«Ты хочешь сказать, что не веришь, что всё было именно так?» — спросил я, чувствуя, как мой гнев встаёт дыбом. «Ты думаешь, что парень был чист, а я просто переборщил?»

Он покраснел, выглядя смущённым. «Куинн клянётся, что охрана достаточно серьёзная, так что никому не удастся проникнуть туда, ничего не имея при себе», — сказал он.

Увидев моё лицо, он поспешно добавил: «Не то чтобы я принимал это как истину, но к тому времени, как парень закончил с травмами и наши ребята его осмотрели, он не подавал никаких признаков того, что был под кайфом. С другой стороны,»

он продолжил: «Кажется, его девушка была не очень довольна тем, что она втянула нас в это, и это было хорошо для тебя».

"Что ты имеешь в виду?"

«Ну, если бы он не был так категорически против предъявления официальных обвинений, мы бы выломали вашу дверь в пять утра и отвезли вас в участок, вместо того чтобы зайти сейчас для дружеской беседы, например».

«Но я просто выполнял свою работу», — возразил я.

Он пожал плечами. «У нас сложилось иное впечатление от сотрудников Куинна. Они намекали, что ты, возможно, слишком сильно надавил. Будь осторожен, Чарли».

«Хорошо». Мне удалось вспомнить о хороших манерах, чтобы быть чуть менее невежливым. «В любом случае, спасибо. Я ценю предупреждение».

Он выглядел смущённым. «Да, ну, у тебя в Лодже много работы, не так ли?» — сказал он. «Меня часто вызывают к прислуге. Миссис Шелсли — приятная женщина».

«Том!» — раздался голос снизу лестницы. «Ты что, весь день будешь? Займись-ка ты хоть одной сменой».

«Хорошо», — ответил Томми. «Я уже еду».

Он одарил меня быстрой улыбкой, нахлобучил шляпу и побежал к своему коллеге.

Я вздохнул, пытаясь снять напряжение, сжимавшее мои плечи.

В общем, это было не совсем то, как я себе представлял начало своего тихого воскресного утра.

***

К тому времени, как я переоделась в кожаную одежду, завела мотоцикл и заперла квартиру, было уже далеко за половину двенадцатого, к которому я обещала быть у Джейкоба и Клэр. Я знала, что Джейкоб, который рассчитывал время приготовления еды, словно тайная военная операция, будет ругаться, но я также знала, что мне будет легче объяснить своё опоздание лично.

Пока я несся по обсаженной деревьями набережной к городу, я должен был отлично провести время. Погода была как раз подходящая, в таком морозном воздухе «Сузуки» действительно хорошо себя чувствует, но я бы чувствовал себя лучше, если бы небо было тёмно-серым и лил как из ведра.

Я был так зол, что у меня болели руки.

Я проскочил в пробку на главной дороге, проходящей мимо автовокзала, и плавно пересек все три полосы, чтобы проехать как можно быстрее. Если бы я собирался ехать так, мне бы следовало сосредоточиться на дороге, но половина моих мыслей была занята другими вещами.

Как они смеют мне не верить! Ладно, значит, тебя чаще останавливают на дороге, когда ты на велосипеде, чем когда ты на машине. Тем не менее, это

Ради всего святого, они же не сделали меня преступником. И вообще, было ясно, что они понятия не имеют о моём прошлом, чтобы меня за это проклясть.

Я резко объехал магазин Sainsbury's слева и, резко снизив передачу и резко нажав педаль газа, умудрился врезаться в капризные светофоры на Парламент-стрит как раз в тот момент, когда они переключались на желтый цвет.

Я всегда считал себя очень законопослушным. Думаю, и сейчас так считаю.

У меня даже есть лицензия на телевидение. Но когда мне раньше требовалась справедливость, её не было видно. А теперь я вдруг оказался жертвой этих парней в синем, хотя всё, что я делал, было моей работой.

Если бы я мог ожидать подобного обращения, работая с Марком, я бы решил послать его к черту!

Я добрался до дома Джейкоба и Клэр на окраине Кейтона в рекордное для себя время. Клэр вышла поприветствовать меня, когда я подъехал. С ней были две собаки: лохматый жесткошерстный терьер по кличке Бизер и неуклюжий старый полуслепой чёрный лабрадор по кличке Бонневиль.

Я не удивился, увидев, что меня ждёт Клэр. Джейкоб торгует не только классическими велосипедами, но и всякими интересными антикварными вещами. Он хранит всё это в многочисленных амбарах и хозяйственных постройках, разбросанных по всему магазину, и не любит нежданных гостей.

Где-то вдоль подъездной дороги спрятаны два датчика, подключенных к зумерам внутри дома. Я так и не смог определить, где именно они находятся.

Я заглушил двигатель, опустил боковую подножку и сдернул шлем. Бизер встретил меня, подпрыгнув на три фута в воздух и возбуждённо залаяв. Клэр взглянула мне в лицо и тут же подавила колкость, которую, несомненно, собиралась отпустить по поводу моего опоздания.

