Мы промчались по коридору и в прыжке взбежали на крыльцо, ноздря в ноздрю. Я смутно помнил, что Джой бегала полумарафоны и…

Старался не опозориться. Вскоре ещё несколько человек отступили.

Гравий скользил под ногами, и мы проскользнули за угол дома, направляясь в сад. Наружного освещения не было, и мы вынужденно замедлили шаг, не видя пути вперёд. Я пожалел, что не остановился и не взял фонарик. Айлса держала пару фонариков в гостиной на случай отключения электричества, но я не хотел, чтобы Джой убежала вперёд.

Во всяком случае, не в одиночку.

Задний сад в Шелсли представлял собой обширную лужайку, спускавшуюся к деревьям и кустарникам в конце. Ближе всего к дому находилась поросшая мхом терраса, теперь перечеркнутая бельевыми верёвками, на которых, словно на регате, развевались ряды яркой детской одежды.

Дальний конец сада, за тем местом, где бальный зал выступал из основного корпуса дома, был местом теней и воображения. Мне не хотелось бродить там в темноте, но Джой снова двинулась вперёд, и мне ничего не оставалось, как идти дальше.

Воздух был зернистым от предвечернего тумана. Остановившись у ряда лавровых кустов на краю лужайки, мы увидели облачка пара от собственного дыхания на фоне холодного ночного воздуха.

«Он ушёл», — сказала я, стараясь не задыхаться. «Здесь его найти невозможно. Даже искать не хочу».

«Как думаешь, кто это был?» — спросила Джой. Казалось, она совсем не запыхалась. Боже, мне нужно было как следует потренировать сердечно-сосудистую систему.

Уровень моей выносливости был отвратительным.

Я покачал головой. «Кто знает?» — сказал я. «Может, это просто какой-то парень, которому нравится смотреть, как девчонки борются друг с другом».

«Боже мой, какие люди!» — сказала Джой, скривившись. — «У него что, спутникового телевидения нет?»

Шум в саду позади нас заставил нас обернуться. Из задней двери появилась Айлса с фонариком в руках. Вместе с ней на террасу выбежала большая группа жильцов Лоджа. Казалось, все говорили одновременно.

«Чарли?» — позвала Айлса высоким, тревожным голосом. «Ты в порядке, дорогой?»

Я крикнул в ответ, что всё в порядке, и мы побрели обратно по траве к ней. Айлса накинула на себя огромную вязаную шаль, чтобы согреться. Трис шёл рядом, кутаясь в свою старую парку.

«Всё», — напряжённо сказала Айлса, когда мы подошли ближе. «Я уже вызвала полицию. Они сказали, что сейчас кого-нибудь пришлют».

Не желая сидеть сложа руки до приезда полиции, я отвёл учеников обратно в бальный зал и продолжил занятие. Как бы мне это ни помогло. Они нервничали и отвлекались, и, признаюсь, остаток урока я вёл, лишь наполовину сосредоточившись на ряде французских окон, на случай, если наш таинственный наблюдатель окажется настолько глупым, чтобы появиться снова. Само собой, он не появился.

Полиция, в лице небольшого констебля азиатской внешности на автомобиле Fiesta Panda, появилась примерно через полчаса после того, как я закончил. К тому времени все мои ученики, включая Джой и возможных свидетелей, уже разошлись по домам.

Она шумно пошарила по саду за домом, вернулась, сделала несколько бессвязных заметок и ушла. Это никому не внушило доверия, и меньше всего мне. Я узнал от Айлсы, что Нина заперлась в своей комнате и отказывалась открывать дверь. Не могу сказать, что я её в этом виню.

Я убеждал себя, что, узнав подробности о Сьюзи, я просто нервничал, но это почему-то не особо меня успокоило. Когда я позже вышел из «Лоджа» и завёл «Сузуки», я вдруг ощутил всепоглощающую уязвимость, которая мне не понравилась.

Мне это совсем не понравилось.

Восемь

К тому времени, как в ту субботу вечером я начал свою работу в клубе «Нью-Адельфи», полиция не добилась особых успехов в поисках Сьюзи Холлинз.

Убийца. По крайней мере, по словам контактного лица Клэр в отделе криминалистики.

Я попросил её держать меня в курсе, и она обещала сообщить мне, когда я приду к ним на обед в воскресенье. Думаю, это был не слишком тонкий способ Клэр напомнить мне о необходимости явиться.

Я всё ещё улыбался про себя её недвусмысленным намёкам, когда заехал на парковку клуба «Нью-Адельфи». Я оставил велосипед в углу. В стороне от дороги, но всё ещё под прицелом камер, конечно, и пошёл к задней двери.

Выбор наряда был непростым. Марк в конце концов смягчился и остановился на чёрных джинсах. Учитывая мой ограниченный гардероб, особого выбора у него не было.

Судя по всему, там обсуждали всё остальное. Лучшим компромиссом, который они смогли найти, стала одна из футболок-поло с эмблемой, которые носят бармены. Это была единственная вещь, которая хоть как-то подходила по размеру.

