«Не двигаться!» — прогремел голос, усиленный мегафоном. «Это ФБР!»

Корпус лодки Мейсона скрывал нас от их приближения, поэтому я проигнорировал указание и подтянулся ближе к Шону. Он держал Хейнса под водой, его предплечья напряглись от усилий удержать его там, пока тот извивался и извивался. По положению его рук я не мог понять, душил ли Шон его или просто топил.

В любом случае, это было убийство.

Я снова вспомнил, как Хейнс спокойно нажимал на курок женщины в парке развлечений. Я вспомнил удовлетворение в его голосе, когда он признался, что пытал и убил Генри. Я легко мог представить, как он стоит за коленопреклонённым Шоном, приставив «Смит-Вессон» к его затылку. И я прямо видел, как он улыбается, делая это.

Но я пытался защитить не Хейнса.

«Шон», — повторила я, уже тише. — «Не делай этого с собой».

Какое-то время он не отвечал, затем расслабил плечи и вытащил руки из воды, и мне показалось, что мне удалось до него достучаться.

Но тут я понял, что Хейнс перестал сопротивляться. Он всплыл на поверхность и безжизненно поплыл между нами, с широко открытыми глазами и ртом. Болотная вода мягко плескалась в его раскрытую глотку.

«Прости, Чарли», — напряжённо сказал Шон. Голос его звучал устало, но в нём не было ни капли сожаления. «Ты опоздал».

И я не мог найти в себе сил сожалеть.

Мы оба обернулись как раз в тот момент, когда новый аэроглиссер торжественно причалил к пострадавшему судну Мейсона. Волна чуть не сбила нас с ног.

Полдюжины людей в чёрном с автоматами перепрыгивали с одной лодки на другую, их ботинки громко цокали по алюминию. К их пистолетам были прикреплены фонарики, и некоторые направили их на Мейсона, но он не оказал никакого сопротивления. В перекрещивающихся лучах я теперь видел, что один подлокотник его кресла был скользким от крови, и он едва мог поднять обе руки. Им пришлось помочь ему спуститься.

Другие руки потянулись к нам через борт.

«Подождите», — сказал я. «У нас тут раненый».

Шон бросил на меня быстрый взгляд, но я побрел обратно к Уитмаршу, и нам удалось подтащить его достаточно близко к аэроглиссеру, чтобы они смогли схватить его и вытащить, словно нагруженную сеть траулера. Он был без сознания и истекал кровью, но они сразу же начали его спасать, настолько срочно, что, по их мнению, он может выжить.

В этот момент Лонни и Кит, пошатываясь, выбрались из-за деревьев, всё ещё держа в руках самодельные дубинки. ФБРовцы были настолько взволнованы, что настояли на том, чтобы сбросить ветки, прежде чем нести их в лодку.

Я подождал, пока Трея вытащат из воды, и только тогда принял помощь. Только тогда, когда все остальные были на борту, Шон подтолкнул тело Хейнса достаточно близко, чтобы его можно было вытащить.

Я думал, он рассуждает практично и логично, но потом меня осенило, что он просто хотел убедиться, что у них нет никаких шансов его оживить.

И всё это время вокруг нас, в тени, я слышал, как быстро шевелятся аллигаторы, доведённые до исступления кровью в воде. Внезапный страх перед тем, что могло произойти, расцвёл и распространился в моём воображении быстрее, чем я мог за ним поспеть. А я всегда думал, что крысы — моя самая большая фобия.

Реакция начала нарастать, вызывая дрожь в руках, которую я почти не мог контролировать. Я сидел, сгорбившись, на дне аэроглиссера, не обращая внимания на то, что надо мной всё ещё кто-то наставил подозрительное оружие.

«Ну, я думаю, теперь ты готова сдаться, барышня?» — раздался голос надо мной.

Я поднял голову и увидел стоящего надо мной специального агента Тилла. Его руки были уперты в бока.

«Пока нет», — ответил я с отчаянной бравадой, которой на самом деле не чувствовал. «Ещё есть Браун».

Он кивнул. «Мы над этим работаем», — сказал он. Его взгляд метнулся к Шону, который с опаской на него смотрел. «Значит, вы, должно быть, Мейер. Что ж, должен сказать, для мёртвого парня вы выглядите довольно здоровым».

Шон на это не ответил. Он сидел рядом со мной, положив предплечья на колени и свободно свесив руки. Они смотрели друг на друга, но, возможно, они были слишком похожи по натуре, чтобы чувствовать себя комфортно в такой близости.

«Не говори мне, ты просто случайно оказался поблизости», — сказал я.

Тилл с трудом оторвал взгляд от Шона. «Мы нашли твою запись, барышня», — сказал он. «Всё нашёл. Запись, может, немного размыта, но лаборанты считают, что смогут её немного подчистить, и на суде она произведёт фурор».

«За это ты можешь поблагодарить своего дядю Уолта», — сказал я.

«Скажи ему спасибо сам», — сказал Тилль, кивнув головой через плечо.

Я проследил за его взглядом и увидел, что вторым аэроглиссером управлял Уолт. Старик кивнул мне и небрежно отдал честь.