«Что случилось?» — спросила она, проходя через дубовую входную дверь с выступами.

«Не спрашивай», — сказал я. Мой гнев улетучился, сменившись усталостью, пронзившей меня до костей. Я убеждал себя, что просто устал, но понимал, что дело не только в этом.

Мы двинулись по неровным каменным плитам коридора в большую уютную кухню, где Джейкоб должен был корпеть над горячей плитой.

Он действительно сидел за выскобленным сосновым столом. У его локтя стоял бокал вина, а перед ним лежала стопка бумаг.

По телефону он говорил на языке, похожем на клингонский. Оказалось, что это был японский. Клэр шепнула мне, что он продаёт пару отреставрированных велосипедов Velocette коллекционеру в Токио.

«В воскресенье?» — прошептал я в ответ.

Джейкоб поднял взгляд и ослепил меня своей медленной улыбкой, а затем вернулся к своему невнятному разговору.

Клэр вытащила мне из холодильника холодное пиво, и мы прошли в уютную гостиную, оставив Джейкоба спокойно закончить разговор. Несмотря на солнце, в огромном открытом камине пылал яркий огонь. Я села на большой мягкий диван, и меня тут же поглотило появление терьера на моих коленях.

«Итак», — сказала Клэр, когда я сделал первый глоток пива, — «ты собираешься рассказать мне, что происходит?»

Я рассказал ей всю историю о том, что произошло со мной в ночном клубе после того, как я вызволил её из лап Сьюзи Холлинс. Джейкоб вошёл как раз в тот момент, когда я рассказывал ей о своей стычке с Леном. Они оба сидели молча, пока я не рассказал полностью о событиях прошлой ночи и о своей последующей встрече с полицией тем же утром.

«Фашистские засранцы!» — с чувством сказал он, когда я закончил. «Они что, серьёзно думают, что ты затеешь серьёзную драку в первую же ночь?

Невероятный!"

«Что ты собираешься делать?» — спросила Клэр. В гостиную, переваливаясь, вошёл Бонневиль, идя на звук наших голосов, и налетел на торшер. Клэр поймала его, не отрывая от меня глаз, привыкшая к промахам собаки.

«Я мало что могу сделать», — сказал я. «Хотя я не уверен, что хочу продолжать работать в клубе. В некоторых своих делах я полагаюсь на рекомендации местной полиции. Я не могу позволить себе расстраивать их».

«Меня интересует, — медленно вставил Джейкоб, — почему они вообще пришли к тебе».

"Что ты имеешь в виду?"

«Ну и почему эти Лен и Анджело не подтвердили твою историю? Я думал, вы, вышибалы, должны держаться вместе», — сказал он с лёгкой ухмылкой.

«Похоже, они вообще не пытались тебе помочь. Скорее, они активно пытаются тебя туда подставить».

Я на мгновение задумался, а затем кивнул. «Я знаю, Марк потом сказал, что велел им предоставить мне разобраться с чем-то самому, просто чтобы проверить, но, думаю, человеку с таким опытом сразу должно было быть понятно, что это серьёзно».

«Именно», — сказал он, допивая вино и вставая. «Возможно, тебе стоит спросить себя, что ты знаешь такого важного, Чарли. Или что ты можешь узнать, оказавшись там. Это может подсказать тебе, почему кто-то, кажется, хочет убрать тебя с дороги».

«Это смешно», — возразил я. «Я не искал у них работу в этом месте.

Марк сделал мне предложение в прошлую субботу вечером, когда Сьюзи попыталась замутить с Клэр.

Почему, черт возьми, он сделал это на одной неделе, а на следующей попытался избавиться от меня?»

«Может быть, у него не было выбора», — вставила Клэр. «Если я правильно помню, именно тот бармен — Гэри, кажется? — первым предложил тебя нанять. Может быть, Марк не мог сказать «нет», не вызвав подозрений».

«Подозрительный для кого?» — спросил я, лениво почесывая голову терьера. Нюхачка радостно извивалась всем своим мускулистым телом. «Он мог бы мгновенно сжечь Гэри, и это не выглядело бы чем-то из ряда вон выходящим. Нет, — я покачал головой, — тогда он, похоже, был весьма заинтересован».

«Итак, — сказал Джейкоб, — что же произошло между тем и вчерашним днём, что заставило его изменить своё мнение о тебе?» Он чопорно подошёл к двери. «Кстати, не хочешь пройти на кухню? Посмотрю, можно ли спасти хоть что-нибудь из моего кулинарного шедевра в столь поздний час».

Клэр ухмыльнулась мне за спиной, когда я встала, сбрасывая с колен недовольного терьера. Мы пошли по коридору за Джейкобом, который шатался по пятам. Он ходит с постоянной хромотой, местами его ноги были скорее стальными, чем костлявыми.

В молодости Джейкоб увлекался велогонками, проявляя больше смелости, чем ему было нужно. Отправляясь за границу, он шутит, что ему приходится брать с собой рентгеновские снимки, чтобы избежать полного досмотра в металлоискателях аэропорта.

