Мы все вышли на тротуар, чтобы проводить его, и встали полукругом лицом к нему. О’Брайан открыл дверь бледно-зелёного «Кавальера», припаркованного за «Гранд Чероки». Я не заметил этого, когда втиснул «Сузуки» между ними.

«Сегодня МГ не будет?» — спросил я его.

Он улыбнулся, почти расслабившись. «Нет, оказалось, дело было только в тросике, так что мне не понадобилось полностью новое сцепление. Хотя с MG всё равно веселее».

Внезапно его лицо напряглось, словно сердце остановилось. Он устремил взгляд куда-то за моё плечо, туда, где стояли Мадлен, Шон и я. От изумления у него отвисла челюсть.

Мы все рефлекторно обернулись. Примерно одновременно все увидели фигуру, которая только что вышла из-за спины «Чероки» и резко остановилась, увидев открывшееся перед ней зрелище.

«Роджер!» — крикнул Шон. «Что ты, чёрт возьми, делаешь?»

Роджер взглянул на нас, собравшихся. На его лице мелькнуло узнавание, и я увидела на нём неприкрытый страх. Затем он поджал хвост и убежал.

«Роджер, — крикнул О’Брайан. — Бросай, парень. Ты не сможешь прятаться вечно!»

В его тоне слышалась искренняя боль.

Шон уже бежал через дорогу вслед за братом, опустив голову. Роджер запаниковал, услышав шаги позади. Он сбавил темп.

наклониться, схватить обломок кирпича из дальнего желоба и швырнуть его в преследующую его фигуру. Сомнительно, понимал ли он вообще, кто это.

Шон увернулся от снаряда. Любого из нас он бы просто раздавил.

«Не стой там просто так!» — крикнул он через плечо. «Иди за ним!»

Его слова воодушевили всех нас. О’Брайан прыгнул в машину, завёл её и, кувыркаясь, умчался к краю дороги, пытаясь остановить Роджера. Вместо этого мальчишка метнулся в один из узких оврагов, характерных для обоих поместий. Шон погнался за ним.

Мы с Мадлен почти одновременно побежали в противоположном направлении от О'Брайана, так что мы перекрыли все выходы, куда бы Роджер ни свернул.

«Какого черта он бежит?» — ахнула Мадлен, когда мы бежали по потрескавшемуся тротуару.

Я не ответил, экономя силы, но вспомнил отчаяние Роджера, желавшего, чтобы Насир меня застрелил. Его ярость и боль, когда тот парень этого не сделал. Его внезапное бегство теперь породило больше вопросов, чем ответов.

Преследуем ли мы кого-то, кто может оказаться напуганным свидетелем?

Или жестокий убийца?

OceanofPDF.com

Пятнадцать

Мы с Мадлен вместе добежали до следующего угла, обогнули его и продолжили бежать. Мы поравнялись с оцинкованными стальными перилами, частично разделявшими проём между двумя домами. Это был другой конец лощины, в которую нырнул Роджер, но, когда мы посмотрели, в узком проходе не было ни одного из братьев.

Мы так ждали увидеть то одно, то другое, что, словно по заранее сговору, замедлили шаг. Мы перешли на рысь, оглядываясь на бесчисленное множество возможных путей выхода, которыми мог воспользоваться Роджер.

«Что теперь?» — спросила Мадлен, тяжело дыша.

«Я полагаю, это традиция, что мы расстаемся».

Она выдавила из себя улыбку. «Не хотелось бы нарушать традицию», — сказала она. Она махнула рукой в сторону выбора направлений. «Есть какие-нибудь предпочтения?»

Я покачал головой, и она исчезла в ближайшей пивной. Я не мог заставить себя полюбить Мадлен так, как, наверное, мог бы при других обстоятельствах. Но, с другой стороны, я не мог и возненавидеть её по-настоящему.

