«О, случайно заехал один из местных копов, и, полагаю, он что-то упомянул — или я сам об этом заговорил — и вот тогда я подумал, что лучше проверить, вдруг ты прилетел прямо сюда, как сказал Барри, и сидишь здесь, ожидая моего звонка».

Даже мне пришлось признать, что в нём было что-то обезоруживающее, но, напомнил я себе, все лучшие мошенники именно таковы. К тому же, это не объясняло, как он так быстро нас выследил.

«Так как же», — начал я, игнорируя разъяренный взгляд Симоны, — «вы узнали, что мы остановились здесь — в этом отеле?»

«Метод исключения», — сказал он, и теперь в его жизнерадостном настроении начали проявляться первые проблески хруста. — «Не мог же я оставить свою маленькую девочку ждать меня, правда? Я начал обзванивать отели».

Мои брови поползли вверх. «Все?»

Он кивнул. «Я начал с самого верха, и мне повезло, ведь это одно из лучших мест в городе. Как только я узнал, что Симона здесь, я помчался вниз».

"Но-"

«Хватит, Чарли», — сказала Симона тихо, но от этого не менее властно. «Бедняжка…» — её голос затих, и я понял, что, несмотря на её прежнюю уверенность, она с трудом подбирает нужное слово.

Грег Лукас одарил её своей самой лучезарной и тёплой улыбкой. «Зови меня просто Грег», — мягко сказал он. «По крайней мере, пока. Давай по порядку, дорогая, ладно? Я знаю, как тебе тяжело, и знаю, что я был тебе не очень хорошим отцом», — продолжил он, протягивая руку и накрывая ладонь Симоны, лежавшую на столе, своей. Элла, я заметил, не могла отвести глаз от этого жеста. «Но теперь у нас есть второй шанс, и я сделаю всё возможное, чтобы всё получилось».

Симона кивнула, на мгновение сжав губы. В следующий момент она вскочила со стула и крепко обняла его. Я услышал её приглушённый голос: «Я скучала по тебе, папочка. Я скучала по тебе».

После секундного колебания руки Лукаса обняли её за плечи и успокаивающе погладили по спине. «Знаю, дорогая», — тихо сказал он, но его лицо, видневшееся сквозь объятия Симоны, было странно напряжённым и холодным. «Ты даже не представляешь, как сильно я по тебе скучал».

На следующий день, ехав на север в предвещающем новый снегопад небе, я вынужден был признать, что Грег Лукас вёл себя совсем не как человек, охотящийся за деньгами Симоны, если он хоть что-то в этом понимал. Range Rover, в котором мы ехали, был последней модели и настолько новым, что в салоне ещё не успел выветриться запах свежей кожи. К тому же, Range Rover и так были дороги в Великобритании, но здесь они были ещё более престижны. И несмотря на то,

что мы остановились в дорогом отеле, Симона все еще не выглядела, не одевалась и не говорила так, будто у нее есть деньги.

Она призналась Лукасу, что по образованию инженер, и рассказала ему о своём расставании с Мэттом. Она осторожно обвинила в их отчуждении блуждающий взгляд Мэтта и представила его так, будто он был всего лишь далёким воспоминанием. Элла чуть не бросила её в тот момент, громко сказав:

«Но, мамочка, вы с папой тоже спорили из-за денег, не так ли?»

Симона покраснела до корней волос и поспешила оправдаться, заявив, что Мэтт зарабатывает меньше ее, и это вызвало некоторые разногласия.

Лукас перевел взгляд на меня и сказал: «Ну, должно быть, у тебя неплохо получается, если ты можешь позволить себе постоянную помощь маленькой Элле». Симона услышала в его голосе только отцовскую гордость, но я уловила в нем нотки подозрения, и не уверена, кто из нас уловил правильные вибрации.

Тем не менее, я старался относиться к отцу Симоны непредвзято. Он, безусловно, старался быть максимально тактичным, водил нас на собственную экскурсию по Бостону и пригласил на ранний ужин в ресторан Top of the Hub на 52-м этаже Prudential Center, откуда открывался потрясающий вид на Бостон. Но я всё ещё не мог избавиться от чувства, что не вполне ему доверяю.

И когда он пригласил нас троих погостить у него дома в Нью-Гэмпшире, Симона согласилась практически ещё до того, как он успел что-то сказать. Отчасти, как я подозревал, чтобы я не вмешивался. Она подождала, пока Лукас уйдёт в туалет, и тихонько набросилась на меня за мою непреклонность.

«Вся идея этой поездки заключалась в том, чтобы найти отца, и я не для того потратила столько времени и сил, чтобы ты снова его спугнул!» — прошептала она диким шёпотом. «Ради бога, Чарли, успокойся!»

«Я просто пытаюсь обеспечить твою безопасность», — сказал я, стараясь сдержать свой гнев.

«Ну, это прекрасно, — сказала она, сверля взглядом. — Только не мешайте мне делать то, что я хочу, иначе я, чёрт возьми, пойду одна».

