Сегодня дежурил Николай. Павел с охранником поздоровался, но останавливаться не стал, момент был неподходящий, через турникеты постоянно кто-то проходил.

Не успел раздеться, как пошли сплошные телефонные звонки. Перед обедом заглянула Майя, обсудили текучку. Когда собрался спуститься в столовую, позвонил Костя.

— Зайди! — позвал приятель. — Мой день рождения отметим.

— Черт… Забыл тебя поздравить, — покаялся Павел.

День рождения у Кости был в субботу. В обычных обстоятельствах Павел об этом помнил.

— Поздравляю!

— Спасибо! — засмеялся Костя. — Зайди, мы тебя ждем.

Один из столов в офисе программистов, обычно заваленный проводами, был расчищен и накрыт бумажной скатертью. На скатерти стояли торт, вино и бумажные тарелки и стаканчики.

Павел произнес короткую речь, которая не менялась от года к году и сводилась к тому, что фирме несказанно повезло иметь такого замечательного специалиста, как Константин.

Обычно несколько слов произносила и Майя, но на этот раз бухгалтер желания высказаться не проявила.

Вино почти никто не пил, большинство коллег приезжали на машинах. Фуршет занял минут пятнадцать. Коллеги съели по куску торта, Костя сгреб скатерть вместе с остатками пиршества, и все с облегчением разошлись по своим рабочим местам.

Как ни странно, от съеденного торта пообедать захотелось еще сильнее. Павел спустился вниз. Через турникеты опять кто-то постоянно проходил, но Павел больше тянуть не стал, подошел к Николаю.

— Помните, вы мне дали записи с камер? — косясь на снующих коллег, тихо спросил Павел.

Охранник еле заметно кивнул.

— Камеры на запасной лестнице с первого по четвертый этажи были отключены. И камера в нашем коридоре тоже. Мы на четвертом сидим.

Николай не отводил глаз от турникетов, но Павел понимал, слушает он внимательно.

— У нас в офисе, кроме убитого парня, оставалась девушка. Она утверждает, что выходила в туалет, а на записи ее не видно. Еще внизу уборщица на улицу вышла и не вернулась.

— Оставьте телефон. — Охранник подошел к своему столу, протянул Павлу листок для заметок и ручку.

Павел записал свой номер.

— Мне нужно будет время, чтобы подумать. Сегодня могу не позвонить.

Павел кивнул.

То ли торт все-таки перебил аппетит, то ли аппетит пропал по некой неизвестной причине, но обед он съел через силу.

Если охранник Николай во всей этой истории замешан, Павел сейчас сделал не лучший ход.

Звонить Константину он не стал, поднявшись на лифте, заглянул к программистам и поманил приятеля рукой.

— Что? — Костя не любил, когда его отрывали от дела.

Павел дошел до кабинета, пропустил друга вперед.

Сев за компьютер, помолчал, как будто никак не мог решиться заговорить.

Костя с интересом за ним наблюдал.

— Когда ты прилетел, Костя? — вздохнул Павел. — Седьмого ты был уже в Москве.

Приятель не испугался, посмотрел на Павла с еще большим любопытством.

— Ведешь расследование? — Костя слегка улыбнулся.

— Веду, — подтвердил Павел.

— Ладно. — Константин перестал улыбаться. — Поймал ты меня. Я вернулся третьего. Летал я с родителями к родственникам, к тетке и ее мужу. Родственники давно в Израиле живут. Давно нас приглашали. Когда мама уговорила, я думал, смогу потерпеть две недели. Но не смог. Промучился пару дней в гостях, погулял по берегу моря, соврал, что срочно нужно на работу, и взял билет на ближайший рейс. Хотел второго прилететь, но рейс перенесли, прилетел третьего. Паша, я бы просто не успел все это провернуть. Самолет приземлился в шестом часу. Пока паспортный контроль, пока то-се… Я бы просто не успел до работы добраться, не то что ограбление подготовить.

Костя подошел к окну, постоял, вернулся к Павлу.

— Смотри! — Он наклонился над Павлом, достал телефон, показал билет на третье февраля на рейс Тель-Авив — Домодедово. — Хотел сразу на работу выйти, но… передумал. Ко мне женщина приезжала. Она замужем, я мог с ней встречаться только днем. А потом прочитал в чате, что творится в фирме, и решил, что спокойнее, если все будут думать, что меня в Москве не было. Теперь жалею, ты парень дотошный, не надо было тебя дурить.

Костя подошел к двери, помолчал, обернувшись к Павлу, и вышел.

Похоже, приятель на этот раз говорил правду. Дурачить можно было Павла, полицию не получится. А делом об убийстве занимается полиция.

* * *

Герман приехал, когда Кира еще не успела переодеться.

Они, обнявшись, постояли в прихожей. Раньше Кира в такие минуты чувствовала себя абсолютно счастливой, а теперь что-то абсолютному счастью мешало.

Нераскрытое убийство соседа мешало. Несчастная старая женщина за стеной мешала.

