Костёр мгновенно вспыхнул, когда Глит опустил факел на сухие брёвна. Он обошёл штабель, чтобы пламя равномерно охватило все стороны, и разгорелся с искусственно созданной скоростью.

Через несколько минут пламя уже плясало вокруг шлема, лежавшего на вершине кучи. Я подошёл поближе и увидел, как забрало скручивается, коробится и чернеет от жара. Кто-то выключил музыку на середине аккорда, и всё, что осталось, – это потрескивание огня.

«Вы все знаете, зачем мы здесь», — сказал Глит, его глубокий голос был достаточно громким, чтобы разнестись по всему полю. «Мы все знали Слика. Некоторые из нас, вероятно, пойдут на его похороны на следующей неделе». Он кивнул Тесс и отпил пива из бутылки, которую держал в руке. «Но какой-то чёртов викарий, который…

Никогда его не знал, и для нас, его друзей, эти бессмысленные фразы ничего не значат. Поэтому мы здесь, чтобы достойно его проводить и рассказать всё как есть!

Он сердито посмотрел на людей, столпившихся у костра. Они молча смотрели в ответ. Девочка теперь цеплялась за ногу Тесс, пряча лицо от жара пламени. Тесс наклонилась и посадила ребёнка себе на бедро, не отрывая глаз от Глита.

«Я знаю Слика уже десять лет. С тех пор, как он построил свой первый велосипед и пришёл просить сварочный аппарат, которым понятия не имел, как пользоваться», — сказал Глит. Он грустно покачал головой и улыбнулся. «Дурацкий ублюдок. Наделал столько дыр в раме, которую пытался починить, что к тому времени, как он закончил, её можно было сдать на металлолом».

Толпа испустила коллективный вздох, почти вздох, поверхностное натяжение было разрушено.

Глит поднял бутылку пива и сделал ещё один глоток. «Он был шумным, вспыльчивым и болтливым, но если нужно было что-то подвезти, Слик первым вызывался. Он был мне хорошим другом». Он впервые взглянул на Тесс, встретившись с ней взглядом и удерживая его. «И я знаю, что он был очень высокого мнения о тебе, Тесс, и о малышке Эшли, — хрипло продолжил он. — И если я могу чем-то тебе помочь, ты знаешь, стоит только крикнуть».

Послышался общий ропот. Глит допил свой напиток одним большим глотком и отвернулся, прежде чем она успела отреагировать. Показательно. Либо он не имел этого в виду, либо говорил слишком серьёзно, чтобы не чувствовать себя неловко.

«За Слика!» — крикнул он. «Где бы он сейчас ни был, надеюсь, он им задаст жару!»

И среди одобрительного гула он повернулся и швырнул пустую бутылку в огонь с такой силой, что стекло разбилось о горящие дрова.

Пока он говорил, я заметил, что Джейми подошел, чтобы поговорить с Тесс.

Я не заметил его мотоцикл, когда мы приехали, но один небольшой четырехсотый автомобиль с ирландскими номерами легко затерялся бы в толпе.

Он и Тесс находились слишком далеко, чтобы я мог расслышать хоть что-то из того, о чем они говорили, но я мог уловить язык тела, не прибегая к помощи разговорника.

Сначала она отмахнулась от него, но он не сдавался, говоря настойчиво. Постепенно я видел, как враждебность Тесс сменилась недоверием, а затем и печальным гневом. К тому времени, как Глит закончил свою надгробную речь, она, казалось, была готова расплакаться. Что, чёрт возьми, Джейми ей сказал?

Я видел, как она коротко улыбнулась ему, затем шагнула вперёд и подняла свою бутылку. Серебряные и стеклянные кольца на её пальцах блеснули на свету.

«Я знаю, что Слик мог быть тем ещё засранцем, когда был пьян. И я знаю, что он не всегда был мне верен», — сказала она тонким и пронзительным голосом.

«Но он всегда старался сделать всё возможное для нас с Эшли, и в конце концов всегда возвращался. Он бы сделал то же самое и на этот раз», — добавила она. «И я бы скинула его с чёртовой лестницы, прежде чем позволила бы ему объясниться, но я бы приняла его обратно…»

Её голос затих, и она крепко обняла маленькую девочку, которую держала на руках. Она тоже бросила пустую бутылку к подножию пламени и отвернулась.

Интересный выбор слов. Я обдумывал их, делая ещё один глоток пива, которое не отпускал весь вечер. Разве то, что Джейми сказал ей всего несколько минут назад, как-то повлияло на то, что она только что сказала?

Другие люди откликнулись, и примерно через полчаса я узнал, что Слик был одновременно щедрым и скупым, вспыльчивым и невероятно остроумным. К тому же, похоже, он был должен всем деньги.

Достаточно ли этого, чтобы кто-то мог отобрать у него велосипед, чтобы покрыть его долги?

Затем Джейми подошёл к огню, чтобы высказать своё мнение. «Слик дал мне шанс проявить себя, когда другие этого не сделали», — сказал он, и его красивое лицо по-прежнему было серьёзным. «Он доверял мне. Я этого не забуду».