Я двинулся в противоположном направлении, бегом, чтобы сэкономить силы. Шон был сложен как спринтер и всегда был быстрым, но, похоже, младший брат имел преимущество. Я знал, что у меня нет шансов догнать их, если они не сбавят скорость первыми. Казалось, не было смысла гнаться за ними, как идиот.

Я дошёл до следующего угла, мысленно бросил монетку, решая, куда повернуть, и двинулся дальше. К тому времени, как я принял ещё три-четыре таких произвольных решения, с каждым разом всё глубже забираясь вглубь поместья, во мне нарастало тревожное предчувствие, что я никогда больше не найду дорогу обратно.

Даже по меркам Копторна улицы, по которым я двигался, выглядели обшарпанными и запущенными. Машины, припаркованные у заросших сорняками бордюров, ржавели и были наполовину разобраны. Сомневаюсь, что им удалось раздобыть хоть какой-то действующий налоговый диск. У одной машины отсутствовала вся передняя часть, включая двигатель, из-за чего внутренние крылья и шасси торчали, словно разобранная челюсть.

«Что ты здесь делаешь, Фокс?» — раздался вдруг голос. Он раздался так близко, что я вздрогнул, и в его тоне слышалась насмешка. «Немного снаружи…»

Это ведь твоя территория, не так ли?

В памяти щёлкнуло. «Я иду туда, где я нужен». Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать говорящего, но я всё равно это сделал. «Привет, Лэнгфорд», — тихо сказал я.

Он возник словно из ниоткуда и стоял, прислонившись к столбу ворот в нескольких футах позади меня, ухмыляясь. На мстителе были джинсы и плотная клетчатая рубашка, и я впервые увидел его без камуфляжа. Даже в штатском он не выглядел меньше или менее угрожающим.

«Ты настоящий любитель острых ощущений, Фокс?» — сказал он. «Пришёл сюда, бродишь по моей территории после того удачного удара, который ты мне нанёс.

Ты не боишься, что я затаю обиду? — Он придвинулся ближе, говоря это, и его руки были прижаты к бокам.

«Достаточно людей знают, где я нахожусь, чтобы чувствовать себя в безопасности», — сказал я, стараясь сохранять спокойствие и надеясь, что это правда.

Лэнгфорд на мгновение задумался. Не знаю, сообщил ли ему местный телеграф, к кому я приезжал на Копторн, но если так, то Шон был прав насчёт своей репутации отпугивающего зло.

Этого было достаточно, чтобы Лэнгфорд, во всяком случае, воздержался от любых физических действий. «Если кто-то причиняет мне боль, я о нём позабочусь», — многозначительно сказал он, ткнув пальцем в землю. «Только запомни это, Фокс».

Я проигнорировал раздражающий палец. «Ты имеешь в виду, как ты предложил позаботиться о Насире Гадатре?» Я позволил ему на мгновение задуматься, а затем добавил:

«Ты определенно нашел одно из его «слабых мест», не так ли, Харви?

Дышал, да?

Он напрягся, но то ли из-за того, что я назвал его по имени, то ли из-за того, что он услышал ответные слова, я не понял. Он решил, по крайней мере на данный момент, не обращать внимания на мою излишнюю фамильярность.

«Он был надоедливым мелким мерзавцем и получил по заслугам», — сказал он, но на этот раз в его голосе было меньше уверенности. Должно быть, он услышал её и решил похвастаться. «Тебе тоже стоит это запомнить, Фокс. Что случается с теми, кто сует свой нос в чужие дела?»

Я знала, что на этом нужно остановиться. Мы были одни, в провинции Лэнгфорда, и давить на него так было глупо и опасно, но я зашла слишком далеко, чтобы упустить такую возможность. «Он был любопытным, вот так…»

Азиатский парень несколько лет назад?» — напомнил я ему, мой голос был холодным и размеренным.

«Тот, который ты поджег?»

