— Я сегодня выступаю, — напомнила утром Мила.

Приедет ли Павел на выступление, она тактично не спросила.

— Если смогу, приеду, — пообещал он. — Но на всякий случай — успехов!

У него замечательная жена. Она не обижалась, что он редко приезжал на ее концерты. То есть обижалась, наверное, но никогда не мучила его упреками.

Утро выдалось солнечное, ясное. По дороге в офис Павел ехал с опущенным козырьком над стеклом.

Какая-то девушка обогнала его у самых дверей. Ненормально теплый для зимы ветер трепал русые волосы. На секунду перехватило дыхание, девушка очень напоминала Киру. Павел прибавил шагу, догнал ее у проходной. У турникета она обернулась, и наваждение исчезло. Девушка не была Кирой, спереди она нисколько не была похожа на его бывшую жену.

— Опять дежуришь, Коля? — Пожилая уборщица махала шваброй. — Вроде бы не твоя смена?

— Тарасова замещаю. — Николай кивнул проходящему мимо Павлу. — Он меня в пятницу подменил.

— Так в пятницу же ты тоже дежурил!

— Что-то мне вечером нехорошо стало. Тарасов выручил, подъехал.

Павел свернул к лифтам.

Девушка, которая напомнила ему Киру, уже уехала. Площадка была пуста.

В пятницу на него напал неизвестный.

Павел вызвал лифт.

Вечером в пятницу он приехал, когда его никто не ждал. И охраннику внезапно стало нехорошо…

Когда лифт подошел, за спиной Павла стояло уже несколько человек. Лифт принял всех, закрыл двери.

Никто не мог знать двор лучше охранника.

Павел пробился к дверям, вышел на своем этаже.

Николай перенес тяжелое ранение. За границей ему бы могли помочь, но это не на его военную пенсию.

Скорее бы все это кончилось!.. Пока подозрительность не переросла в шизофрению.

Не по-зимнему яркое солнце било в окна кабинета. Павел опустил жалюзи, включил компьютер.

Охранник слишком охотно показал ему записи с камер и даже дал их переписать, наверняка нарушая все мыслимые и немыслимые инструкции. А ведь он профессиональный военный, не случайный недотепа.

Дернулась дверь, в кабинет заглянула Майя.

— Я послала вам билеты. Видели?

— Еще не смотрел почту. Спасибо! — вымученно поблагодарил Павел.

Черт, до чего же он устал от подозрительности…

Скорее бы все это кончилось!

— Рейс неплохой, через Ереван. И отель, судя по отзывам, неплохой.

— Спасибо!

Она помялась в дверях и вошла в кабинет.

— Вчера Настя ко мне пристала… — Майя подошла, подержалась за стул.

— Садитесь! — кивнул на стул Павел.

Она дернула головой и улыбнулась.

— Девочке хотелось узнать, кто мог умыкнуть наши деньги.

— Так и мне хочется! — фыркнул Павел.

— И знаешь, Паша, я ей сказала правду. Сказала все, что сама знаю. Сказала, что сама все время об этом думаю и не понимаю, как такое могло произойти. Это мог сделать только тот, кто как минимум знал о счете. Ну а тех, кто знал, я полагаю, она сама вычислит. — Майя усмехнулась. — Их не так много.

Она повернулась к окну, подошла, поправила неровно висевшие жалюзи.

— Это мог сделать и посторонний, — напомнил Павел. — Какой-нибудь чувак из банка.

Майя, поморщившись, молча махнула рукой, даже слов на замечание Павла тратить не стала.

В кабинет заглянул Костя, бухгалтер вышла.

Заместитель недовольно посмотрел на закрывшуюся дверь.

— Майечка веселая ходит. — Костя сел напротив Павла и усмехнулся. — Будем надеяться, что через месяц вернется, не смоется с нашими денежками.

— Перестань, Костя! — поморщился Павел.

— Почему? — Костя картинно удивился. — Кто-то же это сделал!