Я позвонила Нигли, чтобы узнать её мнение о Лукасе, но попала на автоответчик. Я оставила ей сообщение с просьбой срочно мне перезвонить. Я также позвонила Шону за советом, но он ничем не помог.

«У тебя первоклассная интуиция, Чарли, — сухо сказал он, — но ты не сможешь запретить Симоне встречаться с этим парнем, если только не найдешь для нее более вескую причину, чем та, что он тебе на самом деле не нравится».

«Знаю», — сказал я. «Но что-то во всей этой ситуации меня беспокоит, но я просто не могу понять, что именно».

«Ну, пока вы не сможете этого сделать, вам придется просто плыть по течению.

Я потороплюсь с Мадлен и с биографией Лукаса, и посмотрим, что из этого выйдет, но не ждите чуда.

«Кажется, Нигли удалось выяснить довольно много», — сказал я, раздосадованный.

«Знаю, но у неё были публичные записи. Да, Лукас служил в SAS, и, судя по всему, у него была некоторая взрывная сила, но нам нужно больше.

Выудить информацию из Министерства обороны — это кошмар, и особенно неловко это делать, когда речь идёт о ком-то, кто служил в полку. Просто будьте бдительны, и всё будет хорошо.

Я закончил разговор с гнетущим предчувствием. Армия не была столь сдержанна, когда дело касалось утечки информации о моём собственном падении, так почему же они так упорно не хотели раскрывать тайну Грега Лукаса, когда он отбывал наказание почти двадцать пять лет?

Заметьте, даже мне пришлось признать, что мой случай был иным. Армейское начальство изначально не хотело, чтобы я проходил отбор.

Кое-кто выразил недовольство, когда я и еще две девушки продолжили обучение и приступили к тренировкам.

Женщина физически не годилась для этой работы; женщина ставила под угрозу исход операции, если её убивали, ранили или брали в плен; женщина психологически не была готова убивать, в том числе и в ближнем бою. Я слышал все аргументы из книги, и немало тех, которые не были правдой.

И, полагаю, тогда они были правы. Когда четверо моих товарищей-стажёров решили в пьяном порыве тестостерона доказать, что женщины — действительно слабый пол, я не смог достаточно глубоко разобраться в собственной психике, чтобы обнаружить в ней жизненно важный инстинкт убийцы.

Это произошло гораздо позже.

Развлечение Эллы было одной из самых сложных частей путешествия на север.

Она была умной и любознательной, а это означало, что нужно было быть всегда начеку.

время. Казалось, она сразу понимала, если кто-то автоматически отвечал на любой из её постоянных вопросов, и уже через полчаса в её обществе я чувствовал себя морально измотанным.

Я гадала, как Симона вообще справляется с ней изо дня в день, но потом вспомнила, что до своего выигрыша в лотерею Элла обычно работала в детском саду. Это, по крайней мере, дало мне ещё одну тему для разговора, и за следующие двадцать минут я узнала всё о любимой учительнице Эллы, именах её лучших друзей, и что больше всего ей нравилось рисовать пальцами и лепить фигурки из пластилина.

Я даже прибегнул к игре «Я шпион», которая была бы проще, если бы у Эллы не было довольно скользкого представления о предметах, начинающихся на выбранную ею букву. К тому же, мы проезжали через обширные лесные массивы, что несколько ограничивало выбор.

В какой-то момент мы проехали мимо огромного рекламного щита с информацией о том, что призовой фонд лотереи «Нью-Гэмпшир Свипстак» теперь достиг 365 миллионов долларов. Я заметил, как Симона повернула голову, чтобы посмотреть, и уловил на её лице едва заметное подобие улыбки.

Пока мы ехали, они с Лукасом разговаривали на передних сиденьях. Их голоса были слишком тихими, чтобы я мог легко следить за разговором, не вытягивая шею. В этот момент Элла, поняв, что взрослые её игнорируют, стала ещё более шумной. В конце концов, я оставил все попытки подслушивать и полностью посвятил себя ей, что ей нравилось гораздо больше.

Примерно через полтора часа Лукас предложил остановиться на границе Нью-Гэмпшира, и тут я с радостью готова была его поцеловать. Всё изменилось, когда я внезапно испугалась, что именно мне придётся вести Эллу в туалет. К счастью, сама Элла настояла на том, чтобы её отвела мама.

Я, как само собой разумеющееся, пошёл с ними. В присутствии Эллы Симона не произнесла ни слова, лишь сказала, что ей искренне нравится общество Лукаса. Я сдержался, чтобы не сказать, что в его интересах убедиться в этом, и просто кивнул. Судя по выражению лица Симоны, ответ её не удовлетворил.

Мы были на полпути обратно по заснеженной парковке, когда зазвонил мой мобильный. Я остановился, чтобы вытащить его из внутреннего кармана, наблюдая, как Симона и Элла продолжают путь к «Рейндж Роверу». Было слишком холодно, чтобы они могли задерживаться, даже если бы захотели.

«Чарли? Это Фрэнсис Нигли. Ты хотел со мной поговорить?»