Говоря это, он взглянул туда, где я мог видеть Уильяма, стоящего в первых рядах толпы, и Паксо слева от него.

Я также понял, что здесь замешан кто-то третий. Он стоял слишком близко, чтобы быть просто наблюдателем, его голова была склонена набок от слишком явного интереса к происходящему. Пока я наблюдал, он небрежно оперся рукой на широкое плечо Уильяма, размахивая бутылкой пива за горлышко между указательным и большим пальцами. Высокий, почти стройный парень, лет двадцати с небольшим, если можно так выразиться, с коротко стриженными тёмными волосами и в кожаных гоночных костюмах, которые делали его похожим на ходячую пачку сигарет.

Пачка сигарет.

Я понял, что в этой цветовой гамме есть что-то знакомое, и тут меня осенило. Я вспомнил байкеров, пролетевших мимо меня по дороге в больницу. Двое из них явно были Уильямом на своём Kawasaki и Паксо на своём Ducati. Слишком уж странным было то, что те же кожаные костюмы мотоциклиста Aprilia, который был с ним, не принадлежали мужчине, который сейчас смотрел на Джейми со смесью раздражения и веселья на лице.

Джейми направился к группе, и мне не терпелось узнать, что же произойдет, но в этот момент я почувствовал, как кто-то дернул меня за рукав. Я обернулся и увидел, как Сэм зовет меня в сторону.

«Ты знала, что Слик собирался организовать поездку в Ирландию в конце этой недели?» — спросил он, когда мы отошли достаточно далеко, чтобы нас не могли услышать.

«Да», — ответил я, нахмурившись, даже немного раздосадованный тем, что Сэм оторвал меня от гораздо более интересного разговора. «Это же клуб «Девилс Бридж», да? А что?»

Сэм выглядел слегка удручённым, увидев мою реакцию. «О», — сказал он. «Ну, ходили слухи, что всё это закончится, раз Слик отбросил копыта и всё такое».

«Ты человек мужественный, Сэм», — сказал я, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто из приятелей погибшего не стоит достаточно близко, чтобы обидеться.

«Да, но это еще не все», — продолжил Сэм, ухмыляясь мне сквозь бороду.

«Когда кто-то сказал, что поездка, вероятно, будет отменена, кто-то другой сказал, что, по его мнению, слишком многое поставлено на карту, чтобы остальные отказались от поездки».

«Слишком многое поставлено на карту?» — спросил я. «Что, чёрт возьми, это значит?»

Он пожал плечами, довольный собой. «Эй, я всего лишь грязная тряпка, а не машинист», — сказал он. «Я просто подумал, что тебе стоит знать».

«Ага», — ответил я рассеянно. «Спасибо, Сэм. Держи ухо востро».

Почему у меня возникло ощущение, что эта ирландская поездка была чем-то большим, чем просто байкерская поездка?

Вылазка? Джейми был из Ирландии. Как и Изабель, и Эамон. Джейкоб сейчас был там. Совпадение или намерение? Я невольно задумался, что Джейми только что сказал Тесс, что, похоже, успокоило её. И что это был за шанс, который ему дал Слик? Было ли это просто доказательство его умения быстро ездить, или это было нечто большее?

Я отвернулась, настолько погружённая в свои спутанные мысли, что, когда кто-то неторопливо прошёл передо мной, я резко остановилась, едва избежав столкновения. Я подняла взгляд и увидела каменное лицо Уильяма, пристально глядящего на меня сверху вниз. Его взгляд был настолько напряжённым, что я отступила на полшага.

Я быстро переключил внимание, и я понял, что Паксо стоит прямо за левым плечом Уильяма, а Глит — за правым. Никто из них не выглядел дружелюбным, разве что по отношению друг к другу, что, после их стычки у больницы, меня удивило. Я небрежно оглянулся через плечо, на случай, если гонщик «Априлии» приближается ко мне сзади, но его нигде не было видно. Сэм растворился в фоновом режиме.

«Это частная вечеринка для приятелей Слика», — многозначительно сказал Паксо.

«С чего ты взял, что тебя пригласили?»

«Никто не говорил мне, что я не мёртв», — ответил я, стараясь говорить спокойно и ровно. Я мысленно проложил путь к отступлению. Слишком далеко, чтобы быстро добраться до «Сузуки». Надеюсь, мне это не придётся.

«Ну, Чарли, теперь ты это слышишь», — ровно сказал Уильям.

«Да правда?» Я быстро перевел взгляд с одной на другую. «Сегодня днём мне пришлось терпеть обыск копов у Джейкоба в поисках остова мотоцикла Слика», — сказал я, раздумывая, можно ли считать вежливый обыск Макмиллана обыском. «Я им ни хрена не говорил — если можно так выразиться — о том, чем он мог заниматься и где ещё им стоит поискать. И ты говоришь мне, что это не поступок настоящего приятеля?»

Глит поднял брови. «Она права», — признал он. «Если она пришла отдать дань уважения, почему бы не позволить ей остаться?»