Раньше их уютная квартира казалась отгороженной от всего мира, теперь отгородиться не получалось.

— Скорее бы все разъяснилось, — прошептала Кира.

Муж молча снял куртку.

Над ухом зазвенел звонок, Герман открыл дверь. За дверью стояла Даша.

— Здрассте. — Германа она побаивалась, смотрела на Киру. — Я видела, вы приехали. Петя хочет с вами поговорить. Можно он зайдет?

— Можно, — кивнул Герман.

Незадачливый мошенник спустился вместе с подругой. Мгновенно появился со стороны лестницы.

Герман отступил в сторону, пропустил Воронкина и захлопнул дверь перед Дашиным носом.

Парень был высокий и нескладный. На узких плечах худи висело как на вешалке.

Оттопыренные уши придавали ему комичный вид.

— Рассказывай! — приказал Герман.

Парень топтался, опустив глаза.

— Зачем Глеб тебе звонил?

— Я не знаю, вычислил он меня или нет. — У Петра оказался очень низкий голос, настоящий бас. — Он на тот номер звонил, который мне Дашка дала. Я ту симку редко включал, но иногда проверял звонки. Глеб много раз звонил и эсэмэску прислал. Написал, что про симку знает и к ментам пойдет. По-моему, он точно не знал, что это я звонил, найти пытался. Я в тот вечер, третьего, хотел его встретить, поговорить. Хотел объяснить, что больше не буду. Позвонил Дашке, она не знала, когда Глеб появится, и я около вашего дома ошивался. Долго здесь торчал, в двенадцатом часу домой поехал. Когда узнал, что Глеба убили, испугался. Боялся, на меня подумают. Только сразу исчезнуть не решился, еще больше бы подозрений вызвал. А когда Даша сказала, что вы про симку узнали, совсем струхнул. Зря, конечно. Если ментам надо будет, сразу найдут.

— То есть в тот вечер ты Глеба не видел?

— Нет, — Воронкин потряс головой. — Я хотел ему сказать, что больше никому звонить не буду. Даже перед бабкой собирался извиниться, — он кивнул в сторону соседней квартиры. — Я ни у кого денег не взял, мне ничего особо не грозило. Я это точно знаю, с юристом проконсультировался.

— Не взял денег в смысле, что не получилось? — уточнила Кира. — Никто на твои шуточки не повелся?

— Ну да, — спокойно признал он. — Потерпевших нет, заявление никто не подал. Мне можно только телефонное хулиганство пришить, а это так, ерунда.

— И много ты таких звонков сделал?

Парень вызывал брезгливость.

— Нет. Только Дашкиной маме позвонил, бабке этой, — он опять кивнул в сторону квартиры Любови Ивановны. — И еще пару раз. Но сейчас все грамотные, на развод не ведутся. Это даже хорошо, а то выманил бы две копейки, а жизнь бы себе сломал.

— А раньше, до звонков, тебе в голову не приходило, что за это можно в тюрьму сесть?

— У меня долг был. Большой.

— Не бери в долг, если отдать не можешь! — посоветовала Кира.

— Так получилось, — Петр тяжело вздохнул. — Мне машину предложили дешево. Хозяин уезжал, спешил. Я кредит взял. Потом не повезло, разбил машину, а кредит отдавать надо было. Но я ведь ни у кого последнего не отнимал. Дашкины родители перед Новым годом машину продали, я бы только немного у них взял.

— Украл! — поправила Кира.

Петр опять тяжело вздохнул.

— Я же не последнее отнимал. Бабка квартиру сдавала, ей деньги девать было некуда. Да и не получилось у меня ничего.

— Кого видел, когда болтался около нашего дома? — поторопил Герман.

— Ходили какие-то люди, я не приглядывался. Я около дома не стоял. Мне Дашка позвонить должна была, когда Глеб появится. Я ходил вокруг. До парка дошел. Да, вспомнил! Когда от парка назад поворачивал, меня «БМВ» обогнал. На повороте не притормозил. Новый «БМВ», дорогой. А потом я его около вашего дома увидел, он на стоянке стоял. Когда в последний раз к дому подошел, чел из вашего подъезда вышел и в «БМВ» сел. А я домой поехал, поздно уже было.

— Какой человек? — быстро спросил Герман. — Как выглядел?

Парень пожал плечами.

— Да не приглядывался я! Ну такой… в очках.

— Всё! — муж незваного гостя переносил с трудом. — Свободен!

— Подожди! — остановила Петра Кира. — Ты так всю жизнь собираешься прятаться?

— Мама долг заплатила, — парень весело улыбнулся. — Поругала и заплатила.

Он взялся за ручку двери.

— Скажи-ка еще вот что, — теперь его остановил Герман. — Как Дашин папа тебя нашел? Он ведь тебя вычислил, да?