«Ты взял своего дядю в такое путешествие?» — спросил я безучастно.

Тилл пожал плечами, немного смутившись. «Мы нашли его наблюдающим за главными воротами, когда приехали сюда, — признался он, — и нам нужен был кто-то, кто мог бы управлять аэроглиссером».

Я посмотрел на Уолта. «Я же говорил, что сам найду дорогу обратно», — сказал я.

Он пожал плечами. «Мне больше нечего было делать».

Тилл пробежал взглядом по лицам других людей, которых его люди вытащили из болота, и остановился, подойдя к Кейту.

«Хотя ваше признание записано у меня, мистер Пелцнер, — сказал он с ноткой мрачного юмора, — я предполагаю, что на самом деле вы не убивали свою жену».

Кит несколько раз открывал рот, путаясь. «Э-э, я…»

Тилл улыбнулся. «Не переживай», — сказал он. «Я понимаю, что ты тогда был под давлением».

«Так где же она?» — спросил Трей. «Что с ней случилось?»

Плечи Кита опустились ещё сильнее. «Она действительно ушла, Трей», — печально сказал он. Я знала, что он пытался быть мягче, но вместо этого он прозвучал как жалость к себе. «Она просто взяла и бросила нас обоих. Документы о разводе пришли из Ноуэрсвилла, штат Огайо. Она даже не запросила опеку».

Трей опустил взгляд на свои руки, сцепленные перед собой, и прикусил губу. Я хмуро посмотрел на Кита. Если бы у него было хоть что-то о нём, он бы умолчал об этом, дав мальчику хоть что-то, за что тот мог бы ещё цепляться.

Кит повернулся, положил руку на плечо Трея и похлопал его. «Мне очень жаль, сынок», — сказал он. «Я знаю, как много она для тебя значила, но теперь нас только ты и я».

Трей посмотрел на него, в его глазах появились слезы, и на секунду мне показалось, что он сейчас сдастся.

«Ты, наверное, шутишь», — резко бросил он, скривив губы и вывернувшись из-под руки отца. «Ты собирался меня сдать. Я лучше окажусь в колонии для несовершеннолетних, чем останусь с тобой, ублюдок».

Его нижняя губа задрожала. Он обратил на меня свои полные глазки. «Почему я не могу остаться с Чарли?»

Я поднял руки. «Ого», — сказал я резче, чем намеревался. — «Это не вариант».

«Ну, я с ним не останусь, и ты меня не заставишь!» — сказал Трей, уже немного диковато, но лицо его оставалось упрямым. Его уже не переубедить.

Тилл выглядел неловко, наблюдая за этим проявлением подростковой тоски. «Ну, думаю, мы можем позвонить в службу защиты детей, пока не разберёмся с этим», — сказал он с сомнением в голосе.

Губы Трея задрожали ещё сильнее. У меня было такое чувство, будто я только что застрелил мать Бэмби.

«Не волнуйся, Трей, — сказал тогда Уолт. — Ты можешь остаться у меня и Харриет столько, сколько потребуется».

Я старалась не показывать своего облегчения слишком уж явно. Ребёнку и так хватило потрясений и отказов на один день. Но что значит ещё один?

Как только люди Тилла наскоро подлатали Уитмарша, Лонни и Мейсона, мы все перебрались в неповреждённый аэроглиссер и взяли второй на буксир. Я упомянул о чёрном парне, которого убил Лонни, но на болоте уже почти совсем стемнело, и, поскольку никто из нас не мог точно определить его местонахождение, Тилл не хотел начинать полномасштабные поиски.

«Завтрашнего рассвета будет достаточно, чтобы начать искать останки», — сказал он.

Я подумал, не намеренно ли он выбрал именно эти слова. Судя по тому, как аллигаторы набросились на тело, найти там было почти нечего.

Разговор стал затруднительным, как только мы тронулись с места, но мне все равно хотелось услышать от Тилля больше ответов.

«Так когда ты планируешь забрать Брауна?» — крикнул я, перекрикивая рев двигателя.

Он раздраженно взглянул на меня, но сказал: «Он сейчас произносит речь для своих дорогих клиентов в клубе. Мои ребята установили там наблюдение. Как только вернёмся на причал, сразу же его и поймаем».

«Я хочу быть там», — сказал я.

«Ни за что, барышня», — резко ответил Тилл. «Я не возьму гражданских на такую операцию».

Я невольно перевел взгляд через его плечо туда, где Уолт с лёгкостью, присущей давним связям, управлял аэроглиссером. Не знаю, слышал ли он, о чём мы говорили, но старик одарил меня одной из своих кривоватых улыбок.

Тилл заметил этот жест. «О нет, нет», — быстро сказал он. «Это совсем другое».

Я поднял брови, но спорить больше не стал. Пока нет.

Шон сидел рядом со мной, уставившись в пустоту. На моих глазах его руки на мгновение сжались, всего один раз, словно вновь переживая момент, когда они прикончили Хейнса. На запястьях у него всё ещё были кровавые полосы. Напоминание о его плене, о его беспомощности.