«Нет!» — яростно заявил Паксо. «Она просто пришла шпионить».

Глит какое-то мгновение серьёзно смотрел на меня, хотя, возможно, за этим скрывалось нечто большее. «Ну, по крайней мере, она не привела с собой этого своего ручного головореза», — сказал он. «Кстати, кто он?»

«Его зовут Шон Мейер, и он настоящий мерзавец», — раздался новый голос слева от меня. Джейми шагнул вперёд и посмотрел на меня с едва скрываемым ликованием, воспользовавшись неожиданной возможностью нанести ему удар.

«Шон Майер?» — медленно повторил Уильям. «Теперь я помню это имя…

Много лет назад. Расист, ублюдок, да? Посадили за это.

«Нет», — категорически ответил я. «Он не был. И он этого не сделал».

«Я знаю, что мама сегодня утром была у папы, и Шон избил её парня, — сказал Джейми. — Размазал его нос по лицу».

«Учитывая, что в то время Имон пытался сломать мне обе лодыжки, — резко сказал я, — я бы сказал, что он заслужил это, не так ли?»

Я оглянулся на остальных. На тяжёлом лице Глита, казалось, даже промелькнуло веселье. Уильям и Паксо обменялись молчаливыми взглядами, которых я не заметил.

значение.

«Думаю, тебе пора уходить», — сказал Уильям почти равнодушным голосом. «По собственной воле или нет. Нам это безразлично».

Я пожал плечами, бросил в огонь пустую на три четверти бутылку пива и, повернувшись, пошёл вниз по склону к припаркованным мотоциклам. Глит и остальные молча шли рядом со мной. Я чувствовал их позади всю дорогу, и мне хотелось перейти на бег, но я продолжал бежать. К тому времени, как я добрался до «Сузуки», мои лопатки уже ныли от напряжения.

Они наблюдали, как я снимаю шлем с руля, пнул RGV

Оживить и выкатить его с линии. Всё это время я ждал, что кто-нибудь из них подкрепит угрозу чем-то более физическим. Я знал, что у меня нет шансов, если они решат проявить своё недовольство более активно, и сосредоточился на том, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица и пассивную позу. Но они ничего не сказали. Ничего не сделали. Просто стоять и сверлить меня взглядом было более чем достаточно.

Осторожно ехав по ухабистой проселочной дороге, ведущей к главной дороге, я чувствовал, как от нервного пота рубашка под кожаными штанами прилипает к спине. Да, я мало чему научился, но, по крайней мере, остался невредим.

Я только надеялся, что Сэм сможет сделать то же самое.

OceanofPDF.com

Восемь

Первые капли дождя начали накрапывать как раз в тот момент, когда я выехал на главную дорогу и повернул Suzuki обратно в сторону Ланкастера.

Я тихо выругался, почувствовав, как капли дождя попали мне на забрало. Скоро вода зальёт мне за шею. Я поднял руку и потуже натянул воротник куртки, словно это действительно что-то изменило.

Уже несколько недель не было серьёзных дождей, и дорога Рэй проходила по сельской местности, окаймлённой высокими живыми изгородями и сухими каменными стенами. Из-за постоянного движения сельскохозяйственных машин асфальт был покрыт пылью, грязью и дизельным топливом. Стоит добавить воды, и асфальт быстро превращается в смертельно скользкую плёнку. Пока дождь не смывал дорогу, ехать было всё равно что по гололёду.

Свет тоже начал темнеть. Тот самый момент между днём и вечером, когда фары нужны, но, похоже, они мало что дают. Я тут же сбавил скорость.

Вот почему им удалось так легко меня поймать.

Не знаю точно, откуда они взялись. Только что мои зеркала были пусты, а в следующий момент позади меня внезапно вспыхнули фары дальнего света.

Первой моей мыслью было, что какой-то глупый водитель только что понял, что приближающаяся темнота означает, что, возможно, стоит включить фары.

Как только я закончил эту мысль, подозрительная часть моего разума взяла верх. Когда я впервые сел за руль, я очень быстро понял, насколько ты уязвим для других участников дорожного движения. В первый раз меня сбили с ног ещё до того, как я сдал экзамен.

Похоже, кто-то нацелился на реванш.

Свет фар быстро приблизился к моей задней части, ярко сверкая. Я слегка сместился влево, надеясь, что водитель поймёт намёк и просто проедет мимо.

Огни приблизились ещё ближе. Из-за яркого света я не видел ни машины, ни водителя. Я сохранял позицию и скорость. Когда я приблизился к левому повороту, водитель, ехавший следом, резко прибавил скорость и резко свернул вправо. Когда он поравнялся с моим коленом, я понял, что огни слишком большие и расположены слишком далеко друг от друга для легкового автомобиля. Скорее, как у фургона.

«Транзитный фургон» , — сказала Клэр, когда я спросил, что её сбило. Решительно дерн.

Инстинктивно я резко открыл дроссельную заслонку как раз в тот момент, когда фургон врезался в мое воздушное пространство.