не будешь», — сказал я ей.

'Я-'

«Тише, дорогая», — твёрдо сказала Манда, наклоняясь вперёд и стараясь установить с Диной зрительный контакт. «Ты будешь в полной безопасности. Ничего плохого с тобой не случится, обещаю».

Дина помедлила, затем кивнула, едва заметно кивнув головой. Орландо наклонился вперёд и осторожно убрал прядь волос с глаз Дины, улыбаясь почти застенчиво.

Чувствуя себя чужаком, я перевел взгляд на окно и на потрясающий вид за ним. Комната находилась в задней части дома, с видом на пляж, но Дина редко задергивала шторы, чтобы…

Обожаю этот вид. Я подумал, не устаёшь ли от красоты, если постоянно жить рядом?

Я не могла предложить Дине такого сестринского утешения, и сомневалась, что она ждала от меня именно этого. Инстинктивно я хотела сказать ей, чтобы она взяла себя в руки. Она не была физически ранена, не была больна, так зачем же прятаться, как инвалид?

Но я не высказывал таких мыслей вслух. Я всё ещё помнил время, когда мне хотелось лишь зарыться глубоко и глубоко. И надеяться, что когда я наконец вынырну, мир, каким я его знал, просто исчезнет. Не получилось.

Позади меня Орландо говорил, что они не хотели её утомлять, что просто зашли посмотреть, как дела у Дины. Она ещё раз крепко сжала её руки и встала.

«Отдохни немного, дорогая», — сказала Манда, подхватывая куртку. Они поцеловали её в щёку и направились к двери. Я вышел следом за ними, забрав молчаливого телохранителя, и повёл небольшую группу через нижние этажи дома.

Мэнда и Орландо критически отзывались о том, как шаталась Дина, как будто им никогда не приходило в голову, что я могу повторить ей их замечания.

Мы вышли через гаражи на подъездную дорожку, где на гравии под острым углом стоял большой серебристый BMW, водитель все еще сидел за рулем.

Увидев наше приближение, он выскочил из машины и открыл задние двери. Двигатель уже работал, поддерживая климат-контроль — то ли для пассажиров, то ли для него самого.

«Откуда вы узнали о Торкиле?» — спросил я, прежде чем они смогли забраться внутрь.

Орландо замерла, роясь в сумочке в поисках солнцезащитных очков, и взглянула на Манду. «Звонил его отец, спросил, не знаю ли я, где он. Кажется, он позвонил всем нам», — небрежно сказала она, и Манда кивнула в знак согласия.

Я наклонил голову, чтобы рассмотреть их обоих. «Торкиль что, играет в какую-то игру со своим отцом?»

«Что ты имеешь в виду?» — спросил Орландо, поправляя дизайнерские очки. Они были огромными и очень тёмными, с такими замысловатыми дужками, что, должно быть, казалось, будто ходить в шорах.

«Это несложный вопрос», — холодно ответил я, отступая в сторону, чтобы ей пришлось обойти меня, чтобы сесть в машину. Краем глаза я заметил, как телохранитель сменил позу, и уловил, как Манда слегка вздрогнула.

Она покачала головой, чтобы помешать ему вмешаться, а затем неохотно спросила, как будто на самом деле не хотела знать ответ: «Что за игра?»

«Такого рода, который может зайти слишком далеко».

«Ты не думаешь?..» — начал Манда, остановился и попытался снова. «Ты думаешь, он как-то причастен к собственному похищению? Это безумие».

«Может быть, так и есть», — пожал я плечами. «Но это не значит, что это не был кто-то из его близких».

'Но почему?'

Что-то было немного не так в её ответах, но я не мог понять, что именно. Возможно, дело было в том, что у нас никогда не было отношений, предполагающих обмен мнениями или откровенность, и сейчас это стало неловким.

Орландо тяжело вздохнула, сдвигая очки на макушку, чтобы иметь возможность смотреть на меня неприкрытым взглядом.

«Послушай, Чарли, Тор — странный ребёнок. Жизнь для него — одна большая игра», — резко сказала она. «Кто знает?»

«Но вы , конечно, знаете », — осторожно сказал я, — «что он любит записывать все, что происходит на яхте его отца?»

Это вызвало реакцию, которую я не совсем ожидал. Орландо побледнела, а затем покраснела. Её глаза забегали по сторонам, словно она искала удобный путь к отступлению или, может быть, просто надеялась на вмешательство подруги. Но её не последовало.

Орландо не очень-то удалось втиснуться на заднее сиденье «Би-Эм», но она была к этому максимально близка, не теряя при этом самообладания.

Не обращая внимания на опасность для своих ухоженных и накрашенных ногтей, она схватилась за ручку внутренней двери и резко захлопнула её. Если бы я подошла ближе, я бы лишилась пальцев.

Телохранительница со сломанным носом ничего не сказала, но дала понять, что открыть дверь и поговорить с ней дальше не получится. Я взглянул на Манду. Она пожала плечами и спокойно обошла машину с другой стороны. Телохранительница подождала ещё немного, чтобы убедиться, что я уловила сигнал не вмешиваться, а затем села на переднее пассажирское сиденье.

Я отступил назад, когда машина рванула с места быстрее, чем требовалось, оставляя небольшие выбоины на гравии. Я видел, как на мгновение вспыхнули стоп-сигналы, прежде чем машина свернула на дорогу, а затем скрылась из виду.

«О да», — пробормотал я. «Ты ведь прекрасно это знаешь, Орландо?»

«Привет, Чарли!»

Я обернулся. Макгрегор стоял в проёме открытых ворот гаража, держась одной рукой за раму и держа в руке открытый телефон. «Это босс», — сказал он. «Он хочет, чтобы ты вернулся в офис, придурок».

Я направился обратно к дому. «Ладно. Куда такая спешка?»

«Похоже, мистер Айзенберг уже едет в офис. Он хочет поговорить с вами и мистером Армстронгом», — сказал Макгрегор, передавая мне телефон. «Похитители вышли на связь».

Было около 10.30 утра. Похищение произошло почти ровно двадцать пять часов назад.

OceanofPDF.com

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Брэндон Айзенберг вошел в кабинет Паркера на три четверти часа позже назначенного времени в сопровождении свиты, численность которой исчислялась двузначными числами.

Среди них была ледяная блондинка в кремовом дизайнерском костюме с кружевной отделкой, который, казалось, подчёркивал все её острые углы, а не смягчал их. Мне пришлось дважды взглянуть, чтобы узнать в ней Николу Айзенберг из видеоклипа, который Паркер слил с PDA Торкиля. Так и подмывало упомянуть, что в одежде она выглядела иначе, просто чтобы проверить, проникнет ли колкость сквозь её холодный фасад. Почему-то я сомневался.

Из остальных я заметил рыжеволосую Глисон, которая все еще стояла рядом со своим директором, словно защищая его, но выражение ее лица было чуть менее собственническим, чем в тот вечер благотворительного аукциона, когда жены Айзенберга не было.

Никола Айзенберг тоже приехала со своим личным телохранителем. Солидного вида пожилой мужчина, которого, как я догадался, Айзенберг выбрала не только за его опыт, но и за его немолодую, ничем не примечательную внешность.