Костя шутил, но шутка Павла отчего-то покоробила.

— Пара вопросов у меня возникла. — Костя положил на стол бумаги с карандашными правками.

У него отличный заместитель. Все Костины замечания оказались по делу.

* * *

Около Лениной машины стоял Борис Яковлевич. Увидев Киру, кивнул.

— Здравствуйте, — подошла к нему Кира и испуганно остановилась.

Боковое стекло в машине было разбито.

— Эту машину взломали и вон… — сосед кивнул на стоящую рядом «Ладу».

«Лада» стояла давно. Последний раз Кира видела, как летом на ней ездил пожилой мужчина из соседнего подъезда. Впрочем, она не слишком следила за соседскими машинами, могла и ошибаться.

— Я утром приехал, тут полиция стояла и Елена Березина. Хозяева второй машины уже домой поднялись.

— Ночью выла сирена, — припомнила Кира.

У нее на окнах отличная звукоизоляция, но сирена ее разбудила. Герман тоже проснулся, но подойти к окну они оба поленились.

— Мне казалось, у нас такой тихий район, — озадаченно покачала головой Кира и тут же пожалела о сказанном.

Она забыла, что в этом тихом районе убили его сына.

— Машины сейчас везде нечасто бьют. — Сосед посмотрел на неровную дыру в стекле и, сунув руки в карманы, пошел к подъезду.

Кира села в машину. По дороге на работу попыталась, как обычно, переключиться на служебные дела, но получалось плохо.

Она еле дождалась окончания рабочего дня и, не заходя домой, поднялась к Лене.

Подруга, видимо, только недавно вышла из душа. Влажные волосы неровными кольцами падали на бледный лоб.

— Украли регистратор? — выпалила Кира.

Лена, кутаясь в длинный махровый халат, отступила. Кира вошла в квартиру.

— Лена, украли регистратор?

— Там ничего, кроме регистратора, не было.

У нее были бледное лицо и бледные губы. Бледнее обычного.

— Украли? — не отставала Кира.

Подруга кивнула.

Кира расстегнула куртку.

— Чаю хочешь?

Кира потрясла головой.

— Взломали не только мою машину, — вздохнула Лена.

— Полиция знает, что украли регистратор?

— Ну конечно!

— А из другой машины что украли?

— Ничего, — Лена опять вздохнула. — Там совсем нечего было красть.

— Борис Яковлевич хозяина второй машины не видел.

— Хозяин спускался. — Лена прошла в комнату, села в старое глубокое кресло. Обивку на кресле стоило поменять.

Кира остановилась в дверях.

— Но когда Борис Яковлевич подошел, с полицейскими я одна оставалась.

— Лена, им нужен был твой регистратор! У нас тихий район, никто здесь просто так машины не бьет. Ты всем говорила, что проезжала мимо парка, когда там произошло убийство. Все это знали.

— Я в тот день возвращалась на такси. Я же тебе говорила, у меня треснуло стекло. Какой-то камень попал в окно, когда я ехала на работу. Я с работы вызвала знакомого слесаря, он забрал машину. Я вернулась домой на такси. Попросила водителя свернуть к парку, зашла в супермаркет на углу. Знакомую собачницу там встретила, мы с ней немного поболтали.

— Кому ты говорила, что проехала мимо парка?

— Тебе и Герману.

— Борису Яковлевичу, — подсказала Кира.

— Да, — согласилась Лена. — Борис знал. Еще я сказала Даше, она вчера расспрашивала, что я знаю про убийство Глеба. Да, Марине еще говорила, когда мы с ней тебя ждали.

Лена потерла виски. То ли у нее болела голова, то ли просто устала и перенервничала.

Продолжать ее мучить Кира не стала, не напомнила, что в курсе Лениных передвижений был еще Костя. Костя, который так настойчиво пытался продолжить с Леной знакомство. Костя мог не знать о том, что ее машина уже находилась в автосервисе.

Кира пожелала соседке спокойной ночи и спустилась по лестнице домой.