Хотелось бы мне знать, какие мысли крутятся у него в голове, но он их крепко спрятал. Словно почувствовав мой молчаливый взгляд, он слегка повернул голову и встретился со мной взглядом. Ему не нужны были знаки «Вход воспрещён» и колючая проволока, чтобы предупредить меня, что мне следует держаться подальше. Я не пытался ему перечить.

Возможно, нам обоим нужно было немного времени, чтобы со всем этим смириться.

***

Когда Уолт подвёл два аэроглиссера к причалу, нас уже ждали ещё несколько сотрудников ФБР с осветительными приборами, фургонами и машиной скорой помощи. Как только тросы были закреплены, а двигатель заглушён, Тилл выскочил. Он тут же начал быстро и чётко отдавать приказы людям, появлявшимся рядом, а затем снова растворялся в воздухе. Было приятно наблюдать за работой такого отлаженного механизма.

Уитмарша унесли на носилках с кислородной маской, закреплённой на его лице. Они стабилизировали сломанную руку Лонни и уложили его в постель.

Кто-то появился с одеялами для всех остальных и накинул их нам на плечи. Как, чёрт возьми, они догадались взять с собой столько одеял?

Мы с Шоном стояли рядом с Треем, наблюдая, как вокруг нас закипает схватка. Я заметил, как Уолт в какой-то момент пристал к своему племяннику. Не знаю, что он сказал, но, судя по языку тела, Уолт выиграл спор. Тилл выглядел слегка раздражённым, когда вернулся к нам.

«Ладно», — сказал он. «Я рискую своей шеей, и мне придётся заплатить за это немало, но если хочешь быть на финише, поехали».

Мы уже двинулись с места еще до того, как он закончил говорить.

«Это не ты, Трей», — сказал я, когда он направился к нам.

«Да ладно тебе», — пожаловался Трей. «Я тоже заслужил там быть».

«Ты всё услышишь позже», — сказал ему Уолт. «Давай позволим этим хорошим людям делать свою работу, а?»

Я ожидал, что парень будет сопротивляться сильнее, но он лишь кивнул и опустил голову. Уолт обнял его за плечи, и после секундного колебания Трей наклонился к нему. Было что-то правильное в том, как они стояли вот так. Если Трей всерьёз решил порвать с отцом, подумал я, то в роли суррогата он мог бы найти гораздо худшую замену, чем Уолт.

Тилл уже запрыгнул на пассажирское сиденье тёмного неприметного седана, а мы с Шоном перебежали на заднее сиденье. Водитель нажал на газ, и мы двинулись обратно по разбитой дороге к роскошному курорту Ливингстона Брауна. За нами следовали фары как минимум двух других машин.

Я подалась вперёд, чтобы поговорить с Тиллем. «Итак, вы нашли тело Джерри», — сказала я.

Он ёрзает на стуле. «Да, и какое-то время мы думали, что ты — самый вероятный кандидат на эту должность», — сказал он. «Пока мы не нашли тот диктофон у тебя в сумке. Должен отдать тебе должное, Чарли, эта плёнка — просто бомба».

«Будет ли этого достаточно, чтобы наверняка привлечь Брауна к ответственности за стрельбу?»

«О да, в этом нет никаких сомнений. С этим и другими доказательствами, которые мы обнаружили, он больше не увидит дневного света».

«Какие еще доказательства?» — спросил Шон.

«Оказалось, Браун вкладывал значительные средства в софтверную компанию, где работал Пелцнер», — сказал Тилл. «Ему нужна была не просто программа, ему нужны были все её преимущества. Неудивительно, учитывая, что если бы эта программа когда-нибудь вышла на рынок, все они стали бы миллиардерами. Проблема была лишь в том, что у Брауна не было денег, чтобы заплатить по текущей цене. Фактически, он практически разорился».

Было трудно сосредоточиться на нём, когда нас подбрасывало на каждой выбоине. Я держался за переднее сиденье и старался не ударить себя.

Ударился головой о крышу машины. Словно снова катался на этих чёртовых американских горках с Треем.

«Итак, — продолжил Тилл, — похоже, он пытался дестабилизировать компанию, устраивая саботаж и запугивая сотрудников. Всё это лишь раскачивает лодку. Полагаю, именно поэтому мисс Рейборн и позвала вас».

Шон кивнул.

«Владелец компании рассказал нам, что он также тайно слил некоторые предварительные новости о программе в финансовую прессу, пытаясь поддержать рост цены акций», — продолжил Тилл. «Мы предполагаем, что именно тогда Браун придумал схему, чтобы создать впечатление, будто Пельцнер отказался от сделки».

«Но они все испортили», — сказал Шон.

Теперь пришла очередь Тилла кивнуть. «Ах да, они всё испортили», — сказал он. Он взглянул на меня, его лицо задумчиво. «Полагаю, это всё благодаря мисс».

«А потом он узнал, что Кит все-таки не смог заставить программу работать», — вставил я. «И ему просто нужно было не дать нам попасть в плохие руки, а затем избавиться от нас как можно быстрее».