Лэнгфорд выпрямился, склонив голову набок, и посмотрел на меня сквозь прищуренные веки. «Тебе следует быть осторожнее с такими беспочвенными обвинениями», — наконец сказал он. «Это может навлечь на тебя большие неприятности».

«Не думаю, что это создаст мне проблемы, но знал ли мистер Али о ваших связях с Национальным фронтом, когда вы с ним заключали эту милую и уютную сделку?»

Лэнгфорд стоял так близко, что я видел, как он вспотел. «Конечно», — сказал он, но лгал. Связь с мистером Али давала ему не только деньги, но и влияние, а Лэнгфорду нравилось играть с властью. Он вытащил из нагрудного кармана рубашки мятую пачку сигарет и прикурил одну из них, пока я молча смотрел на него.

«Ладно, Фокс», — натянуто сказал он, выпуская первую струю дыма, — «сколько ты хочешь?»

Я удивился и постарался не подать виду. «Мне не нужны твои деньги, Лэнгфорд, мне нужна информация. Дай мне рыбу покрупнее тебя, и я, возможно, не отправлю мистеру Али папку с твоими старыми газетными вырезками». Или улучшить отношения с суперинтендантом Макмилланом, свалив тебя ему прямо в руки, добавил я про себя.

Он кивнул. «Ты имеешь в виду, кто на самом деле стоит за большинством преступлений в районе Лавиндра Гарденс?»

Я тоже этого не ожидал. «Для начала неплохо», — согласился я.

Он снова посмотрел на меня сквозь дымку. «Если я тебе это дам — а я не говорю, что смогу, заметь», — быстро добавил он, — «ты отстанешь от Али?»

«Даю вам слово».

Его улыбка была искажённой пародией, не содержащей ни капли юмора. «И я должен этому верить?»

«У тебя не так уж много выбора». Едва заговорив, я поняла, что не стоит заходить слишком далеко. В его глазах мелькнул тёмный блеск, от которого во мне пробежала искра страха.

Он погасил сигарету указательным и большим пальцами, затем сделал шаг вперёд. «Я всегда могу просто убедиться, что ты не в состоянии ни с кем разговаривать», — лукаво сказал он.

«Можешь попробовать, если хочешь», — раздался холодный голос с другой стороны узкой улицы, — «но я бы не советовал».

Мы обернулись и увидели, как Шон сходит с дальнего тротуара и переходит дорогу по направлению к нам.

Он стоял в той же привычной позе, опустив голову, и двигался с обманчивой скоростью. Не знаю, как долго он там пробыл. Никто из нас не заметил его появления.

Шон остановился прямо за моим плечом. Это была интересная позиция, и я был за неё благодарен. Он предлагал мне поддержку, а не просто брал на себя управление, словно я не мог справиться с Лэнгфордом в одиночку. Я бросил на него короткий, испытующий взгляд, а затем снова повернулся к человеку передо мной.

Мститель вдруг показался ему менее крепким по сравнению с ним. Он заметил плавные, лёгкие движения Шона, намёк на накачанную мускулатуру и распознал стальную хватку. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, прежде чем Лэнгфорд сдался.

Он снова выпрямился, словно кот, взъерошивший шерсть перед лицом более крупного и свирепого соперника. «Вы ещё услышите обо мне», — кисло пообещал он, затем повернулся и ушёл.

Шон положил руку мне на плечо, но когда я повернулся к нему, он, нахмурившись, наблюдал за отступающей Лэнгфорд. Он с трудом переключил внимание на меня. «Ты в порядке?»

«Да, спасибо», — сказал я, чувствуя лёгкую слабость и головокружение. «Роджера нет?»

Шон покачал головой. «Кажется, мой дорогой братец развил настоящий талант к быстрому исчезновению», — сухо сказал он. «Я думал, он идёт сюда, но потерял его, и теперь я не знаю местность так, как раньше».

Он всё ещё звучал рассеянно, взгляд его блуждал мимо моего плеча в сторону, куда ушёл Лэнгфорд. «Уверен, я знаю это лицо», — пробормотал он, словно про себя.