* * *

Упоминания в интернете о драке во вполне приличном кафе Герман нашел еще вчера. Инцидент произошел поздно, перед закрытием, но несколько запоздалых посетителей возню около кухни заметили. У посетителей драка вызвала скорее любопытство, чем испуг или что-то в этом роде. Дебошира скрутили быстро, полицию тоже долго ждать не пришлось, и большого морального ущерба посетители не понесли.

Фоток было немного. Ни одного знакомого лица Герман на них не заметил.

Он понимал, что глупость, но желание еще раз заглянуть в кафе не отпускало.

Ключ в двери зашуршал, когда он, приехав из больницы, еще не успел раздеться.

— У Лены ночью украли из машины регистратор, — открыв дверь, задумчиво сказала Кира.

— А… — протянул он, беря у жены куртку.

— Окно разбили и вынули регистратор. А для видимости еще в одной машине стекло разбили. — Кира сняла ботинки, он аккуратно поставил их на коврик.

— Это полиция решила, что вторую машину вскрыли для видимости?

— Это я решила! — зло объявила Кира.

Он улыбнулся, она сердито на него посмотрела.

— Во второй машине вообще нечего было брать. Это серая «Лада», которая с краю стоит. Ей давно пора на свалку.

Герман придержал Киру за плечо, не дал пройти в комнату.

— Герман, я за нее боюсь! — подняв на него глаза, прошептала Кира.

— За «Ладу»? — пошутил он.

— За Лену!

Он прижал жену к себе и предложил:

— Давай сходим поужинать. Тут недалеко есть небольшая кафешка.

— Нам есть что отметить?

— Что отметить, найдем, — усмехнулся он.

Кира послушно снова обула ботинки, он подал ей куртку, вызвал такси и объяснил:

— Если захочется выпить, не буду себе отказывать.

Народу в небольшом зале оказалось не больше, чем вчера. Герман выбрал столик в углу, Кира согласно кивнула.

Место оказалось удачным, он хорошо видел зал.

Подошла девушка-официантка, положила перед ними меню. Кира с интересом стала его изучать, он равнодушно посмотрел.

— Жареную дорадо, — решила жена. — И салат с креветками.

Ему было все равно, и он тоже заказал себе рыбу.

К соседнему столику официант принес поднос с закусками. Сидевшая там средних лет пара, по-видимому, собиралась сидеть долго, закусок было много. Официант открыл бутылку вина, наполнил паре бокалы. Отошел.

Кира, мельком взглянув на официанта, пристально посмотрела на Германа.

— Мы зачем сюда пришли?

— Ужинать, — объяснил он.

— Герман!

— Что?

— Мы зачем сюда пришли?

Он промолчал.

— Герман!

Официантка принесла салаты, он принялся жевать.

— Я его видела, — вздохнула Кира.

— Кого? — не понял Герман.

— Я видела этого парня у нас в подъезде! Официанта! Ты зачем меня сюда привел?

Обмануть ее было сложно, она не глупее его. Впрочем, даже законченная дура не могла не понять, что неплохое кафе или ресторан можно было найти поближе к дому.

— Хорошо, что я с тобой пошел, — вздохнул Герман. — Мог прямо его и начать расспрашивать. Доедай! Придем домой, все расскажу.

Она заставила его рассказать по дороге.

Возвращаться он предложил пешком. Идти тихим, не по-зимнему теплым вечером под желтым светом фонарей было здорово. Они много теряют, проводя вечера дома.

— Я пару раз ехала с этим парнем в лифте, — говорила Кира, остановившись около светофора. — Парень поднимался выше.

Машин на двухполосной дороге не было, но они послушно стояли, пока не зажегся зеленый.

— Ты уверена, что это он?

— Уверена! У меня хорошая память на лица.

— Ты вся хорошая, — улыбнувшись, шепнул Герман.

Дома он еще раз просмотрел фото и видео, которые свидетели драки в кафе выложили в Сеть. Знакомый Кире официант на двух фото присутствовал.