Марк сказал, что если всё сложится в долгосрочной перспективе, он подыщет мне что-нибудь более подходящее. Он не уточнил, что именно. Я представляла себе мини-юбки и наряды на шпильках, которые носили девушки, обслуживающие столики в клубе. Моё ехидное замечание о том, что, надев высокие каблуки, я стану ловкой как селедка, было встречено уклончивым молчанием. Ну что ж.

Я колотил в заднюю дверь, пока она не распахнулась. Я ожидал Гэри, но меня впустил Лен, одетый в свой обычный смокинг. Я мог представить, как он идёт в ASDA или в прачечную.

Он оскорбительно оглядел меня с ног до головы, давая понять, что, по его мнению, он не слишком многого разглядывает. Я сохранял бесстрастное выражение лица, пока он играл в свою маленькую игру. Мне уже приходилось иметь дело с Линзой этого мира, и на этот раз я не хотел вмешиваться. Поэтому я не стал бросать вызов, не выказал страха или раздражения.

Я просто стояла и ждала, пока он не решил, что с меня хватит.

«Давай разберёмся с самого начала», — наконец произнёс он, ворчливо ткнув пальцем, похожим на сосиску, в миллиметре от моего носа. Я с трудом удержался от того, чтобы укусить его. «Хозяин, может, тебя и нанял, но я отвечаю за…

Безопасность здесь, понимаешь? Возникнут проблемы — обращайся ко мне. К мистеру Куинну не побежишь. Понятно?

«Кристал», — сказала я, протягивая голос, просто потому, что знала, что это его взбесит.

Он хмыкнул, но ничего не сказал, повернулся и зашагал по коридору, оставив меня следовать за ним.

Я вздохнул. Вечер обещал быть весёлым.

В конце концов Лен привёл меня в один из баров, где собиралась остальная часть его команды. Он не стал меня представлять, пока мы ждали, пока не появится последний из них. Всего нас было шестеро, включая меня, что подтвердило мою правоту относительно проблем Марка. Для заведения такого размера, как «Нью-Адельфи», дюжина охранников не была бы излишеством.

Все они были крупными мужчинами, которые ходили, раскинув руки по бокам из-за того, что много времени тратили на работу над мышцами спины и груди. Должно быть, для этой работы требуется укорочение шеи. Я предположил, что их совокупные полицейские протоколы будут длинными и интересными.

Судя по дружеским шуткам и комментариям, которыми они обменивались, они, очевидно, все друг друга знали. Меня же старательно исключили из этого проявления мужественного товарищества.

Приближалось время открытия, и появились рации. Некоторые члены команды выглядели слегка ошеломлёнными, когда Лен вручил мне одну.

«Ты ведь никогда не новая, Лен?» — спросил один из них. «Извини, дорогая, я думал, ты из бара», — сказал он мне. «Судя по тому, как тебя описал Дэйв, я думал, ты будешь покрупнее».

«Разве тебе никто не говорил, что размер не важен?» — сухо спросил я.

«Ты меня удивляешь».

Послышались насмешки. Даже Лен ухмыльнулся, но не стал сбавлять обороты, чтобы показать мне, как работает рация. Он предоставил мне самому разбираться с путаницей проводов.

В конце концов, я разобрался. Основное устройство, размером примерно с мобильный телефон, крепилось на ремень, к нему прилагался отдельный наушник и микрофон-петля.

У микрофона была своя кнопка дистанционного управления. Наклонившись через чьё-то плечо, я определил, на каком канале мы работали.

Единственный совет Лена был кратким и содержательным. «Если только это не чрезвычайная ситуация, не выходите в эфир», — сказал он мне, а затем повернулся к остальным. «Мы всё ещё распространён

худой, так что вы все знаете свои районы. Если возникнут проблемы, сначала сообщите нам, где вы находитесь, а потом расскажите, что происходит, иначе мы не знаем, куда вас приехать и вытащить из этого дерьма, верно?

«Так в чем моя задача?» — спросил я, когда остальные члены команды направились каждый на свое поле.

«Думаю, ты можешь остаться со мной на сегодняшнюю ночь», — неохотно сказал он.

«Вы можете регулярно проверять все женские туалеты, и если Анджело попросит вас обыскать кого-нибудь у двери, он пошлёт за вами. Ему не разрешено обыскивать птиц».

Рискуя показаться глупым, я рискнул задать вопрос: «Что я ищу?»

Он пожал плечами. «Никто не попадёт туда, если у него есть оружие», — сказал он.

«Если у них есть наркотики, всё зависит от их количества. Если они для собственного употребления, мы их у них забираем и впускаем. Если их достаточно, чтобы торговать, их запрещают».

«Звучит разумно», — сказал я, кивнув.

Он обернулся и злобно посмотрел на меня, безуспешно пытаясь обнаружить признаки неповиновения. Мясистый палец снова ткнул меня. «Они могут предложить тебе что-то, на что можно закрыть глаза. Не соглашайся – а если и согласишься, не думай, что я об этом не узнаю», – мрачно посоветовал он. «В этом клубе не происходит ничего – абсолютно ничего , о чём я бы не знал. Понятно?»