«Что, «Лэнгфордс»?» — спросил я. Это не должно было стать для меня сюрпризом. В конце концов, они жили всего в нескольких кварталах друг от друга.

«Это Харви Лэнгфорд?» — спросил Шон. Он резко обернулся, сделал несколько шагов, но улица была пуста. «Чёрт возьми, конечно ! Откуда ты его знаешь?»

Я пожал плечами, не желая отвечать на его колкие вопросы, хотя он только что пришёл мне на помощь. Снова. Это начинало входить в дурную привычку. «Он возглавляет здесь мстителей», — неохотно сказал я. «Они были там в ту ночь, когда Фаримана зарезали».

Лицо Шона покрылось такой глубокой скорбью, что, казалось, кожа промерзла до костей, и всякое оживление исчезло. «Это тот, кого ты остановил от избиения Роджера?» — спросил он, хотя ему, по сути, и не требовался ответ. Он добавил про себя: «Думаю, в следующий раз, когда мы встретимся, нам с мистером Лэнгфордом, пожалуй, стоит спокойно поговорить».

Меня пробрала дрожь от ледяных ноток в его голосе. Впервые, вспомнив Лэнгфорда, я почти пожалел его.

***

К тому времени, как мы вернулись к миссис Мейер, О’Брайан и Мадлен уже ждали нас у ворот. Выражения их лиц сказали нам всё, что нужно было знать. Роджера они тоже не нашли.

Когда мы вошли в дом, О'Брайан заламывал руки и тревожно кудахтал, пытаясь уберечь мальчика от неприятностей, до такой степени, что даже мать Шона пыталась его утешить.

Больше я ничего не мог сделать, поэтому схватил снаряжение и поспешил уйти, пока была возможность. Шон пошёл со мной.

Он молча наблюдал, как я отпираю мотоцикл, засунув руки глубоко в карманы джинсов. Я не смотрел на него, пока открывал топливный кран и заводил «Сузуки», но от его взгляда у меня чесалась шея. Прежде чем я успел надеть шлем, он коснулся моей руки.

«Мы ведь еще не говорили об этом, Чарли?» — сказал он.

«Нет», — коротко согласился я и не мог не почувствовать облегчения от этого факта.

«Нам нужно», — сказал он. «Теперь у меня есть ваш номер, я позвоню вам завтра. Может, выпьем или ещё что-нибудь попозже на неделе?» В его голосе слышалась нерешительность, даже неуверенность.

Удивлённый, я перевёл взгляд на окно гостиной за его спиной. Я видел Мадлен, стоящую там и наблюдающую за нами через стекло. Я приподнял бровь. «Хорошая идея?»

Он грустно улыбнулся и, даже не оборачиваясь, понял, что я видел. «Она мне доверяет, — сказал он. — И это всего лишь выпивка».

Но я тебе не доверяю, — кричал мой разум . И более того, я тебе не доверяю. сам.

«Хорошо», – мой рот произнёс слово, не посоветовавшись сначала с мозгом. Я быстро захлопнул крышку «Араи», на всякий случай, если он вдруг задумает сказать что-нибудь ещё, и включил передачу.

Я помчался по улице с большим энтузиазмом, чем хотелось бы холодному двигателю. Доехав до конца, я остановился на перекрёстке, машинально глянув в зеркала, и обнаружил, что Шон всё ещё стоит на тротуаре, где я его оставил, и смотрит мне вслед.

***

Раннюю часть вечера я провела у Полин, смотря по телевизору какой-то бессмысленный фильм, а Пятница разлеглась на диване рядом со мной.

Он тихонько посапывал, положив голову мне на колени, и его лапки подёргивались в танце какого-то собачьего сна. Я рассеянно гладил его шёлковые ушки, пока мой мозг бесплодно метался туда-сюда вокруг Шона Майера.