Не в первый раз мне не хватает веса 9-мм пистолета SIG SAUER P226.

На бедре. Во многих странах мира аккредитованным британским телохранителям разрешалось носить скрытое оружие при исполнении служебных обязанностей. США, к сожалению, в их число не входили.

Твид бросил на меня быстрый взгляд. Наши взгляды встретились на секунду, и только тогда я понял, где видел его раньше. Это был тот самый человек из Аквариума, который увёл Симону от её дочери и меня к морю.

Львиный вольер. Хороший, нормальный парень, да? Я резко развернулся и подхватил Эллу на руки, не обращая внимания на её протестующие вопли.

«Мы уходим», – резко сказал я Симоне. Она только что закончила скатывать снежный ком размером с арбуз для головы снеговика и уже наполовину водрузила его на большую сферу его тела. Она испуганно посмотрела на меня, но, должно быть, уловила достаточно, чтобы понять моё выражение лица и подавить любые возражения, которые собиралась высказать. Она уронила голову снеговика, и та раскололась надвое о мёрзлую землю. Я сунул Эллу ей в объятия и поспешил обратно к Бикон-Хилл, тянувшемуся вдоль северной стороны Коммон.

«Что?» — спросила Симона, задыхаясь, пока я подталкивал её вперёд. «Что такое?»

«Просто продолжай идти», — пробормотал я, сдерживая желание оглянуться, пока мы не достигли края парка и не поднялись по ступенькам к мемориалу Шоу. Твид — человек из «Аквариума» — всё ещё отставал от нас на пятьдесят метров, но приближался неторопливо, словно знал, что нам некуда спешить, потому что знал, что нам некуда идти.

Но на этот раз удача была на нашей стороне. Одинокое такси ехало к нам вверх по холму с зажжённой мигалкой «Сдаётся». Я сошёл с обочины и протянул руку, отбросив своё обычное нежелание садиться в незнакомый транспорт. Водитель слегка вильнул в мою сторону и остановился рядом, так что мне оставалось лишь опустить руку и кончиками пальцев коснуться задней ручки. Я распахнул дверь и запихнул внутрь озадаченных Симону и Эллу, забрался следом за ними и захлопнул за собой дверь.

Я дал водителю адрес отеля, и он тронулся с места с похвальной поспешностью, качаясь на волнах, словно океанский лайнер.

Когда мы свернули на первый поворот у здания Капитолия с золотым куполом, я оглянулся в заднее окно и увидел у обочины человека из «Аквариума», который смотрел нам вслед. Я не мог как следует разглядеть его лицо, но даже на таком расстоянии было нетрудно прочесть язык его тела, а я распознаю гнев по его виду.

Симоне потребовалось почти до самого возвращения на пристань Роу, чтобы успокоить Эллу и обратить на меня её внимание. Я поздоровался

Шокированные вопросы Симоны сопровождались многозначительным кивком в сторону затылка таксиста. На мгновение Симона, казалось, собиралась возразить, но затем отвела взгляд, сосредоточившись на том, чтобы отвлечь Эллу, и мы не разговаривали до самого возвращения в отель.

Но как только мы расплатились за такси и направились ко входу в отель, она схватила меня за руку.

«Что, чёрт возьми, всё это было, Чарли?» — спросила она, понизив голос. Не знаю, почему. Она держала Эллу на бедре, чтобы та балансировала. Девочка пристально наблюдала за нами и, казалось, улавливала каждый нюанс.

«Помнишь парня из Аквариума?» — спросил я. «Он снова появился в парке и направился прямо к нам. Не знаю, веришь ли ты в совпадения, Симона, но я…»

«Парень из Аквариума», — ровным голосом повторила она, и мне не понравился тусклый румянец, проступивший на её щеках, так же как и блеск в её глазах. «И из-за этого ты так паниковал, да?»

«Я не паниковал, Симона», — сказал я, борясь с нарастающим гневом. «Я увёл вас обоих от того, что считал потенциальным источником опасности. Это моя работа».

«Полагаю, тебе не пришло в голову рассказать мне, чем ты занимался, прежде чем выпроводить нас оттуда, а?»

Я остановился и обернулся. Мы были уже на полпути через вестибюль, который был почти пуст. Только седовласый мужчина с короткой бородкой разговаривал с консьержем, да пара средних лет сидела в дальнем конце и читала путеводители. Я шагнул вперёд, оказавшись прямо перед Симоной, не обращая внимания на то, как она отшатнулась.

«Я не могу управлять этим, как демократия», — процедил я сквозь зубы. «Если я чувствую угрозу, я не могу просто стоять и спрашивать ваше мнение. Я должен действовать по своему усмотрению».

«Ага», — зловеще сказала Симона. «И, полагаю, тебе не приходило в голову, что я могла захотеть снова увидеть этого парня. Что он мог быть настолько заинтересован во мне, что дал мне свой номер телефона, и я могла бы ему позвонить…»

«Что ты сделал?» — спросил я, и хотя говорил едва ли громче шёпота, я услышал в своём голосе холодный гнев и недоверие. «Нет», — ответил я безучастно. — «Ты не мог быть таким глупым».