«Да, спасибо, что перезвонили», — сказал я. Я замолчал, отчасти чтобы дать им обоим уйти дальше, чтобы они не могли меня услышать, а отчасти потому, что не знал, с чего начать. «Итак, вы расстались со своим телохранителем?»

Она на мгновение замолчала, и я почти представила, как она оглядывается, словно проверяя, не ушёл ли с ней мужчина из «Армстронга». «А я нет», — сказала она.

«О». Теперь моя очередь сделать паузу. «Но вы говорили с Грегом Лукасом о вашем партнёре? Он звонил вам, верно? До того, как связался с Симоной?»

«Он вышел на связь?» — спросила она, и голос её был одновременно напряжённым и растерянным. «Когда?»

«Вчера». Краем глаза я увидел, как Симона открыла заднюю дверь «Рейндж Ровера» и усадила Эллу на детскую подушку на заднем сиденье. «Он появился в отеле». Я попытался вспомнить точную формулировку. Лукас действительно говорил, что разговаривал с Нигли? Я порылся в памяти. Может, и нет, но он определённо создавал такое впечатление.

Симона уже пристегнула Эллу, и я направился к машине. Она уже села на пассажирское сиденье, когда я это делал, и я увидел, как вспыхнули стоп-сигналы, когда Лукас переключил коробку передач с парковочного положения.

«Лукас сказал, что, когда О’Халлоран не вышел на связь после их встречи, он пытался ему позвонить», — быстро сказала я, переходя на бег трусцой. «Я полагала, что вы считаете его слова честными, иначе вы бы не стали раскрывать подробности».

«Чарли, я ничего не передавал», — сказал Нигли, и в его голосе послышалась боль. «Я с этим парнем не разговаривал. Ни слова. Не знаю, как он нашёл твоего клиента, но точно не через меня».

Внезапно «Рейндж Ровер» резко вырулил с парковки. Я бросил разговор, захлопнув телефон, и поскользнулся на обледенелой поверхности, отделявшей меня от моих «принцов». У меня даже не хватило духу выругаться. Я мог лишь смотреть, как большая машина набирает скорость, удаляясь от меня между рядами других машин. Я мысленно запомнил номер машины, и в голове уже созревал план звонка в полицию.

В конце ряда у Range Rover загорелись стоп-сигналы, и я резко прибавил скорость в тщетной надежде, что всё же догоню их, скользя по обледенелой дороге. Через мгновение они снова оторвались, и на секунду…

Казалось, Лукас направлялся прямо к выходу. Затем он лениво развернулся и направился обратно, через следующий ряд, ко мне. Я прорвался сквозь шеренгу машин и практически бросился перед ним. Ему пришлось так резко затормозить, что голова Симоны на пассажирском сиденье резко дернулась вперёд. Она выглядела испуганной, и на её лице промелькнули первые нотки раздражения.

Мой взгляд переместился на Грега Лукаса, но из-за того, как свет отражался от стекла, я не мог ясно разглядеть его черты.

Я подождал немного, затем обошёл машину сбоку, распахнул заднюю дверь и протиснулся в образовавшуюся щель. К тому времени, как Симона и Лукас обернулись, я уже почти протиснулся между передними сиденьями, сжав кулак, готовый ударить мужчину в горло. Я знал, что левой рукой смогу вырвать ему голосовые связки, а правой вернуть рычаг переключения передач в нейтральное положение, прежде чем он успеет разогнаться до нужной скорости, чтобы авария причинила нам хоть какой-то вред. Он издаст совсем немного звука, умирая, а Элла, сидящая прямо за ним, не увидит достаточно, чтобы серьёзно её травмировать. О Симоне я подумаю позже.

Затем Лукас повернулся на своем месте и улыбнулся мне.

«Извини, Чарли, я не хотел тебя напугать», — сказал он почти искренне раскаявшимся голосом. «Я просто заехал за тобой».

Я медленно откинулась на спинку сиденья, разжав затекшие пальцы и сделав глубокий вдох, чтобы разбавить адреналин, бурлящий в крови. Я внимательно посмотрела на его лицо. Мне показалось, или улыбка не до конца коснулась его глаз?

«Конечно, ты был», — тихо ответил я, давая волю двоякому ответу. «Я никогда не думала, что ты занимаешься чем-то другим».

OceanofPDF.com

Девять

Я не успел рассказать Симоне о разговоре с Фрэнсис Нигли до прибытия в пункт назначения, и к тому времени я почувствовал, что уже слишком поздно. Единственным плюсом было то, что Элла задремала вскоре после нашей последней остановки, и я смог полностью сосредоточиться на текущей ситуации.

Грег Лукас жил в небольшом городке Норт-Конвей в Белых горах, примерно в трёх часах езды к северу от Бостона, и контраст с мрачным и суровым городом был разителен. Норт-Конвей по большей части был красив, словно сошёл с открытки, с обшитыми вагонкой домами, выкрашенными в пастельные тона. Лишь немногие из них разделяли садовые изгороди, что создавало атмосферу дружелюбия, словно здесь не было нужды прятаться от чужаков. Словно здесь не могло случиться ничего плохого.