Как только мы уселись за кухонный стол, и Джейкоб достал из духовки в Aga идеальное стифадо с говядиной и молодым луком, он повторил свой предыдущий вопрос: «Ну, ладно, что же случилось, что заставило этого Куинна так внезапно изменить своё мнение о тебе?»

«Для начала, Сьюзи Холлинз убили», — подхватила Клэр, увлекшись этой идеей. «Эй, может быть, так оно и есть! Она только что была в его клубе, и мы знаем только его слова о том, что он её выгнал».

«Клэр», — сказала я, отрывая ломоть хрустящего хлеба, чтобы бесстыдно обмакивать им подливку. «Марк сразу после этого сидел и разговаривал с нами. Не думаю, что у него было время прикончить Сьюзи, переодеться в точно такую же одежду, чтобы не было пятен крови, и вернуться наверх, чтобы поболтать, — всё это за каких-то десять минут, не так ли?»

Она выглядела удручённой. «О. Нет, пожалуй, ты прав».

Я вспомнила о событиях в Ложе, но не рассказала о них Джейкобу и Клэр. Не знаю почему. Наверное, просто не хотела признавать, что после изнасилования и убийства Сьюзи кто-то проявлял слишком большой интерес к другим уязвимым женщинам. Как будто, если бы мои страхи были озвучены, они стали бы реальнее.

Джейкоб встал, чтобы налить нам ещё выпивки, и, проходя мимо, ободряюще сжал плечо Клэр. «Что ещё можешь придумать?»

«Ну, Терри действительно приходил в прошлое воскресенье с компьютером, который, как он сказал, он взял у кого-то в клубе в счет долга», — с тревогой сказал я, вспомнив, что он должен был забрать ноутбук в эти выходные, но так и не вышел на связь.

«Подождите-ка минутку, кто такой Терри?» — спросил Джейкоб, снова садясь.

«Он местный специалист по мобильному видео, — быстро вставила Клэр. — Он приходит в офис каждую пятницу. Вернее, обычно приходит, но на этой неделе его не было».

«И он дал вам компьютер в счет долга?»

«Нет-нет», — объяснил я. «Он сказал мне, что кто-то в клубе должен ему денег, и вместо этого ему дали ноутбук, но защитили его паролем, так что Терри не смог им воспользоваться». Я отправил кусок мяса в рот и смаковал, пока он растворялся на языке. Если верить всем этим страшилкам о том, что я могу подхватить коровье бешенство, съев британскую говядину, то, пожалуй, стоило.

«Так почему же он пришёл именно к тебе?» — спросила Клэр. «У тебя даже компьютера нет».

«Нет», — согласился я, — «но у меня есть друзья в нищете. Помнишь Сэма Пикеринга с «Нортоном»? Он настоящий мастер в этом деле, и он…

Обойти его удалось без проблем. Единственное, что нас беспокоило, когда мы сели в автомат, там, похоже, ничего не было, так что я не знаю, был ли он недавно украден из самого клуба или просто принадлежал кому-то из тех, кто там работал.

«Как Сэм обошел пароль?» — хотела узнать Клэр, толкая локтем Бизера, который пытался забраться к ней на колени, чтобы выпросить еду с ее тарелки.

Я пожал плечами. «Понятия не имею». Под столом Бонневиль решила, что я, пожалуй, помягче, и, шумно вздохнув, положила свою седеющую мордочку мне на колени. Если она думала, что я буду делиться с ней стряпней Джейкоба, то она передумала.

«Более того, какой был пароль?» — спросил Джейкоб.

«Вакх», — произнес я по буквам.

«Вакх», — повторил он, словно обращаясь к самому себе. «Хм. Кто-то увлекается греческой мифологией с изюминкой».

«Знаешь, что это значит?» — удивлённо спросил я. «В моём словаре этого слова не было».

«Это латинское имя Диониса, сына Зевса и бога вина», — быстро ответил Джейкоб, поднимая бокал и ухмыляясь мне. «Тебе, Чарли, ужасно не хватает образования».

«Это немного неясно, не правда ли?» — спросила Клэр. «И вообще, помимо истории с вином, какая связь с ночным клубом?»

Джейкоб поднял палец, призывая нас к ответу, и вышел из-за стола. Через полсекунды обе собаки побежали за ним. Выходя, Бонневиль отскочил от дверного косяка.

Через несколько минут Джейкоб вернулся, неся книгу по греческой мифологии.

Собаки выжидающе окружили его. Он сел и достал изящные очки-полумесяцы. Они должны были бы сделать его похожим на старика, но на самом деле лишь усиливали его сексуальную привлекательность.

«А, вот и мы. Вакх. Также известный как Бромий Буйный, что даёт некоторое представление о том, чем он занимался в свободное время. Женился на Ариадне. Он также был богом земледелия, законодателем и опьяняющими травами, такими как плющ и лавр. И, — он посмотрел на меня, — ему поклонялись в Дельфах».

Я почувствовал, как по моей спине пробежала дрожь.

«Но Дельфи — это не то же самое, что Адельфи», — возразила Клэр.