Симона тут же покраснела и открыла рот, чтобы огрызнуться на меня, но тут по выражению лица Эллы я вдруг понял, что кто-то приближается к нам по полированному полу вестибюля.

Седовласый мужчина, разговаривавший с консьержем, остановился в нескольких метрах и неуверенно переводил взгляд с одного из нас на другого. Ему было под шестьдесят, аккуратно подстриженная бородка придавала ему благородный вид. На нем было хорошее пальто и дорогие туфли. Его взгляд метался с одного из нас на другого, словно выжидая удобного случая вломиться, не будучи поцарапанным.

«Прошу прощения», — вежливо обратился он к Симоне, — «но вы ведь Симона, э-э, Керс, не так ли?»

«Да», — тут же ответила Симона, бросив на меня вызывающий взгляд. «Да, это я!»

«А», — сказал мужчина. Он улыбнулся, немного неуверенно реагируя на её пылкость. «Ну, в таком случае… я понимаю, что вы меня искали. Полагаю, я ваш отец».

OceanofPDF.com

Восемь

Ты там в порядке, Чарли? — спросил Грег Лукас. — Удобно? Достаточно тепло? Кричи, если Элле понадобится остановиться, чтобы сходить в туалет или ещё куда-нибудь.

«Сейчас всё в порядке, спасибо», — сказала я. Мне пришлось приложить усилия, чтобы мой голос звучал вежливо. Я не думала, что Лукас намеренно ведёт себя покровительственно, но Симона представила меня скорее как наёмного работника, чем как кого-либо ещё, и до сих пор я не находила причин, кроме гордости, опровергать его мнение. Его взгляд мельком встретился с моим в зеркале заднего вида, и я заметила, как морщинки по бокам морщинок собрались, когда он улыбнулся мне. Я не видела остального его лица, но пока он вёл себя без видимого лукавства, как бы я ни пыталась выискивать признаки предательства.

Мы ехали в новом Range Rover Vogue SE, мчались на север из Массачусетса в Нью-Гэмпшир по межштатной автомагистрали 95. Симона с Лукасом спереди, а мы с Эллой — сзади. Наш багаж, включая огромного медведя с хмурым выражением лица, громоздился позади нас.

Это было на следующий день после того, как Грег Лукас представился Симоне в холле отеля «Бостон Харбор», и, по крайней мере, мне казалось, что было ещё слишком рано куда-то с ним идти. Однако попытка убедить Симону в этом вызвала серьёзные разногласия.

Ей с самого начала не понравилось, что я не позволил ей пригласить Лукаса в номер для разговора, а вместо этого предложил более нейтральную территорию в ресторане. Он на мгновение удивился моему прохладному приёму, но довольно спокойно согласился. Мы оставили его, чтобы он занял нам столик в кафе «Интрига», пока я проводил Симону наверх, якобы для того, чтобы оставить наши пальто и переобуть Эллу, но главным образом для того, чтобы она могла побыть одна достаточно долго и посоветовать ей быть осторожнее.

Не совсем то, что хотела услышать Симона.

«О, ради всего святого, Чарли!» — рявкнула она, и в её глазах появился блеск, который мне не очень понравился. Она была почти взволнована каким-то испуганным возбуждением. «Зачем ему притворяться моим отцом, если он им не является?»

Я мог придумать более 13 400 000 веских причин, но не озвучил их.

Может быть, Симона поняла это, пока говорила, потому что вздохнула, не дожидаясь ответа, и сказала: «Хорошо, я буду осторожна, но ты не знаешь, как долго я ждала и желала этого».

«Знаю», — мягко сказал я, — «но именно поэтому вам не стоит торопиться. Прошло двадцать пять лет с тех пор, как вы видели его в последний раз. Вы сами признались, что мало что о нём помните, и у него не было такой бороды, когда он служил в армии. Значит, он должен ожидать, что вы будете задавать вопросы, что вы будете что-то подозревать.

Да кто угодно бы это сделал. И это не говоря уже о том, чтобы рассказать ему о своей победе.

Я определенно не буду упоминать об этом какое-то время — по крайней мере, пока вы не будете уверены.

Она помолчала немного, а затем кивнула.

«Хорошо, Чарли», – сказала она уже сдержаннее, но с упрямо сжатыми челюстями. «Но он не похож на человека, живущего в бесплатной столовой, правда? Ведь мы ведь здесь для этого, верно? Чтобы я могла его найти и встретиться? И вот я его нашла – или, возможно, нашла», – согласилась она, когда я открыла рот, чтобы перебить. «Послушай, либо я немного узнаю его и узнаю наверняка, либо нам лучше сразу идти домой».

Я пожал плечами. «Хорошо, Симона», — сказал я. «Просто будь осторожна, хорошо?»

Она улыбнулась, слишком быстро, слишком ярко. «Я осторожна», — сказала она. «Ты ведь со мной, правда?»