* * *

Мила позвонила, когда Павел подписывал принесенные Майей документы.

То ли оттого, что утром принял незнакомую девушку за Киру и до сих помнил, как бешено заколотилось сердце, и от этого чувствовал себя виноватым перед Милой, то ли оттого, что срочных дел действительно не было, Павел неожиданно для себя пообещал жене:

— Я приеду, Мил. Пришли адрес, — а бухгалтеру пояснил: — Пораньше уйду, у жены сегодня концерт.

Небольшой зал располагался в одном из отдаленных районов.

Он не помнил, чтобы жена когда-нибудь всерьез мечтала собирать стадионы, но отчего-то остро ее пожалел.

Павел прикинул, сколько потребуется времени, чтобы туда доехать, прибавил сорок минут на то, чтобы купить букет. Выезжать нужно было часа через полтора.

Настя ворвалась в кабинет, когда он собирался выключить компьютер.

— Подпишите заявление! — Она положила перед ним напечатанное заявление об увольнении с аккуратной подписью. — Подпишите, пожалуйста!

Заявление было с открытой датой.

— Сядь, — Павел кивнул на стул и посмотрел на часы. Минут десять у него еще было. — Куда собираешься идти?

— Никуда! Я еще не решила!

Она не села. Стояла в расстегнутой короткой курточке и переступала ногами.

На Павла она старалась не смотреть.

— Виктор Владимирович говорил, ты собираешься в головную компанию.

Она зло мотнула головой.

— Подпишите, Павел Сергеич!

Что-то с ней было не то. Павлу показалось, что она сейчас заплачет.

— Настя, что случилось? — вздохнул он.

— Подпишите!

— Да подпишу, подпишу! Куда я денусь! Что случилось? — Он постарался поймать ее взгляд и не смог.

— Ничего!

— Так не бывает!

Она не ответила, посмотрела на мраморного слона и уставилась в окно.

Нужно уезжать. Он не так часто доставляет Миле радость видеть его на концерте.

— Когда ты хочешь уволиться?

— Сейчас!

— Я через неделю уеду. Уволишься со следующего понедельника. Годится?

Она наконец на него посмотрела и кивнула.

— Можно я пока буду работать дома?

— Договорись с Костей. Я не возражаю.

Павел выключил компьютер. Настя схватила подписанный лист и выбежала из кабинета.

Он успел добраться даже раньше намеченного времени.

Припарковаться около двухэтажного стеклянного здания, похожего на бывший кинотеатр, сразу не удалось, пришлось покружить по близлежащему кварталу.

Несмотря на еще ранний вечер, народу на улицах было мало. Машин, как ни странно, тоже. Наверное, потому что концертный зал не примыкал к жилым домам.

Выйдя из машины, Павел покрутил головой, прижал к себе купленный по дороге букет здоровой рукой и двинулся по тротуару.

Концертный зал мелькнул между домами, он вошел в проем между двумя девятиэтажками. Ветки растущих рядом с домами кустов касались головы, он шагнул влево, к центру дороги.

И тут прозвучал выстрел.

Павел дернулся, метнулся к кустам, огляделся. Рука от страха сжала букет так, что свело пальцы.

Второго выстрела не последовало.

Из-за угла дома навстречу вышла дама с болонкой на руках.

— Не бойся, Кеся, — успокоила дама собачку. — Придурки какие-то фейерверками балуются.

Из пистолета Павел стрелял больше десяти лет назад на военной кафедре в университете, но звук выстрела вспомнил. С взрывающимся фейерверком его не спутаешь.

Кроме него, выстрел никого не испугал. В нескольких метрах по двору прошла пожилая пара.

Наверное, молодежь часто запускает здесь фейерверки.

От страха свело не только руки, ноги тоже. Он постоял около заградительного столбика, не дающего въехать во двор.

Сердце перестало стучать, только когда он вошел в фойе. Повезло, он успел выпить в буфете бокал вина.