— Я сам виноват, — вздохнул Петр. — Наши предки знали, что мы с Дашкой дружим. Не надо было ее маме звонить. Наверное, она меня по голосу узнала. Дашкин папа в кафе пришел, сделал заказ. Он не за мой столик сел, я его даже не видел. Я заказ подавал, а у меня в кармане телефон зазвонил. С той симки звонок пришел. Ну Дашин папа на меня и бросился. Я потом у него прощения просил, говорил, что симку сломал и выбросил. Вроде он поверил, моим предкам ничего не сказал. А я боялся, что скажет.

— Всё! Иди! — Терпение у Германа кончилось.

— Боже мой, какой идиот! — покачала головой Кира, когда муж запер дверь. — Откуда только такие берутся!

— Оттуда же, откуда и все! — зло буркнул Герман.

Когда она подошла задернуть занавески, Петр вышел из подъезда. У подруги парень не задержался. Похоже, действительно приезжал, чтобы с ними поговорить.

* * *

К лифтам подошли вместе с Константином.

— Что-то не стыкуются модули, — пожаловался заместитель. — Два часа тестировал, решил бросить. Завтра разберусь.

Подошел пустой лифт, большинство коллег уже разъехались.

Павел нажал кнопку.

— Настасья-то больше так и не придет? — Костя широко зевнул.

— Я оформил ей отпуск.

— Скучно без девочки. Возьми кого-нибудь для украшения коллектива. Майечка парням по возрасту не подходит.

Настроения шутить у Павла не было, он промолчал.

Николай прохаживался около турникетов. Увидев Павла, поманил его кивком головы. Костя с удивлением тоже остановился.

— В тот вечер по вашему коридору электрик проходил, — глядя на турникеты, тихо сказал охранник.

— Да, я это заметил. — Павел повернулся спиной к Косте.

— Электрик сегодня не работает, я ему позвонил. Тот день он, конечно, не помнит. Завтра придет, мы вместе записи посмотрим.

— Спасибо, — поблагодарил Павел.

— Не за что.

Павел подошел к Косте.

— Охранника привлек? — Слух у Константина был отменный, разговаривали Павел с Николаем тихо.

— Привлек.

На улице было по-весеннему тепло и по-осеннему сыро.

— Паша… Ты не думай, что мне все это безразлично. Я постоянно об этом думаю. Даже кое-какие шаги пытаюсь предпринимать. Будет настроение, расскажу. — Костя остановился на крыльце. — Хотя рассказывать, если честно, не о чем. Ясная картина не складывается, как ни бьюсь. Но в том, что кто-то из охраны в этом поучаствовал, я уверен. Так что ты поосторожнее.

Ветра не было совсем. Свет фонарей отражался на мокром асфальте ровными пятнами.

— И еще. Я уверен… Я почти уверен, — поправился Константин, — что убийство с кражей денег не связано. Доказательств у меня нет, так, смутное предчувствие.

Павел промолчал. Недавно то же самое предположила Кира.

Увидеть Киру хотелось мучительно.

— Или мне просто хочется так думать… — Костя размышлял с горечью. — Знаешь, одно дело — с мошенниками работать, другое дело — с убийцей. С убийцей уж совсем мерзко. Ладно, пока! До завтра!

Он двинулся в сторону уличного тротуара.

— Ты не на машине? — удивился Павел.

— На метро быстрее.

Тень отделилась от кустов, когда Павел подошел к стоянке.

— Борис! — удивился и непонятно чему обрадовался Павел.

Охранник около офиса сейчас ему не требовался, да к тому же пожилой несчастный мужчина не лучшим образом подходил на роль охранника.

— Я, пожалуй, провожу тебя до дома. — Борис первым подошел к машине. — Ничего подозрительного не заметил?

— Не заметил. — Павел открыл дверь машины. — Я уж склоняюсь к тому, что у меня мания преследования.

— Проверим.

Оба сели в машину.

— Борис, провожать меня — это лишнее. Я в густонаселенном квартале живу.

— Провожу!

Павел тронул машину.

— Паша, он не должен допустить, чтобы ты попал в банк.

— Не факт, что банк бросится отслеживать переводы.

— Не факт, но рисковать он не станет. А времени у него в обрез.

Пробки были средние, но проехать ближайший светофор с первого раза не получилось.

— От полиции что-нибудь новое есть?

— Пытаются отследить машину, на которой Глеб мог уехать. Работают.

Светофор замигал, поток тронулся.

— Борис, вы видели Киру? — решился Павел.

— В последние дни нет. Она заходила к моей хозяйке, когда меня не было.

— Мы давно разошлись с Кирой, а теперь со мной происходит что-то странное. Раньше мне казалось, что я много лет ее не вспоминал, теперь понимаю, что это не так. Я думал, что всегда смогу к ней вернуться. То есть не то чтобы я постоянно об этом думал… — запутался Павел. — Просто эта мысль сидела где-то в подкорке. В общем, я понял, что по-настоящему любил только ее.

— Не любил, — возразил Борис. — Любил бы, не прожил бы столько лет без нее. Любить вообще не все могут.

Борис его не понимал. Впрочем, Павел и сам понимал себя плохо.

Конечно, около дома на него тоже никто не попытался напасть. Борис напрасно потратил время.