Вернувшись в столовую, Лукас встал, когда мы подошли к выбранному им столику у камина в дальнем конце зала, напомнив мне старомодные манеры банкира Харрингтона. Лукас снял пальто и остался в свитере с высоким воротом из тонкой шерсти, которая вполне могла быть кашемиром. Он был довольно худым, если не считать бочкообразной груди, которая позволяла ему немного сбросить лишний вес в центре при его прямом телосложении, и выглядел уверенным и успешным.

Симона замешкалась, подойдя к нему, словно не зная, поцеловать ли его в щеку или пожать руку. Лукас взял инициативу в свои руки, положив обе руки ей на плечи и слегка откинувшись назад, склонив голову набок, словно разглядывая произведение искусства.

«Вот так моя маленькая принцесса и выросла», — пробормотал он с улыбкой. Его акцент представлял собой странную смесь американского акцента с чем-то британским и местным. Возможно, ливерпульский, но со всеми шероховатостями, срезанными, как у округлой гальки на пляже.

Ответная улыбка Симоны была слегка дрожащей, глаза блестели от непролитых слёз. На мгновение горло сжалось, и Лукас лишь ободряюще сжал её руки, прежде чем повернуться ко мне.

«А это кто?» — спросил он дружелюбно и небрежно.

«Меня зовут Чарли Фокс», — сказал я, протягивая руку, чтобы избежать сдавливания. «Я здесь, чтобы присмотреть за…»

«Элла», — быстро добавила Симона. «Чарли пришёл позаботиться об Элле, моей дочери».

Его щека была настолько легкой, что ее можно было почти вообразить, но когда он кивнул мне, в нем чувствовалась некая сдержанность, которая исчезла, когда он присел на корточки, оказавшись на уровне глаз Эллы.

«Привет, Элла», — тихо сказал он. «Знаешь, ты — точная копия своей мамы в детстве. Она тоже была красавицей».

Глядя на его лицо, когда он смотрел на Эллу, я был склонен доверять ему больше, чем когда-либо прежде. Либо это, либо ему следовало работать в Голливуде, потому что выражение его лица смягчилось до невероятия убедительно. Элла вдруг вся смутилась, уткнувшись лицом в кудри и прижавшись к моей ноге. Он ухмыльнулся ей – мелькнула молодая, почти лукавая улыбка – и выпрямился.

Официант проводил нас к столикам и принял заказ на напитки, прежде чем уйти. Последовала неловкая пауза, а затем Симона и Лукас одновременно принялись за дело.

«Итак, как долго вы...?»

«Как ты...?»

Они оба остановились, улыбнулись и попытались одновременно сказать: «Ты первый», но в итоге рассмеялись чуть громче, чем следовало. Симона бросила на меня тяжёлый взгляд, который ясно говорил: « Как ты можешь сомневаться в этом человеке?» когда мы так ясно настроены?

«Дамы вперед, я настаиваю», — сказал Лукас, сложив руки на скатерти и расслабив пальцы.

«Я просто хотел спросить, как вы меня нашли».

Он выглядел удивлённым. «Но вы же наверняка меня нашли », — сказал он, нахмурившись. «Тот парень, которого вы наняли, — Барри О'Холлоран. Он приходил ко мне примерно неделю назад.

назад, сказав мне, что моя дочь хочет связаться со мной». Он сказал слово

«дочь» с некоторым удивлением, словно думал, что утратил этот навык и вдруг снова его обрёл. «Ну, это было настоящим потрясением после всего этого времени, должен признаться, но я ему сказал: конечно, почему бы и нет?»

Настала моя очередь удивляться. «Ты согласился?»

«Конечно», — снова сказал он, пожимая плечами. «У меня нет причин не делать этого. Она была замечательным ребёнком». Он снова улыбнулся Симоне с сожалением. «Не её вина, что у нас с её матерью не сложилось. И, ну, я сильно изменился с тех пор».

От мягкой искренности в его голосе Симона слегка покраснела и вдруг начала теребить воротничок платья Эллы. Мне оставалось только спросить: «Итак, как вы нас здесь нашли?»

«Ну, Барри сказал, что позвонит Симоне, как только вернётся в офис, и она, вероятно, сразу же прилетит. Потом он ушёл, а я ждала ответа».

«Когда это было?»

Он поднял глаза, вспоминая. «Ну, наверное, неделю или дней десять назад».

«Неделю или десять дней», — повторил я вежливо.

«Это недолго, Чарли», — защищаясь, сказала Симона, хотя именно она торопилась.

Лукас кивнул и улыбнулся ей. «Ну, признаюсь, я был занят в последнее время, но вчера я начал думать, что случилось, и попытался позвонить Барри, и вот тогда я узнал о его несчастном случае». Он оборвал себя и покачал головой. «Бедняга, вот так угодить в реку, да? Зимы здесь бывают суровыми. Не то что в Англии. Нужно быть готовым к погоде».

«Как?» — спросил я.

"Прошу прощения?"

Симона пронзила меня многозначительным взглядом, и я смягчил тон, улыбнувшись. «Извините. Я имел в виду, как вы узнали об аварии?»