***

Вечер начался довольно размеренно. Первые пару часов я следовал за Леном, пока он обходил залы. Было интересно наблюдать за реакцией посетителей клуба. Большинство людей расступались, когда он проходил мимо, боясь попасть под его пристальный взгляд.

«И как долго ты в этой игре, Лен?» — спросил я, когда наступило небольшое затишье. Он перестал расхаживать, и мы стояли на балконе с видом на один из танцполов. Его взгляд не отрывался от растущей внизу толпы.

«Десять лет, с перерывами», — коротко ответил он.

Я подождал, но он не собирался вдаваться в подробности без дальнейших подсказок. «Должно быть, ты повидал немало бед», — рискнул я.

Он бросил на меня острый взгляд, а затем кивнул. «Вполне закономерно». Я видел, как люди с меньшей неохотой расстаются с зубами, но мне показалось, что я уловил лёгкое послабление.

«А как обстоят дела с New Adelphi?»

Он пожал плечами. «Не лучше и не хуже», — сказал он. Когда я уже думал, что на этом всё, он решил развить тему, повернувшись ко мне. «Герои пятничного вечера всегда найдутся, когда откроешь новое заведение. Хотите доказать, какой они крутой человек, набросившись на швейцаров, верно? Такое везде случается. Поэтому мистер Куинн и нанимает своих людей, вроде меня».

Он ткнул большим пальцем себе в грудь. «Мы с Анджело работаем на него в Манчестере уже много лет. Он знает, что мы пресечём проблемы ещё до их возникновения. Нам пришлось поначалу разбить здесь несколько голов, но вскоре твоя репутация станет достаточной, чтобы…

Выкладывай их. Сражаешься с местными ребятами и не знаешь, кого они разозлили, а кому поддались. Просто рискуешь внести в клуб давнюю вражду.

Это была самая длинная речь, которую я когда-либо слышал от него. Я открыл рот, чтобы спросить ещё, но в наушнике затрещал звук. «Лен, это Анджело. Переходи на семь, приятель».

Лен выпрямился. «Продолжай проверять туалеты на наличие проблем, а потом оставайся в этом районе», — приказал он, уходя, возясь с настройками рации и бормоча что-то в микрофон.

В течение следующего часа я делал всё, как мне было сказано. Ничего подозрительного на танцполе у меня под носом не происходило. Однако я был весьма удивлён, кого увидел в клубе.

Я узнала одно лицо, но потратила несколько минут, чтобы вспомнить его имя. Джой, та самая храбрая девушка с моего последнего занятия в Ложе. Без мешковатого спортивного костюма и серьёзного выражения лица она выглядела иначе.

Сегодня вечером она резвилась на танцполе с другими девушками, смеялась и шутила, обнимая их за плечи. Она меня не видела, и я вдруг остерегся привлекать к себе слишком много внимания.

Я регулярно обходил женские туалеты на каждом этаже. Я кивнул Гэри, который был занят раздачей напитков в одном из верхних баров. Он одарил меня короткой улыбкой, измученный и вспотевший.

Туалеты не дали ничего особенного. Я зашёл туда, но никто не пускал палочки прямо в раковины. Больше всего я нашёл повод для жалоб – это то, как некоторые девушки с благопристойностью тушили свои собачьи кончики о клочки мокрой бумажной салфетки, испачканные помадой, в раковинах.

Я обнаружил одну пару в страстном поцелуе в одной из кабинок и собирался выгнать одну из них за то, что она оказалась не в том туалете.

Когда я поняла, что они обе женщины, я мысленно отметила, что нужно узнать политику клуба в отношении лесбийских отношений, и оставила их в покое.

Я довольно долго почти не видел Лена. А когда видел, он, похоже, большую часть времени проводил, осматривая мужские туалеты. Интересный способ заработать на жизнь, подумал я.

Когда я вернулся на нижний танцпол, Дэйв уже вовсю играл свой второй сет за вечер, царствуя за пультом. Он сосредоточенно кусал нижнюю губу, подпрыгивая всем телом в такт музыке.

На нём были наушники, надетые наполовину, так что они закрывали только одно ухо. Скорее форма, чем функция. Он поднял взгляд и, увидев меня, поднёс микрофон к губам с волчьей ухмылкой. «Эй, это же Фокси!»

Я закатила глаза, игнорируя ухмыляющиеся взгляды, брошенные в мою сторону. «Иди наверх», — беззвучно пробормотала я, направляясь к лестнице. Я вернулась на следующий этаж и снова принялась наблюдать за происходящим с балкона.

«Не беспокойся о Дэйве, он всех выводит из себя», — раздался голос рядом со мной. Я обернулся и увидел одну из девушек из бара с двумя пригоршнями пустых стаканов. Она была миниатюрной, чуть выше пяти футов ростом, с эффектно взъерошенными белыми волосами. Пластиковый бейдж, приколотый к её мальчишеской груди, подсказал мне, что её зовут Виктория.